679/2023-67012(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-29199/2019

г. Краснодар

20 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года.   Постановление изготовлено в полном объеме 20 декабря 2023 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Денека И.М., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном  заседании ФИО1 (лично), его представителя  ФИО2 (доверенность от 01.03.2023), в отсутствие ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной  ответственностью «ФармГрад-А», иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени  и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей  информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ФИО4 и ФИО1 на определение  Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2023 и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 25.08.2023 по делу № А53-29199/2019  (Ф08-11203/2023), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стеркорат» (далее –  должник) конкурсный кредитор ООО «ФрамГрад-А» обратилось в арбитражный суд с  заявлением к ФИО4, ФИО3,  ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением от 02.07.2023, оставленным без изменения постановлением 

от 25.08.2023, ФИО4 и ФИО1 привлечены к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника. Приостановлено производство по  рассмотрению заявления о привлечении ФИО4, ФИО1 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.  

Взысканы с Субботина А.А. в пользу должника убытки в размере 186 000 рублей. В  остальной части отказано.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение и постановление в  части признания доказанным наличия оснований, предусмотренных статьей 61.11  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  – Закон о банкротстве) для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника изменить, в указанной части в удовлетворении отказать.  Податель жалобы ссылается на то, что являлся номинальным руководителем,  документация для передачи отсутствовала у ФИО1, вся документация  находилась у ФИО4 и фактический контроль осуществлялся ФИО4  ФИО1 много раз обращался к ФИО4 с запросом о передаче  учредительных документов, однако ФИО4 уклонялся от передачи указанных  документов, лишь только в 2018 году при регистрации права собственности на  приобретенное недвижимое имущество ФИО4 передал часть документов.  ФИО1 фактически не осуществлял реальное руководство и реальную финансово-хозяйственную деятельность должника, не участвовал в фактической деятельности, не  осуществлял руководство должника, не получал заработной платы и иных платежей от  должника и являлся лишь номинальным директором по распоряжению конечного  бенефициара ООО «Висма Люкс», ЗАО «Висма» и должника ФИО5, привлеченного впоследствии к уголовной ответственности. Фактически с  момента образования должника и до начала процедуры банкротства реальное руководство  всей хозяйственно-финансовой деятельностью осуществлял ФИО4 ФИО1  не имел возможности передать конкурсному управляющему документы в установленные  законом сроки, поскольку все документы находились у ФИО4 Получив часть  документов от ФИО4, ФИО1 сразу же передал их конкурсному  управляющему ФИО6 по акту приему передачи от 14.07.2020. Податель  жалобы указывает на фальсификацию представленной в материалы дела доверенности  от 01.03.2015, выданной ФИО4 от ФИО1, поскольку подпись на ней  является поддельной. Печать продолжала находиться у ФИО4, что  подтверждается гарантийным письмом должника, выданным ФИО4 В  материалы дела не представлены доказательства причинения вреда кредиторам  действиями ФИО1, ни расшифровка дебиторской задолженности, ни подача  ФИО1 заявления о банкротстве не смогли бы привести к тому, что у компании  появились средства для погашения кредиторской задолженности, так как средства,  полученные в виде займов, были уже истрачены ФИО4 и направлены на  

осуществление хозяйственной деятельности и закупку оборудования. Заявитель также  указывает, что даже при своевременной передаче всей документации конкурсному  управляющему это не прибавило бы дополнительных возможностей для взыскания  дебиторской задолженности или выявления дополнительного имущества должника. Суд  первой инстанции вынес решение, основываясь на неполных доказательствах, без учета  того, что все сделки с полученными денежными средствами от займов ЗАО «Висма» и  ООО «Висма Люкс» были уже проведены должником в 2013-2014 гг. и возврат этих  денежных средств невозможен. Фактически все убытки должнику причинены  Крипаковым П.А., последний в течение как минимум 2015-2017 гг. осуществлял  фактически финансово-хозяйственную деятельность должника, а Субботин А.А. был  назначен на должность лишь для осуществления финансово-экономического контроля за  деятельностью Крипакова П.А., в результате чего Субботин А.А. выявил хищение со  стороны Крипакова П.А. выделенных должнику денежных средств, их нецелевое  использование в ущерб интересам должника. Судами не исследованы все представленные  Субботиным А.А. доказательства и доводы, все действия от имени должника  осуществлялись исключительно Крипаковым П.А., который получал реальный доход и  необоснованную выгоду от своей деятельности на посту фактического руководителя  должника, допускал многочисленные злоупотребления в ущерб интересам должника, а  также не предавал документацию директору Субботину А.А. с целью скрыть свои  незаконные финансовые злоупотребления в ущерб должнику.  

В кассационной жалобе ФИО4 просит определение и постановление  отменить в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, принять  по делу новый судебный акт, в котором отказать в удовлетворении требований в части  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 Заявитель считает  обжалуемые судебные акты незаконными, принятыми с нарушением норм материального  и процессуального права. Податель жалобы указывает, что с 2016 года не осуществлял  полномочия руководителя, так как доверенность, выданная ФИО1, уже была  прекращена. В банке операций в указанный срок не проводилось. Заявитель ссылается на  аффилированность ФИО1 и ООО «Висма Люкс», поскольку на протяжении  всего времени исполнения обязанностей директора должника ФИО1 также  работал на должности начальника экономического отдела ООО «Висма Люкс».  ФИО1 не являлся номинальным руководителем.  

В отзыве конкурсный управляющий просит отказать в удовлетворении  кассационных жалоб.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы  кассационных жалоб, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что  кассационные жалобы удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, решением от 17.03.2019 в отношении должника  введена процедура конкурсного производства.  

Определением от 13.10.2021 произведена процессуальная замена  ООО «Союзстройинвест» на нового кредитора ООО «ФармГрад-А» на сумму требований  в размере 1 809 688 рублей 26 копеек, из них: 1 710 000 рублей основного долга,  47 742 рубля неустойки, 22 144 рубля 63 копейки судебных издержек, 29 801 рубль  63 копейки расходов по оплате государственной пошлины.  

11 августа 2022 года в суд от конкурсного кредитора ООО «ФармГрад-А»  поступило заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности.  

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  указывалось на доведение общества до банкротства, неподачу заявления о признании  подконтрольного общества банкротом и непередачу первичной документации  конкурсному управляющему.  

Удовлетворяя частично заявление ООО «ФармГрад-А», суды руководствовались  статьями 65, 158, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  статьями 10, 32, 61.10, 61.11, 61.16, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  

«О несостоятельности (банкротстве)» в редакциях до и после вступления в силу  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), статьей 1102  Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона  от 06.11.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», разъяснениями постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – постановление № 53), и исходили из доказанности наличия условий  для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.  

Суды установили, что ФИО4 являлся участником должника с 20% долей  участия в уставном капитале с 07.05.2013 по 05.05.2014, а также являлся руководителем  должника с 07.05.2013 по 15.01.2015. ФИО1 с 21.02.2017 и до настоящего  времени является участником должника с 80% долей участия в уставном капитале, а  также являлся руководителем должника с 16.01.2015 по 06.04.2020.  

В обоснование заявленных требований конкурсный кредитор указал, что  Крипаковым П.А. и Субботиным А.А. не переданы конкурсному управляющему  должника документы бухгалтерского учета и (или) отчетности.  

Суды установили, что на момент введения наблюдения, проведения  инвентаризации и в ходе конкурсного производства временным управляющим и  конкурсным управляющим не выявлены запасы и дебиторская задолженность, конкурсная  масса не сформирована.  

Суды отметили, что обязанность по передаче первичных документов была как у  ФИО4, так и ФИО1  

Определением от 15.01.2021 по настоящему делу установлено следующее:  налоговая и бухгалтерская отчетность за 2014 – 2015 годы сдавалась за подписью  ФИО4, что подтверждается ответом Межрайонной Инспекцией Федеральной  налоговой службы № 12 по Ростовской области от 16.03.2020 № 06-34/09133; карточка с  образцами подписи и печати в отношении должника была оформлена на ФИО4,  который был указан в качестве директора должника, причем ФИО4 действовал в  качестве подписанта банковских документов и после назначения директором должника  ФИО1, что подтверждается ответом ПАО «Уралсиб Банк» от 10.11.2020 № 0102/780); по расчетному счету № 

<

***> с 25.07.2014 по 18.05.2016  производились расходные операции, проведение которых без электронной подписи лица,  документы на которое были ранее предоставлены в банк (то есть, ФИО4),  невозможно, что подтверждается ответом ПАО «Уралсиб Банк»  от 10.11.2020 № 01-02/780; у ФИО4 имелась доверенность от 01.03.2015 № 1 на  право заключения сделок от имени должника и подписания всех документов от имени  должника сроком на один год; ФИО4 от лица должника заключен договор с  ООО «СоюзСтройИнвест» от 14.01.2015 № 1/15-ОС.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа  от 28.09.2021 по настоящему делу также установлено следующее: ФИО4 ссылался  в кассационной жалобе на то, что системой банк-клиент ФИО4 не пользовался  после 18.05.2016; отчетность и иные документы ФИО4 подписывал по  доверенности; части заявленной к истребованию документации не существует.  Следовательно, в том числе за период 2016 года, то есть за три года, предшествующие  принятию заявления о признании должника банкротом (20.08.2016) и введению  наблюдения (14.11.2016) ФИО4 продолжал оставаться контролирующим  должника лицом. При повторном рассмотрении заявления конкурсного управляющего об  истребовании бухгалтерской документации у ФИО4 определением от 12.04.2022  

в удовлетворении заявления отказано. Вместе с тем, судом не установлено, что  Крипаковым П.А. вся документации должника была передана вновь назначенному  руководителю Субботину А.А.  

Таким образом, в связи с тем, что ФИО4 не представлено надлежащих  доказательств передачи ФИО1 бухгалтерской и иной документации должника,  она должна хранится ФИО4 в течение не менее пяти лет с даты окончания  отчетного периода и именно ФИО4 в этом случае несет риск утраты/отсутствия  названных документов.  

Помимо этого, суды оценили заявленный конкурсным кредитором довод о  заключении ФИО4 сделки, приведшей к несостоятельности должника. Суды  указали, что с 01.08.2013 по 23.04.2014 на расчетные счета должника были перечислены  денежные средства от ЗАО «ВИСМА» на общую сумму 21 200 100 рублей с назначением  платежа: «оплата по договору займа», «за бутыль поликарбонат». Контролирующими  должника лицами (включая ФИО4) договоры, акты оказанных  услуг/выполненных работ, счета-фактуры, счета, или иные документы подтверждающие  действительность сделок, послуживших основанием для перечисления должнику  названных выше денежных средств, не представлены конкурсному управляющему. В  связи с этим по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «ВИСМА» ФИО7  определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики  от 04.12.2018 по делу № А25-831-57/2015 сделки по перечислению ЗАО «ВИСМА»  денежных средств в сумме 21 200 100 рублей на расчетные счета должника признаны  недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде  взыскания с должника в конкурсную массу ЗАО «ВИСМА» денежных средств в сумме   21 200 100 рублей.  

Перечисление названных денежных средств осуществлялось в период, когда  единоличным исполнительным органом должника являлся ФИО4 С учетом  продолжительного и значительного периода перечислений денежных средств на счета  должника, а также осуществлением должником хозяйственной деятельности в указанный  период ФИО4 объективно не мог не знать об их поступлении, так как в период  переводов денежных средств на счета должника утверждал бухгалтерскую отчетность за  2013, 2014 и 2015 финансовые годы, в которых данные суммы должны были быть  отражены. Следовательно, ФИО4, зная о зачислении на расчетные счета  должника денежных средств с 01.08.2013 по 23.04.2014 в сумме  21 200 000 рублей в отсутствие каких-либо документов-оснований, понимая, что  указанные денежные средства являются неосновательным обогащением должника и у  

него (Крипакова П.А.), как у руководителя, имеется обязанность незамедлительно  осуществить их возврат кредитору, не делает этого, то есть, длительно бездействует.  

В настоящее время доказательств возврата ЗАО «ВИСМА» указанных денежных  средств в материалы настоящего дела не представлено.  

При этом на момент введения в отношении должника процедуры наблюдения и  анализа расчетных счетов, открытых у должника, неосновательно полученные должником  денежные средства от ЗАО «ВИСМА» на счетах должника отсутствовали, соответственно,  были выведены со счетов ЗАО «ВИСМА». В связи с этим требование ЗАО «ВИСМА» на  основании определения суда Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики  от 04.12.2018 по делу № А25-831-57/2015 включено в реестр требований кредиторов  должника на сумму 21 200 000 рублей, что подтверждается определением Арбитражного  суда Ростовской области от 21.09.2020 по настоящему делу.  

Таким образом, суды обоснованно пришли к выводу о том, что ФИО4,  как единоличным исполнительным органом, совершено бездействие по невозврату  неосновательного обогащения полученного должником, приведшее к невозможности  погашения требований кредиторов должника и объективному текущему банкротству  должника. Вред, причиненный ФИО4 вследствие названного бездействия,  является существенным для имущественных прав кредиторов должника и объективно  повлек невозможность погашения требований всех кредиторов должника, следовательно,  ФИО4 правомерно привлечен к субсидиарной ответственности на основании  статьи 10 Закона о банкротстве.  

Относительно привлечения к ответственности ФИО1 суды указали, что в  период осуществления им руководства деятельностью должника окончательно утрачена  возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий,  направленных на восстановление его платежеспособности.  

Суды установили, что ФИО1 в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о  банкротстве в срок не более трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего, то  есть в срок не позднее 20.03.2020 не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую  и иную документацию должника, включая отчетность за 2016-2019 отчетные года,  которые обязан был хранить не менее 5 (пяти) лет. ФИО1 не предоставлено  доказательств передачи им временному и/или конкурсному управляющему должника,  документов и сведений, подтверждающих недобросовестные действия ФИО4, в  том числе, сведений из банка об операциях/перечислениях по счетам должника за период  с 2013 по 2015 годы; выявления и анализа операций/перечислений денежных средств со  счета должника в пользу контрагентов по сделкам, включая переводы в пользу ООО «Ф4»  

и ООО «Дюнамис», Городниченко М.А.; расшифровку дебиторской задолженности  Должника; акты сверки взаимных расчетов с должниками ООО «Стеркорат» и иных  сведений, подтверждающих позицию Субботина А.А. по Крипакову П.А.  

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды  отметили, что в период с 25.12.2014 и до 06.04.2020, то есть, на протяжении более 5 (пяти)  лет нахождения в должности руководителя должника и 3 (трех) лет владения долей в  размере 80% должника ФИО1 не были предъявлены иски к поставщикам  товаров по неисполненным договорам ООО «Ф4» и ООО «Дюнамис» (о поставке товара в  оплаченной, но не переданной части и/или о расторжении договора); не приняты меры по  направлению претензий и/или актов сверки в адрес поставщиков товаров по  неисполненным договорам ООО «Ф4» и ООО «Дюнамис»; не были поданы иски к  ФИО4 о взыскании причиненных должнику убытков действиями  ФИО4 или возмещению убытков по отсутствующим (не выявленным запасам),  отраженным в бухгалтерском учете должника, в частности по основаниям,  предусмотренным Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в  состав органов юридического лица». Вместо указанных выше действий по заявлениям  самого ФИО1 им направлялись обращения ФИО8 и ФИО4, что  само по себе не является достаточным доказательством добросовестного исполнения  ФИО1 своих обязанностей, как руководителя должника.  

Согласно пункту 6 постановления № 53 руководитель, формально входящий в  состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, не  утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает  потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального  руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его  действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом.  

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может  быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым  участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество  должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут  быть удовлетворены требования кредиторов.  

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию  

информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и  компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 Гражданского Кодекса  Российской Федерации).  

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального  руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном  объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была  уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064,  абзац первый статьи 1080 Гражданского Кодекса Российской Федерации).  

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к  ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о  собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за  невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6  Гражданского Кодекса Российской Федерации, пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве).  

Таким образом, ФИО1 не лишен права приводить свои возражения и  заявлять об уменьшении размера субсидиарной ответственности при рассмотрении  вопроса об определении ее размера.  

Суд первой инстанции правомерно приостановил производство по рассмотрению  заявления конкурсного кредитора к ФИО4 и ФИО1 о привлечении к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с  кредиторами.  

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования  судов, им дана надлежащая правовая оценка.  

Доводы кассационных жалоб основаны на ошибочном толковании норм права и  направлены на переоценку доказательств, исследованных судами.  

Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые  были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.  

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2023 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2023 по делу № А5329199/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий И.М. Денека  Судьи М.Г. Калашникова   Н.А. Сороколетова