ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23770/2019

город Ростов-на-Дону

30 сентября 2022 года

15АП-7501/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 сентября 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сулименко Н.В., 

судей Сурмаляна Г.А., Емельянова Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии  судебном заседании:

от ФИО5 Абдугапура: представитель ФИО2 и представитель ФИО3 по доверенности от 02.07.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции апелляционную жалобу ФИО5 Абдугапура на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу № А32-23770/2019 об удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий

недействительности сделки к ФИО5 Абдугапуру,   

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник, ФИО4) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 13.08.2018 недвижимого имущества, заключенного между должником и ФИО5 Абдугапуром (далее - ответчик,ФИО5), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного недвижимого имущества в конкурсную массу должника. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу№ А32-23770/2019 договор купли-продажи от 13.08.2018 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости. 

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу № А32-23770/2019, ФИО5 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств, необходимая для признания оспариваемого договора недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Податель жалобы указал, что спорная квартира приобретена без внутренней отделки (благоустройства), после сдачи многоквартирного жилого дома в эксплуатацию, что определило стоимость квартиры. Отчет о рыночной стоимости квартиры является ненадлежащим доказательством, поскольку оценщиком выбраны и использованы ненадлежащие объекты-аналоги; наличие у объектов-аналогов таких ценообразующих факторов как видовые характеристики, дизайнерский ремонт, наличие мебели и техники, привело к завышению стоимости объекта оценки. Спорная квартира приобретена без отделки. Финансовое положение ответчика позволяло ему произвести оплату спорного объекта недвижимости. Апеллянт указал, что ответчик и должник не являются аффилированными лицами.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство ФИО5 о восстановлении срока на апелляционное обжалование определения Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу № А32-23770/2019, перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам суда первой инстанции, поскольку дело рассмотрено судом первой инстанции без участия ответчика, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Рассмотрев спор по правилам суда первой инстанции, исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявление  финансового управляющего о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению, принимая во внимание нижеследующее.

Как следует из материалов дела, ПАО КБ «Центр-инвест» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.08.2019 требования кредитора признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.02.2020 в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.11.2020 арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего должника.

Определением от 02.02.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО8.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 13.08.2018 недвижимого имущества, заключенного между должником и ФИО5, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного недвижимого имущества в конкурсную массу должника. 

В обоснование заявления финансовый управляющий должника указал следующие обстоятельства.

13.08.2018 между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры № 116, состоящей из двух жилых комнат, общей площадью 64,3 кв.м, на 17 этаже, с кадастровым номером 23:43:0410081:3078, расположенной по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 2.1 данного договора стоимость квартиры определена в размере 2 800 000 руб.

Расчеты между покупателем и продавцом произведены в полном объеме до подписания настоящего договора (пункт 2.2 договора).

Финансовый управляющий должника пришел к выводу о том, что указанный договор является недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закон о банкротстве), поскольку должник не получил равноценное встречное предоставление по сделке, в связи с чем обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании сделки недействительной.

Проанализировав доводы финансового управляющего должника, положенные в основу заявленного требования, исследовав материалы дела, дав им правовую оценку, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных указанной нормой.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63)).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из материалов  дела, в соответствии с оспариваемым договором купли-продажи от 13.08.2018 отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации.

Принимая во внимание, что регистрация перехода права собственности на недвижимость по договору купли-продажи произведена 22.08.2018, оспариваемый договор купли-продажи заключен 13.08.2018, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2019, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления№ 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий должника указал, что оспариваемый договор купли-продажи заключен по заниженной и несоответствующей рыночной стоимости цене.

В обоснование неравноценного встречного представления по договору купли-продажи финансовый управляющий должника представил отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества № 19/04/01 от 19.04.2021, согласно которому стоимость объекта оценки на дату оценки - 13.08.2018, определенная сравнительным подходом, составила 3 745 000 руб.

Опровергая доводы финансового управляющего должника о занижении стоимости квартиры, ответчик пояснял, что спорная квартира приобретена без отделки, то есть в состоянии «стройвариант».

Ответчик указал, что представленный финансовым управляющим отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества № 19/04/01 от 19.04.2021 является ненадлежащим доказательством, поскольку оценщиком выбраны и использованы ненадлежащие объекты-аналоги; наличие у объектов-аналогов таких ценообразующих факторов как видовые характеристики, дизайнерский ремонт, наличие мебели и техники, привело к завышению стоимости объекта оценки, притом, что спорная квартира приобретена без отделки. Оценщик использовал в качестве аналогов объекты, которые не являются сходными объекту оценки по экономическим и другим характеристикам, определяющим их стоимость.

Признавая доводы ответчика обоснованными, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно статье 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение, стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах, объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки, цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было, платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

В соответствии с пунктом 10 Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы к оценке и требования к проведению оценки (ФСО № 1)», утвержденного приказом Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации от 20.05.2015 № 297, объектом-аналогом объекта оценки для целей оценки признается объект, сходный объекту оценки по основным экономическим, материальным, техническим и другим характеристикам, определяющим его стоимость.

В соответствии с пунктом 19 ФСО информация, используемая при проведении оценки, должна удовлетворять требованиям достаточности и достоверности.

Информация считается достаточной, если использование дополнительной информации не ведет к существенному изменению характеристик, использованных при проведении оценки объекта оценки, а также не ведет к существенному изменению итоговой величины стоимости объекта оценки.

Информация считается достоверной, если данная информация соответствует действительности и позволяет пользователю отчета об оценке делать правильные выводы о характеристиках, исследовавшихся оценщиком при проведении оценки и определении итоговой величины стоимости объекта оценки, и принимать базирующиеся на этих выводах обоснованные решения.

В соответствии с пунктом 10 Федерального стандарта оценки "Оценка недвижимости (ФСО № 7)» (утвержден приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611) (далее - ФСО № 7) для определения стоимости недвижимости оценщик исследует рынок в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта и другие виды использования, необходимые для определения его стоимости.

Объем исследований определяется оценщиком исходя из принципа достаточности (пункт 11).

Согласно пункту 22 ФСО № 7 при применении сравнительного подхода к оценке недвижимости оценщик учитывает следующие положения:

а) сравнительный подход применяется для оценки недвижимости, когда можно подобрать достаточное для оценки количество объектов-аналогов с известными ценами сделок и (или) предложений;

б) в качестве объектов - аналогов используются объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и сопоставимы с ним по ценообразующим факторам. При этом для всех объектов недвижимости, включая оцениваемый, ценообразование по каждому из указанных факторов должно быть единообразным;

в) при проведении оценки должны быть описаны объем доступных оценщику рыночных данных об объектах - аналогах и правила их отбора для проведения расчетов. Использование в расчетах лишь части доступных оценщику объектов-аналогов должно быть обоснованно в отчете об оценке;

г) для выполнения расчетов используются типичные для аналогичного объекта сложившиеся на рынке оцениваемого объекта удельные показатели стоимости (единицы сравнения), в частности цена или арендная плата за единицу площади или единицу объема.

Указанные ценообразующие факторы, элементы сравнения являются основой для дальнейших выводов оценщика о величине рыночной стоимости объекта оценки, при этом возможные нарушения в описании (характеристике) предложенных факторов могут существенно сказаться на результатах оценки.

Как следует из отчета об оценке, объекты-аналоги, использованные оценщиком, не тождественны спорному помещению: не сопоставимы по ценообразующим факторам (техническое состояние, отделка (чистовая/предчистовая, наличие ремонта (евро/косметический) и т.д.). Объекты-аналоги, приведенные в отчете оценщика, относятся к иному сегменту рынка недвижимости - готовые жилые помещения, укомплектованные необходимой мебелью и техникой, в то время, как ответчиком приобретено жилое помещение в состоянии «стройвариант».

При этом, должник приобрел спорное недвижимое имущество в новостройке (без чистовых работ) на основании договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома от 14.12.2015.

Доказательств того, что на момент заключения оспариваемого договора от 13.08.2018 квартира имела отделку, в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, из отчета об оценке следует, что эксперт исходил из средних показателей рыночной стоимости объектов недвижимости в г. Краснодаре, продаваемых на рынке вторичной жилой недвижимости «под ключ», при этом, не учитывал конкретные обстоятельства передачи объекта недвижимости покупателю в собственность, который за счет собственных средств после приобретения квартиры осуществил отделочные работы в квартире, что подтверждается представленными в материалы дела документами: заказом IKEA, чеком об оплате ООО «Икеа Дом» от 14.09.2019, чеком от 14.12.2019, товарными чеками от 12.02.2020, от 07.10.2019, квитанциями от 06.02.2019, от 19.04.2019,

Судебная коллегия, оценив представленный в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества № 19/04/01 от 19.04.2021, пришла к выводу о том, что он не является относимым и допустимым доказательством по рассматриваемому обособленному спору, поскольку из указанного отчета следует, что выводы оценщика сделаны без учета ценообразующих факторов, непосредственно влияющие на определение рыночной стоимости объекта недвижимости, с применением сравнительного метода при сопоставлении объектов, которые не являются аналогами оцениваемого объекта; указанные в отчете сведения об объектах-аналогах не соответствуют техническим характеристикам и показателям объекта оценки, в связи с этим выводы оценщика не могут подтверждать рыночную стоимость спорной квартиры на дату ее отчуждения.

Таким образом, суд при рассмотрении настоящего обособленного спора не принимает во внимание отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества № 19/04/01 от 19.04.2021, как не соответствующий требованиям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку при оценке рыночной стоимости спорного объекта недвижимости оценщиком выбраны ненадлежащие объекты-аналоги.

В каждом конкретном случае стоимость имущества подлежит определению индивидуально, исходя из фактического состояния этого имущества (отделка или ремонт). Ввиду этого, сами по себе данные о средних ценах на тот или иной объект недвижимости не могут быть признаны надлежащими доказательствами, подтверждающими рыночную стоимость квартиры, отчужденной по договору.

Финансовый управляющий должника не представил надлежащие и достоверные доказательства в обоснование довода о неравноценности встречного исполнения по оспариваемому договору купли-продажи.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что ответчик в качестве доказательств приобретения спорной квартиры по рыночной стоимости представил в материалы дела доказательства приобретения двух аналогичных по своим характеристикам объектов недвижимости в доме, в котором приобретена спорная квартира, в частности:

- копию договора купли-продажи от 02.08.2018 на приобретение ответчиком недвижимого имущества - квартиры, состоящей из 2 жилых комнат, назначение: жилое помещение, общей площадью 63,7 кв.м., этаж 18, кадастровый (или условный номер) 23:43:0410081:3103, расположенной по адресу: 

<

...> 

<

…>.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость квартиры составляет 2 783 750 руб.;

-  копию договора купли-продажи от 23.06.2018 на приобретение ответчиком недвижимого имущества - квартиры, общей площадью 65,7 кв.м., этаж 7, кадастровый номер 23:43:0410081:2827, расположенной по адресу: 

<

...> 

<

…>.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость квартиры составляет 3 120 800 руб.

Представленные договоры заключены не с должником, а с другими физическими лицами, получившими квартиры по договорам долевого участия в строительстве.

По смыслу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка может быть признана недействительной, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

То есть для сопоставления с аналогичными сделками должна учитываться не вероятная рыночная стоимость, определенная оценочным путем, а стоимость, по которой аналогичные сделки реально совершаются на рынке.

Оценив представленные ФИО5 доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обстоятельства, при которых заключена спорная сделка, свидетельствуют о рыночном характере согласованной сторонами в спорном договоре стоимости квартиры, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО5 приобрел две аналогичные по своим характеристикам квартиры в доме, что и расположена спорная квартира по цене, что и приобретена спорная квартира.

Таким образом, надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что цена квартиры не соответствует цене аналогичных сделок, совершенных в сравнимых обстоятельствах, финансовый управляющий в материалы дела не представил. Представленные ответчиком доказательства финансовый управляющий не опроверг.

В апелляционной жалобе ответчик указал, что согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 22.08.2018 кадастровая стоимость спорного объекта недвижимости составляла 2 550 480,72 руб.

Согласно сведениям, содержащимся в общедоступных источниках в сети Интернет (сайт Росреестра, раздел «Справочная информация об объектах недвижимости в режиме онлайн»), кадастровая стоимость спорного объекта недвижимости составляет 2 313 813 руб. (дата внесения стоимости в базу 29.11.2021), соответственно, установленная договором цена соответствует кадастровой стоимости квартиры, и не могла вызвать у стороны по сделке сомнений относительно добросовестности контрагента.

Несмотря на несогласие финансового управляющего с ценой, по которой был реализован спорный объект недвижимости, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для установления рыночной стоимости объекта недвижимости не заявлено.

Учитывая, что обязательное проведение судебной экспертизы по данному спору не предписано законом, то у суда отсутствует обязанность по назначению экспертизы по собственной инициативе, в связи с чем, суд апелляционной инстанции счел возможным разрешить спор по имеющимся материалам дела.

Согласно пункту 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствия такого своего поведения.

Между тем в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовый управляющий должника не представил доказательства, подтверждающие неравноценность встречного исполнения по оспариваемому договору купли-продажи от 13.08.2018, не опроверг информацию ответчика о том, что стоимость квартиры на дату сделки соответствовала ее техническому состоянию (приобретена без отделки).

В данном случае для констатации факта нарушения прав кредиторов необходимо установить, что продажная стоимость имущества по сделке была ниже ее рыночной стоимости. Однако данные обстоятельства не доказаны финансовым управляющим надлежащими, допустимыми и бесспорными доказательствами. Соответственно, оспоренная сделка не могла привести к уменьшению размера имущества должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим факта реализации имущества должника по существенно заниженной цене, и соответственно, об отсутствии оснований для признания договора недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, финансовый управляющий должника оспаривает сам факт исполнения ответчиком обязательства по оплате недвижимого имущества по цене, указанной в договоре.

Возражая против указанного довода, ответчик указал, что он в полном объеме осуществил оплату за спорную квартиру, что подтверждается распиской № 1 от 13.08.2018 о получении  денежных средств к основному договору купли-продажи от 13.08.2018, подписанной должником и ответчиком.

Исследовав материалы дела, связанные с оплатой за спорное недвижимое имущество, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Исходя из пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Согласно пункту 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно положениям статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушение предписанной законом формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на показания свидетелей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

При расчетах между физическими лицами в соответствии с положениями статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения.

Гражданский кодекс Российской Федерации особых требований к форме расписки не устанавливает.

Поскольку действующее законодательство не запрещает по договорам между физическими лицами совершать платежи в наличной денежной форме, при такой форме оплаты единственным документом, подтверждающим факт оплаты, является расписка, оформляемая продавцом.

Ответчик представил в материалы обособленного спора расписку № 1 от 13.08.2018 о получении денежных средств к основному договору купли-продажи от 13.08.2018, из которой следует, что должник получил от ФИО5 денежные средства в размере 2 800 000 руб. за проданную квартиру, состоящую из двух жилых комнат, общей площадью 64,3 кв.м, на 17 этаже, с кадастровым номером № 23:43:0410081:3078, расположенную по адресу: 

<

...>. Денежные средства переданы покупателем лично в руки продавцу в момент подписания основного договора купли-продажи квартиры, а именно - 13.08.2018. Вышеуказанные денежные средства получены продавцом от покупателя лично в руки в момент подписания основного договора купли-продажи квартиры, а именно - 13.08.2018.

Таким образом, ответчик произвел в пользу должника встречное исполнение по договору купли-продажи жилого помещения в общем размере 2 800 000 руб.

В пункте 2.2 договора стороны констатировали, что расчеты между покупателем и продавцом произведены в полном объеме до подписания договора.

Включение в договор положения о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами произведены полностью, соответствует нормам статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации и подтверждает исполнение обязательств и факт уплаты денежных средств по договору.

Таким образом, с учетом положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, подписав спорный договор купли-продажи и расписку лично, должник подтвердил факт оплаты ему стоимости квартиры и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательств по договору купли-продажи от 13.08.2018.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.05.2018 № 58-КГ18-11.

Стороны оспариваемого договора не являются аффилированными лицами по отношению друг к другу; соответствующие доводы лицами, участвующими в деле, не заявлены и не обоснованы. Кроме того, учитывая заключение договора между физическими лицами, подобная форма фиксации расчетов в наличной форме является обычной.

В рассматриваемом случае ответчик предоставил доказательства, подтверждающие оплату по договору. При этом, финансовый управляющий должника не обосновал необходимость применения к ответчику более строгого стандарта доказывания, учитывая, что ответчик и должник не являются заинтересованными лицами.

Ответчик, исходя из общих правил доказывания, на основе достоверных и допустимых доказательств, подтвердил фактическую передачу должнику денежных средств в целях произведенной им оплаты за спорную квартиру.

Таким образом, оспариваемая сделка заключена на рыночных условиях, обязательства по договору купли-продажи исполнены ответчиком в полном объеме.

Ответчик представил доказательства, подтверждающие наличие финансовой возможности произвести оплату цены договора в размере 2 800 000 руб.

В материалы дела представлен договор купли-продажи от 13.03.2018, согласно которому ФИО5 продал ? нежилого помещения - станции технического обслуживания с земельным участком на праве частной собственности за 100 000 000 тенге (эквивалентно на 13.03.2018 - 17 646 400 руб.).

ФИО5 представил доказательства снятия денежных средств с расчетного счета, а именно: копии расходных кассовых ордеров № 182-10 от 10.08.2018 на сумму 10 000 долларов США, № 178-10 от 10.08.2018 на сумму 910 304,42 руб., № 100-1 от 13.08.2018 на сумму 25 000 долларов США, № 136-10 от 08.08.2018 на сумму 990 000 руб., № 139-10 от 02.08.2018 на сумму 31 000 долларов США, № 156-10 от 22.05.2018 на сумму 20 000 долларов США, № 163-10 от 22.05.2018 на сумму 20 000 долларов США, № 71-10 от 23.05.2018 на сумму 5 600 000 руб., а также представил расширенные выписки по вкладам, открытым в ПАО «Сбербанк России» (валюта - доллар и валюта - российский рубль), справки о принятии от клиента ФИО5 денежных средств в размере 40 000 долларов США (2 522 000 руб.)

Исследовав представленные доказательства, судебная коллегия установила, что в период, предшествующий заключению сделки, ответчик производил снятие наличных денежных средств в размере, сопоставимом со стоимостью оспариваемой сделки.

Ответчик представил доказательства, что снимал со счета денежные средства в размере, необходимом и достаточном для оплаты по иным заключенным им сделкам.

Таким образом, представленные ответчиком доказательства подтверждают наличие у него финансовой возможности произвести оплату в соответствии с договором купли-продажи от 13.08.2018 и факт оплаты по договору от 13.08.2018.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и обособленном споре, не заявили о фальсификации представленных ответчиком документов; не представили доказательства, свидетельствующие о недостоверности этих документов.

Довод финансового управляющего о том, что в преддверии банкротства должник совершал действия по выводу имущества путем заключения иных договоров купли-продажи, отклоняется судом, поскольку это обстоятельство не свидетельствует об осведомленности ответчика о действиях должника.

Финансовый управляющий должника указал, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства, в том числе перед заявителем по делу о банкротстве.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 12 постановления № 63 разъяснено, что при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом. Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Ни одно из обстоятельств, которое позволяет сделать вывод о том, что контрагент должника знал или должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, судом не установлено.

В данном случае финансовый управляющий не доказал, что ответчик знал или мог знать о наличии неисполненных обязательств у должника перед кредиторами.ФИО5 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Таким образом, финансовый управляющий должника не представил достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника.

Учитывая правовую природу оспариваемой сделки, ответчик не обязан был выяснять платежеспособность должника, так как оспариваемая сделка подразумевает встречное исполнение со стороны ответчика, на момент оспариваемой сделки должник в процедуре банкротстве не находился.

Финансовый управляющий не представил относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что при заключении сделки стороны преследовали цель причинения вреда должнику или кредиторам. Доказательства того, что ответчик достоверно знал о наличии у должника иных кредиторов, в материалы дела не представлены.

Более того, за отчужденное недвижимое имущество должник получил равноценное встречное исполнение. Таким образом, заявитель не доказал, что должнику и его кредиторам причинен вред.

Отсутствие доказательств осведомленности ответчика о наличии цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, а также недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки исключает возможность признания оспариваемой финансовым управляющим сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод финансового управляющего о том, что у него отсутствуют сведения об использовании должником денежных средств от продажи квартиры, отклоняется судом апелляционной инстанции, так как отсутствие у финансового управляющего доказательств расходования денежных средств не свидетельствует о том, что должник не получил денежные средства. Более того, отсутствие у финансового управляющего доказательств расходования полученных должником денежных средств не может быть поставлено в вину ФИО5 и являться основанием для вывода о безвозмездности оспариваемой сделки.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что ФИО5 приобрел спорный объект недвижимости для своего проживания и проживания членов семьи в доме, расположенном по адресу:  

<

...> 

<

…>, зарегистрировал право собственности на квартиру, после приобретения квартиры в состоянии «стройвариант» осуществил ремонт. Указанное свидетельствует о том, что целью приобретения ФИО5 квартиры по спорной сделке являлось приобретение объекта с целью дальнейшего проживания в нем, а не в целях причинения вреда кредиторам должника или вывода активов должника.

Поскольку заявитель не доказал совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемого договора купли-продажи от 13.08.2018 недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявление финансового управляющего должника удовлетворению не подлежит.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

В силу пункта 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Поскольку при рассмотрении дела суд первой инстанции допустил процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены судебного акта, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу № А32-23770/2019 подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного кодекса Российской Федерации судебные расходы возлагаются на должника.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 по делу № А32-23770/2019 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

 

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             Г.А. Сурмалян

Д.В. Емельянов