СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-11272/2020(19)-АК

Дело № А60-11570/2020

23 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2022 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 23 сентября 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей И.П. Даниловой, Л.В. Саликовой 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: от заинтересованных лиц с правами ответчиков: от ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 29.04.2022, от ФИО4 – ФИО3, паспорт, доверенность от 10.11.2021, 

от ИП ФИО5 – ФИО3, паспорт, доверенность от 23.10.2020,  

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела  извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем  размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего должника общества с ограниченной ответственностью  «Комплексные решения» ФИО6  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 июня 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности,  

вынесенное судьей М.Ю. Грабовской в рамках дела № А60-11570/2020 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Комплексные  решения» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным  

 

(банкротом),  

заинтересованные лица с правами ответчиков индивидуальный  предприниматель ФИО5, ФИО4,  ФИО2,  

установил:

10.03.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление общества с ограниченной ответственностью «Комплексные  решения» (далее – ООО «Комплексные решения», должник) о признании его  несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 17.03.2020  принято к производству суда, возбуждено производство по делу.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.05.2020  (резолютивная часть от 19.05.2020) ООО «Комплексные решения» признано  несостоятельным (банкротом) в порядке, предусмотренном параграфом 6 главы  IX Федерального закона от 26.10.2020 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в отношении должника введена  процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден  ФИО7 (далее – ФИО7), член ассоциации  «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных  арбитражных управляющих».  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 95(6816) от 30.05.2020, стр.78.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.10.2020  (резолютивная часть от 01.10.2020) ООО «Комплексные решения» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство без учета особенностей параграфа 6 главы IX Закона о  банкротстве, конкурсным управляющим ООО «Комплексные решения»  утвержден ФИО7, член ассоциации «Межрегиональная  саморегулируемая организация профессиональных арбитражных  управляющих».  

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного  производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 191(6912) от 17.10.2020,  стр.185.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2021  (резолютивная часть от 22.03.2021) арбитражный управляющий ФИО7  освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника,  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8 (далее – ФИО8), член ассоциации «Межрегиональная  саморегулируемая организация профессиональных арбитражных  управляющих».  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.06.2021  (резолютивная часть от 25.05.2021) ФИО8  освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества  

 

с ограниченной ответственностью «Комплексные решения». Конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО6 (ИНН  

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 620000,г.  Екатеринбург, а/я 504), член ассоциации ведущих арбитражных управляющих  «Достояние».  

22 декабря 2021 года в Арбитражный суд Свердловской области  поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении  бывшего руководителя ФИО5, бывшего участника ФИО2 и  действующего участника общества ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника и взыскании в пользу ООО  «Комплексные решения» с ФИО5 – 108 086 827,76 рубля, со ФИО2 и ФИО5 солидарно 76 207 705,73 рубля и с ФИО4,  ФИО2, ФИО5 солидарно 44 608 951,98 рубля, которое  определением от 29.12.2021 принято к производству суда и назначено к  рассмотрению.  

Этим же определением к участию в обособленном споре в качестве  заинтересованных лиц привлечены ФИО5, ФИО4, ФИО2.  

В качестве правового основания для привлечения контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности указано на неисполнение  обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании  общества «Комплексные решения» несостоятельным (банкротом), при наличии  признаком неплатежеспособности по состоянию на 10.12.2015.  

Ответчиками представлены возражения относительно заявленных  требований.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2022  (резолютивная часть от 03.06.2022) в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего ФИО6 о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности отказано.  

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий должника  подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от  21.06.2022 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении  заявленных требований о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности.  

Заявитель жалобы указывает на то, что судом не оценены показатели,  свидетельствующие о финансовом кризисе предприятия, указанные в  заключении специалиста. Суд необоснованно использует преюдициальность  судебных актов, которые были вынесены ранее по иным обособленным спорам,  что является недопустимым при представлении новых доказательств. По  мнению апеллянта, судом не были исследованы и не приняты во внимание  выводы, содержащиеся в финансовом анализе предприятия, которые  подтверждают наличие у предприятия признаков неплатежеспособности на  заявленную дату. Заинтересованными лицами каких-либо доказательств,  

 

свидетельствующих о неверном составлении заключения, не представлено. В  данном случае, заинтересованным лицам необходимо было представлять  доказательства об изменении параметров коэффициентов, предложенных  конкурсным управляющим для изучения в судебном заседании. Таким образом,  заключение о наличии признаков объективного банкротства должника  составлено в соответствии с требованиями, установленными действующим  законодательством. Выводы суда о неисследовании каких-либо  дополнительных экономических показателей основаны на неполном и не  всестороннем изучении самого заключения об определении даты объективного  банкротства ООО «Комплексные решения». Судом не принята во внимание  сформировавшаяся задолженность перед НАО «СВЕЗА Верхняя Синячиха»,  подтвержденная решениями суда, принятыми в период с июня 2015 года по  август 2019 года. Указанные обстоятельства подтверждают наличие признаков  недостаточности имущества, начиная с 2015 года, и наращивание кредиторской  задолженности. НАО «СВЕЗА Верхняя Синячиха» направляло в адрес ООО  «Комплексные решения» предупреждение от 17.10.2019 № 8450-19-000225 об  ограничении подачи тепловой энергии, в котором высказана озабоченность в  связи с невозможностью проведения платы за конкретный период платежа в  связи с большим объемом задолженности. Кроме того, администрация МО  Алапаевское письмом от 30.11.2018 № 5652 в адрес должника установила  наличие роста кредиторской задолженности в ООО «Комплексные решения»  перед НАО «СВЕЗА Верхняя Синячиха». Вывод суда о недоказанности  признаков неплатежеспособности должника, исходя из выводов, сделанных в  рамках рассмотрения обскобленных споров, является ошибочным. В данном  случае положения пункта 2 статьи 69 АПК РФ неприменимы. При  рассмотрении настоящего спора представлялись новые материалы, а именно  заключение об установлении даты объективного банкротства ООО  «Комплексные решения». Из чего следует, что опираться на ранее вынесенные  решения является ошибочным и не может являться основанием принятия  указанных фактов в решении судов в качестве истинных. По мнению  конкурсного управляющего имеются основания для отмены обжалуемого  судебного акта и удовлетворения требований в полном объеме.  

До начала судебного заседания заинтересованными лицами ФИО2, ФИО4, ИП ФИО5 представлен отзыв, в котором  просят оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения, указывая на законность и обоснованность принятого  судебного акта.  

В судебном заседании представитель заинтересованных лиц ФИО5, ФИО2 ФИО4 ФИО3 против доводов  апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве, просил  оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу  конкурсного управляющего – без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд  

 

апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений статьи 156  АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их  отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной  ответственностью «Комплексные решения» зарегистрировано в качестве  юридического лица при его создании 19.07.2013 за ОГРН 

<

***>,  присвоен ИНН 

<

***>.  

Юридический адрес общества: 

<

...>.  

Основным видом деятельности общества является управление  эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе,  дополнительные виды деятельности – производство пара и горячей воды  (тепловой энергии), производство пара и горячей воды (тепловой энергии)  котельными; распределение пара и горячей воды (тепловой энергии) и пр.  

Уставной капитал общества составляет 10 000,00 рублей. 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на октябрь 2015 года  учредителями (участниками) ООО «Комплексные решения» являлись ФИО11 и ФИО12 (с размером доли в уставном капитале 50%  номинальной стоимость 5 000,00 рублей у каждого).  

23.06.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о том, что участником общества  является ФИО12 (50% доли участия в уставном капитале номинальной  стоимостью 5 000,00 рублей) и 50% доли в уставном капитале принадлежит  обществу.  

22.12.2016 на основании договора отчуждения доли в уставном капитале  ООО третьему лицу, 50% доли в уставном капитале продано ФИО2  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 2019 год, единственным  участником общества с 23.08.2017 по 04.09.2019 являлся ФИО2  

С 20.10.2019 единственным участником должника является ФИО4  

14.10.2015 в ЕГРЮЛ внесена запись о лице, имеющим право без  доверенности действовать от имени юридического лица (исполнительном  органе), которым является управляющий индивидуальный предприниматель  ФИО5, исполнявший обязанности единоличного  исполнительного органа по 01.10.2020.  

Соответственно, с учетом положений статьи 2 Закона о банкротстве (в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) (в настоящее время  статья 61.10 Закона о банкротстве ответчики обоснованно признаны  контролирующими должника лицами.  

Согласно отчету конкурсного управляющего, в реестр требований  кредиторов должника включены требования кредиторов в размере  

 

108 086 828,00 рублей.  

Размер текущих обязательств в процедуре составил 4 155 728,90 рубля, из  которых погашено 1 126 284,15 рубля. Не погашено – 3 029 444,75 рубля.  

Ссылаясь на недостаточность средств для удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр, за счет имущества должника, указывая на  неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по обращению  в суд с заявлением о банкротстве, при наличии признаков объективного  банкротства в 2015 году, что способствовало наращиванию кредиторской  задолженности, конкурсный управляющий обратился с заявлением о  привлечении вышеуказанных лиц к ответственности и взыскании с них в  порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере  непогашенных требований кредиторов.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств,  достаточных для удовлетворения требований о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы с  учетом дополнений к ней, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах  дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав в судебном  заседании представителя заинтересованных лиц, проверив правильность  применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм  процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает  оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта исходя из  следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32  Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Федеральным законом от 29.07.2017 N266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный  закон от 29.07.2017 N266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о  банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о  банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое  действие.  

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от  29.07.2017 N266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении  к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N266-ФЗ;  положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14,  статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  

 

29.07.2017 N266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если  определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного  производства в отношении таких должников либо определение о возврате  заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом  вынесены после 01.09.2017.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 N137 «О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N137)  означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в  пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в  арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами,  действующими во время разрешения спора, совершения отдельного  процессуального действия или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского  законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям,  возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на  отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это  прямо предусмотрено законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской  Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N12-П и  от 15.02.2016 N3-П, преобразование отношения в той или иной сфере  жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному)  принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК  РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой  определенности и стабильности законодательного регулирования в России как  правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на  отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий;  только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и  порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения  соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу,  либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения  утративших силу норм.  

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации  закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не  имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение,  в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок  

 

привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав  правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать  конституционным правилам действия правовых норм во времени.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2  Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N137, согласно которому к  правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит  применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент  возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к  такой ответственности.  

В рассматриваемом случае в ситуации, когда контролирующие должника  лица совершили действия (бездействие) в 2015 году, конкурсное производство  в отношении должника открыто 08.10.2020, а заявление о привлечении бывших  руководителей к субсидиарной ответственности подано в суд 22.12.2021, т.е.  после 01.09.2017, суд первой инстанции обоснованно исходил и з того, что  подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве  и материально-правовые правила, закрепленные в статьях 9 и 10 Закона о  банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям с учетом  разъяснений, данных в информационном письме Президиума Высшего  Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с  переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации».  

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на  применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не  действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в  законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением  ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения  соответствующих споров. Соответственно, применение судом первой  инстанции норм материального права, предусмотренных Федеральным законом  N266-ФЗ, не влечет отмены судебного акта.  

Учитывая, что предусмотренные пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о  банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ)  основания для привлечения к субсидиарной ответственности по существу мало  чем отличаются от оснований, предусмотренных действующими в настоящее  время статьями 61.11, 61.12, суде первой инстанции правомерно указал на то,  что к статье 10 Закона о банкротстве может быть применен значительный  объем разъяснений, изложенных постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - постановление № 53).  

Из указанных разъяснений, прежде всего, следует, что субсидиарная  ответственность по обязательствам несостоятельного должника является  разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с  

 

причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица,  в связи с чем в части, не противоречащей специальному регулированию  законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат  применению положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской  Федерации за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие  причинения вреда (пункт 2 постановления № 53).  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника  или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с  заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного  кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения  должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных  платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в  иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление  должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, не позднее чем через месяц с  даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет  

 Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности  бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него  Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о  собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда  ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за  собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых  образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских  правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого,  законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие  причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника  заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и  уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей  задолженности. При исследовании совокупности указанных обстоятельств  следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный  руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был  объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте  1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя  должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о  

 

его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически  скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном  положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за  собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых  реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены  существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения  требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как  следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в  заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.  

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует  учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный  руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен  был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N53).  

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве  определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки  неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить  объективный характер.  

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики  Верховного Суда РФ N2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда  РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей  к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из  условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент  возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления  о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения  соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после  истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о  банкротстве.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из  условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения  данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве  должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также  недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований  

 

кредиторов.  

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует  учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках  стандартной управленческой практики должен был объективно определить  наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве, в редакции,  действовавшей в спорный период, заявление о признании должника банкротом  принимается арбитражным судом, если требования к должнику –  юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто тысяч рублей.  

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо  считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным  обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей,  если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с  даты, когда они должны были быть исполнены.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.  

В пункте 17 постановления от 21.12.2017 № 53 Пленум Верховного Суда  РФ обратил внимание на то, что контролирующее лицо также подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после  наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие),  существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное  означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия  для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью  активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к  субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется,  что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность  осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий,  направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие,  утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в  будущем (абзац первый пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017   № 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных  после появления признаков объективного банкротства, произошло  несущественное ухудшение финансового положения должника, такое  контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой  ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с  субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17  постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).  

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет  значение установление того обстоятельства, явились ли действия руководителя  причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом  

 

случае ответчик должен привлекаться к субсидиарной ответственности), либо  же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не  оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае  ответчик должен привлекаться к ответственности за причиненные убытки).  

Таким образом, за неподачу в суд заявления о признании должника  несостоятельным (банкротом) ответственность руководителя должника  наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства,  дополнительных обязательств.  

Размер ответственности определяется размером тех обязательств,  которые возникли после наступления у должника признаков объективного  банкротства.  

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу Закона N134-ФЗ) нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в  срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет  за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим  Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче  заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока,  предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.  

Из содержания приведенных норм права следует необходимость  определения точной даты возникновения у руководителя должника  соответствующей обязанности.  

 Как указывалось выше, в качестве основания для привлечения  заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности по обязательства  должника, конкурсным управляющим указано на наличие у должника  признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности по итогам  финансово-хозяйственной деятельности общества за 2015 год.  

Конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, исходил  из того, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве  должника возникла у заинтересованных лиц не позднее 10.03.2017 – у  ФИО2,01.04.2019 – у ФИО4, 10.01.2016 – у ИП ФИО5, поскольку к этому моменту как руководителю, так и участникам  должника должна была быть очевидна недостаточность имущества общества  для исполнения обязательств перед кредиторами, поскольку имелись  неисполненные более трех месяцев обязательства перед контрагентом.  

В обоснование чего конкурсный управляющий указал на то, что в реестр  требований кредиторов должника включены требования НАО «СВЕЗА Верхняя  Синячиха», АО «Энергосбыт плюс, МИФНС России № 25 по Свердловской  области, ООО «Алапаевская узкоколейная железная дорога», ЕМУП  

«Спецавтобаза», управления имущественных отношений и неналоговых  доходов Администрации МО «Алапаевское», «Центр гигиены и эпидемиологии  Свердловской области», ООО «Химтрейд», АО «Облкоммунэнерго», ОАО  

 

«МРСК Урала», ФИО13  

Конкурсным управляющим представлено заключение специалиста,  согласно выводам которого датой наступления признаков объективного  банкротства является декабрь 2015 года.  

В частности, решением Арбитражного суда Свердловской области от  30.12.2015 по делу № А60-53045/2015 взыскана с ООО «Комплексные решения»  в пользу АО «Облкоммунэнерго» задолженность в сумме 136 704,60 рубля за  период с августа по сентябрь 2014 года, которая не погашена.  

Задолженность перед администрацией МО «Алапаевское» возникла в  связи с неисполнением обязательства по арендной плате по договору аренды  муниципального имущества № 3 и № 4, которая на 10.12.2015 составила  337 859,12 рубля, которая погашена не бела. Со временем размер указанной  задолженности возрос. Решением Арбитражного суда Свердловской области от  02.12.2019 по делу № А60-56270/2019 договор аренды был расторгнут,  задолженность за период с 2013 по 2019 годы взыскана в размере 4 362 463,12  рубля.  

Между ООО «Комплексные решения» и НАО «СВЕЗА Верхняя  Синячиха» был заключен договор поставки энергии и теплоносителя № 409 от  31.12.2013. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.10.2015  по делу № А60-33459/2015 в пользу НАО «СВЕЗА Верхняя Синячиха»  взысканы денежные средства в общей сумме 29 060 714,98 рубля, в т.ч. за  период с 01.01.2015 по 01.06.2015 год - 14 240 444,84 рубля.  

С учетом указанных обстоятельств, конкурсный управляющий указывает  на то, что с 10 декабря 2015 года должником прекращено частичное исполнение  денежных обязательств перед своими кредиторами ввиду недостаточности для  этого денежных средств, что свидетельствует о его неплатежеспособности.  

Решением единственного участника ООО «Комплексные решения» 

от 29.01.2018 утвержден финансовый план ООО «Комплексные решения» на  2018-2023 годы.  

Из результатов финансового анализа, являющегося частью указанного  плана, изложенных на конец 2015 года, оценка стоимости чистых активов  составляет - 8 002 000 рублей. Коэффициент автономии на конец 2015 года0,69. Полученное значение показывает, что организации не имеет собственного  капитала и полностью зависит от кредиторов. Коэффициент обеспеченности  собственными оборотными средствами составлял - 0,75. Показатель  собственных оборотных средств на конец 2015 года составлял - 8 892 000  рублей. Финансовое положение организации по данному признаку можно  характеризовать как неудовлетворительное. В 2014-2015 годах выручка  предприятия составила 58 288 000 рублей, расходы по обычным видам  деятельности - 63 635 000 рублей, чистый убыток за указанный период  составляет (-) 5 991 000 рублей.  

Конкурсный управляющий полагает, что после 20 января 2016 года ООО  «Комплексные решения» продолжило наращивать кредиторскую  

 

задолженность, при этом контролирующими должника лицами не были  приняты разумные меры по выводу общества из финансового кризиса.  

Учитывая изложенное, конкурсный управляющий считает, что поведение  руководителя и учредителей общества повлекло за собой принятие уже  несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в  ситуации, когда не могли быть исполнены существующие, что повлекло  заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов.  

Возражая против заявленных требований, ответчики указывали на то, что  деятельность предприятия в 2015 году не была убыточной, в период с марта  2017 года по август 2018 года на счет должника поступали денежные средства,  которые направлялись на исполнение обязательств перед контрагентами в  размере, превышающем 60 млн. рублей. Кроме того, в период с ноября 2017  года по сентября 2020 года на счет ООО «Техинжиниринг» (агент должника по  сбору платежей), денежные средства, поступившие на его счет и направленные  на расчеты с контрагентами должника превысили 97 млн. рублей. Наличие  неисполненных обязательств перед кредиторами не является безусловным  доказательством, подтверждающим возникновение признаков объективного  банкротства должника. С учетом характера деятельности общества, активы  должника складывались из дебиторской задолженности, размере которой в  период с 2016 по 2019 гг. составлял от 49 млн. рублей до 69 млн. рублей (по  годам). Кроме того, с учетом того, что положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о  банкротстве была введена ФЗ № 266-ФЗ от 29.07.2019, то у участников  должника отсутствовала обязанность по принятию решения об обращении в суд  с заявлением о банкротстве должника. Соответственно, у должника  отсутствовали в указанный конкурсным управляющим период признаки  неплатежеспособности общества, что исключало обязанность контролирующих  должника лиц принимать решение и обращаться в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве общества.  

Проанализировав представленные конкурсным управляющим  доказательства с учетом доводов заинтересованных лиц и представленных ими  доказательств, проанализировав финансово-экономические показатели  деятельности должника и принимаемых контролирующими должника лицами  решений по реализации утвержденного финансового плана предприятия, суд  первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для ответчиков к  субсидиарной ответственности.  

Так судом первой инстанции установлено (в т.ч. из обстоятельств,  установленных вступившими в законную силу судебными актами в рамках  настоящего дела о банкротстве по обособленным спорам) и не оспаривается  сторонами, что в заявленный конкурсным управляющий период признаки  неплатежеспособности у общества отсутствовали.  

Из вступившего в законную силу определения Арбитражного суда  Свердловской области от 01.03.2022, следует, что имея задолженность перед  НАО «СВЕЗА Верхняя Синячиха» в размере 125 882 057,57 рубля, должник  

 

оплатил задолженность в размере 76 112 702,72 рубля, в результате чего в  реестр включены требования в размере 49 769 354,85 рубля.  

Согласно заявлению ОАО «Энергосбыт плюс» о включении в реестр  требований кредиторов должника требования в размере 937 264,01 рубля,  подтвержденного решением Арбитражного суда Свердловской области от  26.11.2018 по делу № А60-50169/2018, не заявлено в деле о банкротстве. Кроме  того, из указанного определения следует, что общество-должник по состоянию  на 27.03.2017 признаками неплатежеспособности не обладало, обратного  конкурсным управляющим не доказано (статья 16 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  27.05.2022 установлено, что в период с 01.01.2016 по 30.04.2020 ООО  «Техинжиниринг» перечислило в пользу ООО «Комплексные решения»  денежными средствами всего 9 053 894,13 рубля (по данным программы  1С:Бухгалтерия), при том, что по отчетам агента, представленным временному  управляющему, за данный период агентом было собрано 147 801 806,53 рубля.  

По результатам проведенного анализа временным управляющим сделан  вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства, что не соотносится с  его доводами о наличии признаков неплатежеспособности.  

Суд обоснованно исходил из того, что деятельность должника в период  до сентября 2020 года осуществлялась, на расчетный счет должника и его  агента поступали денежные средства от потребителей услуг, направляемых в  погашение задолженности и оплате услуг ресурсоснабжающих организаций и  иных контрагентов должника. Конкурсный управляющий не опроверг  возражений заинтересованных лиц о том, что в период с 27.11.17 по 28.09.20  должнику поступило более 96 млн. рублей, в погашение обязательств  направлено более 97 млн. рублей (статья 16 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Согласно выписке о движении денежных средств по счету должника за  период с 17.03.2017 по 03.08.2020 на расчетный счет общества поступили  денежные средства в размере 59 771 432,98 рубля, с расчетного счета  произведены платежи на сумму 60 010 946,27 рубля.  

Указанное обстоятельство опровергает доводы конкурсного  управляющего о наличии признаков неплатежеспособности должника.  

Кроме того, судом первой инстанции правомерно принято во внимание,  что само по себе наличие задолженности перед одним кредитором при  имеющихся достаточных активах у юридического лица не может являться  основанием для обращения руководителя общества в суд с заявлением о  банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.01.2022  по делу № A60-11570/2020, оставленным без изменения постановлением  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2022, установлено,  что должником была собрана дебиторская задолженность в 2016 году в размере  

 

49 309 547,00 рублей, в 2017 году - 63 018 095,00 рублей, в 2018 году –  63 056 819,00 рублей, в 2019 году - 67 680 060,00 рублей.  

Данные обстоятельства подтверждают принятие контролирующими  должника лицами действий, направленных на погашение задолженности перед  своими контрагентами за счет взыскания дебиторской задолженности, что  опровергает доводы конкурсного управляющего о совершении ответчиками  противоправных действий, направленных на наращивание кредиторской  задолженности, вместо принятия решения о прекращении действительности  должника путем обращения в суд с заявлением о его банкротстве.  

Исследовав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд первой  инстанции обоснованно исходил из того, что само по себе наличие  кредиторской задолженности не свидетельствовало об объективном  банкротстве общества в заявленный период, поскольку из материалов дела  следует, что должник осуществлял деятельность, погашал задолженность,  доказательств свидетельствующих о наступлении критического для должника  финансового состояния, влекущего заведомую невозможность удовлетворения  требований кредиторов в материалы дела не представлено (статьи 9, 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Действительно, само по себе наличие убытка от осуществления  деятельности в 2015 году не свидетельствовало об объективном банкротстве  общества, поскольку велась работа по возврату денежных средств и  уменьшению кредиторской задолженности, а кроме того общество продолжало  осуществлять деятельность.  

Вопреки доводам апеллянта, представленное конкурсным управляющим в  материалы дела заключение об установлении даты объективного банкротства  проанализировано судом первой инстанции, сопоставлено с данными  бухгалтерской отчетности и заключением о финансовом состоянии должника, и  сделан правильный вывод о том, что указанное заключение не содержит в себе  исследования фактических обстоятельств деятельности должника в 20132015гг. Как верно отметил арбитражный суд, в данном случае специалист не  исследовал выписки по расчетным счетам должника, заключенные должником  договоры с третьими лицами, оказываемые (выполняемые, поставляемые)  должником в период с 2013 по декабрь 2015 услуги (работы, товары), не  устанавливал, имелась ли у должника кредиторская задолженность,  производилось ли погашение указанной задолженности, в том числе была ли  она погашена в последующие периоды.  

Кроме того, специалист не установил и не исследовал финансовое  состояние должника за период с 2015 по 2017 (3 года), которое свидетельствует  о том, что кредиторская задолженность по 2017 год не включена в реестр  требований кредиторов должника в связи с ее погашением.  

Конкурсный управляющий также не обосновал доказанность  прекращения должником удовлетворения требований кредиторов в декабре  2015 года в ситуации, когда в реестр требований кредиторов была включена  

 

кредиторская задолженность за период с 2018 по 2020 годы.  

Императивная обязанность руководителя должника по обращению в  арбитражный суд с соответствующим заявлением в случае, если должник  отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности  имущества, предполагает достоверную убежденность такого руководителя о  наличии указанных признаков.  

При разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к  ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о  собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента  возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем,  когда обычный, разумный и добросовестный руководитель, поставленный в ту  же ситуацию, что и руководитель должника, должен был осознать такую  степень критичности положения подконтрольной организации, которая  объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального  режима хозяйствования.  

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не  только документом, поименованным соответствующим образом, но и  совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами,  органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). При этом,  возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда  следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного  руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план  разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных  мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения  противоправных действий, причиняющих вред кредиторам (определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 21.05.2021 № 302-ЭС20-23984).  

Оценив и проанализировав вышеуказанную правовую позицию, суд  первой инстанции принял во внимание, что руководством общества был  разработан и принят финансовый план ООО «Комплексные решения» на 20182023гг., который свидетельствует о том, что в основу убыточности предприятия  положены утвержденные РЭК тарифы, не покрывающие все расходы должника,  высокие расходы по хозяйственной деятельности в связи с тем, что  арендованное имущество находилось в плохом состоянии и требовало  постоянного ремонта, наличие дебиторской задолженности потребителей.  

Так, согласно финансовому плану на 2018-2023 годы разработана  программа финансового оздоровления, направленная на увеличение выручки за  счет повышения тарифов, сокращение расходов по обычной деятельности,  сокращение дебиторской задолженности, предоставление субсидий из местного  бюджета, сокращение кредиторской задолженности.  

В обоснование указанных мероприятий заинтересованными лицами  представлены письма по вопросам согласования тарифов, в которых изложена  позиция о заниженности тарифов и необходимости их повышения;  

 

уведомления собственника сетей водоснабжения о том, что данные сети  находятся в плохом состоянии и требуют ремонта, для чего необходимо тратить  дополнительные средства; уведомления администрации о наличии дебиторской  задолженности; запросы в администрацию на получение субсидий.  

Кроме того, руководством общества принимались меры по изысканию  средств для погашения кредиторской задолженности, в том числе путем  уступки прав требования кредиторам.  

В начале 2020 года руководителю (ФИО4) должника стало  понятно, что финансовый план на 2018-2023 годы не удастся реализовать, в  связи с чем в 2020 году руководитель должника (ответчик) обратился в суд с  заявлением о признании должника банкротом).  

Таким образом, контролирующие должника лица, несмотря на временные  финансовые затруднения, добросовестно рассчитывали на их преодоление в  разумный срок, приложили необходимые усилия для достижения такого  результата, выполняя экономически обоснованный план.  

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что основным видом  деятельности должника являлось предоставление коммунальных услуг  потребителям. Спецификой данного вида деятельности является обязательное  наличие временного промежутка между возникновением обязательств  должника перед ресурсоснабжающими организациями и получением им оплаты  коммунальных услуг от конечных потребителей энергоресурсов  (собственников жилых помещений). На возникновение подобного дисбаланса  влияет также и наличие задолженности граждан по оплате коммунальных  услуг. Иными средствами для погашения задолженности перед поставщиками  коммунальных ресурсов, за исключением средств, вносимых собственниками  жилых помещений, управляющие компании не обладают.  

Таким образом, финансовые показатели общества, занимающегося  указанным видом деятельности, в обязательном порядке характеризуются  наличием дебиторской задолженности населения и кредиторской  задолженности поставщиков коммунальных ресурсов. При этом, для стабильно  действующей и эффективно управляемой управляющей компании такие  показатели будут являться сопоставимыми, а ситуация, при которой размер  дебиторской задолженности населения перед управляющей компанией  соотносим с кредиторской задолженность компании перед поставщиками  коммунальных ресурсов, не будет свидетельствовать об убыточности общества,  а является типичной для данного вида деятельности.  

Само же по себе наличие неисполненных обязательств перед  кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника -  юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника  банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность  должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны  объективно отображать наступление критического для должника финансового  состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других  

 

лиц.  

Исследовав доводы и возражения участвующих в деле лиц, оценив  представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с точки зрения  допустимости, относимости, достоверности каждого доказательства в  отдельности, а также взаимной связи и достаточности всех доказательств в  совокупности, установив, что конкурсным управляющим дата объективного  банкротства не определена, а период заявленный последним (декабрь 2015  года), с которым связывает конкурсный управляющий возникновение  признаков неплатежеспособности, является ошибочным, приняв во внимание,  что общество осуществляло деятельность оказанию (предоставлению)  коммунальных услуг, специфика соответствующей деятельности обусловлена  постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за  счет поступающих от населения платежей, исходя из этого заключив, что само  по себе наличие на стороне должника не исполненных обязательств перед  кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя обратиться в суд  с заявлением о банкротстве, конкурсным управляющим не доказано, что в  определенный период времени наступили обстоятельства, очевидно  указывающие на то, что продолжение прежней деятельности объективно  невозможно, кроме того, действия бывших руководителей должника не  выходили за пределы обычного предпринимательского риска, они  предпринимали меры по выравниванию финансовой ситуации: руководителями  должника принимались финансовые планы по оздоровлению общества, а также,  что общество продолжало осуществлять деятельность по предоставлению  коммунальных услуг вплоть до 2020 года, суд первой инстанции  противоправность в поведении ФИО2, ФИО4 ФИО5  не усматривает, в связи с чем, приходит к выводу о недоказанности со стороны  конкурсного управляющего обязанности контролирующих должника лиц  обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в  обозначенный управляющим период.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой  инстанции и не находит оснований их переоценивать.  

При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд обоснованно не  усмотрел оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего  о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным  основаниям.  

При том, что доводы апеллянта повторяют обстоятельства, изложенные в  заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, не опровергая  выводов суда первой инстанции.  

Указанные выше обстоятельства возникновения кредиторской  задолженности, не свидетельствует о совершении бывшими руководителями  должника противоправных действий, направленных на наращивание  

 

кредиторской задолженности, заключение новых договоров при наличии  неисполненных обязательств по имеющейся задолженности.  

Действительно, отношения по предоставлению ресурсов по тепло-, водо-,  энергоснабжению носят длящийся характер, вместе с тем, кредитор, не  получивший свое удовлетворение по получению указанных платежей, имел  возможность заключить с конечными потребителями прямых договоров на  поставку ресурсов. Однако, указанные действия произведены не были.  

Как не представлено в материалы дела и доказательств возникновения  новых обязательств, чтобы сделать вывод о намеренном увеличении  кредиторской задолженности по вине руководства должника.  

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского  кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств  и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей  специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского  кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения  субсидиарной ответственности участника юридического лица являются  наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи  между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении  контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически  значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом  которых стала ее несостоятельность (банкротство).  

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная  ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных  прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной  ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.  Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой,  к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных  способов для пополнения конкурсной массы.  

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности  следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.  Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной  ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать  требования и представить соответствующие доказательства, которые суды  должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных  ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.  

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является  обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к  субсидиарной ответственности.  

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к  ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о  банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом  

 

вследствие неправомерных действий/бездействия контролирующих должника  лиц и презумпция вины контролирующих должника лиц.  

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее:  при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о  привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности  указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим  (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими  доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое  привлекается к субсидиарной ответственности.  

В настоящем обособленном споре ответчиками, к которым предъявлены  требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены  доказательства отсутствия противоправных виновных умышленных действий  (бездействия), приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить  требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им  конкурсным управляющим.  

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно  неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого  участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов  общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к  заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности судом  апелляционной инстанции не установлено, а конкурсным управляющим и  кредитором в состязательном процессе не доказано.  

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное  значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы,  изложенные в апелляционной жалобе были предметом рассмотрения и  исследования суда первой и апелляционной инстанции, а также учитывая  конкретные обстоятельства по настоящему делу, судебная коллегия считает,  что конкурсный управляющий не доказал обоснованность заявленных  требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов,  которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и  обоснованность принятого им решения.  

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в  силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта,  судом первой инстанции не допущено.  

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12  пункте 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата  государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина  заявителем жалобы не уплачивалась.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  

 

апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 июня 2022  года по делу № А60-11570/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу  – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи И.П. Данилова  

 Л.В. Саликова