СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8585/2021(2)-АК

Дело № А60-53862/2020

08 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего   Саликовой Л.В.,   

судей       Гладких Е.О., Зарифуллиной Л.М.,    

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 27 октября 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 05.03.2018, заключенного между должником и ФИО3, 

вынесенное судьей Опариной Н.И., 

в рамках дела № А60-53862/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>), 

 

установил:

29.10.2020 года общество с ограниченной ответственностью «Медикал Сервис» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 06.11.2020 года принято к производству. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2021 года заявление общества с ограниченной ответственностью «Медикал Сервис» о признании ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, адрес: 620109, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации ее долгов до 29.06.2021, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих - 11647 адрес для направления корреспонденции: 454133, Челябинская область, г. Челябинск, п. Аэропорт, дом. 21, кв. 41), член Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих». 

Сообщение о признании заявления обоснованным и введении процедуры реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» №53(7015) от 27.03.2021, стр. 37. 

В материалы дела 17.05.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 05.03.2018, заключенного между Ланской (ранее – ФИО7) Татьяной Александровной и ФИО3, недействительным. 

Определением от 24.05.2021 заявление принято к производству.

Решением от 05 июля 2021 ФИО4  признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2, член Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.10.2021 года в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным  договора купли-продажи транспортного средства от 05.03.2018, заключенного между Ланской (ранее – ФИО7) Татьяной Александровной и ФИО3, отказано. Взыскано с Ланской (ранее – ФИО7) Татьяны Александровны в доход федерального бюджета 6 000 (шесть тысяч) рублей государственной пошлины.

Финансовый управляющий ФИО2  (далее – ФИО2, финансовый управляющий), не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым просит удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе ссылается на то, что вывод первой инстанции о наличии у ответчика финансовой возможности в приобретении транспортного средства основан на недоказанности ответчиком указанного обстоятельства, а также на неполном исследовании данного обстоятельства. По мнению финансового управляющего справки о доходах ответчика не являются достоверными и достаточными доказательствами, подтверждающими фактическое наличие денежных средств момент приобретения транспортного средства. Считает надлежащим доказательством наличия финансовой возможности выписку о движении денежных средств по расчетному счету ответчика, из которых суд мог установить расходы ответчика и фактическое наличие денежных средств на счете в момент приобретения транспортного средства. Апеллянт полагает, что вывод суда о получении должником денежных средств  в сумме 1 000 000 руб. от ответчика является необоснованным и противоречит правовой позиции п. 26 Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». Указывает, что финансовым управляющим доказано наличие фактической аффилированности должника и ответчика, в связи с чем ответчик знал о цели должника причинить вред кредиторам. Кроме того, считает, что само по себе, наличие информации об участии транспортного средства в дорожно-транспортных происшествиях не подтверждает характер недостатков в транспортном средстве. 

До судебного заседания в материалы дела от ФИО3 поступил отзыв, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Полагает, что суд первой инстанции  правомерно пришел к выводу о достаточности ФИО3 финансовой возможности для приобретения транспортного средства Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***>, 2015 года выпуска. Отмечает, что на обозрение суда первой инстанции были представлен оригинал договора купли-продажи с отметкой о передаче наличных денежных средств, а также представителем должника были представлена копия расписки в получение денежных средств. Надлежащих доказательств о наличии доверительных отношений между ФИО5 и ФИО3 финансовым управляющим в материалы дела не представлено, а также носит предположительный характер. Считает, что цена отчуждения спорного транспортного средства в размере 1 000 000 руб. является обоснованной для автомобиля Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***>, 2015 года выпуска по состоянию на март 2018 года. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2021 года в отношении должника ФИО4 введена процедура реструктуризации ее долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В ходе исполнения своих обязанностей, финансовому управляющему стало известно, что 05.03.2018 между ФИО6 и ФИО3 (далее  – ФИО3, ответчик) заключен договор купли-продажи транспортного средства марки Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***>, 2015 года выпуска (далее также – спорное ТС).

Полагая, что указанная сделка по продаже транспортного средства является подозрительной, совершенной по заниженной цене, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами и при наличии признаков недостаточности имущества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В качестве правовых оснований для признания указанного договора купли-продажи недействительным финансовый управляющим указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также ссылался на мнимость оспариваемой сделки на основании ст. 170 ГК РФ. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания указанной сделки недействительной.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

В силу статьи 32  Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О  несостоятельности  (банкротстве)  (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии  со ст. 213.32  Закона  о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Разъяснения в отношении порядка применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В соответствии с пунктом 5 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания при оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка – договор купли-продажи транспортного средства – Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***>, 2015 года выпуска, была совершена должником 05.03.2018, то есть в пределах подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение трех лет до принятия 06.11.2020 заявления о признании должника банкротом). 

В обоснование заявления финансовым управляющим указано на то, что  ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику; автомобиль был продан по заведомо заниженной, относительно рыночной стоимости, цене.

Как следует из материалов дела, спорная сделка совершена должником в начале 2018 года, при этом в данный период времени с ООО «Медикал Сервис» в пользу его кредиторов в рамках дел №№ А76-4522/2018, А76-4523/2018 и А76-4524/2018 были поданы иски о взыскании денежных средств в общей сумме более 12 млн. руб. 

Так, за период времени с 23.11.2016 по 03.10.2017 ФИО4 получены денежные средства в размере 8,6 млн. руб. 

Поэтому на момент совершения сделки в марте 2018 года у должника существовали обязательства по возврату ООО «Медикал Сервис» денежных средств. 

Таким образом, на момент заключения спорной сделки у должника имелись обязательства перед кредиторами.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Между тем, доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 на момент совершения сделки знала или должна была знать о наличии обязательств у должника  перед кредиторами и имелись споры в суде по взысканию  задолженности в суде к должнику, а также то, что при заключении оспариваемого договора стороны имели умысел на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов путём вывода имущества, в материалы дела не представлены.

На дату совершения оспариваемой сделки  в отношении ФИО4 не применена ни одна из процедур банкротства, предусмотренных Законом о банкротстве, публикации о банкротстве в общедоступных источниках отсутствовали.

Также следует учесть, что действующим законодательством на контрагентов не возложена обязанность отслеживать по картотеке арбитражных дел обстоятельства взыскания задолженности с Должника, подачи заявлений о его банкротстве.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что у ответчика отсутствовали основания полагать, что ФИО4 неплатежеспособна и имеет неисполненные обязательства перед иными кредиторами.

Таким образом, как верно указывает суд первой инстанции, безусловных  доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику применительно к статье  19 Закона о банкротстве, а также о том, что ответчику было известно о признаке неплатежеспособности должника либо о недостаточности у него имущества, в материалах дела не имеется. 

Кроме того, сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не свидетельствует о намерении сторон причинить вред кредиторам. Для признания сделки недействительной необходимо установить также наличие вреда, наступившего в результате сделки, то есть факт нарушения прав кредиторов должника вследствие ее совершения.

Финансовый управляющий указывал на то, что из выписок по счету должника следует, что денежная сумма в размере 1 000 000,00 руб. на расчетный счет должника не поступила. 

Как  установлено суд первой инстанции, финансовым управляющим не доказан довод об отсутствии встречного предоставления по оспариваемой сделке, поскольку в материалы дела представлена расписка от 05.03.2018 о получении должником 1000 000 руб. за продажу транспортного средства Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***>, 2015 года выпуска по спорному договору. 

Согласно абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35) при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вопрос о достаточности документов решается судом в каждом конкретном случае применительно к фактическим обстоятельствам спора.

Из представленных документов судом первой инстанции установлено, что ответчиком подтверждена финансовая возможность исполнить взятые на себя обязательства по оплате суммы по спорному договору.

Так, до приобретения спорного автомобиля ответчик 06.02.2018 года произвела отчуждение принадлежавшего ему автомобиля Тойота за 500 000 рублей наличными, о чем была составлена расписка (приложение № 2 к договору от 06.02.2018 года). 

Оставшуюся сумму ответчик произвел за счет собственных накоплений, возможность таких накоплений также подтверждена документально, справками 2-НДФЛ (за период с 2017-2018 г.г. доход составил 1 585 тыс.руб.).

При таких обстоятельствах доводы финансового управляющего об отсутствии доказательств передачи денежных средств по договору купли-продажи от 05.03.2018 обоснованно судом первой инстанции признаны несостоятельными. Сам по себе факт отсутствия у финансового управляющего иных платежных документов, подтверждающих исполнение сторонами условий договора купли-продажи, не свидетельствует о неисполнении ФИО3 обязательств по его оплате.

Доводы финансового управляющего о неравноценном встречном предоставлении также не нашли своего подтверждения в материалах дела. 

Из материалов дела, в том числе паспорта спорного транспортного средства, представленных ответчиком отчетов по автомобилю Мерседес-Бенц С250 VIN 

<

***> с использованием сервиса по продаже автомобилей auto.ru, следует, что 19.09.2015 транспортное средство продавалось официальным дилером в городе Москва за 2 497 372 рубля.

В частности,  21.07.2016 между продавцом ООО «Автоконтроль-М» и покупателем  ФИО7 был заключен договор купли-продажи транспортного средства. Стоимость продажи транспортного средства составила 1 850 000 рублей. 

Ответчиком представлен расчет стоимости автомобиля, на основании которого в период с 19.09.2015 по 21.07.2016 рыночная стоимость автомобиля, согласно предоставленным документам, снижалась. 

Суд первой инстанции правомерно согласился с доводами ответчика о том, что при покупке автомобиля на вторичном рынке на ценообразование влияют определенные показатели: техническое состояние автомобиля (на момент продажи у автомобиля были выявлены технические проблемы в двигателе (неполадки в топливной системе), участие в ДТП. Согласно отчету по автомобилю Мерседес-Бенц С250 VI№ 

<

***> в период владения транспортным средством ФИО7 было зарегистрировано 2 ДТП: 21.05.2017 и 13.10.2017. В результате совершения ДТП у транспортного средства были повреждены: задняя правая дверь, заднее правое крыло заднее правое крыло или колесо, задний бампер (правая и левая часть), заднее левое крыло. Данные сведения находятся в открытом доступе и доступны к проверке любому заинтересованному пользователю на сайте ГИБДД по VIN номеру транспортного средства. 

Иного финансовым управляющим не представлено, пояснения относительно того, что стороны договора должны были указать на наличие недостатков в самом договоре купли-продажи или составить отдельный акт осмотра, не опровергает факта наличия дефектов транспортного средства, полученных в результате поименованных выше ДТП. Расчета иной стоимости, на которую должна была уменьшиться цена автомобиля, финансовым управляющим не представлено. 

Вместе с тем, вывод о нерыночной стоимости транспортного средства финансовым управляющим сделан без визуального осмотра транспортного средства, учета его фактического состояния, срока и обстоятельств эксплуатации, степени износа. 

При этом финансовым управляющим не заявлено ходатайства о назначении судебно-оценочной экспертизы по вопросу соответствия установленной в договоре цены рыночным условиям.

Учитывая изложенное, следует признать, что факт неравноценности встречного предоставления не доказан.

Исходя из общих положений действующего законодательства, основополагающим принципом гражданских правоотношений является стабильность гражданского оборота. Это означает, что заключенные между сторонами гражданско-правовые сделки и фактически ими исполненные могут быть признаны недействительными в строго определенных случаях при наличии безусловных доказательств того, что заключая сделку, сторона действовала в ущерб заинтересованным лицам или в обход требований законодательства.

Доказательств, подтверждающих, что рыночная стоимость спорного имущества существенно превышает стоимость переданного должником по оспариваемой сделке имущества, финансовым управляющим в материалы дела не представлено, равно как не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении оспариваемой сделки стороны имели умысел на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов путём вывода имущества, в материалы дела не представлены.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ в том числе, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, бремя доказывания оснований для признания сделки недействительной лежит на лице, оспаривающем сделку, т.е. на конкурсном управляющем. 

Таким образом, установив факт недоказанности несоразмерности стоимости транспортного средства рыночной стоимости, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что сделка совершена с целью причинить вред кредиторам.

Доводы финансового управляющего о наличии доверительных отношений между должником и ФИО3, носят предположительный характер, при этом ФИО3 пояснила, что о продаже автомобиля узнала из объявления, договор был составлен на специализированном сайте по продаже автомобилей. Доказательств осведомленности ответчика и его аффилированности с должником финансовый управляющий не представил, доказательств иного расчета стоимости отчуждённого автомобиля на момент его продажи с учетом его технического состояния, срока службы, участия в ДТП, финансовый управляющий не представил (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оспариваемый договор купли-продажи от 05.03.2018 заключен в отношении спорного транспортного средства, принадлежащего должнику, принимая во внимание, что взамен реализованного спорного имущества должник получил равноценное встречное предоставление - денежные средства в сумме 1 000 000 руб., что ничем не опровергнуто и подтверждается имеющимися в деле доказательствами, в том числе, представленными ФИО3 доказательствами наличия у нее финансовой возможности произвести расчет по спорному договору, в то время как доказательства обратного не представлены, а факт продажи спорного транспортного средства по рыночной цене и реальность расчетов по спорному договору лицами, участвующими в деле, в установленном порядке не опровергнуты, и никаких доказательств, опровергающих данные обстоятельства, не представлено, а также, исходя из недоказанности материалами дела наличия какой-либо фактической аффилированности (заинтересованности) между ФИО3 и должником, которая позволила бы ФИО3 быть осведомленной об имущественном положении ФИО4  и о дальнейшем расходовании должником полученных по оспариваемой сделке денежных средств, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о недоказанности материалами дела того, что оспариваемым договором купли-продажи 05.03.2018 был причинен вред имущественным правам кредиторов, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, не представлены.

Договор исполнен сторонами, переход права собственности оформлен в установленном порядке, в связи с чем доводы финансового управляющего о мнимости совершения сделок по выводу имущества должника является несостоятельным. Доказательств фактического использования транспортного средства должником, несения расходов по его содержанию после отчуждения не имеется.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку всей совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 октября 2021 года по делу № А60-53862/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

Л.М. Зарифуллина