ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                          Дело № А63-9896/2021

05.02.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 30.01.2024

Полный текст постановления изготовлен 05.02.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ПАО «Промсвязьбанк» - ФИО2 (доверенность от 19.05.2023), представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 10.01.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 28.09.2023 по делу № А63-9896/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» ФИО3 о признании недействительными условия договоров уступки права требования от 30.10.2014 №453, от 30.10.2014 №3, заключенные между АО «МинБанк» и ООО ДТК «Руза» в части размера стоимости уступленных прав (пункты 3, 3.1 2 каждого из договоров уступки), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (г. Пятигорск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Ветресурс Северного Кавказа» в лице конкурсного управляющего (далее - заявитель, ООО «Ветресурс Северного Кавказа») обратилось в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (далее - ООО «СтройИндустрия», должник) несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого должника.

Определением суда от 05.07.2021 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 17.08.2021 (резолютивная часть объявлена 10.08.2021) ООО «СтройИндустрия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

11.04.2023 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительными условий договоров уступки права требования от 30.10.2014 №453, от 30.10.2014 №3, заключенных между ПАО «Московский Индустриальный Банк» (далее - АО «МинБанк») (цедент) и ООО ДТК «Руза» (цессионарий) в части размера стоимости уступленных прав (пункты 3, 3.1 каждого из договоров уступки), по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, применении последствий недействительности в виде установления действительного (рыночного) размера стоимости уступленных прав.

Определением суда от 13.06.2023 произведена замена стороны (ответчика) по настоящему обособленному спору с АО «МинБанк» в связи с реорганизацией в форме присоединения, на ПАО «Промсвязьбанк».

Определением от 28.09.2023 в удовлетворении заявления отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В отзывах на апелляционную жалобу ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «УК ФКБС» не согласны с доводами жалобы, просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц изложили свои позиции по рассматриваемой апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в данном обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что определение от 28.09.2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что между ООО «ДТК «Руза» и ПАО «МИнБанк»  заключены договоры уступки права требования от 30.10.2014 № 453, от 30.10.2014 № 3.

По договору от 30.10.2014 № 453 от ПАО «МИнБанк» к ООО «ДТК «Руза» перешли права требования к ООО «СтройИндустрия» по следующим обязательствам:

1) по кредитному договору от 14.09.2010 № 669 перешла сумма основного долга в размере 20 000 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 4 162 581,15 руб.;

2) по кредитному договору от 17.02.2011 № 111 перешла сумма основного долга в размере 5 244 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 1 099 910,96 руб.;

3) по кредитному договору от 01.11.2011 № 850 перешла сумма основного долга в размере 41 091 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 13 647 960,71 руб.;

4) по кредитному договору от 12.10.2012 № 809 перешла сумма основного долга в размере 17 300 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 3 513 366,72 руб.;

5) по кредитному договору от 26.03.2013 № 141 перешла сумма основного долга в размере 12 248 165 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 1 142 381,87 руб.;

6) по кредитному договору от 24.01.2014 № 26 перешла сумма основного долга в размере 2 819 883 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 258 656,67 руб.;

7) по кредитному договору от 05.05.2014 № 165 перешла сумма основного долга в размере 450 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 24 973,15 руб.

Общая сумма обязательств, перешедших к ООО «ДТК «Руза» по договору уступки права требования от 30.10.2014 № 453, составила 123 002 879,23 руб.

Согласно пункту 3.1 договора № 453 стоимость уступаемых прав определена в размере 123 002 879,23 руб., то есть право требования приобретено по номинальной стоимости.

По договору уступки права требования от 30.10.2014 № 3 от ПАО «МинБанк» к ООО «ДТК «Руза» перешли права требования к ООО «СтройИндустрия» по следующим обязательствам:

1) по кредитному договору от 28.17.2009 № 74-09-к перешла сумма основного долга в размере 395 000 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 290 741 643 руб.;

2) по кредитному договору от 28.05.2010 № 18-10-к перешла сумма основного долга в размере 8 700 000 руб., что соответствует сумме, предоставленной ООО «СтройИндустрия» по данному договору, и сумма накопленных процентов в размере 1 726 051,62 руб.

Общая сумма обязательств, перешедших к ООО «ДТК «Руза» по договору уступки права требования от 30.10.2014 № 3, составила 696 167 695 руб.

Согласно пункту 3.1 договора от 30.10.2014 № 3 стоимость уступаемых прав определена в размере 696 167 695 руб., то есть право требования аналогично приобретено по номинальной стоимости.

Всего в результате указанных сделок к ООО «ДТК «Руза» перешли права требования к ООО «СтройИндустрия» на общую сумму в размере 819 170 574,23 руб., стоимостью, определенной сторонами в размере 819 170 574,23 руб.

Конкурсный управляющий, посчитав, что условия договоров уступки права требования от 30.10.2014 №453, от 30.10.2014 №3 являются подозрительными сделками, совершенными без экономической целесообразности, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168, а также статье 170 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по общим положениям ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Таким образом, заявление о признании сделок, совершенных за пределами периода подозрительности – договоров цессии от 30.10.2014, могло быть удовлетворено только в случае доказанности наличия в оспариваемой уступке требования пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016, от 24.10.2017 N 305- ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 N 304-ЭС17-18149(10-14).

Из материалов дела следует, что правовая позиция конкурсного управляющего по существу сводится к тому, что целью договоров цессии, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлось заключение заведомо невыгодных договоров цессии в ущерб кредиторам ООО ДТК «Руза». Невыгодность, по мнению заявителя, заключалась в нерыночной цене уступки прав требований.

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий, у суда первой инстанции не было бы оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствовал как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности (сделка совершена 30.10.2014, заявление о банкротстве ООО «СтройИндустрия» принято 05.07.2021).

Апелляционный суд считает возможным отметить, что само по себе приобретение права требования «по номиналу» не свидетельствует о ничтожности сделки, поскольку новый кредитора приобретает не только право требования основного долга, но и права требования процентов по кредиту и штрафных санкций.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные обстоятельства не выходят за пределы признаков подозрительной сделки, в связи с чем, спорные договоры не могут быть признаны недействительными по общим нормам Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 10,168 и 170 ГК РФ).

Отказывая в признании недействительным договоров цессии, по общим нормам гражданского законодательства, суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (часть 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Таким образом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение сторон сделки по осуществлению принадлежащих им гражданских права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ, пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что конкурсный управляющий оспаривает договоры цессия, при этом доводов о том, как указанными сделками нарушены права ООО «СтройИндустрия» и его кредиторов, не приводит.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимы исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Оспаривание сделки по общим основаниям предполагает более широкий круг доказательств, нежели оспаривание сделки по специальным основаниям, перечисленным в Законе о банкротстве.

Судебная практика руководствуется тем, что в предмет доказывания по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении входят следующие обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащие установлению:

- наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или отсутствие действий сторон сделки, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

- наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц;

- наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Отсутствие хотя бы одного из обстоятельств исключает возможность удовлетворения иска по основаниям, предусмотренным статьей 10 и 168 ГК РФ (определения Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 01.12.2015 №4-КГ15-54, от 29.03.2016 №83-КГ16-2, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016  № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014.

Аналогичные разъяснения изложены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014 о том, что для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны должника, но и со стороны банка. О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как: участие банка в операциях по неправомерному выводу активов; получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между банком и должником, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы должника, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

Принимая во внимание установленные судом первой инстанции обстоятельства дела, апелляционный суд полагает, что оспариваемыми сделками в принципе не могли быть нарушены права конкурсных кредиторов ООО «СтройИндустрия», поскольку оспариваемыми договорами от 30.10.2014 №453, от 30.10.2014 №3 уступлены права требования к ООО «СтройИндустрия», и стоимость уступленного права по номинальной стоимости не может нарушить права как ООО «СтройИндустрия», так и его кредиторов.

Арбитражный управляющий не привел доводов в отношении  того, что сделками был нарушен баланс интересов ООО «СтройИндустрия» и его кредиторов, соответствующие доказательства не представил

Право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов должника и его кредиторов, и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Факт отсутствия вреда по отношению к кредиторам на момент совершения сделки, является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и общим, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Аналогичные разъяснения изложены в  определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.04.2023 № 305-ЭС19-18803(11) по делу N А40-168513/2018 (со ссылкой на Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258).

Относительно наличия аффилированности между должником, банком и ООО «ДТК «Руза», апелляционный суд полагает, что афффилированность указанных сторон сама по себе не влечет признания сделок недействительными. ПАО «Промсвязьбанк» (ранее - АО «МИнБанк») к субсидиарной ответственности не привлекался. Список аффилированных лиц ПАО «Промсвязьбанк» (ранее-АО «МИнБанк») не содержит сведений об ООО «СтройИндустрия» как лице, аффилированным с кредитной организацией, в т.ч. на момент заключения сделки. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Апелляционный суд также учитывает, что оспариваемым договорам уже была дана правовая оценка в рамках арбитражного дела №А41-60523/19, в результате чего вынесено определение Арбитражного суда Московской области от 23.05.2022, которое оставлено в силе постановлением Арбитражный суд Московского округа от 11.04.2023, которым отказано в признании недействительными оспариваемых договоров.

Судом округа в указанном постановлении установлено наличие экономической целесообразности в заключении договоров цессии. Инвестиционная стоимость земельных участков, находившихся в собственности у ООО «СтройИндустрия», составляла около 1 миллиарда рублей, то есть должником приобретено право требования к обществу, обладающего ликвидным активом, что исключает вывод о наличии у сторон какой-либо противоправной цели.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что  суд первой инстанции верно установил отсутствие злоупотребления правом при заключении договоров между ООО ДТК «Руза» и АО «МИнБанк».

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсному управляющему должника.

Принимая во внимание изложенное, основания для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 28.09.2023 по делу № А63-9896/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов

             Д.А. Белов