ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-26064/2021

Дело № А40-267357/19

г. Москва

03 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В. В. Лапшиной, 

судей Р.Г. Нагаева, А.Н. Григорьева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «КРАФТВЭЙ КОРПОРЭЙШН ПЛС» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.03.2021г. по делу № А40-267357/19 вынесенное судьей Е.С.Игнатовой о признании обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЭНКОР» требование Индивидуального предпринимателя ФИО2 в размере 7.121.500,00 руб. основного долга

при участии в судебном заседании:

от АО «КРАФТВЭЙ КОРПОРЭЙШН ПЛС» – ФИО3 дов. от 06.04.2020

ФИО2 – лично, паспорт.

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.02.2020 ООО «ЭНКОР» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должник, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО4, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №33 от 22.02.2020. 

В Арбитражный суд г. Москвы поступили требования Индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении требований в реестр требований кредиторов должника 7.121.500,00 руб. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.03.2021 года признано обоснованным обоснованными и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЭНКОР» требование Индивидуального предпринимателя ФИО2 в размере 7.121.500,00 руб. основного долга. 

С определением суда не согласилось АО «КРАФТВЭЙ КОРПОРЭЙШН ПЛС» и обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, указывает на мнимость и аффилированность взаимоотношений кредитора и должника просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

От ФИО2, конкурсного управляющего должника поступили отзывы на апелляционную жалобу.

В судебном заседании апеллянт поддержал доводы жалобы в полном объеме.

ФИО2 возражала на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в пункте 26 даны разъяснения, согласно которым в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора либо соответствующих правоотношений и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу N 305-ЭС17-2110, совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В Определении от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060 Верховный Суд Российской Федерации также сформулировал правовую позицию о необходимости всесторонне исследовать обстоятельства совершения сделок при рассмотрении обособленных споров в деле о банкротстве, не ограничиваясь формальной проверкой представленных стороной доказательств.

 

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований кредитор ссылался на то, что 22.12.2016 между АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» (головной исполнитель) и МВД РФ в лице ФКУ НПО «СТиС» (заказчик) был заключен государственный контракт № 46/2016/ИСОД на выполнение опытно-конструкторской работы «Развитие единой системы информационно-аналитического обеспечения деятельности Министерства внутренних дел Российской Федерации», шифр «Развитие изделия 14т1м». 

В целях обеспечения исполнения государственного контракта 02.05.2017 между АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» (головной исполнитель) и ООО «ЭНКОР» (исполнитель) были подписаны ряд договоров подряда на разработку программ ЭВМ для нужд МВД РФ. 

В свою очередь, в целях обеспечения работоспособности программистов ООО «ЭНКОР» с ИП ФИО2 был заключен ряд договоров по поддержке инфраструктуры должника. 

01.12.2014 между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «ЭНКОР» (ранее ООО «А-СОФТ») (заказчик) был подписан договор № 5 с дополнительными соглашениями, по условиям которого исполнитель обязался после предоставления всего необходимого программного обеспечения заказчиком оказывать услуги по модернизации, поддержанию в рабочем состоянии компьютерной сети заказчика. Дополнительным соглашением № 15 от 01.10.2017 изменена стоимость оказания услуг из расчета 3.000,00 руб. за 1 ПЭВМ должника. 

В перечень оказываемых исполнителем услуг включено: - сопровождение виртуальной среды разработки и тестирование программного обеспечения; - обслуживание гипервизоров ESX (установка и настройка нового оборудования, контроль за работоспособностью и актуальностью программного обеспечения) – 15 шт. х 3.000,00 руб.; - обслуживание виртуальных машин (контроль работоспособности и корректности выполнения задач операционной системы) 466 шт. х 500,00 руб. согласно перечню машин; - обслуживание коммуникационного оборудования (контроль работоспособности и актуальности версий программного обеспечения, создание и назначение меток тегирования графики, поддержание в актуальном состоянии матриц доступа; - сопровождение и модернизация порталов организации повседневной деятельности, осуществляемое в режиме 24/7 согласно перечню. 

Итого общая стоимость оказываемых услуг в соответствии с перечнем по дополнительному соглашению № 15 с 01.10.2017 составляет 1.236.000,00 руб. 

Также в рамках указанного договора кредитором оказывались услуги по технической и консультационной поддержке портала Microsoft Sharepoint Foundation 2013 в размере 20.000,00 руб. ежемесячно. 

Как было указано кредитором, должник не произвел оплату оказанных услуг по договору за апрель и май 2018 года в сумме 2.512.000,00 руб., в подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены акты № 191 от 30.04.2018 и № 246 от 31.05.2018. 

Также 11.06.2015 между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «ЭНКОР» (заказчик) был подписан договор № 16, по условиям которого исполнитель обязался после предоставления всего необходимого программного обеспечения заказчиком оказывать услуги по сопровождению систем управления базами данных (СУБД) заказчика. 

В Приложении № 1 к договору перечислен состав работ: - администрирование, конфигурирование с использованием систем управления конфигурациями (puppet, ansible) Linux серверов; - администрирование СУБД postgresql, MongoDB; - установка, настройка систем мониторинга (Zabbix); - установка, настройка, обновление целевых приложений обслуживаемой системы; - настройка, балансировка запросов к целевым приложениям обслуживаемой системы, настройка, обслуживание web серверов. 

Как было указано кредитором, должник не произвел оплату оказанных услуг по договору за апрель и май 2018 года в сумме 212.000,00 руб., в подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены акты № 193 от 30.04.2018 и № 248 от 31.05.2018. 

01.10.2015 между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «ЭНКОР» (заказчик) был подписан договор № 20, по условиям которого исполнитель обязался после предоставления всего необходимого программного обеспечения заказчиком оказывать услуги по поддержанию реализации системы взаимодействия базы данных Postgres с базой данных Oracle, а также осуществлять сопровождение технической эксплуатации разрабатываемых приложений на всех этапах. 

По условиям договора в состав работ входит следующее: - создание площадки для испытаний переноса данных; - обеспечение непрерывной интеграции; - подготовка дистрибутива продуктов; - развертывание на тестовых и продуктивных площадках; - администрирование и резервное копирование СУБД; -мониторинг виртуальных серверов и приложений; -внедрение в процесс эксплуатации новых технологий; - автоматизация текущих процессов; - ведение технической документации; - определение перечня функциональных подзадач и таблиц, которые к ним относятся; - реконструкция и анализ структур данных Postgres и Oracle; - определение взаимосвязей между таблицами - модель данных Postgres и Oracle. 

Стоимость услуг установлена в размере 150.000,00 руб. за один календарный месяц (п. 3.1. договора).

 Как было указано кредитором, должник не произвел оплату оказанных услуг по договору за март, апрель и май 2018 года в сумме 450.000,00 руб., в подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены акты № 117 от 31.03.2018, № 194 от 30.04.2018, № 249 от 31.05.2018. 01.12.2015 между ИП ФИО2 (арендодатель) и ООО «ЭНКОР» (арендатор) был подписан договор № 22, по условиям которого арендодатель предоставил в аренду арендатору «вычислительные мощности», размещенные на площадке арендодателя. 

Дополнительным соглашением № 13 от 22.01.2018 стороны расширили состав предоставляемых серверов, а именно 11 (одиннадцать) серверов на территории арендатора, и 4 (четыре) сервера на территории арендодателя. 

Стоимость вычислительной мощности сторонами согласовано в размере 514.550,00 руб. за 11 серверов на территории арендатора, и 105.000,00 руб. за 4 сервера на территории арендодателя. 

В материалы дела представлен акт приемки-передачи оборудования от 22.01.2018. 

Как было указано кредитором, должник не произвел оплату оказанных услуг по договору за апрель и май 2018 года в сумме 1.239.100,00 руб., в подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены акты № 192 от 30.04.2018 и № 247 от 31.05.2018. 

Кроме того, 01.06.2018 между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «ЭНКОР» (заказчик) был подписан договор № 78, по условиям которого исполнитель обязался оказаться заказчику услуги по дистанционному консультированию и технической поддержке информационных технологий, связи, автоматизированных систем управления, а также услуги по предоставлению вычислительных мощностей в аренду. 

В приложении № 1 к договору содержится состав и порядок оказания услуг. Стоимость оказываемых услуг составляет 215.000,00 руб. за один календарный месяц. Дополнительным соглашением № 1 от 09.01.2019 изменена стоимость услуг по договору в размере .109.400,00 руб. за один календарный месяц. 

Как было указано кредитором, должник не произвел оплату оказанных услуг по договору за июнь 2018 года по ноябрь 2019 года в сумме 2.708.400,00 руб., в подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены акты № 317 от 30.06.2018, № 380 31.07.2018, № 435 от 31.08.2018, №487 от 30.09.2018, № 543 от 31.10.2018, № 601 от 30.11.2018, № 678 от 31.12.2018, № 75 от 31.01.2019, № 136 от 28.02.2019, № 161 от 31.03.2019, № 265 от 30.04.2019, № 340 от 31.05.2019, № 409 от 30.06.2019, № 479 от 31.07.2019, № 543 от 31.08.2019, № 605 от 30.09.2019, № 694 от 31.10.2019, № 729 от 30.11.2019.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что требования кредитора следует признать обоснованными, поскольку требования подтверждены надлежащими доказательствами - актами оказанных услуг.

Указанные обстоятельства не опровергнуты апеллянтом документально, а доводы апелляционной жалобы сводятся к отрицанию факта оказания услуг.

Довод заявителя жалобы о мнимости сделки подлежат отклонению.

В качестве доводов мнимости сделок АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» указывает на тот факт, что должник обладал значительным штатом сотрудников, способных самим выполнить работы.

В силу требований пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. 

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. 

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов). При рассмотрении вопроса о мнимости договоров оказания услуг и документов, подтверждающих фактическое их оказание, суд должен принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. 

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований Общества в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по оказанию услуг (выполнению работ).

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

При наличии убедительных доказательств невозможности оказания услуг бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Указанная правовая позиция также изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 N 7204/12. При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Как было установлено судом первой инстанции, должник занимался разработкой и модернизаций программного обеспечения. 

В свою очередь, кредитор предоставлял должнику производственные мощности для выполнения своей работы по разработке программного обеспечения, осуществлял контроль над сетями должника, фактически выполнял работу по администрированию деятельности должника в электронном виде.

Как пояснил кредитор, должник обратился к ИП ФИО2 в конце 2014 года для заключения Договора на техническое сопровождение компьютерной техники для обеспечения своей предпринимательской деятельности, в результате чего был подписан Договор №5 от 01.12.2014 г.

Доводы апеллянта об отсутствии у ИП ФИО2 лицензии ФСБ и допуска к государственной тайне в связи с исполнением должником обязанностей субподрядчика по государственному контракту с МВД России, подлежат отклонению.   Из пояснений ИП ФИО2, а также из материалов обособленного спора, предмета договоров следует, что оказание услуг должнику не было связано с выполнением должником конкретных программных разработок, оказываемые кредитором услуги сводились к технической поддержки и обслуживанию технической составляющей должника. Для обеспечения каких нужд или контрактов были заключены Договоры ИП ФИО2, пояснила, что знать не могла, т.к. это является коммерческой тайной Должника.

Из материалов дела следует, что штат сотрудников Должника постоянно расширялся, что подтверждается многочисленными Дополнительными соглашениями об увеличении количества, обслуживаемой техники, а также заключением новых Договоров на дополнительные услуги.

Исходя из приложения №1 к Договору видно, что на дату заключения количество ПЭВМ, обслуживаемых ИП ФИО2, составляло 25 штук, что говорит о немногочисленном штате сотрудников Должника, а, например, на 1 октября 2017 года количество ПЭВМ выросло до 276 штук.

Возражающий кредитор также полагает, что должник мог сам себе оказывать работы по технической поддержке, которые осуществляла ИП ФИО2 по одному из Договоров.

Однако, указанные доводы являются предположением апеллянта и надлежащими и достаточными доказательствами не подтверждены.

Кредитор пояснила, что как уже было упомянуто ранее Должник сам обратился для заключения Договора, значит такая необходимость у него была, какие сотрудники в штате, какой деятельностью он занимается, и прочая конфиденциальная информация ИП ФИО2 была недоступна и как Исполнитель по Договору она не обязана проверять данную информацию. 

Апелляционный суд также полагает, что наличие совпадающих видов деятельности в выписке ЕГРЮЛ само по себе не свидетельствует о том, что должник не нуждался в оказанных услугах. 

В материалы дела также были предоставлены данные о штате ИП ФИО2, что подтверждается не только штатным расписанием, но и налоговыми декларациями Сведений о среднесписочной численности сотрудников с приложением квитанций и извещений о вводе, направленных по электронным каналам связи в ИФНС.

Предоставленный в суд Отчет о проделанной работе, является внутренним документом для ведения статистики заявок, а также начисления премий сотрудникам ИП ФИО2 

Однако из него усматривается весь объем выполняемой работы, от какого сотрудника Должника исходила заявка, кто из сотрудников её решал и прочее.

АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» ссылается на штатное расписание Должника,предполагая, что в его штате находилось более 50 специалистов со схожиминазваниями должностей для обслуживания внутренних потребностей, которыевыполняла ИП ФИО2 

Однако, 20 из упомянутых штатных должностей относятся к Курскому филиалу компании ООО «ЭНКОР».

Штатное  расписание  является  только  внутренним  локальным  документом  для регламентирования структуры компании и само по себе не может не доказать наличие такого количества сотрудников.

Согласно Штатному расписанию №5 от 29.12.2017 г. штат должника состоял состоит из 483 должностей, при этом, исходя из количества обслуживаемых ПЭВМ на 01.10.2017 г. числилось всего 276 рабочих мест.

В материалы дела кредитором представлен договор субаренды нежилого помещения № О2А/17-65/ОФ от 15.11.2017 между ИП ФИО2 (субарендатор) и ООО «СитиЭндМолз» (арендодатель), по условиям которого кредитор принял в аренду нежилое помещение по адресу: 

<

...> (адрес расположения должника в период выполнения работ), с целью локального контроля за деятельностью должника и более продуктивного оказания услуг. 

Относительно бланка, кредитор пояснил, что IT Liga является фирменным наименованием для ИП ФИО2, все бланки писем, договора и прочие документы имеют данное наименование. 

Данное  наименование  используется  ИП  ФИО2,  которая  не  является участником, либо генеральным директором каких-либо Обществ и компаний.

 Однако, как товарный знак данное наименование (IT Liga) не зарегистрировано, что позволяет любой компании в России его использовать.

Ссылка АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» на то, что компания ООО «ИТЛ Групп» (ИНН 

<

***>) принадлежит ФИО2 совместно с ФИО5, который являлся одним из сотрудников ООО «ЭНКОР», не основана на фактических обстоятельствах спора.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что участниками и генеральным директором данного общества являются другие физические лица. 

Апелляционный суд учитывает, что ГК РФ не запрещено иметь схожие названия компаний, а сфера IT в настоящий момент достаточно распространена среди видов деятельности юридических и физических лиц.

Кроме того, кредитором АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» указано на аффилированность кредитора и должника через ФИО5, который являлся заместителем генерального директора ООО «ЭНКОР» и мужем ФИО2, что по мнению заявителя возражений свидетельствует о том, что ФИО5 являлся контролирующим должника лицом.

Указанные доводы правомерно были отклонены судом первой инстанции.

Из материалов дела следует, что Договор №5 на техническую поддержку между Должником и ИП ФИО2 был заключен 01.12.2014 года и подписан Генеральным директором ФИО6, а ФИО5 являлся руководителем одного из подразделений должника.

При этом, ФИО5 был назначен Заместителем генерального директора ООО «ЭНКОР» только 01.07.2016 г. и в силу действующего законодательства заместитель не наделен правом действовать от имени общества без доверенности, заключать ключевые сделки и влиять на принятие ключевых решений.

Кроме того, в материалы дела представлено свидетельство о расторжении брака от 04.04.2015 г. между ФИО2 и ФИО5

Из вышеперечисленного следует, что своё сотрудничество с Должником ИП ФИО2 начала до назначения ФИО5 Заместителем генерального директора, который в принципе все равно не имел полномочий для заключения договоров.

Кроме того, возможная аффилированность сторон договора сама по себе не свидетельствует об их недобросовестном поведении и о создании искусственной задолженности.

К предмету настоящего спора также не имеет отношения доводы о том, кто подал заявление о начале процедуре банкротства.

На основании вышеизложенного, судом не установлено, что приведенная АО «Крафтвэй корпорэйшн ПЛС» последовательность действий ИП ФИО2 и должника была направлена исключительно на сокрытие действительного смысла сделки, а также что указанные действия находится в интересах сторон по созданию искусственной задолженности, в связи с чем, задолженность должника перед кредитором - ООО «ЭНКОР» правомерно признана судом первой инстанции реальной, оснований для признания сделки мнимой не имеется, на дату судебного заседания доказательств погашения задолженности должником не представлено, задолженность в сумме 7.121.500,00 руб. подлежит включению в реестр требований кредиторов.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно части 2 названной статьи арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3 статьи 71 АПК РФ). Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Согласно пункту 2 абзаца 1 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Пунктами 1 и 3 части 1 статьи 270 АПК РФ установлено, что основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции является, в том числе, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

В рассматриваемом деле суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные сторонами в материалы дела доказательства, выводы, изложенные в решении соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права судом применены правильно.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. Определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.03.2021г. по делу № А40-267357/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО «КРАФТВЭЙ КОРПОРЭЙШН ПЛС» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 В.В. Лапшина 

 

Судьи:                                                                                                                      Р.Г. Нагаев 

 

ФИО7