ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

24.10.2019

Дело № А41-83054/14

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.10.2019

Полный текст постановления изготовлен  24.10.2019

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Голобородько В.Я., Коротковой Е.Н., 

при участии в судебном заседании:

от арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 11.04.2019;

от конкурсного управляющего ЗАО «Центр развития юношеского спорта» - ФИО3, лично, паспорт; ФИО4, по доверенности от 02.04.2018;

от ПАО «Сбербанк России» - ФИО5, по доверенности №МБ/6281-Д от 23.04.2019;

рассмотрев 17.10.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение от 01 марта 2019 года

Арбитражного суда Московской области,

на постановление от 21 июня 2019 года

Десятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «Центр развития юношеского спорта» ФИО3, ПАО «Сбербанк» и ФИО6 о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «Центр развития юношеского спорта»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 11 февраля 2015 года в отношении закрытого акционерного общества «Центр развития юношеского спорта» (ЗАО «ЦРЮС») введена процедура банкротства - наблюдение.

Решением Арбитражного суда Московской области от 29 июля 2015 года ЗАО «ЦРЮС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2018 года ФИО1 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 марта 2018 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ЗАО «ЦРЮС» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 51 563 438 руб. 32 коп. убытков.

ПАО «Сбербанк России» также обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 183 803 000 руб. убытков в пользу ЗАО «ЦРЮС», установив их распределение в порядке, предусмотренном статьей 138 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 276 461 000 руб. убытков в пользу ЗАО «ЦРЮС».

Протокольным определением Арбитражного суда Московской области от 17 октября 2018 года вышеуказанные заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17 октября 2018 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен арбитражный управляющий ФИО7

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 ноября 2018 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен арбитражный управляющий ФИО8

Определением Арбитражного суда Московской области от 01 марта 2019 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2019 года, в удовлетворении заявлений ПАО «Сбербанк России» и ФИО6 отказано, заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено, с ФИО1 в пользу ЗАО «ЦРЮС» взысканы убытки в размере 51 563 438 руб.32 коп.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции от 01 марта 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 21 июня 2019 года в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о взыскания с ФИО1 убытков в размере 51 563 438 руб. 32 коп., а также в части отказа в удовлетворении ходатайства ФИО1 о назначении судебной экспертизы, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

10 сентября 2019 года в адрес суда поступили отзывы конкурсного управляющего ФИО3 и ПАО «Сбербанк России» на кассационную жалобу, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

11 сентября 2019 года в адрес суда поступил отзыв ООО «Страховое общество «Помощь» на кассационную жалобу, в приобщении которого к материалам дела судом отказано в связи с отсутствием доказательств заблаговременного направления отзыва в адрес участвующих в деле лиц.

16 октября 2019 года в адрес суда поступили письменные пояснения конкурсного управляющего должника, в приобщении которых к материалам дела судом отказано в связи с отсутствием доказательств заблаговременного направления пояснений в адрес участвующих в деле лиц.

Поскольку отзыв и приложенные к нему документы, а также письменные пояснения и приложенные к ним документы поданы в электронном виде,  указанные выше документы в соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 10 постановления Пленума от 26.12.2017 N 57, фактическому возврату не подлежат.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ЗАО «ЦРЮС» ФИО3 указал, что в результате ненадлежащего исполнения ФИО1 возложенных на него в настоящем деле обязанностей по обеспечению охраны имущества должнику были причинены убытки в размере стоимости утраченного оборудования и материалов, а также стоимости строительно-монтажных работ на объекте незавершенного строительства.

Как указал заявитель, согласно Отчету об оценке здания рыночная стоимость принадлежащего должнику объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: 

<

...> по состоянию на 27 ноября 2015 года составляла 172 880 000 руб., тогда как согласно Отчету об оценке №83-А-ОН-ТИ/18 от 25 апреля 2018 года по состоянию на 30 марта 2018 года были утрачены оборудование и материалы на сумму 30 477 626  руб. 12 коп., СМР по оборудованию и материалам на сумму 21 085 811 руб. 60 коп.

Как полагает заявитель, вышеуказанные убытки имуществу должника причинены в результате действий ФИО1, который не исполнил определение Арбитражного суда Московской области от 06 декабря 2016 года в   части привлечения для обеспечения сохранности залогового имущества охранной организации из перечня, указанного в письме ПАО «Сбербанк России»,  а также не осуществлял контроль за деятельностью охранной организации ООО ЧОП «Проект-А».

Также заявитель указал, что незаконность действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО1, связанного с охраной залогового имущества, установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2018 года по настоящему делу.

ПАО «Сбербанк России» в обоснование заявленных требований ссылалось на те же обстоятельства, что и конкурсный управляющий, однако в качестве убытков просило взыскать разницу между залоговой стоимостью имущества в размере 212 984 00 руб. и стоимостью имущества, определенной по состоянию на 30.03.2018, в размере  29 181 000 руб., что составило 183 803 000 руб.

ФИО6 обратилась за взысканием убытков на тех же основаниях, однако просила взыскать с ФИО1 убытки в размере 276 461 000 руб., составляющие разницу между стоимостью, указанной в инвентаризационной описи – 285 611 000 руб. и ценой продажи имущества – 9 150 000 руб., что составляет 276 461 000 руб.

Суды при разрешении спора указали, что вступившими в законную силу судебными актами, имеющими в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, был установлен факт наличия вины арбитражного управляющего ФИО1 в непринятии мер по сохранности имущества ЗАО "ЦРЮС", находящегося в залоге у ПАО "Сбербанк России".

Определяя размер убытков, суды указали, что в соответствии с отчетом об оценке N 83-А-ОН-ТИ/18 от 25.04.18 по состоянию на 30.03.18 и заключением строительно-технической экспертизы незавершенного строительством объекта от 25.04.18, подготовленным ООО "ЭсАрДжи-Оценка активов" по заказу конкурсного управляющего ЗАО "ЦРЮС" ФИО3, стоимость утраченных в связи с ненадлежащим исполнением управляющим ФИО1 обязательств по охране объекта незавершенного строительства оборудования и материалов составляет 30 477 626 рублей 12 копеек, а строительно-монтажных работ по утраченным оборудованию и материалам - 21 085 811 рублей 60 копеек (т. 1, л.д. 74 - 147, т. 2, л.д. 1 - 29).

В связи с вышеизложенным суды признали требования конкурсного управляющего ЗАО "ЦРЮС" ФИО3 обоснованными.

Отказывая в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк России», суды указали, что надлежащих доказательств, что стоимость объекта залога при обеспечении его охраны и соответствия его состояния в настоящее время составляла бы 212 984 000 рублей, не представлено.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО6, суды также  сослались на предположительный размер заявленных ко взысканию убытков, поскольку продажа имущества на торгах со значительным дисконтом проведена в деле о банкротстве ЗАО «ЦРЮС» и не связана исключительно с виновными действиями управляющего.

Доказательств, что продажа имущества по цене 9 150 000 руб. произведена исключительно по вине ФИО1, не обеспечившего его сохранность, не представлено.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, указал, что в протоколе судебного заседания от 04 февраля 2019 года отражены не все процессуальные действия, совершенные ФИО1, в том числе, не отражено ходатайство об отложении судебного разбирательства либо об объявлении перерыва с целью представления доказательств перечисления денежных средств за проведение экспертизы, при этом само ходатайство о проведении экспертизы не было рассмотрено, как и замечания на протокол судебного заседания.

Как указал заявитель, отчет об оценке от 25 апреля 2018 года, на котором основывал суд свои выводы, не содержит расчета убытков, не соответствует федеральным стандартам оценки, при этом экспертиза как таковая не проводилась, не был осуществлен осмотр объекта, эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, при этом, по мнению ФИО1, данный отчет не содержит выводов об утрате имущества в связи с необеспечением его сохранности, как и размера убытков, связанных с таким необеспечением.

Также заявитель кассационной жалобы сослался на то, что суд взыскал сумму убытков, отличающуюся от суммы, указанной в заявлении конкурсного управляющего должника, при этом заявленные требования следовало оставить без рассмотрения, поскольку в отношении ФИО1 введена процедура  банкротства – реструктуризация долгов.

Также, как полагает заявитель, вина ФИО1 в причинении должнику убытков судебными актами, где оспаривались действия арбитражного управляющего, не устанавливалась, при этом суды не приняли во внимание, что какое-либо оборудование и стройматериалы ФИО1 по инвентаризационным описям не передавались.

Кроме того, ФИО1 сослался на то обстоятельство, что доказательств, что снижение рыночной стоимости имущества связано исключительно с отсутствием охраны, а не в результате естественного износа здания либо нарушений, допущенных при его строительстве, не представлено,  а, следовательно, причинно-следственная связь между действиями арбитражного управляющего и возникновением у должника убытков в заявленном размере не доказана.

Как указал заявитель, сама ФИО6 в своих видеообращениях в 2014 году неоднократно ссылалась на то, что в результате неисполнения Банком принятых на себя по кредитному договору обязательств происходит порча имущества в связи с остановкой строительства, в том числе, протечки и залив помещений.

Вышеуказанные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствуют об отсутствии вины ФИО1 в причинении должнику убытков.

Представитель ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Конкурсный управляющий ФИО3 и его представитель, а также представитель ПАО «Сбербанк России» в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из разъяснений, данных в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2004 года N 29 «О некоторых вопросах практики применения ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что кредиторы и иные лица вправе обратиться с иском к арбитражному управляющему, если его неправомерными действиями им причинены убытки.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из взаимной связи статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 20.4 Закона о банкротстве лицо, требующее возмещения убытков причиненных конкурсным управляющим, должно доказать факт неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на конкурсного управляющего, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

Таким образом, необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер таких убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. 

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Как правильно указали суды, определением Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2018 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 25 июня 2018 года, были признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ЗАО «ЦРЮС» ФИО1, выразившиеся в неисполнении определения суда от 06.12.2016 в части не привлечения для обеспечения сохранности имущества (объект незавершенного строительства) должника охранной организации из перечня, указанного в письме ПАО «Сбербанк России» от 16.12.2015 исх. № 37/2200; не обеспечении сохранности имущества должника с 20.12.2015 до 30.11.2016, а также с 01.12.2016; не осуществлении контроля за оказанием охранных услуг ООО ЧОП «Центр-А», при этом ФИО1 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «ЦРЮС».

В связи с вышеизложенным суды пришли к правильному выводу, что вступившими в законную силу судебными актами, имеющими в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, был установлен факт наличия вины арбитражного управляющего ФИО1 в непринятии мер по сохранности имущества ЗАО «ЦРЮС», находящегося в залоге у ПАО «Сбербанк России».

В подтверждение размера убытков и причинно-следственной связи между причинением должнику убытков и бездействием арбитражного управляющего суды сослались на то, что в соответствии с отчетом об оценке № 83-А-ОН-ТИ/18 от 25.04.2018 по состоянию на 30.03.2018 и заключением строительно-технической экспертизы незавершенного строительством объекта от 25.04.2018, подготовленным ООО «ЭсАрДжи-Оценка активов» по заказу конкурсного управляющего ЗАО «ЦРЮС» ФИО3, стоимость утраченных в связи с ненадлежащим исполнением управляющим ФИО1 обязательств по охране объекта незавершенного строительства оборудования и материалов составляет 30 477 626 руб. 12 коп., а строительно-монтажных работ по утраченным оборудованию и материалам - 21 085 811 руб. 60 коп.

Между тем, как правильно указал заявитель, в отчете об оценке № 83-А-ОН-ТИ/18 от 25.04.2018 не содержится сведений о том, что стоимость утраченных в связи с ненадлежащим исполнением управляющим ФИО1 обязательств по охране объекта незавершенного строительства оборудования и материалов составляет 30 477 626 руб. 12 коп., а строительно-монтажных работ по утраченным оборудованию и материалам - 21 085 811 руб. 60 коп.

Более того, данный вопрос вообще не являлся предметом вышеуказанной оценки, целью которой был установление рыночной стоимости объекта по состоянию на 30 марта 2018 года.

Заключение строительно-технической экспертизы незавершенного строительством объекта от 25.04.2018 также не содержит выводов об утрате имущества в связи с отсутствием принятия мер по его сохранности.

С учетом изложенного, суд округа считает обоснованными доводы ФИО1 о том, что доказательства, на которые сослались суды, не подтверждают наличие оснований для применения к нему положений ст. 15 ГК РФ по заявленным требованиям.

В судебном заседании суда кассационной инстанции установлено, что сведения, на которые ссылается конкурсный управляющий должника, содержатся в Заключении по экспертизе Отчета об оценке №25-09-00-1 от 02 марта 2018 года, выполненного по заданию ПАО «Сбербанк России» (т.2, .д. 140), при этом целью составления данного заключения являлось определение  фактически отсутствующего оборудования и материалов по сравнению со сведениями, содержащимися в Отчете ООО ЭЮБ «ГАРБОР» от 12 января 2018 года, однако суды оценки данному доказательству не дали с точки зрения его допустимости, относимости и достаточности.

Также суды не дали оценки доводам конкурсного управляющего о том, что представленные в материалы дела документы не содержат выводов о том, что убытки в заявленном размере причинены должнику исключительно в связи с необеспечением им охраны имущества, а не в результате естественного износа здания либо нарушений, допущенных при его строительстве.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 АПК РФ основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (постановление от 21.12.2011 N 30-П, определения от 21.03.2013 года N 407-О, от 16.07.2013 N 1201-О, от 24 октября 2013 года N 1642-О, от 27.03.2018 N 742-О).

При этом вопросы применения норм материального права преюдициального значения не имеют (правовая позиция, выраженная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 по делу N 305-ЭС15-16362).

Исходя из приведенных норм, суды, устанавливая основания для применения части 2 статьи 69 АПК РФ в настоящем деле, должны были указать, какие фактические обстоятельства, установленные определением от 23 марта 2018 года, свидетельствуют о причинении убытков должнику действиями (бездействием) арбитражного управляющего ФИО1, поскольку при рассмотрении жалобы на его действия вопрос причинения убытков не был предметом рассмотрения, а само по себе установление факта ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсным управляющим должника в рассматриваемом случае не может служить достаточным основанием для удовлетворения требований заявителя и взыскания с ФИО1 убытков в заявленном размере.

При таких обстоятельствах суд округа полагает, что выводы судов о наличии в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих причинение убытков должнику действиями ФИО1, связанными с необеспечением охраны имущества, сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, и не подтверждены документально, как и размер таких убытков.

В связи с вышеизложенным обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку для вынесения законного и обоснованного судебного акта требуется исследование доказательств, что находится за пределами полномочий суда кассационной инстанции.

При новом рассмотрении дела судам следует предложить сторонам уточнить, на основании каких конкретно оценочных заключений заявлены требования, проанализировать указанные заключения на предмет, имеются ли в них сведения о причинении должнику убытков в связи с необеспечением охраны здания, дать оценку представленному в материалы дела Заключению по экспертизе Отчета об оценке №25-09-00-1 от 02 марта 2018 года, выполненного по заданию ПАО «Сбербанк России» (т.2, .д. 140), и установить, является ли данное заключение надлежащим доказательством по делу с целью применения к ФИО1 ответственности, установленной ст. 15 ГК РФ; в случае необходимости рассмотреть вопрос о назначении экспертизы по настоящему делу с целью установления размера убытков, причиненных имуществу должника в связи с необеспечением охраны объекта незавершенного строительства, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 01 марта 2019 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2019 года по делу № А41-83054/14 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение  Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий-судья                                     С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                 В.Я. Голобородько

 

Е.Н. Короткова