697/2019-5979(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-3683/2016

г. Краснодар

01 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2019 г. Постановление изготовлено в полном объеме 01 марта 2019 г. 

 Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Черных Л.А., судей Дорогиной Т.Н. и Прокофьевой Т.В., при ведении протокола  помощником судьи Гусиковым В.В., при участии в судебном заседании с использованием  системы видео-конференц-связи с Арбитражным судом Республики Дагестан (судебное  поручение исполняет судья Батыраев Ш.М., при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Газиевой М.Б.), при участии в судебном заседании от  заявителя – индивидуального предпринимателя Исабекова Надира Саидметовича  (ИНН 056100598475, ОГРНИП 304056115900041) – Алиева М.А. (доверенность  от 18.11.2015), от заинтересованного лица – Дагестанской таможни (ИНН 0541015036,  ОГРН 1020502528727) – Эфендиевой Ж.С. (доверенность от 15.07.2016), Абдуллаева Э.Г.  (доверенность от 01.02.2019), рассмотрев кассационную жалобу Дагестанской таможни на  решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 06.09.2018 (судья Батыраев Ш.М.) и  постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2018  (судьи Семёнов М.У., Белов Д.А., Параскевова С.А.) по делу № А15-3683/2016, установил  следующее.  

Индивидуальный предприниматель Исабеков Н.С. (далее – предприниматель,  декларант) обратился в арбитражный суд с заявлением к Дагестанской таможне  (далее – таможня, таможенный орган) о признании недействительным решения о  корректировке таможенной стоимости товаров от 04.05.2016 по декларации на товары   № 10801020/160316/0001436 (далее – спорная ДТ), возврате 2 384 180 рублей 50 копеек  излишне взысканных таможенных платежей, 75 181 рубль 16 копеек пеней, взыскании  10 тыс. рублей судебных расходов на оплату услуг представителя (требования уточнены в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  – Арбитражный процессуальный кодекс)).  

Решением суда от 06.09.2018, оставленным без изменения постановлением суда  апелляционной инстанции от 14.11.2018, требования удовлетворены. Признано  недействительным решение таможни от 04.05.2016 о корректировке таможенной  стоимости товаров, ввезенных по спорной ДТ, предпринимателю возвращено  2 384 180 рублей 50 копеек излишне взысканных таможенных платежей и  75 181 рубля 16 копеек пеней. С таможни в пользу предпринимателя взысканы  10 тыс. рублей судебных расходов по оплате услуг представителя и 300 рублей по уплате  государственной пошлины.  

Судебные акты мотивированы незаконным отказом таможни в применении первого  метода определения таможенной стоимости товаров, ввезенных на таможенную  территорию Таможенного союза по спорной ДТ, поскольку в подтверждение права на  применение первого метода определения таможенной стоимости спорного товара  предприниматель представил все необходимые документы в соответствии с требованиями  законодательства. Достоверность сведений, содержащихся в представленных документах,  таможня документально не опровергла.  

В кассационной жалобе таможня просит решение суда и постановление суда  апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении требований.  

Заявитель кассационной жалобы считает правомерной корректировку таможенной  стоимости ввезенного предпринимателем по спорной ДТ товара, которая определена им  по общему весу, что не характерно при торговле данным товаром. Товар является  штучным, индивидуальным, и указанные декларантом характеристики не позволяют при  декларировании достоверно определить количество и ассортимент каждого из ввозимых  товаров и установить стоимость каждой модели из ввозимой партии. Решение о  корректировке принято в связи с отказом декларанта от предоставления дополнительно  запрошенных документов, в том числе экспортной декларации и прайс-листа продавца.  Таможня правомерно использовала при корректировке таможенной стоимости  информацию об однородном товаре, задекларированном по  ДТ № 10218040/150316/0006477 (далее – ДТ № 6477).  

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель просит оставить судебные  акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы  кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в  деле, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что обжалуемые  судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение по  следующим основаниям.  

Суд установил, что по внешнеторговому контракту от 10.01.2016 № 009,  заключенному с компанией «SHENZHEN JIAYUHE IMPORT & EXPORT CO., LTD»  (Китай) (далее – спорный контракт), предприниматель ввез на таможенную территорию  Евразийского экономического союза на условиях поставки CFR-Новороссийск  («Инкотермс – 2010») товар «люстры электрические из недрагоценного металла,  подвесные, потолочные, окрашенные, разных форм и размеров, следующих моделей:  6011/6 +2, 6020/10 РВ, 6027/16 АВ, 6028/8 АВ, 6003/5 РВ, 6032/5 RB2, 6032/8 АВ2, 6021/8  АВ, 6027/8 АВ, в сборе с керамическими патронами», изготовитель «SHENZHEN  JIAYUHE IMPORT & EXPORT CO., LTD», товарный знак, марка, модель, артикул  отсутствуют», задекларировав его по спорной ДТ и определив таможенную стоимость по  первому методу (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) 0,68 долларов США за 1 кг,  15 144 кг, базисное условие поставки СFR, Новороссийск, в подтверждение которой  представил в таможню контракт, упаковочный лист, инвойс, коносамент, транспортную  накладную, сертификат соответствия и иные документы по описи (л. д. 47, 48 т. 1).  

При этом в переводах контракта, инвойса, упаковочного листа на русский язык  имеется лишь копия оттиска бюро переводов предприниматель Алиева Н.А., документ  заверен оттиском печати Исабекова Н.С. и Алиева М.А. В тексте содержится примечание  о том, что перевод с английского языка на русский выполнен переводчиком  Темирхановой М.З., однако отсутствуют надлежащим образом оформленные документы,  подтверждающие компетентность переводчика и подлинность ее подписи. Однако оценку  соответствия названных документов предъявляемым законом требований суд не дал.  

В ходе таможенного оформления таможенный орган признал эти документы и  сведения недостаточными для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара и  принял решение от 18.03.2016 о проведении дополнительной проверки, в ходе которой  запросил: экспортную декларацию страны вывоза товара (перевод), прайс-лист  производителя товара, пояснения по отсутствию характеристик, моделей в договоре и  инвойсе и других документах, пояснения о физических характеристиках, качестве и  репутации на рынке ввозимых товаров и их влияние на ценообразование, пояснения по  условиям продажи, оферты, заказы продавцов оцениваемых, идентичных, однородных  товаров, а также товаров того же класса или вида (если имеются), бухгалтерские  

документы об оприходовании товаров (если товар оприходован), пояснения по  отсутствию маркировки и иных сведений на товаре и упаковке, выявленные в результате  таможенного досмотра (л. д. 66, 67 т. 1).  

При этом основаниями возникновения сомнений в правильности определенной  предпринимателем таможенной стоимости товара указаны в том числе: контракт  составлен на разовую поставку; в представленном в момент доставки инвойсе и  упаковочном листе не указаны банковские реквизиты сторон внешнеэкономической  сделки, количество товара в штуках; в договоре и инвойсе нет полного описания  ввозимого товара, не указаны модели и количество; цена товара в инвойсе и контракте не  дифференцирована в зависимости от вида люстр и определена за 1 кг товара, что не  характерно для торговли таким товаром; в контракте и инвойсе не указан производитель  товара, технические характеристики, ассортимент поставляемой продукции.  

Выпуск товара по спорной ДТ разрешен при условии обеспечения уплаты  таможенных платежей.  

Предприниматель представил таможне пояснения об отсутствии возможности  предоставления дополнительно запрошенных документов по мотиву отсутствия в  условиях контракта обязанности китайского продавца экспортной декларации и прайс- листа, и обязанности ведения первичных бухгалтерских документов в связи с  применением системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход.  Подробную информацию о составе товара и способе производства (изготовление путем  штамповки из недрагоценных металлов, преимущественно из железа, литья, покраски,  упаковки) представить не могут, поскольку это является коммерческой тайной  (л. д. 26 т. 1).  

Предприниматель внес обеспечение в размере 2 384 180 рублей 50 копеек  (таможенная расписка № ТР-6922984), после чего по его заявлению осуществлен  условный выпуск товаров (л. д. 68 т. 1).  

Непредставление запрошенных документов и неустранение сомнений в  достоверности заявленных при декларировании сведений повлекло принятие таможней  решения от 04.05.2016 о корректировке заявленной предпринимателем таможенной  стоимости ввезенного товара шестым методом на базе третьего метода на основе ценовой  информации, содержащейся ДТ № 6477, и увеличение подлежащих уплате таможенных  платежей на 2 384 180 рублей 50 копеек (л. д. 28, 29 т. 1).  

Основанием принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной  стоимости и выставления на его основании требования об уплате таможенных платежей  явилось то, что представленные декларантом документы не отвечают требованиям пункта  

4 статьи 65 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – Кодекс) и не могут  служить подтверждением заявленной им таможенной стоимости, которая в отношении  ввезенных товаров определена недостоверно, в заниженном размере.  

В связи с неисполнением предпринимателем обязательства по уплате таможенных  пошлин, налогов таможня приняла решение № 10801000/200616/ЗДзО-1569 о зачете  денежного залога в счет погашения задолженности по таможенным платежам и пеням  (л. д. 31 т. 1).  

Предпринимателю также выставлено требование от 20.06.2016 № 1555 об уплате  75 181 рубля 16 копеек пеней, в связи с неисполнением которого принято решение   № 10801000/090816/ЗАвЗ1831 о зачете авансовых платежей в счет погашения указанной  задолженности (л. д. 4, 34 т. 2).  

Предприниматель 04.08.2016 обратился в таможню с заявлением возврате излишне  уплаченных таможенных платежей, которое возвращено без исполнения со ссылкой на  необходимость представления дополнительных документов, подтверждающих факт их  излишней уплаты (письмо от 11.08.2016 № 21-30/11249) (л. д. 8 – 9 т. 2).  

Предприниматель обжаловал решение таможни в арбитражный суд. 

Судебные инстанции, ссылаясь на статьи 64, 65, 67, 68, 69 Кодекса, статьи 2, 4,  6 – 10 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством  Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008  «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную  границу Таможенного союза» (далее – Соглашение), приложение № 1 к Порядку  декларирования таможенной стоимости, утвержденному решением Комиссии  Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядке декларирования, контроля и  корректировки таможенной стоимости» (далее – Порядок), учли разъяснения, изложенные  в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18  «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее –  постановление № 18), сделали вывод об отсутствии у таможни оснований корректировки  таможенной стоимости товара, ввезенного на таможенную территорию Евразийского  экономического союза по спорной ДТ.  

Из разъяснений, содержащихся в постановлении № 18, следует, что за основу  определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна  приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или  произвольная стоимость. При оценке обоснованности применения первого метода  определения таможенной стоимости ввозимых товаров судам необходимо принимать во  внимание, что таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми  

товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно  определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на  основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или  содержащаяся в представленных им документах информация о цене, предусмотренных  статьей 5 Соглашения, не соотносится с количественными характеристиками товара, или  отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара. При невозможности  использования первого метода (по стоимости сделки с ввозимым товаром) каждый  последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена  путем использования предыдущего метода. Примененная сторонами внешнеторговой  сделки цена ввозимого товара не может быть отклонена по мотиву одного лишь  несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на  однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен,  установившегося во внутренней торговле.  

Как разъяснено в пункте 7 постановления № 18, к юридически значимым  обстоятельствам при установлении признаков недостоверного декларирования  таможенной стоимости относятся: значительность отличия указанной декларантом  стоимости сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных  органов, идентичность или однородность ввозимого и сравниваемого товаров,  сопоставимость коммерческих условий сделок, на которых были ввезены эти товары.  

Идентичными при этом признаются товары одинаковые во всех отношениях, в том  числе по физическим характеристикам, качеству и репутации, а однородными – товары,  имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенных  из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые  (ввозимые) товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. Идентичные  (однородные) товары, произведенные иным лицом, чем производитель оцениваемых  (ввозимых) товаров, принимаются во внимание лишь в случаях, когда не выявлены  идентичные (однородные) товары того же производителя, либо имеющаяся информация  не считается приемлемой для использования (пункт 1 статьи 3 Соглашения).  

Судебные инстанции проверили и отклонили довод таможни о том, что  таможенная стоимость ввезенного предпринимателем товара по спорной ДТ  документально не подтверждена, указав, что декларант представил в таможню документы,  из которых следует, что расчет таможенной стоимости товара произведен  предпринимателем на основании цены товара, фактически уплаченной продавцу –  компании «SHENZHEN JIAYUHE IMPORT & EXPORT CO., LTD» (Китай).  

Суд не выявил противоречия между одними и теми же сведениями,  содержащимися в представленных документах, счел представленные декларантом  документы необходимыми и достаточными для подтверждения заявленной при  таможенном оформлении стоимости ввезенного товара, не содержащими признаки  недостоверности, и сделал вывод о надлежащем подтверждении заявленной стоимости  товара, ввезенного предпринимателем по спорной ДТ.  

Анализируя содержание контракта от 10.01.2016 № 009, суд счел согласованными  его сторонами существенных условий об общей стоимости отгрузки  (10 297 долларов 92 цента США), условиях поставки (CFR-Новороссийск), наименовании  продукции (люстры), цене за 1 кг (0,68 доллара США), весе (15 144 кг).  

В пункте 4.2 контракта указано, что количество мест и вес поставляемого товара  определяются на основании упаковочного листа.  

В представленном в таможню упаковочном листе от 24.01.2016 № GF16010136  указано наименование товара, количество, вес нетто (брутто). В приложении к контракту  и коммерческом предложении, полученных декларантом от иностранного поставщика по  запросу от 30.08.2016 (ответ от 05.09.2016), и представленных предпринимателем в суд,  также содержится подробная информация о товарах (наименование, модели, цена за 1 кг,  общее количество люстр, вес одной люстры, общий вес нетто) (л. д. 19, 20, 117, 118 т. 1).  

Существенные условия контракта сторонами исполнены, претензий по  ассортименту, количеству, цене ввезенного товара у сторон друг к другу не имеется.  

В связи с этим суд отклонил доводы таможни о том, что в представленных  документах отсутствует перечень товаров с указанием по каждому из них полного  наименования, сведений о моделях, артикулах и иных характеристик, название  производителя, цены за единицу, количества и общей стоимости по каждому  наименованию.  

Суд указал, что отсутствие в инвойсе и упаковочном листе банковских реквизитов  сторон сделки не может влиять на стоимость товара. Так, в инвойсе и упаковочном листе  от 24.01.2016 № GF16010136 имеется ссылка на контракт от 10.01.2016 № 009, в котором  указаны все необходимые реквизиты для оплаты за товар. Количество товара в штуках  указано в коммерческом предложении (представлено суду, а не при таможенном  контроле) и приложении к контракту, в которых также имеются сведения о количестве и  цене товара в зависимости от модели. Производителем товара является сам продавец, что  установлено в ходе таможенного досмотра и подтвердил иностранный контрагент в  письме от 05.09.2016 (представлено суду).  

Суд установил, что оплата за товар произведена в пределах срока и суммы,  предусмотренных условиями контракта, что подтверждается платежным поручением  от 17.06.2015 № 3, выпиской по лицевому счету предпринимателя и самим продавцом  (л. д. 30 т. 1).  

Суд указал причины невозможности представления предпринимателем  бухгалтерских документов об оприходовании товаров, счел их уважительными, поскольку  он применяет специальный налоговый режим в виде уплаты единого налога на вмененный  доход. Суд также отметил, что транспортная накладная от 12.03.2016 содержит номер  контейнера, государственные регистрационные номера транспортного средства с  прицепом, аналогичные спорной ДТ (л. д. 12, 57 т. 1).  

Между тем, принимая в материалы дела документы, представленные  предпринимателем в доказательство правильного определения таможенной стоимости  товара, которые он ранее не направлял таможне, суд сослался на пункты 7, 8, 11  постановления № 18, получение таможней письменных пояснений декларанта 07.04.2016,  и перечислил при этом в том числе полученные от китайской стороны документы,  датированные 30.08.2016 (запрос предпринимателя продавцу) и 09.09.2016 (письмо  продавца), а также – без указания дат, – коммерческое предложение, приложение к  контракту, документы об оплате товара. При этом суд, перечислив все названные  доказательства таким способом, ссылается на получение таможней письменных  пояснений предпринимателя 07.04.2016 и наличии у предпринимателя добросовестного  полагания об устранении им сомнений таможни.  

Каким образом при принятии решения о корректировке 04.05. 2016 таможня могла  получить от декларанта основные документы, положенные в основу судебных актов,  отправленные китайским партнером 05.09.2016, суд не указал, исказив фактически  хронологическую последовательность представления предпринимателем доказательств  таможне и суду.  

В письме же от 04.04.2016 декларант лишь сообщил таможне об отсутствии в  условиях контракта обязанности китайского продавца экспортной декларации и прайс- листа, обязанности ведения первичных бухгалтерских документов и возможности  представления подробной информации о составе товара и способе производства из-за  коммерческой тайны (л. д. 26 т. 1).  

Из пункта 11 постановления № 18 следует, что рассматривая споры о  правомерности корректировки таможенной стоимости, произведенной в рамках  таможенного контроля до выпуска товаров, судам следует учитывать, что исходя из  взаимосвязанных положений статей 65 – 69 Кодекса решение о корректировке  

принимается таможенным органом в соответствии с тем объемом документов и сведений,  которые были им собраны и раскрыты декларантом на данной стадии.  

Ввиду того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление  таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые  доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы)  судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных  препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения  таможенного органа (пункты 8, 9 настоящего постановления).  

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны  таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в  достоверности заявленной таможенной стоимости. Представляемые таможенным органом  новые доказательства принимаются судом, если обоснованы объективные причины,  препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о корректировке  таможенной стоимости.  

В этих случаях суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях  предоставления другой стороне возможности ознакомления с новыми доказательствами и  представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании  или отложить судебное разбирательство.  

Принимая к исследованию и оценке на стадии судебного контроля представленные  предпринимателем доказательства, не подвергавшиеся таможенному контролю при  вынесении решения о корректировке таможенной стоимости (запрос предпринимателя  китайскому продавцу от 30.08.2016, ответ от 05.09.2016 на русском языке и приложения к  нему (коммерческое предложение от 01.12.2015 и приложение к контракту от 10.01.2016)  (л. д. 115 – т. 1)), суд не исследовал вопрос о способе их получения, легальности их  происхождения и способах доставки.  

Между тем, исследование этого вопроса может с учетом приводимых таможней  доводов повлиять на проверку законности решения о корректировке таможенной  стоимости.  

 Так, из решения о проведении дополнительной проверки усматривается, что  таможня на стадии таможенного оформления спорного товара доводов об отсутствии в  представленных предпринимателем документах каких-либо идентификационных  признаках, физических и качественных характеристиках, ассортиментном перечне  товаров при обычной деловой практике их более точной идентификации (товар штучный,  не поставляется насыпью, навалом, цена в розничной продаже определяется не исходя из  заявленного предпринимателем веса, а с учетом конкретных особенностей каждой  

единицы товара (люстры выбирают не по весу, с учетом зрительных, дизайнерских,  художественных, эстетических соображений), его качественных характеристик (материал)  и иных классификационных признаков (яркость освещения и т.д.), что всегда влияет на  стоимость товара, тогда как суд лишь слался на наличие в контракте и представленных  декларантом вне таможенного контроля согласованных условий о виде поставляемого  товара и выполнении соглашения участниками внешнеэкономической сделки.  

Каким образом документы, не подвергавшиеся таможенному контролю  (коммерческое предложение и приложение к контракту), могли повлиять на полноту и  законность решения о корректировке таможенной стоимости, не ясно.  

Не исследовал суд и вопрос о причинах непредставления этих документов,  заключенных до декларирования спорного товара, предпринимателем на стадии  таможенного контроля.  

Между тем, из решения таможни о проведении дополнительной проверки следует,  что таможенный орган ссылался в том числе на отсутствие в договоре и инвойсе полного  описания ввозимого товара, моделей и количества, технических характеристик,  ассортимента поставляемой продукции, а также производителя товара.  

Фактически соглашаясь с доводам предпринимателя о непонимании им требования  таможни об уточнении ассортиментного перечня ввозимого товара, суд не указал, какие  затруднения в понимании изложенной в решении о проведении дополнительной проверки  редакции возникли или могли возникнуть у декларанта.  

Что препятствовало предпринимателю при подписании до таможенного  декларирования приложения к контракту и получении коммерческого предложения от  иностранного продавца представить эти документы в таможню, суд не выяснил. Между  тем, в тексте этих документов имеются общие сведения о моделях люстр, цене за 1 кг,  количестве люстр, весе 1 штуки и общем весе по каждой товарной позиции  (л. д. 117, 118 т. 1). Однако в спорной ДТ, дополнении к ней, представленных в таможню  контракте, инвойсе, упаковочном листе какие-либо сведения об артикулах, торговых  марках, производителе отсутствуют.  

Причины неуказания этих сведений при наличии заключенного приложения к  контракту суд не исследовал.  

Кроме того, при сопоставлении указанных в приложении к контракту и  коммерческом предложении моделей люстр и актом таможенного досмотра от 17.03.2016  (л. д. 62 – 67 т. 1) (например, № 6032/5РВ2 пятиламповые, 6032/8АВ2 пятиламповые,  6027/8АВ двухламповые, 6027/16АВ шестнадцатиламповые и др.) и простом  арифметическом подсчете видно, что при стоимости ввезенного товара не учитывались  

физические характеристики (мощность освещения) при существенном их расхождении  (например, шестнадцать и две лампы) – цена товара указана во всех случаях  0,68 долларов.  

С учетом доводов таможни о несообщении декларантом каких-либо  идентификационных признаков товара при обычно принятой в хозяйственном обороте  практике определения стоимости люстр исходя в том числе из количества точек  освещения (рожки, в которые помещаются осветительные лампы) исследование этого  обстоятельства также может в числе других повлиять на правильность решения о  законности (незаконности) корректировки таможенной стоимости товара.  

При этом всем доводам таможни о влиянии факта неуказания ассортимента  различных товаров, указанных предпринимателем при таможенном оформлении  обобщенно единым весом, на определение таможенной стоимости, суд дал неполную  оценку.  

Так, не получили должной оценки такие аргументы таможни, как то, что ввозимые  товары имели явно различные индивидуально-определенные признаки: люстры  различных стилей и цветов с различным количеством ламп, обезличены по количеству и  цене, сведения с расшифровкой по качественным характеристикам не представлены;  отсутствуют и сведения о товарных знаках (идентифицирующих производителя);  ввозимый предпринимателем товар не является наливным, насыпным, навальным и т.п.,  не имеющим индивидуально-определенных признаков; каждое из изделий с очевидностью  могло иметь свою определенную цену.  

В целях перевозки, расчетов с перевозчиком и определения величины провозной  платы декларантом может быть использована единица веса (кг) для измерения количества  перевозимого различного товара с индивидуально-определенными признаками.  

Однако в целях таможенного оформления и определения величины таможенной  стоимости и таможенных платежей при ввозе на территорию Евразийского  Экономического Союза таможенным законодательством не предусмотрена возможность  обезличивания товаров, обладающих индивидуально-определенными признаками, и  указания только на их общего веса без внесения информации о количестве каждого  изделия.  

Не получил оценки и довод о том, что действия предпринимателя, выбравшего при  декларировании индивидуально-определенных вещей единицу измерения – вес в  килограммах, но не указавшего при декларировании товаров в надлежащим образом  оформленных контракте (приложение к контракту представлено только суду) и инвойсе  количество каждого изделия в штуках и соответствующую цену за штуку, не  

соответствуют смыслу таможенного законодательства, деловым обычаям международной  торговли, поскольку не позволяют при декларировании товаров достоверно определить  количество каждого из ввозимых изделий и установить стоимость каждого определенного  товара (каждой модели) из общей партии.  

При этом из представленных предпринимателем контракта, инвойса, упаковочного  листа, коносамента такие сведения установить невозможно.  

Предоставление продавцом (поставщиком) товаров покупателю информации о  производителе интересующих покупателя товаров, о цене, товарном знаке, физических  характеристиках и иной информации о товарах (состав материалов, способ производства и  т.п.) до подписания контракта с покупателем и (или) до поставки является деловым  обыкновением. Предполагая добросовестность поставщика и разумность покупателя,  намеренных продать (купить) товары и совершающих все необходимые подготовительные  действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку  товаров, доведение поставщиком (продавцом) до сведения покупателя и запрос  покупателя от поставщика (продавца) информации об изготовителе, предполагаемых к  продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам  разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же  принципам соответствует получение покупателем от продавца (поставщика) на стадии  согласования в отношении интересующего товара информации о цене, физических  характеристиках, качестве, составе материала.  

Отсутствие у покупателя такой информации о товаре и названных согласований  противоречит устоявшимся в международной торговле деловым обычаям и нарушает  баланс интересов потенциальных сторон сделки, обременительно для покупателя, не  имеющего от продавца полной информации о товаре, до фактической его поставки и  оплаты, так как покупатель, приобретая товар в целях его дальнейшего коммерческого  использования (перепродажа оптом или в розницу потребителям), должен знать  максимально возможную информацию о приобретаемом товаре, в том числе  производителе товара, цене, физических характеристиках товар и иных свойствах (состав  материалов, способ производства и т.п.).  

Действия покупателя, допускающего отсутствие со стороны продавца  (поставщика) информации о цене на товары и иной необходимой информации в  надлежащем фиксированном виде (в том числе в виде прайс-листа поставщика) до  подписания контракта и (или) до предстоящей поставки, заведомо влечет неоправданный  повышенный риск наступления названных негативных коммерческих последствий для  покупателя, и такие действия не могут признаваться в международной торговле  

разумными и надлежащими, а в целях дальнейшего таможенного оформления товара на  территории России не могут признаваться действиями, совершенными покупателем с  должной степенью заботливости и осмотрительности. Ожидаемым поведением  покупателя являются такие действия, которые позволяют предварительно до поставки (до  заключения внешнеэкономического договора) получить от продавца весь объем сведений  и документов, необходимых как самому покупателю, так и при таможенном оформлении  товаров при ввозе в Россию, учитывая особенности ценового уровня этих товаров  (низкого уровня заявляемой таможенной стоимости), влекущего с вероятностью сомнения  таможни в достоверности и дополнительную проверку. Покупателем, осуществляющим  ввоз товаров в Таможенный союз, указанная вероятность может и должна предполагаться  исходя из совокупности названных принципов заботливости и осмотрительности и уровня  декларируемых им цен (таможенной стоимости) на ввозимые товары, попадающего в  область риска быть признанным таможенным органом в качестве заниженного уровня.  

Не может также соответствовать устоявшимся в международной торговле деловым  обыкновениям утаивание (уклонение от предоставления) продавцом (поставщиком) от  заинтересованного в товаре покупателя указанной информации до фактической поставки  (до заключения контракта). В данном случае предполагается разумность и  добросовестность продавца (поставщика) предпринимателя, а также соответствие  действий этого поставщика обычаям делового оборота в международной торговле.  Поэтому предприниматель мог и должен был располагать на стадии таможенного  контроля полной информацией о приобретаемых им товарах, в том числе и той  информацией, запрашиваемой таможней в решении о дополнительной проверке.  

Предприниматель также не представил иные доказательства, подтверждающие  фиксированную информацию поставщика (производителя), аналогичную информации,  обычно содержащейся в прайс-листах, предоставляемых до заключения сделки;  доказательства, позволяющие достоверно подтвердить, что эта информация о ценах  исходит именно от этого поставщика (производителя), указанного в спорной ДТ, и в  отношении именно товара, ввезенного на территорию Российской Федерации по этой ДТ.  

Следовательно, довод таможни о том, что отсутствие конкретного ассортимента  товаров, то есть неуказание в представленных декларантом документах сведений о  конкретных товарах, обладающих различными индивидуально-определенными  признаками, объединенных при декларировании люстр, с указанием их количества  общим весом в килограммах, явилось обстоятельством, препятствующим установлению  таможней достоверной таможенной стоимости каждого из различных товаров в составе  объединенной группы, проверен неполно.  

Непредставление декларантом экспортной декларации и прайс-листа суд счел не  влияющим на подтверждение таможенной стоимости ввезенного товара, указав, что  контракт от 10.01.2016 № 009 не содержит условие о предоставлении продавцом  экспортной декларации, на что указывает иностранный контрагент в письме  от 05.09.2016, представленном предпринимателем в суд. В связи с этим суд посчитал  отсутствующим у предпринимателя возможность представления данного документа в  таможню, о чем декларант пояснял в рамках дополнительной проверки.  

При этом таможня, по мнению суда, имея сомнения в правильности указания  декларантом таможенной стоимости товара, не воспользовалась предоставленным ей  правом запросить у таможенных органов Китайском Республики экспортную декларацию  и товаросопроводительные документы.  

Суд указал, что отсутствие экспортной декларации в рассматриваемом случае  не может однозначно свидетельствовать о недостоверности сведений, заявленных  декларантом. Кроме того, экспортная декларация является документом, оформляемым  продавцом – иностранным контрагентом, и ответственность за его ненадлежащее  оформление или непредставление не может перекладываться на российского резидента.  Непредставление экспортной декларации при отсутствии иных достаточных оснований,  свидетельствующих о документальной неподтвержденности заявленной таможенной  стоимости товара, не является основанием для корректировки таможенной стоимости.  

В письме от 05.09.2016 иностранный поставщик отметил, что прайс-листы  не выпускаются, компания работает индивидуально с каждым клиентом, направляя им  коммерческие предложения. Контракт и сложившиеся партнерские отношения между  предпринимателем и китайской компанией не предусматривали предоставления  прайс-листа. Китайская компания сделала конкретное коммерческое предложение  предпринимателю с учетом объемов закупки и времени сотрудничества, в результате  переговоров заключен спорный контракт.  

Суд указал, что в указанном письме продавец товара также подтвердил, что до  заключения контракта между ним и предпринимателем велись переговоры по  согласованию условий контракта, направлено коммерческое предложение, принятое  декларантом. Конкретный перечень товаров согласован в приложении к контракту.  

Признавая не зависящим от воли декларанта представление запрошенный у него  таможней экспортной декларации на спорный товар по мотиву ссылки китайской стороны  соглашения на отсутствие у него обязанности представление такого документа по  условиям внешнеэкономической сделки, суд не исследовал вопрос о проявлении  декларантом должной степени заботливости и осмотрительности при сложившихся у него  

с этим иностранным продавцом отношениях и разовой спорной сделки (как отметил суд)  и предыдущих аналогичных претензиях таможни по предыдущим контрактам с этим же  иностранным партнером.  

Так, из имеющихся на официальном сайте Верховного Суда Российской  Федерации сведений усматривается, что между декларантом и таможней до ввоза товара  по спорной ДТ рассматривались таможенные споры о корректировке таможенной  стоимости (дела № А15-3943/2015, ввоз 05.04.2015, № А15-494/2016, ввоз 05.10.2015)  также ввозились люстры и комплектующие к ним. При этом таможней на стадии  таможенного контроля предъявлялись такие же, как и в настоящем деле, претензии:  отсутствие экспортных деклараций от того же продавца и производителя; информация  декларанта содержит неполные и (или) противоречивые сведения, различные  характеристики товаров; в декларации отсутствует расшифровка товаров в зависимости от  качественных характеристик и номеров моделей; дифференцированные сведения о  стоимости товара в зависимости от характеристик каждого товара, сведения о полном  наименовании товаров, их технических и коммерческих характеристиках, о товарных  знаках, марках, моделях, артикулах, стандартах, в контракте цены различного штучного  товара имеющего индивидуально-определенные признаки определены по общему весу)  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2017 № 308-КГ17-5894,  от 13.12.2017 № 308-КГ17-18267).   

В соответствии с пунктом 4 статьи 65 Кодекса и пунктом 3 статьи 2 Соглашения  лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, обязано подтвердить  соответствие заявленных им сведений действительности (достоверность), представив в  таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную  информацию (пункт 6 постановления № 18).  

Таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами,  не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если  декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой  приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в  представленных им документах информация о цене (здесь и далее также -  предусмотренных статьей 5 Соглашения дополнительных начислениях к цене) не  соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация  об условиях поставки и оплаты товара (пункт 7 постановления № 18).  

Исходя из пункта 10 постановления № 18, непредставление декларантом  дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную  стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения  

о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные  препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие  объяснения даны таможенному органу.  

Вместе с тем при сохранении сомнений в достоверности заявленной декларантом  таможенной стоимости, не устраненных по результатам дополнительной проверки, по  смыслу пункта 4 статьи 69 Кодекса, решение о корректировке таможенной стоимости  может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его  распоряжении и указывающей на подтверждение выявленных признаков  недостоверности.  

Однако, такие документы как прайс-лист продавца (производителя товара), на  основании которого можно было бы проанализировать сведения о стоимости ввозимого  товара в стране отправления и объяснить причины отличия цены сделки от цены на  однородный товар, а также экспортная декларация, позволившая бы уточнить сведения,  заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны  вывоза, предпринимателем представлены не были, что не позволило таможенному органу  устранить послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения  в достоверности сведений о заявленной в ДТ таможенной стоимости товаров и  правомерности ее определения по цене сделки на основании представленных обществом  документов.  

Действия лица, ввозящего товар на таможенную территорию государства,  соответствовали бы принципам разумности и осмотрительности, предъявляемым к  поведению участников гражданского оборота, если бы такие субъекты при ввозе товаров  по цене, значительно отличающейся от цен сделок с однородными товарами, заранее  собирали доказательства, подтверждающие такую цену сделки (определения Верховного  Суда Российской Федерации от 23.12.2015 № 303-КГ15-10416, 303-КГ15-10774,  от 07.06.2017 № 306-КГ16-16638).  

Более того, суд первой инстанции приостанавливал производство по делу в связи с  рассмотрением указанных и иных сходных арбитражных дел ( № А15-494/2016,  А15-5221/2016, А15-5640/2016), при этом только в двух дела ( № А15-3943/2015 и  А15-494/2016) корректировка таможенной стоимости оспаривалась предпринимателем и  ввозился сходный товар от того же поставщика (производителя).  

Причины, препятствующие декларанту при заключении спорного  внешнеэкономического контракта (10.01.2016) при уже имеющихся претензиях таможни  по двум предшествующим поставкам от того же поставщика (производителя), в том числе  об отсутствии возможности классифицировать ввезенный товар по его качественным и  

физическим характеристикам, ассортиментному перечню, сопоставить с экспортной  декларацией, инвойсом, коносаментом, прайс-листом, сведений о производителе и др.,  повторяющимся из одной сделки в другую недостаткам, судебные инстанции не  исследовали, лишь формально сославшись на отсутствие такого условия в соглашении с  китайским продавцом.  

Каким образом неустановление такой обязанности у иностранного продавца  свидетельствует об отсутствии у него или в таможенных органах страны продавца самой  экспортной декларации или отказе представить этот документы, суд также не выяснил.  

Из смысла ответа партнера декларанта не следует, что он отказался представить  экспортную декларацию, а только сообщил об отсутствии такой обязанности у него по  заключенному соглашению.  

Судебные инстанции сослались на отсутствие доказательств значительного  отклонения заявленного индекса таможенной стоимости, отклонив довод таможни о  выявлении значительного расхождения между заявленными сведениями о величине  таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа.  Распечатки сведений из электронных баз данных ИАС «Мониторинг-Анализ» или  АС «Стоимость-1» за определенный период времени не представлены.  

Различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других  источниках, не относящихся непосредственно к сделке с указанной китайской компанией,  не признано доказательством недостоверности условий этой сделки и основанием  корректировки таможенной стоимости ввезенного предпринимателем товара.  

Суд указал, что при корректировке таможенной стоимости товара необходимо  учитывать страну отправления, условия поставки, вес товара, его производителя,  репутацию на рынке сбыта продукции, торговую марку и другие условия, что может  существенно повлиять на таможенную стоимость ввезенного товара.  

Суд также счел неверным применение таможней основы для корректировки  стоимости ввозимого по спорной ДТ товара.  

Так, стоимость товара, ввезенного по спорной ДТ, определена на основе стоимости  товара по ДТ № 6477 (л. д. 73, 74 т. 1).  

Судебные инстанции сослались на несоответствие сведений, указанных  в спорной ДТ, и ДТ № 6477 по весу нетто товара (15 144 кг и 547, 98 кг), наличие  расхождений в изготовителе товара («SHENZHEN JIAYUHE IMPORT & EXPORT CO.,  LTD» и «ZHОNGSHAN CHANLLYN ELECTRICAL APPLIANCE CO., LTD»), товарному  знаку (в спорной ДТ отсутствует, а в ДТ № 6477 – «TINKO»), месту ввоза (Новороссийск  и Усть-Луга).  

Суд сделал вывод о том, что названные отличия объективно свидетельствуют о  различиях в стоимости данных товаров.  

Кроме того, суд установил наличие в базе данных таможни иной ценовой  информации таможенной стоимости аналогичного товара (люстры) с более низким  индексом таможенной стоимости по сравнению с аналогичным показателем,  использованным таможней для корректировки заявленной таможенной стоимости товара  по спорной ДТ (ДТ № 10801020/190216/0000898, 10702020/280915/0030805,  10115070/211215/0021175, 10115070/270116/0002182).  

Проверяя ссылку таможни на отсутствие у нее ценовой информации для  использования соответствующего метода в случае подтверждения невозможности  получения такой информации либо при отказе декларанта в предоставлении необходимых  сведений в рамках проведенных с ним консультаций (пункт 1 статьи 1 Соглашения),  проведении консультаций с декларантом, наличии у таможни возможности получения  соответствующей ценовой информации, суд апелляционной инстанции отметил  следующее.  

Согласно пункту 1 статьи 2 Соглашения в случае невозможности определения  таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная  стоимость товаров определяется в соответствии с положениями, установленными  статьями 6 и 7 Соглашения, применяемыми последовательно. При этом могут быть  проведены консультации между таможенным органом и декларантом (таможенным  представителем), с целью обоснованного выбора стоимостной основы для определения  таможенной стоимости ввозимых товаров, отвечающей статьям 6 или 7 Соглашения. В  процессе консультаций таможенный орган и декларант (таможенный представитель)  могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения  законодательства государства – члена Евразийского Экономического Союза о  коммерческой тайне. Консультации проводятся в порядке, устанавливаемом  законодательством государства – члена ЕАЭС.  

Исходя из пункта 14 постановления № 18, в силу определенного в пункте 1 статьи 2  Соглашения правила последовательного применения методов определения таможенной  стоимости, при невозможности использования первого метода (по стоимости сделки с  ввозимыми товарами) каждый последующий метод применяется, если таможенная  стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода. В случае  невозможности применения первого метода между таможенным органом и декларантом  могут проводиться консультации в целях обоснованного выбора иной основы для  

В связи с этим при рассмотрении споров, связанных с правильностью выбора  метода определения таможенной стоимости, таможенный орган вправе ссылаться на  отсутствие у него ценовой информации для использования соответствующего метода в  случае подтверждения невозможности получения такой информации либо при отказе  декларанта в представлении необходимых сведений в рамках проведенных с ним в  соответствии с пунктом 1 статьи 2 Соглашения консультаций.  

При этом обмен письменной информацией, документами, заявлениями,  письменными пояснениями в процессе декларирования товара между таможенным  органом и декларантом является в смысле пункта 1 статьи 2 Соглашения проведением  консультаций, поскольку законодательством не установлен запрет на ее проведение в  письменном виде посредством обмена документами.  

Судебная коллегия применительно к установленным обстоятельствам обоснованно  указала, что обмен информацией в процессе декларирования товара между таможней и  предпринимателем в рассматриваемом случае осуществлялся в виде передачи декларанту  имеющейся у таможенного органа информации для уплаты суммы обеспечения и  корректировки таможенной стоимости, принятой декларантом в целях уплаты  обеспечения и выпуска товара. Встречная информация от предпринимателя в таможню не  поступала.  

Доказательства обращения декларанта в таможню за консультациями в связи с  наличием у него (или у таможни) информации о стоимости товаров, более близких по  своим характеристикам к ввезенному по спорной ДТ, предприниматель не представил, как  и за консультациями (письменными либо устными) по иным вопросам.  

Таможня, напротив, предлагала предпринимателю представить пояснения и  дополнительные документы, позволяющие устранить возникшие сомнения в  достоверности заявленной таможенной стоимости. Декларант направил в таможню  сообщение о невозможности представить документы.  

Суд дал неполную оценку доводам таможни о том что ввезенные  предпринимателем товары являются люстрами с различными характеристиками. Разные  модели люстр конструктивно предусматривают установку разного количества  осветительных ламп (3, 5, 6, 8, 10, 12, 16 штук). Люстры выполнены в различном стиле и  цвете, имеют разные формы и размеры, а также номера моделей. Все изделия объединены  в общий вес нетто 15 144 кг. Приводимые таможней ДТ для сравнения свидетельствует о  ввозе товаров, произведенных в Китае, различие производителей в данном случае не  препятствует квалификации товаров в качестве однородных, поскольку предприниматель  не представил доказательства наличия особенностей специфического характера,  

связанных с производителем товара, ввезенного декларантом. Оцениваемые и однородные  товары имеют сходные характеристики, состоят из схожих компонентов, произведены из  таких же материалов (металл), что позволяет им выполнять одни и те же функции.  Имеющиеся различия, в том числе в наименовании изделий, несущественными, не  изменяют их характеристики и не препятствуют выполнять одни функции (пункт 1 статья  3 Соглашения). Полное совпадение наименований изделий возможно только в случае,  если товары произведены одним производителем, что из сравниваемых ДТ не  усматривается.  

Оценка содержащейся в материалах дела копии служебной записки от 06.02.2017   № 22-09/0090 (л. д. 95 103 т. 1) с учетом перечисленных обстоятельств, в том числе о  «полной несопоставимости с имеющимися в таможенном органе данными.  Декларирование указанных товаров никогда и нигде не осуществлялось даже по близкой  к заявленной декларантом цене товара.» судом не производилась.  

Суд также не проверил довод таможни о том, что предприниматель при  проведении дополнительной проверки (в порядке консультаций) не представил  доказательства, позволяющие сделать вывод, что иная ценовая информация, относящаяся  к товарам, ввезенным на территорию Республики Дагестан, соответствует товарам  предпринимателя по настоящему делу по признакам однородности, идентичности и  ввозимыми при сопоставимых условиях (в том числе по времени их ввоза, наличию  посредников, разных изготовителей, способов производства, состава используемых  материалов и территориальной отдаленности от поставщика).  

Следовательно, доводы таможни о невозможном подыскании однородных или  аналогичных товаров исходя из избранных самим предпринимателем описательных  признаков товаров, не отвечающим обычаям делового обыкновения, получили неполную  оценку.  

Кроме того, возвращая предпринимателю излишне уплаченные таможенные  платежи, суд не проверил текущее состояние расчетов по таможенным платежам, тогда  как возврат из бюджета возможен лишь в случае отсутствия задолженности перед  соответствующим бюджетом (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 22.03.2018 № 303-КГ17-20407). Какие-либо доказательства, свидетельствующие об  отсутствии у декларанта задолженности перед бюджетом, в материалах дела отсутствуют.  

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств; относимость, допустимость, достоверность каждого  

доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности.  

Однако данное требование судом не выполнено, имеющиеся в деле доказательства  оценивались в отдельности, а не в совокупности и взаимной связи, что привело к тому,  что доводы и возражения таможни и представленные участвующими в деле лицами  доказательства не получили должной оценки применительно к фактическим  обстоятельствам дела и положениям таможенного законодательства.  

Между тем от оценки доказательств и установления фактических обстоятельств  зависит правовая квалификация правомерности решения таможни.  

При названных условиях обжалуемые судебные акты как основанные на неполном  исследовании и оценке имеющихся в материалах дела доказательств и доводов  участвующих в деле лиц, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой  инстанции для устранения указанных недостатков.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 06.09.2018 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2018 по делу   № А15-3683/2016 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Республики Дагестан.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий Л.А. Черных Судьи Т.Н. Дорогина 

 Т.В. Прокофьева