ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-1769/2020

г. Вологда

08 октября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 08 октября 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Корюкаевой Т.Г. и Селецкой С.В.,

         при ведении протокола секретарём судебного заседания Саакян Ю.В., 

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 07.11.2023, от ФИО3 представителя                     ФИО4 по доверенности от 20.11.2023, от ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 21.1.2022, ФИО7             и его представителя ФИО8 по доверенности от 21.12.2023,                  от ПАО «Россети Северо-Запад» ФИО9 по доверенности от 16.09.2024 № 277-24,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего акционерного общества «Архангельские электрические сети» ФИО10 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 02.05.2024 по делу № А05-1769/2020,

у с т а н о в и л:

ФИО1, конкурсный управляющий акционерного общества «Архангельские электрические сети» (ИНН 

<

***>; адрес: 163045, 

<

...>; далее – Должник) ФИО10 обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Архангельской области от 02.05.2024 о признании доказанным наличия оснований для солидарного привлечения контролирующих Должника лиц ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за невозможность полного погашения требований его кредиторов и  об отказе в удовлетворении требований в отношении ФИО7, ФИО3, ФИО5, ФИО12, общества с ограниченной ответственностью «Север-Авто» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 163069, 

<

...>, помещ. 47; далее – ООО «Север-Авто»).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Русэнергосервис»                            (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 119019, Москва, ул. Новый Арбат, 11, стр. 1); общество с ограниченной ответственностью «Барбарис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 119330, Москва,                                просп. Университетский, д. 25), общество с ограниченной ответственностью «Базисэнерго трейд»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 115093, Москва, ул. Люсиновская, д. 36, стр. 1,  помещ. 1, ком. 5), временный управляющий ООО «Север-Авто» ФИО13. 

ФИО1 в обоснование жалобы ссылается на несовершение им действий (бездействия), которые могли бы повлечь банкротство Должника. Ухудшение его финансового положения явилось следствием объективных причин и действий иных лиц. С 2016 года проживает за пределами Российской Федерации и не принимал никакого участия в финансово-хозяйственной деятельности Должника. К уголовной, административной и налоговой ответственности не привлекался. С должности советника он уволился осенью 2017 года, а 19.12.2017 вышел из состава учредителей Должника. Признаки банкротства возникли у Должника после 31.12.2017. В дополнениях к жалобе считает, что суд необоснованно отказал в назначении экспертизы, не оценил его возражений, ошибочно указал на преюдициальность судебных актов. Просит определение суда в части признания доказанным наличия оснований для солидарного привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника и приостановления производства по настоящему требованию до окончательного расчёта с кредиторами отменить и в данной части отказать в удовлетворении заявления. 

Конкурсный управляющий Должника ФИО10 в обоснование жалобы ссылается на доказанность им наличия оснований для привлечения ФИО3, ФИО5, ООО «Север-Авто» к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, в отношении ФИО7 – для взыскания убытков. Просит определение суда в части отказа в удовлетворении требований к указанным ответчикам отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в данной части. 

ФИО3 в отзыве на апелляционные жалобы просила оставить судебный акт первой инстанции без изменения. 

ФИО7 в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего с доводами, изложенными в ней, не согласился. 

Конкурсный управляющий Должника ФИО10 в отзыве на апелляционную жалобу ФИО1  просил оставить её без удовлетворения.

ФИО5 в отзывах на апелляционные жалобы просил оставить определение суда без изменения.

Публичное акционерное общество «Россети Северо-Запад» (далее –           ПАО «Россети Северо-Запад») в отзыве на апелляционные жалобы просило определение суда в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объёме, апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в жалобе, вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего Должника ФИО10 оставил на усмотрение суда.

Представители ФИО3, ФИО5, ФИО7 и его представитель возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Представитель ПАО «Россети Северо-Запад» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего Должника ФИО10

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

  Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

  В пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

  При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

  Поскольку фактически доводы жалобы конкурсного управляющего  сводятся к оспариванию определения суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований к ФИО3, ФИО5, ООО «Север-Авто», ФИО7, доводы жалобы ФИО1 в части удовлетворения требований, а ПАО «Россети Северо-Запад»  заявлены возражения относительно проверки судебного акта в обжалуемой конкурсным управляющим части (считает судебный акт необоснованным в части отказа к вышеуказанным ответчикам, в том числе к ФИО12), суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционных жалоб с учетом заявленных возражений (не обжалуется судебный акт в части возврата с депозитного счета денежных средств).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобы не подлежащими удовлетворению. 

  Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Должник 28.10.2009  зарегистрирован в качестве юридического лица, основным видом деятельности которого являлась передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям.

  Обязанности единоличного исполнительного органа Должника в период  с 01.05.2014 по 28.02.2018 исполнял ФИО7, с 01.03.2018 по 01.03.2019 - ФИО3, которая в период с 01.11.2013 по 30.09.2021 исполняла обязанности главного бухгалтера, с 04.03.2019 по 20.10.2020 – ФИО5

  Единственным акционером Должника с 31.05.2019  являлось                            ООО «Север-Авто».

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 02.03.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве Должника.

  Определением суда от 19.05.2020 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО14.

  Решением суда от 26.10.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 04.03.2021, Должник признан банкротом, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО15.

  Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа                          от 25.05.2021 решение суда от 26.10.2020 и постановление апелляционного суда от 04.03.2021 в части утверждения конкурсным управляющим Должника ФИО15 отменены; дело в названной части направлено в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

  Определением суда от 11.06.2021 исполнение обязанностей конкурсного управляющего Должника возложено на временного управляющего ФИО14

Определением суда от 26.07.2021 конкурсным управляющим Должника утверждён ФИО10, который обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно ФИО7, ФИО3, ФИО1, ФИО11, ФИО12, ФИО5, ООО «Север-Авто» к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

В обоснование заявления ссылается на то, что ООО «Север-Авто», приобретая 100 % акций Должника, должно было оценить реальное финансовое состояние приобретаемого актива и не могло не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии Должника, размере его кредиторской задолженности, обстоятельствах хозяйственной деятельности Должника, а следовательно, имело возможность принять соответствующие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве. Решением единственного участника Должника            ООО «Север-Авто» 28.06.2019 рассмотрен и утверждён годовой отчёт Должника и годовая бухгалтерская (финансовая) отчётность за 2018 год. Должник входил в группу Межрегионсоюзэнерго (МРЭСН), которая представляла собой единую бизнес-структуру энергосбытовых компаний, являлась горизонтально-интегрированным холдингом, в котором само МРСЭН выступало в качестве центра принятия управленческих решений и распределения финансирования, а признанный банкротом Московско-Уральский акционерный коммерческий банк (далее – Банк) выступал в роли финансового центра холдинга, имея ярко выраженный кэптивный характер. Конечным бенефициаром группы, а следовательно, и Должника, лицами, непосредственно определявшими направления его деятельности (то есть контролирующими Должника лицами) являлись ФИО11 и                    ФИО1, а ФИО12, работая начальником финансового центра, определяла направления деятельности Должника, давала обязательные для исполнения указания финансового характера, в том числе по перечислению денежных средств группы в пользу Должника и Должником в пользу группы. Руководителем Должника ФИО7 совершены ряд сделок, в результате которых Должнику причинены убытки в размере 262 502 738,61 руб. 

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями  9, 10, 61.10, 61.12, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –                       Постановление № 53), нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пришел к выводу о частичной обоснованности требований.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом в обжалуемой части.

  Привлечение контролирующих Должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

  В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т. д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

  Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 Постановления № 53).

  В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  разъяснено, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

  При рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника судом первой инстанции учтена специфика деятельности Должника, который не являлся в полной мере обособленным субъектом экономических отношений, но входил в состав единого холдинга - группы компаний «Межрегионсоюзэнерго». Каждая из компаний группы имела доли участия в уставном капитале иных компаний (при отсутствии иных, «независимых» участников в капитале), в состав единоличных и коллегиальных органов управления обществ входили одни и те же лица. Действия каждой из организаций, входивших в холдинг, и всей их совокупности преследовали единые экономические цели. Подобная схема корпоративного управления, при которой доли участия как в отдельных компаниях холдинга, так и самого центра принятия управленческих решений принадлежат не конкретным физическим лицам, а самим компаниям - элементам холдинга, позволяет скрывать от независимых участников рынка и суда сведения о конечных бенефициарах всей группы компаний, выстраивать «корпоративную вуаль» в целях избежания возможности привлечения собственников бизнеса к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

  Арбитражным судом Архангельской области установлено, что в целом структура холдинга «Межрегионсоюзэнерго» выглядит следующим образом: центр принятия управленческих решений - АО «Межрегионсоюзэнерго»; финансовый центр группы компаний - Банк; основные компании холдинга, генерировавшие основной объем валовой выручки всей холдинговой группы: АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт», ПАО «Архэнергосбыт»; трейдинговые компании - участники оптового рынка электроэнергии и мощности:                                     ООО «Союзэнерготрейд», ООО «Челябинское управление энерготрейдинга», ООО «Русэнергосервис»; субхолдинговые компании, управлявшие акционерным капиталом участников группы, - ООО «Центр частного права электроэнергетики», АО «ФинЭнергоИнвест»,  ООО «ЛВЛ Инвестмент Групп», ООО «М.Стайл», АО Управляющая компания «Энергия Белого моря»,                     АО «Архинвестэнерго», ООО «РКБ Энергия», ООО «АЭС Инвест»; консалтинговые компании - ООО «Консорциум ЭнергоПромФинанс»,                     ООО «Консалтэнергосервис», ООО «ЕТЗК «Энергия»; лизинговая компания - ООО «Промфинаренда»; компании, владевшие электросетями и иными инфраструктурными активами, - ООО «АСЭП», Должник, ООО «ПК «АСЭП», ООО «АСЭП-плюс», АО «Электросеть»; компания, владевшая непрофильными активами группы, - ООО «Санаторий «Каширские роднички»; энергогенерирующая компания - ООО «Перспектива»; компании сфер деятельности, не связанных напрямую с деятельностью холдинга (непрофильные компании), - ООО «Север-Авто»,   ООО «Промторгснаб»,                 ООО «Орский завод металлоконструкций», ООО «Завод златоустовских металлоконструкций». В разное время в периметре холдинга находились иные компании (АО «Архангельский КоТЭК», АО «Архтеплоэнерго»).

Основным видом экономической деятельности для холдинга, обеспечивающим подавляющую долю валовой выручки, являлась деятельность гарантирующих поставщиков на территориях субъектов Российской Федерации.

 Специфика деятельности энергосбытовых компаний и их регулирования нормами действующего законодательства привела к тому, что в их деятельности зачастую возникают кассовые разрывы, которые требуют восполнения за счет привлечения внешних источников финансирования. Холдингом «Межрегионсоюзэнерго» восполнение кассовых разрывов осуществлялось не только за счет привлечения кредитов от сторонних банков, но и за счет порочной по своему содержанию схемы транзитного перераспределения финансовых потоков (выручки потребителей электрической энергии) между компаниями холдинга, с привлечением в качестве операционного центра такого перераспределения инфраструктуры Банка - финансового центра группы. Так, в нарушение действующих регламентов и правил деятельности участников оптового и розничного рынков электрической энергии между компаниями холдинга подписывались мнимые агентские договоры, ничтожность которых неоднократно установлена судом, в целях обеспечения возможности осуществления одной компанией платежей, связанных с исполнением обязательств другой компании.

Кроме того, на основании фиктивно сформированного документооборота совершались уступки права требования к потребителям электрической энергии, а также тех взаимных требований участников группы, которые формально отражались на их балансе. Соответствующие соглашения об уступке права требования по обязательствам, возникшим из агентских договоров, и обязательствам независимых контрагентов в последующем расторгались и на лицо, уступившее права требования, возлагалось несуществующее в действительности обязательство возвратить сумму денежных средств, полученных по соглашению об уступке, и уплатить проценты, исчисленные за период, когда денежные средства формально находились в его владении. При этом компания, приобретающая права требования, оперировала для расчетов по договорам уступки денежными средствами, полученными в качестве кредиторов от  Банка, а сумма процентов, начисленных за пользование денежными средствами при расторжении договоров уступки, в полной мере соотносится с суммой процентов, начисленных по кредитному договору с Банком.

  В указанной схеме могло существовать несколько промежуточных звеньев, прежде чем денежные средства возвращались в Банк, после чего начинался новый цикл кольцевого движения финансового потока. 

  В соответствующие транзитные схемы вовлечены все компании группы «Межрегионсоюзэнерго», в том числе непосредственно Должник. За счет подобного ординарного для холдинга способа распределения общей ликвидности достигалось одновременно несколько результатов: возможность исполнения отдельными компаниями холдинга (в первую очередь, речь идет о сбытовых компаниях, деятельность которых детального регламентирована соответствующими нормативными актами и отраслевыми соглашениями) своих обязательств перед независимыми участниками рынка (сетевыми компаниями, инфраструктурными организациями оптового рынка электрической энергии и мощности, генерирующими компаниями, независимыми кредитными организациями при исполнении обязательств, возникших в связи с привлечением внешнего финансирования), то есть имелся ощутимый положительный эффект для участников оборота; поддержание арифметических показателей ликвидности компаний в их финансовой отчетности на основании не имеющего действительного экономического смысла перераспределения денежных средств, что было актуально, в первую очередь, для Банка, а также для оценки общей стоимости группы, то есть имелись проявления недобросовестного поведения, приводившие к формированию локального эффекта «мыльного пузыря», что, однако, не могло иметь действительно негативных имущественных последствий для независимых контрагентов, так как акции компаний рассредоточены внутри самой группы и не обращались на биржевых торгах; создавалась цепочка мнимых и притворных сделок, за счет которых происходило постоянное движение денежных средств, а также обеспечивались предпосылки для скрытого от внешнего наблюдателя вывода денежных средств из состава общей ликвидности группы.

  Действительно, сама по себе бизнес-модель функционирования холдинга, связанная с постоянным транзитным перераспределением денежных средств, не может быть оценена в качестве причины утраты холдингом платежеспособности либо свидетельствовать о неплатежеспособности отдельных компаний холдинга, которые не были в полной мере обособлены одна от другой. Однако при анализе сведений о действительном экономическом положении холдинговой группы и отдельных ее элементов (в том числе Должника) необходимо учитывать тот мультипликативный эффект, который создавался за счет получения компаниями холдинга одних и тех же денежных средств несколько раз на протяжении одного финансового года, что требует существенных отрицательных корректировок финансовой статистики компаний.

  Суд первой инстанции, с учетом  обстоятельств, установленных судебными актами по делам о банкротстве иных организаций, входящих в упомянутый холдинг, принял во внимание тот факт, что в конце 2016  - начале 2017 года в деятельности холдинга начинают проявляются отдельные негативные тренды, связанные как с объективными, так и с субъективными причинами. К числу объективных причин относится общее снижение объемов валовой выручки энергосбытовых компаний, связанное в том числе со снижением платежной дисциплины бытовых потребителей, а также внесением изменений в порядок тарифного образования на основании постановления Правительства Российской Федерации от 17.05.2016 № 443, которым изменен порядок определения индексации объема необходимой валовой выручки, что, с одной стороны, привело к ограничению роста тарифа стоимости электрической энергии для потребителей, а с другой стороны, к определенной диспропорции в объеме собственной ликвидности энергосбытовых компаний на фоне общих инфляционных явлений. К числу субъективных факторов  относится возбуждение уголовного дела в отношении ФИО11, его фактическое исключение из возможности управления холдингом и сокрытие от органов предварительного расследования, а также начавшийся корпоративный конфликт, связанный с вопросами контроля над непрофильными активами холдинга. 

  Соответствующие негативные тенденции в их наслоении привели к утрате холдингом собственной ликвидности в течение 2017 года, а необъективность данных об экономических результатах деятельности холдинга привела к прекращению сделки по покупке холдинга независимым инвестором, что позволило бы привлечь в холдинг дополнительное финансирование и преломить негативные тенденции в его деятельности. Результатом стало прекращение у энергосбытовых компаний, входивших в состав холдинга «Межрегионсоюзэнерго», статуса гарантирующих поставщиков на соответствующих территориях, то есть прекращение экономической и операционной деятельности.

  Проанализировав материалы  дела о банкротстве как самого Должника, так и иных энергосбытовых компаний холдинга «Межрегионсоюзэнерго», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конечным бенефициаром холдинга (следовательно, и Должника) и лицом, непосредственно определявшим направления его деятельности (то есть контролирующим Должника лицом), на протяжении всего анализируемого периода (с 2014 года) являлся ФИО11 

  Изъятие части финансовых средств из холдинга в пользу указанного лица осуществлялось несколькими способами: за счет установления вознаграждения за труд (заработная плата и поощрения имущественного характера); за счет использования схемы, при которой ФИО11 получал кредит в Банке, а компании холдинга (в том числе Должник) осуществляли исполнение его обязательств по кредитным договорам за счет цепочки поручительств.

  То есть ФИО11 в действительности получал имущественную выгоду от деятельности всего холдинга (в том числе Должника), был заинтересован в результатах такой деятельности, то есть является конечным бенефициаром холдинговой группы.

  Вторым конечным бенефициаром холдинга «Межрегионсоюзэнерго» является ФИО1 

  Несмотря на то, что информация о нем как о конечном бенефициаре скрывалась от независимых участников рынка, именно он выступал в качестве собственника холдинговой группы при осуществлении сделки по ее продаже компании Старс Генерис Лтд. 

  Как следует из сведений об источниках формирования пенсионных накоплений, выписок о движении денежных средств по расчетным счетам вышеуказанных организаций, открытых в Банке,  ФИО1  получены от структур холдинга денежные средства в значительном объеме, в том числе за счет использования схемы с выплатой скрытых, не облагаемых налогом и неучитываемых дивидендов через формальное заключение кредитных договоров с Банком подконтрольными холдингу организациями.

  Согласно пункту 22 Постановления № 53 в силу пункта 8                                статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

  В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т. д.

  Суд первой инстанции в рассматриваемом случае, принимая во внимание то, что существенное ухудшение имущественного положения Должника и всей группы компаний холдинга «Межрегионсоюзэнерго» связано с действиями ФИО11 и ФИО1, при которых происходило перераспределение объема ликвидности холдинговой группы в пользу указанных лиц,  пришел к верному выводу о наличии оснований для солидарного привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника по приведенным применительно к положениям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основаниям.

 При этом, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности  по данному основанию иных ответчиков, Арбитражный суд Архангельской области верно исходил из того, что эти лица, непосредственно подчиненные управленческой воле ФИО11 и ФИО1, фактически выполнявшие менеджерские функции, действовали как наемные сотрудники, исполняя указания вышеупомянутых бенефициаров.

  В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих Должника лиц конкурсный управляющий также ссылался на неподачу в суд заявления о собственном банкротстве Должника.

  В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

  Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 12                        Постановления № 53, закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

  В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 названной статьи срока руководитель должника обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочно заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

  Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

  Упомянутое в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1                 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

  Таким образом, к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, могут быть привлечены учредители (участники) должника, которые своевременно не приняли решение об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.

  В данном случае лицами, которые могли способствовать принятию уполномоченным органом Должника решения об обращении с заявлением о банкротстве Должника после получения объективных данных о его фактическом банкротстве, однако не предприняли соответствующих действий, фактически покинув территорию Российской Федерации, являются                ФИО11, ФИО1, поскольку именно они определяли экономическую политику деятельности Должника, а все иные лица, о привлечении к субсидиарной ответственности которых заявляет конкурсный управляющий Должника, являясь номинальными руководителями, не имели реальной возможности повлиять на такие управленческие решения данных лиц.

Следовательно, правовых оснований для удовлетворения требований к ООО «Север-Авто», ФИО3 и ФИО5 по приведенному основанию не имелось.

Также судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении требований о взыскании с ФИО7 убытков за совершение сделок,  направленных на вывод денежных средств из имущественной массы Должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

На основании пункта 1 статьи 53.1 упомянутого Кодекса указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

В абзаце первом пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Доказательства того, что в результате совершения сделок, приведенных в обоснование требования о взыскании с ФИО7 убытков, произошло выбытие имущества Должника, не представлены, поскольку Арбитражным судом Архангельской области установлено, что в результате оспариваемых платежей  происходило  формальное перераспределение финансовых потоков (транзит денежных средств) внутри единой группы компаний, не изменившее реальное экономическое положение Должника, что исключает возможность взыскания с ФИО7  спорных убытков.

 Таким образом, в удовлетворении данного требования отказано правильно.

   Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

  Из материалов дела следует, что формирование конкурсной массы не окончено, расчеты с кредиторами не завершены, что не позволяет достоверно определить размер ответственности привлекаемых лиц с учетом возможного уменьшения размера их ответственности в связи с удовлетворением требований кредиторов Должника.

  Таким образом, поскольку по результатам неоконченных мероприятий конкурсного производства возможно пополнение конкурсной массы Должника,  до окончания расчетов с кредиторами невозможно определить точный размер субсидиарной ответственности.

  При указанных обстоятельствах рассмотрение заявления о привлечении ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника обоснованно приостановлено судом первой инстанции до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами Должника.

Все доводы жалоб являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, оснований для их переоценки апелляционная коллегия не усматривает. 

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить судебный акт в обжалуемой части, в апелляционных жалобах не содержится.

Таким образом, апелляционная инстанция считает, что определение суда в обжалуемой части соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию незаконного судебного акта, не допущено, оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части нет.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателей жалоб в силу  статьи 110 АПК РФ, так как в их удовлетворении отказано. 

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 02.05.2024                  по делу № А05-1769/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего акционерного общества «Архангельские электрические сети» ФИО10 – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Архангельские электрические сети» в федеральный бюджет 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

О.Г. Писарева

 

Судьи

Т.Г. Корюкаева

 

С.В. Селецкая