ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-26237/2020

19 сентября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена   12 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н. Барминой,

судей Д.В.Бурденкова, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 29.09.2021, 

от конкурсного управляющего: ФИО4, представитель по доверенности от 07.02.2023,

от ООО «Телрос интеграция»: ФИО5, представитель по доверенности от 01.08.2023, 

от ООО «СК Телрос»: ФИО5, представитель по доверенности от 10.07.2023, 

от ООО «Терес-1»: ФИО6, представитель по доверенности от 09.01.2023, 

 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-20955/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.06.2023 по обособленному спору № А56-26237/2020/суб.1 (судья Антипинская М.В.), принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего 

к ФИО2 

о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительно-монтажное управление №171», 

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2020 ООО «Строительно-монтажное управление № 171» (адрес: 195220, 

<

...>, литер А, пом. 2-Н оф. 2, ОГРН: 

<

***>; далее - должник, ООО «СМУ № 171») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

В рамках дела о банкротстве 12.07.2021 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а именно ФИО8, ФИО9, ФИО2 и взыскании с указанных лиц солидарно в размере 27 801 664,99 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением от 30.09.2021 к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечен финансовый управляющий ФИО8 - ФИО10.

Определением от 29.07.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9 и ФИО8; в остальной части в удовлетворении заявления отказано. В части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 определение суда первой инстанции от 29.07.2022 в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ-171» отменено, установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В остальной части определение арбитражного суда первой инстанции от 29.07.2022 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2022 определение суда первой инстанции от 29.07.2022 и постановление апелляционного суда от 25.10.2022 в части требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отменены. Дело в указанной части направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение. В остальной части определение суда первой инстанции от 29.07.2022 и постановление апелляционного суда от 25.10.2022 оставлены без изменения. 

Суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, пришел к выводу, что суды не исследовали степень вовлеченности ФИО2 в процесс вывода активов должника и его осведомленность о причинении данными действиями вреда кредиторам Общества, в связи с чем счел, что выводы судов обеих инстанций о наличии и отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника являются преждевременными.

Определением от 18.01.2023 заявление конкурсного управляющего в части требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника назначено на новое рассмотрение.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции истребованы документы из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Санкт-Петербургу, ПАО «РосДорБанк».

Определением от 05.06.2023 суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника. Одновременно суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении судебной экспертизы.

ФИО2 обратился с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 05.06.2023, которое просит отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на то, что ФИО2 является инвалидом с детства 2 группы, бессрочно с диагнозом: шизофрения, простая форма, непрерывный тип лечения, нетрудоспособный, до 2005 года проживал с больной матерью в городе Самара на ул. Фадеева, д.63, кв. 131, с 1982 года по 2005 года находился под наблюдением у психиатра Самарской областной психиатрической больницы; указанные обстоятельства не были учтены судом первой инстанции и, по утверждению ответчика, суд первой инстанции не дал возможности представителю ответчика закончить свое выступление в защиту больного ответчика, в результате чего тот остался без правовой помощи. По утверждению ответчика, с момента регистрации должника сведения о нем как о руководителе были сфальсифицированы, он не утверждал устав должника, не формировал уставный капитал, не назначал генерального директора, не подписывал решение участника от 01.02.2019 об одобрении крупной сделки; 05.11.2022 ФИО2 обратился с заявлением о преступлении в правоохранительные органы; 12.12.2022 его заявление и материал проверки (КУСП №22722 от 06.12.2022) были переданы для рассмотрения по существу в УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга; 29.03.2023 подано новое заявление о преступлении ФИО8 на имя начальника УМВД России по Центральному району. При этом, согласно доводам жалобы, 28.05.2019 под угрозой и шантажа со стороны ФИО8 ответчик был вынужден подписать мнимый договор купли-продажи долей должника с неизвестной ему организацией. Податель жалобы ссылается на заключение специалиста Центра судебной экспертизы ФИО11 от 22.02.2022, согласно которому подпись под решением участника от 01.02.2019 поставлена не ФИО2, а неизвестным третьим лицом; согласно заключению специалиста Центра судебной экспертизы от 14.04.2022, подписи на решениях участника от 01.03.2000, от 31.01.2018 и от 01.02.2019 выполнены одним лицом, но не ФИО2, а кем-то другим с подражаем подписи ФИО2 Ответчик отрицает то обстоятельство, что им были представлены документы в банк.

ФИО2 в дополнении к апелляционной жалобе просит назначить почерковедческую экспертизу на предмет выяснения, кем поставлены подписи под 12 документами, представленными в суд ПАО «Росдорбанк».

Также ФИО2 в правовой позиции к апелляционной жалобе заявлено ходатайство о приобщении дополнительных доказательств по делу, полагая, что в собственность должника имущество также попало незаконно в 1999 году по поддельным документам от имени ФИО2 как генерального директора и учредителя ООО «СМУ №171» из ОАО «СМУ-171 Радиострой» по фальшивым документам – на основании соглашения о отступном. 

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Терес-1», выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что документы из кредитного досье подписаны ФИО2, факт приезда которого в офис банка им не отрицается; кроме того, ответчиком в мае 2019 года совершена нотариальная сделка по продаже долей уставного капитала. Кредитор обращает внимание, что все обращения в правоохранительные органы зарегистрированы в ходе рассмотрения банкротного дела и после подачи заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий в своем отзыве также просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, указывая, что доводы ФИО2 об обращении в налоговую инспекцию по поводу внесения отметки о недействительности сведений о нем ничем не подтверждены, а также обращая внимание на противоречивость показаний самого ФИО2, который изначально отрицал само знакомство с ФИО8, впоследствии признав таковое с 1998 года. Согласно объяснениям конкурсного управляющего, ФИО2 не признан недееспособным, не ограничен в дееспособности, соответственно может руководить и осознавать последствия своих действий. Кроме того, суду предоставлены доказательства получения ФИО2 материальной выгоды от участия в ООО «СМУ №171», а именно: в разное время в собственности ФИО2 имелось 16 объектов недвижимости, притом, что наличие иного дохода, кроме пенсии, не доказано. 

Конкурсный кредитор ООО «ТЕЛРОС Интеграция» в своем отзыве на апелляционную жалобу поддержал позицию ООО «Терес-1» и конкурсного управляющего, указывая на противоречивость позиции ФИО2 на протяжении рассмотрения спора.

В возражениях на отзыв на апелляционную жалобу ФИО2 даны пояснения относительно объектов недвижимости.

В судебном заседании апелляционного суда 15.08.2023 представителем ФИО2 заявлено об отводе судей Барминой И.Н. и Юркова И.В.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 (дата оглашения резолютивной части) в удовлетворении заявления об отводе судей Барминой И.Н. и Юркова И.В. отказано. 

В судебном заседании представителем ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела протокола допроса свидетеля ФИО12 – генерального директора ЗАО «Телэкс», работником которого он являлся с 2004 года по 2015 год, и офисы которого приобретались на имя ФИО2 на денежные средства ЗАО «Телэкс»; а также ходатайство о вызове свидетеля ФИО13 – сына ФИО12, «законного» собственника объекта недвижимости, расположенного 

<

...>, который по настоящее время числится на ФИО2, несмотря на завещание, оформленное еще в 2007 году. 

Представители остальных присутствующих в судебном заседании лиц возражали против удовлетворения указанных ходатайств.

Согласно части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с частью 3 статьи 268 указанного Кодекса при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

ФИО2 не доказана невозможность представления таких доказательств в суд первой инстанции, равно как и не доказана невозможность заявить ходатайство о вызове и допросе свидетелей при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

В этой связи, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения указанных ходатайств. Суд апелляционной инстанции принимает во внимание противоречивость показаний самого ФИО2, который в апелляционной жалобе утверждал, что до 2005 года проживал с больной матерью в городе Самара, находясь с 1982 года по 2005 года под наблюдением у психиатра Самарской областной психиатрической больницы, которые входят в противоречие с показаниями ФИО12, который утверждает, что для расселения коммунальных квартир им в 2003 году был привлечен ФИО2, с которым к 2003 году у него сложились доверительные отношения, а в 2004 году ФИО2  был принят в штат ЗАО «Телэкс».

Кроме того, апелляционный суд критически относится к заявлениям ФИО2 о том, что на протяжении 20 лет от его имени двумя независимыми организациями совершались сделки и операции с именем и имуществом ФИО2 без его ведома, которые вели к его выгоде, и только в 2022 году создали предпосылки к привлечению ФИО2 к субсидиарной ответственности – создавалась организация, был взят кредит, подписывались договоры, совершались сделки, о которых ФИО2 был не осведомлен, точно также как и не был осведомлён о том, что на его имя приобретались объекты недвижимости на денежные средства акционеров ЗАО «Телэкс», совершались сделки с объектами недвижимости. Указанная двойственность в показаниях ФИО2 соотносится с принятым им на себя при повторном рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции диагнозом «шизофрения», однако входят в противоречие с ранее занимаемой им позицией при рассмотрении дела – о проживании с 2004 года с больной матерью в г. Самаре, о работе с 2004 в ЗАО «Телэкс», о проживании с больной матерью до 2005 года в городе Самара и наблюдении у психиатра.

Поскольку справка серии ВТЭ-145 №090465 о присвоении инвалидности ФИО2, удостоверение №112978, справка о назначенных пенсиях и социальных выплатах от 04.10.2021, не представлялась ранее в материалы дела, суд апелляционной инстанции критически относится к указанным документам и на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказывает в их приобщении. К тому же ни одна из указанных справок не подтверждает заявленный им диагноз «шизофрения». 

Кроме того, апелляционный суд не усматривает оснований для проведения судебной почерковедческой экспертизы, о чем заявлено ФИО2 в дополнении к апелляционной жалобе.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение и проведение экспертизы является правом, а не обязанностью суда, рассматривающего дело по существу с учетом достаточности совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Судебная экспертиза проводится арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным процессуальным законом.

При этом в соответствии с частью 1 статьи 82, частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В рассматриваемом случае совокупность доказательств, с учетом пояснений ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции, признавшего подписание документов в здании банка, свидетельствует об отсутствии оснований для проведения почерковедческой экспертизы документов, входивших в состав кредитного досье.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.  

Из материалов дела следует, что ранее – при рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО2 принадлежность ему подписей на заявленных в ходатайстве 12 документах под сомнение не ставилась; с аналогичным ходатайством при рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО2 не обращался, что исключает удовлетворение указанного ходатайства в суде апелляционной инстанции.

Представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Представитель конкурсного управляющего и присутствующих в судебном заседании кредиторов возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах.

Предметом рассмотрения спора при повторном рассмотрении является только наличие или отсутствие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в период с 28.09.2012 (первая запись 18.12.2007) по 26.07.2019 руководителем должника являлся ФИО8.

ФИО2 в период с 18.12.2007 по 04.06.2019 являлся участником должника с долей участия в размере 100%.

28.05.2019 ФИО2 продана принадлежащая ему доля в уставном капитале должника в пользу ООО «Альфа», которое является участником должника по настоящее время.

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с одобрением им сделок на заведомо невыгодных условиях, совершенных во вред имущественным правам кредиторам, в связи с чем обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В вину ФИО2 конкурсным управляющим поставлено одобрение сделок по отчуждению имущества должника, признанных впоследствии недействительными, а именно, на основании соглашения об отступном от 01.02.2019 в пользу ООО «Центр Кристаллкор» были отчуждены земельный участок площадью 2976 кв. м, кадастровой стоимостью 2 254 766,40 руб. и находящееся на нем здание, 1972 года постройки, площадью 430 кв. м, кадастровой стоимостью 5 544 078,22 руб., расположенные по адресу: Ленинградская обл., Тосненский муниципальный район, Красноборское городское поселение, г.п. Красный Бор, ул. Комсомольская, д. 5б.

Решением единственного участника должника ФИО2 от 01.02.2019 указанная сделка была одобрена.

Переход права собственности зарегистрирован в Росреестре 07.04.2019.

В основание Соглашения об отступном, подписавшие его стороны, указали, что имущество передается в счет погашения задолженности в размере 6 277 670 руб., которая возникла на основании договора подряда № 185/СП от 01.06.2017 и договора цессии от 12.03.2018.

Определением от 18.05.2021 по делу № А56-26237/2020/сд.1/тр.7 суд признал недействительными сделками договор подряда № 185/СП от 01.06.2017 и соглашение об отступном от 01.02.2019. Также суд признал, что право собственности на имущество у ООО «Центр Кристаллкор» не возникло, одновременно отказав ООО «НТЦ «Кристаллкор» в признании его требований к должнику обоснованными.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 определение суда первой инстанции от 18.05.2021 отменено, требования ООО «НТЦ «Кристаллкор» признаны обоснованными с включением их в реестр требований кредиторов должника.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.03.2022 постановление апелляционного суда от 02.12.2021 отменено, определение суда первой инстанции от 18.05.2021 оставлено в силе.

Указанные сделки должника были признаны недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как сделки, совершенные при отсутствии равноценного встречного предоставления, и при наличии правовых оснований для квалификации договора подряда № 185/СП как мнимой сделки, совершенной в отсутствие реального исполнения со стороны ответчика, лишь для создания видимости правовых последствий, без реального наступления таковых для сторон по сделке.

Таким образом, указанная совокупность обстоятельств: отчуждение имущества должника на основании сделки, отвечающей критериям крупной сделки, которая была признана ничтожной (мнимой) вступившим в законную силу судебным актом, в результате чего был причинен существенный вред кредиторам, устанавливает наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО2 отрицает то обстоятельство, что он является контролирующим должника лицом, был осведомлен о совершении указанной сделки, отрицает свою вовлеченность в процесс управления должником и указывает на отсутствие у него фактического контроля за деятельностью должника.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции рекомендовал судам исследовать степень вовлеченности ФИО2 в процесс вывода активов должника и его осведомленность о причинении данными действиями вреда кредиторам должника, исследовать вопрос о том, является ли неисполнение обязательств перед кредиторами следствием недобросовестных и (или) неправомерных действий ФИО2 либо иных причин, объективно не зависящих от воли указанного лица и не обусловленных его действиями.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО2 даны суду устные пояснения, согласно которым он был знаком с ФИО8 по прежней работе, признал свою явку в 2018 году в банк и подписание им каких-то бумаг, которые, по его утверждению, он не читал, полагал, что ему открывают зарплатную карту. При этом указанная позиция также противоречит ранее занимаемой ФИО2 при рассмотрении спора позиции о том, что он никогда не был знаком с ФИО8, проживал в другом регионе, никаких документов от имени ООО «СМУ 171» не подписывал, о таком обществе вообще ничего не знал, а как только узнал, то сразу же избавился от долей в данной организации, продав их.

Суд первой инстанции, исследовав представленное ПАО «Росдорбанк» в материалы дела кредитное досье, сформированное в связи с заключением в 2018 году ООО «СМУ-171» кредитного договора с банком, установил, что 16.08.2018 ФИО2 было подписано решение единственного участника ООО «СМУ-171» о даче согласия на совершение крупной сделки по заключению договора об открытии кредитной линии с лимитом задолженности 20 000 000 руб. на срок с 16.08.2018 по 28.12.2018 для целей ремонтно-строительных работ в помещениях (зданиях) и территории. 

Факт подписания указанного документа ФИО2 не отрицал, утверждая, что его не читал. 

Представитель ФИО2, поясняя факт подписания данного документа, утверждал, что ФИО2 считал, что подписывает заявление на получение зарплатной карты. 

Суд первой инстанции обратил внимание на то, что в сопроводительном письме банк, указал, что все документы, которые представлены в ответ на запрос суда, были сформированы для получения кредитных средств.

В этой связи, суд первой инстанции, приняв во внимание, что ФИО2 факт личного присутствия в банке при подписании договора об открытии кредитной линии подтвердил, все остальные документы, представленные в материалы дела кредитной организацией, передавались должником в лице ФИО8 и ФИО2 сотрудникам банка при личном присутствии ответчика, который подписал также и решение участника от 16.08.2018, пришел к выводу, что ФИО2 в деятельности должника участвовал, принимал и одобрял как участник общества ключевые для должника решения, более того, самостоятельно распорядился принадлежавшими ему долями в уставном капитале должника, то есть действовал сознательно и не единожды в интересах должника, в связи с чем обоснованно признал его контролирующим должника лицом.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, пришел к верному выводу о наличии оснований для вывода о том, что действия ФИО2 по одобрению подозрительных сделок привели к невозможности удовлетворения обязательств перед кредиторами и причинили вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем правомерно установил наличие предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции обратил внимание на то, что, согласно выписке из ЕГРН, ФИО2 ранее являлся собственником объекта недвижимости, обстоятельства отчуждения которого должником были предметом рассмотрения в споре о признании сделки должника и ООО «НТЦ Кристаллкор» недействительной. Более того, в разное время в собственности ФИО2 имелось 16 объектов недвижимости, притом, что наличие иного дохода, кроме пенсии, не доказано, что подтверждает получение ФИО2 материальной выгоды от участия в ООО «СМУ №171».

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, так как не содержат возражений относительно установленных судом обстоятельств и представленных в их обоснование доказательств, как не содержат и указаний о неприменении, либо неправильном применении судом норм права.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 05.06.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 

 И.В. Юрков