АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-25646/2022

Дело № А72-6617/2021

г. Казань

20 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при участии представителя:

ФИО2 – ФИО1, доверенность от 22.06.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 

на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022

по делу № А72-6617/2021

по иску ФИО3, г.Москва, к ФИО2, г.Ульяновск, о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Энергис» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее – истец, ФИО3) обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о привлечении ФИО2 (далее также – ответчик) – бывшего генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Энергис» (далее – ООО «Энергис») к субсидиарной ответственности, взыскав с ответчика в пользу истца 2 463 700 руб., в том числе, 2 300 000 руб. – основного долга, 163 700 руб. - неустойки.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 заявленные требования удовлетворены. С ФИО2 в пользу ФИО3 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Энергис» взысканы денежные средства в размере 2 463 700 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 года решение суда первой инстанции от 24.03.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, ссылаясь нарушения материально и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами дана неверная оценка доводам ответчика о том, что в результате вменяемых Губерману Я.А. сделок по выводу активов должника в виде дебиторской задолженности вред имущественным интересам кредиторов должника причинен не был ввиду отсутствия у указанной дебиторской задолженности потребительской ценности, поскольку у дебиторов должника отсутствуют какие-либо активы, достаточные для удовлетворения требований к ним.

Присутствующий в судебном заседании представитель ФИО2 настаивал на удовлетворении кассационной жалобы.

ФИО3 представила мотивированный отзыв на кассационную жалобу, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения. Одновременно истцом заявлено ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы ФИО2 в отсутствие ФИО3

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения, а обжалуемые судебные акты - оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.12.2017 возбуждено производство по делу № А72-18596/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергис».

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.02.2019 общество «Энергис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. 

В рамках указанного дела № А72-18596/20107 о несостоятельности (банкротстве) общества «Энергис» определением суда от 26.08.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов в порядке процессуального правопреемства включены требования ФИО3 в сумме 2 463 700 руб., в том числе 2 300 000 руб. - основной долг, 163 700 руб. – неустойка, подтвержденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.08.2015 по делу № А72-8528/2015.

Конкурсным управляющим общества «Энергис» по результатам инвентаризации в конкурсную массу включена дебиторская задолженность в виде права требования к обществу «Светлой» в размере 24 205 624,18 руб. и права требования к обществу «Спецуправление» в размере 1 210 281,21 руб. 

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.08.2019 производство по делу № А72-18596/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества «Энергис» было прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

При этом, как установлено судами, требования ФИО3 к должнику в сумме 2 463 700 руб., включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в ходе конкурсного производства в отношении общества «Светлон» погашены не были.

В дальнейшем  общество «Энергис» 29.10.2020 было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в связи с признанием недостоверными сведений об этом юридическом лице.

Полагая, что недобросовестные действия контролирующего должника лица ФИО2 лишили кредиторов возможности взыскать с общества «Энергис», ФИО3 обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Рассматривая заявленные ФИО3 требования, суды установили, что ФИО2, будучи генеральным директором общества «Энергис», в процедуре наблюдения незаконно вывел активы должника в виде дебиторской задолженности, а именно: права требования к обществу «Светлон» в размере 24 205 624, 18 руб., а также права требования к обществу «Спецуправление» в размере 1 210 281,21 руб. путем заключения в нарушение пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве договоров цессии № 1 от 01.06.2018 и № 2 от 01.06.2018 в свою пользу. При этом Губерман Я .А. выступил от имени должника в качестве цедента и от своего имени как цессионарий.

Судами установлено, что по условиям названных договоров уступки права требования № 1 от 01.06.2018 и № 2 от 01.06.2018 общество «Энергис» уступило Губерману Я.А. в полном объеме права (требования) долга с общества «Светлон» в размере 24 205 624,18 руб. и права (требования) долга с общества «Спецуправление» в размере 1 210 281,21 руб. соответственно, подтвержденные определением Арбитражного суда Ульяновской области от 08.12.2015 по делу № А72-11207/2015 и решением Арбитражного суда Ульяновской области по делу № А72-3627/2018.

Указанные договоры цессии вступили в силу с 01.01.2020 и предусматривали оплату уступленных права в сумме 5 000 000 руб. на условиях отсрочки платежа до 31.12.2022, 31.12.2023 и 31.12.2025. 

Судами также установлено, что в 2020 году ФИО2 обратился в суд с заявлениями о процессуальном правопреемстве, по обоим договорам цессии произведена процессуальная замена, правопреемником признан ФИО2, им же получены исполнительные листы о взыскании 24 205 624, 18 руб. и 1 210 281,21 руб. с общества «Светлон» и общества «Спецуправление» соответственно.

Между тем, оплата за уступленные права требования как по договору цессии № 1 от 01.06.2018, так и по договору цессии № 2 от 01.06.2018 от ФИО2 обществу «Энергис» не поступила, заключение договоров цессии в нарушение положений абзаца 2 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве с временным управляющим общества «Энергис» Губерманом Я.А. согласовано не было. 

При этом ФИО2 как бывший руководитель должника документацию по этим договорам цессии арбитражному управляющему не передал. 

Возражая против заявленных требований, ФИО2 ссылался на то, что уступленная ему дебиторская задолженность к обществам «Светлон» и «Спецуправление» не имеет потребительской ценности, поскольку ему не удалось получить исполнение по уступленным ему должником требованиям к указанным обществам. На этом основании ответчик полагал, что вред кредиторам должника причинен не был, в связи с чем основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (общества «Энергис») отсутствуют.

Отклоняя возражения ответчика и удовлетворяя заявленные ФИО3 требования, суды исходили из следующего.

На ФИО2 как на генерального директора общества «Энергис» в период с 28.03.2017 возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и или бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а с учетом открытия в отношении общества «Энергис» процедуры конкурсного производства  – обязанность в срок не позднее 24.03.2019 обязанность передать документацию должника конкурсному управляющему по акту приема-передачи, акт представить в суд.

Между тем, указанную обязанность ФИО2 не исполнил, документацию должника (в том числе информацию об активах общества «Энергис») конкурсному управляющему должника не передал, что привело к затруднению конкурсного управляющего в формировании конкурсной массы.

Оценив собранные по делу доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате заключения Губерманом Я.А. названных договоров цессии в процедуре наблюдения единственные активы должника (общества «Энергис») в виде дебиторской задолженности - прав требования к обществу «Светлон» и обществу «Спецуправление» на общую сумму 25 415 905,39 руб. были выведены в пользу ответчика в отсутствие встречного предоставления. При этом требования кредиторов в процедуре банкротства общества «Энергис» удовлетворены не были, а позже возможность удовлетворения требований кредиторов была утрачена окончательно в связи с исключением общества «Энергис» из ЕГРЮЛ.

С учетом этого суд первой инстанции пришел к выводу о том, что такое поведение руководителя должника является недобросовестным и направленным на умышленное причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторов. Указанные противоправные действия ответчика привели к невозможности погашения задолженности по обязательным платежам и кредиторской задолженности, и как следствие к несостоятельности (банкротству) должнику.

На этом основании суд первой инстанции сделал вывод о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Энергис» и взыскания с него денежных средств в пользу ФИО3 в размере 2 463 700 руб.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы ответчика об отсутствии вреда должнику и его кредиторам ввиду отсутствия у дебиторской задолженности потребительской ценности, апелляционный суд указал, что ФИО2 в ходе дела о несостоятельности (банкротстве) его супруги – ФИО4 ответчику (Губерману Я.А.) произведена выплата в сумме 9 288 366,35 руб., однако каких-либо выплат в счет оплаты дебиторской задолженности не произвел.

У судебной коллегии кассационного суда отсутствуют основания не соглашаться с выводами суда апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 10.04.2015 № 309-ЭС14-7022, предусмотренная законодательством о банкротстве субсидиарная ответственность установлена в качестве санкции (ответственности в прямом смысле), причем не за действия организации-должника, а за собственные недобросовестные и неразумные действия контролирующего лица, следствием которых стало банкротство юридического лица, не позволившее ему удовлетворить требования кредиторов.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в действиях ответчика противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия (невозможности погашения задолженности перед кредиторами).

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53) разъяснено следующее. В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Удовлетворяя заявленные ФИО3 как кредитором общества «Энергис» требования в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица – ФИО2, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы заявителя кассационной жалобы о неверной оценке судами возражений ответчика об отсутствии вреда интересам кредитора должника ввиду отсутствия у выведенного ответчиком актива - дебиторской задолженности потребительской ценности отклоняется судом округа. Указанные доводы были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанции, при этом отклонены судами с подробным изложением мотивов, эти доводы не опровергает выводов судов, а сводятся к несогласию указанных подателем жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела. Оснований для переоценки сделанных судами первой и апелляционной инстанций выводов у суда округа не имеется.

По мнению суда округа, разрешая спор и удовлетворяя заявленные ФИО3 требования, суды первой и апелляционной инстанций действовали в рамках предоставленных полномочий, оценили обстоятельства и доказательства по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Иные доводы, приведенные кассаторами в кассационной жалобе, также являлись предметом детальной проверки судов первой и апелляционной инстанций, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых решения суда первой инстанции от 24.03.2022 и постановления апелляционного суда от 09.08.2022 и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 по делу № А72-6617/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            В.А.  Самсонов 

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова 

 

                                                                                              Н.А. Третьяков