Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-7192/2023

г. Владивосток

05 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 сентября 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Л. Сидорович,

судей О.Ю. Еремеевой, А.В. Пятковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.Р. Сацюк,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Верадо»,

апелляционное производство № 05АП-4506/2024 

на решение от 21.06.2024 

судьи Жетилевской О.А.

по делу № А51-7192/2023 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Верадо» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Дальневосточному таможенному управлению (ИНН

<

***>, ОГРН

<

***>) 

о признании незаконным решения от 10.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товаров по ДТ №10702070/130320/0049835, № 10702070/130320/0050102, № 10702070/130320/0050218, № 10702070/130320/0050238, № 10702070/140320/0050480;

при участии в заседании:

от ДВТУ: представитель ФИО1 по доверенности от 22.08.2024, сроком действия до 31.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 0255), служебное удостоверение;

от ООО «Верадо»: представитель не явился, извещен надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Верадо» (далее – заявитель, общество, декларант, ООО «Верадо») обратилось с заявлением в арбитражный суд о признании незаконным решения Дальневосточного таможенного управления (далее – ответчик, таможня, таможенный орган, ДВТУ) от 10.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товаров по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480.

Решением от 21.06.2024 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, ООО «Верадо» обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 21.06.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы общество ссылается на то, что оплата товаров в адрес третьего лица, соответствует нормам гражданского законодательства и положениям договора, и не является препятствием для применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами, представленная в ходе судебного разбирательства переписка с продавцом товаров является надлежащим доказательством данным обстоятельствам.

По мнению апеллянта, ссылка суда первой инстанции на то, что из указанной переписки не следует, что платежи осуществлялись в пользу ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD, подлежит отклонению, поскольку валютный платеж в адрес третьего лица принят и исполнен уполномоченным банком, денежные средства не вернулись на расчетный счет общества, претензии со стороны продавца по оплате товаров отсутствуют.

Также заявитель считает несостоятельным вывод суда первой инстанции о ненадлежащем оформлении экспортной декларации, поскольку экспортная декларация сама по себе не является обязательным документом, поскольку не свидетельствует о согласовании сторонами Контракта рассматриваемой партии товара, его цены, количества и общей стоимости, является только дополнительным документом, который может быть запрошен в ходе дополнительной проверки.

Податель жалобы отмечает, что таможенный орган, имея сомнения в подлинности предоставленного ему декларантом документа и изложенных в нем сведений, не был лишен возможности в силу своих полномочий и на основании Соглашения от 03.09.1994 самостоятельно направить соответствующий запрос в компетентные органы иностранного государства, где оформлялась экспортная декларация в отношении партий товаров по спорным ДТ с целью подтверждения или опровержения изложенных в них сведений.

Таможенный орган в письменном отзыве против доводов апелляционной жалобы возражал, считает вынесенное решение законным и обоснованным, просит оставить в силе судебный акт первой инстанции.

Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В 2020 году ООО «Верадо» на таможенную территорию Евразийского экономического союза ввезены и помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480 товары - пленка декоративная из полимеров винилхлорида (далее – пленка ПВХ), предназначенная для упаковки продукции промышленного и бытового назначения.

В период с 25.01.2023 по 10.03.2023 в отношении ООО «Верадо» ДВТУ после выпуска товаров проведена проверка документов и сведений, представленных при совершении таможенных операций по спорным ДТ, в части таможенной стоимости товаров, результаты которой отражены в акте проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств от 10.03.2023 № 10700000/211/100323/А000004/000.

По результатам проверки таможенным органом установлено, что заявленные обществом сведения о таможенной стоимости товаров, в частности по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, не соответствуют положениям пунктов 9, 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, пунктов 1, 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС.

На основании акта проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств от 10.03.2023 № 10700000/211/100323/А000004/000 принято решение от 10.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные, в ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, в части таможенной стоимости.

В результате изменения сведений в части таможенной стоимости увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением, которое оставлено без удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

Таким образом, вышеуказанные положения ТК ЕАЭС свидетельствуют о том, что применяемые подходы к определению таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, должны иметь своей целью наиболее адекватное отражение денежной оценки ввозимого товара, исходя из суммы, способной быть вырученной при его отчуждении в обычных условиях открытого рынка. При декларировании ввезенного товара декларантом должны быть соблюдены условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности заявленной таможенной стоимости товара.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара и в ходе контрольных мероприятий обществом в качестве подтверждающих документов по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/120320/0048990, 10702070/140320/0050480 были представлены следующие документы: внешнеторговый контракт от 01.02.2020 № 15 PVSPRFNGVER-FOB, договор оказания агентских услуг от 21.10.2014 № 14-А, дополнительные соглашения к договору № 14-А от 21.10.2014, ведомость банковского контроля по контракту от 21.12.2021, приложения к контракту, инвойсы, коносаменты, упаковочные листы, заявления на перевод с дополнительными соглашениями, отчеты агента, прайс-листы, запрос у инопартнера экспортной декларации, ведомость банковского контроля, выписки по счетам.

В частности, в отношении товаров по ДТ № 10702070/130320/0049835 обществом были представлены приложение от 26.02.2020 № 23, инвойс № VER-FOB-023 от 26.02.2020, упаковочный лист, заявления на перевод № 30 от 08.04.2020, № 31 от 08.04.2020, дополнительное соглашение к контракту № 17 от 08.04.2020, дополнительное соглашение к контракту № 18 от 08.04.2020, выписка по счету, коносамент, отчет агента от 07.03.2020 № 1391 и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/130320/0050102 декларантом были представлены: приложение от 03.03.2020 № 27, инвойс от 03.03.2020 № VER-FOB-027, упаковочный лист, заявления на перевод № 31 от 08.04.2020, № 34 от 10.04.2020, № 35 от 13.04.2020, № 36 от 14.04.2020, дополнительное соглашение к контракту № 18 от 08.04.2020, № 19 от 10.04.2020, № 21 от 13.04.2020, №20 от 10.04.2020, выписка по счету, выписки по счету, прайс-лист, отчет агента от 13.03.2020 № 1470 и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/130320/0050218 декларантом были представлены приложение от 12.02.2020 № 14, инвойс от 12.02.2020 № VER-FOB-014, прайс-лист, отчет агента от 28.02.2020 № 1280 и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/120320/0048990, обществом были представлены приложение от 04.03.2020 № 28, инвойс от 04.03.2020 № VER-FOB-028, упаковочный лист, заявления на перевод № 36 от 14.04.2020, № 37 от 14.04.2020, № 39 от 16.04.2020, № 38 от 15.04.2020, № 41 от 17.04.2020, дополнительное соглашение к контракту № 22 от 14.04.2020, выписки по счету, дополнительное соглашение к контракту № 23 от 15.04.2020, № 25 от 17.04.2020, выписка по счету, прайс-лист, отчеты агента от 13.03.2020 № 1467, от 13.03.2020 № 1468, от 13.03.2020 № 1481, от 13.03.2020 № 1482 и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/130320/0050238 декларантом были представлены приложение от 17.02.2020 № 18, инвойс от 17.02.2020 № VER-FOB-018, заявления на перевод от 16.04.2020 № 40, № 41 от 17.04.2020, № 42 от 17.04.2020, № 43 от 20.04.2020, № 44 от 21.04.2020, дополнительные соглашения к контракту № 24 от 16.04.2020, № 25 от 17.04.2020, № 26 от 17.04.2020, № 27 от 20.04.2020, № 28 от 21.04.2020, выписки по счету, прайс-лист, отчеты агента от 13.03.2020 № 1463, № 1465, № 1483, № 1490, упаковочный лист, и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/140320/0050480, обществом были представлены приложение от 17.02.2020 № 26, инвойс от 17.02.2020 № VER-FOB-026, заявления на перевод от 21.04.2020 № 45, № 44 от 21.04.2020, № 49 от 22.04.2020, № 50 от 23.04.2020, дополнительные соглашения к контракту № 29 от 21.04.2020, № 28 от 21.04.2020, № 33 от 22.04.2020, № 34 от 23.04.2020, выписки по счету, прайс-лист, отчеты агента от 13.03.2020 № 1461, № 1462, № 1480, № 1485, упаковочный лист, и другие документы.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 1.1 внешнеторгового контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRINGVER-FOB, заключенного ООО «Верадо» (Покупатель) с китайской компанией ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD (Продавец), продавец продал, а покупатель купил товары для промышленного производства, товары народного потребления, различные виды пленку, пленки ПВХ и т.д. в соответствии с приложениями на каждую конкретную партию товара, которые являются неотъемлемой частью данного контракта.

Согласно пункту 1.3 контракта перевозка товаров осуществляется морским транспортом. Отправителем товара в рамках данного контракта может являться третья сторона по инструкции продавца.

Продавец является отправителем товара, а также может назначить отправителя и несет все затраты и риски, связанные с отгрузкой товара и его доставкой до указанного порта в стране отправления (пункт 1.4 контракта).

В пункте 2.1 контракта определено, что общая стоимость настоящего договора 1000000 долл. США, FOB Shanghai, Ningbo, Yantian, Shenzhen, Tianjing, Qingdao (Инкотермс 2010).

В силу пункта 3.1 контракта покупателем производится оплата за партию товара следующим образом: - 30% предоплата с момента подписания приложения на поставку до отгрузки на судно; - 70% в течение 90 дней после отгрузки на судно (после получения коносамента).

Покупатель имеет право оплатить товар до момента его поставки на территорию РФ, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть согласованы в приложении на конкретную поставку.

На основании пункта 3.3 контракта оплата за поставляемый товар осуществляется на реквизиты продавца в соответствии с дополнением к контракту, оплата может быть произведена в адрес третьего лица.

С учетом достигнутых договоренностей между сторонами внешнеэкономической сделки в приложениях к контракту была согласована поставка товаров «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки» различных размеров, в том числе: в приложении от 26.02.2020 № 23 на сумму 27 821,30 долл.США; в приложении от 03.03.2020 № 27 на сумму 28 836,70 долл.США; в приложении от 04.03.2020 № 28 на сумму 115 753,77 долл.США; в приложении от 17.02.2020 № 18 на сумму 113 702,79 долл.США, в приложении от 17.02.2020 № 26 на сумму 114 187,81 долл.США.

Аналогичная стоимость товаров была указана в инвойсах, выставленных инопартнером.

В этой связи, в графах 22, 42, 45 спорных деклараций общество заявило указанную стоимость ввезенных товаров и произвело исчисление таможенных платежей от указанной стоимости, включая расходы на перевозку.

Между тем, достоверность указанных сведений не нашла своего подтверждения в ходе проверки документов и сведений после выпуска товаров, что обоснованно было принято ДВТУ в качестве основания для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», исходя из следующего.

По правилам пункта 3 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, может проводиться как до, так и после выпуска товаров.

В соответствии с пунктом 3 статьи 326 Кодекса по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с настоящим Кодексом, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Подпунктом «б» пункта 11 Порядка внесения изменений в ДТ № 289 предусмотрено, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля (в том числе в связи с обращением) или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов: недостоверных сведений, заявленных в ДТ; несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ; необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Из материалов дела следует, что основанием для принятия оспариваемого решения послужило выявление признаков, указывающих на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными.

В частности, в акте проверки отмечено, что индекс таможенной стоимости товаров, ввезенных по спорным ДТ, составил 1,3 долл. США/кг.

Согласно сведениям с базы данных «Малахит» отклонение заявленных индексов таможенной стоимости товаров составило: по ДТ № 10702070/130320/0049835 по ФТС России - 35,64%.; по ДВТУ - 32,99%; по ДТ № 10702070/130320/0050102 по ФТС России - 35,96%; по ДВТУ - 33,67%; по ДТ № 10702070/120320/0048990 по ФТС России -35,64%; по ДВТУ - 33,33%, по ДТ № 10702070/140320/0050480 по ФТС России - 35,96%; по ДВТУ - 33,33%.

Кроме того, ДВТУ выявлено, что аналогичные товары того же производителя задекларированы в ДТ № 10702070/120319/0043008, однородные товары иных производителей в ДТ №№ 10702070/030919/0176713, 10702070/050919/0178868, 10702070/081119/0233310, 10702070/101019/0209239, 10702070/101219/0261171, 10702070/170120/0011341, 10702070/181119/0241169, 10702070/191119/0242518, 10702070/221119/0245926, 10702070/230120/0017806, 10702070/240120/0018644, 10702070/261019/0222162, 10702070/280120/0021566, 10702070/290120/0022461, 10702070/291019/0224065, 10702070/301019/0225177, 10702070/280120/0021566 с уровнем принятой таможенными органами стоимости 2,02 - 2,31 долл. США за кг.

При этом, указанный уровень цен идентичных (однородных) товаров сложился по прямым поставкам между иными российскими импортерами и производителем товаров -компанией «ZHEJING MSD NEW MATERIAL CO., LTD».

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорным поставкам, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Так, апелляционным судом установлено, что по условиям вышеуказанных приложений к контракту оплата производится покупателем в течение 60 дней с момента отгрузки товара продавцом.

Оплата товара должна быть произведена по следующим банковским реквизитам: бенефициар - компания ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD, банк бенефициара -Hangzhou United Rubal Commercial Bank Co Ltd.

В целях подтверждения цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, обществом в материалы дела представлены:

- к ДТ № 10702070/130320/0049835 заявления на перевод от 08.04.2020 № 30 сумму 53 860,39 долл.США, согласно которому сумма в размере 45 599,54 долл.США, переведена на счет компании Ningbo Yourlite Imp and Exp CoJ Ltd (Китай); от 08.04.2020 №31 на сумму 32 661,88 долл. США, согласно которому сумма в размере 32 661,88 долл.США, переведена на счет компании Fuzhou Linsheng Import and Export Tranding Co., LTD (Китай);

- к ДТ № 10702070/130320/0050102 заявления на перевод от 08.04.2020 № 31 на сумму 32 661,88 долл. США, согласно которому сумма в размере 32 661,88 долл.США переведена на счет компании Fuzhou Linsheng Import and Export Tranding Co., LTD (Китай); от 10.04.2020 № 34 на сумму 16 661,40 долл.США, согласно которому сумма в размере 16 661,40 долл.США переведена на счет компании Artfoam, Grafix Co., LTD (Корея); от 10.04.2020 № 33 на сумму 11 183,72 долл.США, согласно которому сумма в размере 11183,72 долл.США переведена на счет компании Ningbo Yourlite Imp and Exp Co. Ltd (Китай); от 13.04.2020 № 35 на сумму 83 407,15 долл.США, согласно которому сумма в размере 83 407,15 долл.США переведена на счет компании Dongguan Indena Electronik Technology Co. Ltd (Китай); от 14.04.2020 № 36 на сумму 80 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 80 000 долл.США переведена на счет компании ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD (Китай);

- к ДТ №10702070/130320/0050218 заявления на перевод от 14.04.2020 № 36 на сумму 80 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 80 000 долл.США переведена на счет компании ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD (Китай); от 14.04.2020 № 37 на сумму 11 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 11 000 долл.США переведена на счет компании Zhangjiagang Lianda Machinery CO., LTD (Китай); от 15.04.2020 № 38 на сумму 75 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 75 000 долл.США переведена на счет компании Zhejiang Hailide New Material CO., LTD (Китай); от 16.04.2020 № 39 на сумму 6 105 долл.США, согласно которому сумма в размере 6 105 долл.США переведена на счет компании ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD (Китай); от 17.04.2020 № 41 на сумму 42 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 42 000 долл.США переведена на счет компании Zhejiang Hailide New Material CO., LTD (Китай);

- к ДТ №10702070/130320/0050238 заявления на перевод от 16.04.2020 № 40 на сумму 50 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 50 000 долл.США переведена на счет компании Zhejiang Hailide New Material CO., LTD (Китай); от 17.04.2020 № 41 на сумму 42 000 долл.США, согласно которому сумма в размере 42 000 долл.США переведена на счет компании Zhejiang Hailide New Material CO., LTD (Китай); от 17.04.2020 № 42 на сумму 11 008,74 долл.США, согласно которому сумма в размере 11 008,74 долл.США переведена на счет компании Changzhou Fushijing Decorative Materials CO., LTD (Китай); от 20.04.2020 № 43 на сумму 11 001,10 долл.США, согласно которому сумма в размере 11 001,10 долл.США переведена на счет компании Changzhou Fushijing Decorative Materials CO., LTD (Китай); от 21.04.2020 № 44 на сумму 95 279,63 долл.США, согласно которому сумма в размере 95 279,63 долл.США переведена на счет компании Jining Dongcheng Plastic Packing CO., LTD (Китай);

- к ДТ №10702070/140320/0050480 заявления на перевод от 21.04.2020 № 45 на сумму 35 204,43 долл.США, согласно которому сумма в размере 35 204,43 долл.США переведена на счет компании Kunshan Cosmo Packaging Material CO., LTD (Китай); от 21.04.2020 № 44 на сумму 95 279,63 долл.США, согласно которому сумма в размере 95 279,63 долл.США переведена на счет компании Jining Dongcheng Plastic Packing CO., LTD (Китай); от 23.04.2020 № 50 на сумму 31 403,27 долл.США, согласно которому сумма в размере 31 403,27 долл.США переведена на счет компании Oubao Security Technology CO., LTD (Китай); от 22.04.2020 № 49 на сумму 11 985,16 долл.США, согласно которому сумма в размере 11 985,16 долл.США переведена на счет компании HANGZHOU HAOYONG ELECTRICAL TOOLS CO., LTD (Китай); от 23.04.2020 № 50 на сумму 13 488,79 долл.США, согласно которому сумма в размере 13 488,79 долл.США переведена на счет компании Oubao Security Technology CO., LTD (Китай).

Таким образом, фактически частичная оплата инвойсовой стоимости товаров произведена в адрес третьих лиц, роль и статус которых в отношении товаров либо связь с продавцом не установлена.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, то обстоятельство, что осуществление платежей на счета третьих лиц было осуществлено в соответствии с дополнительными соглашениями к контракту от 08.04.2020 № 18, от 10.04.2020 № 20, от 10.04.2020 № 19, от 13.04.2020 № 21, от 14.04.2020 № 22, от 15.04.2020 № 23, от 17.04.2020 № 25, от 16.04.2020 № 24, от 17.04.2020 № 26, от 20.04.2020 № 27, от 21.04.2020 № 28, от 21.04.2020 № 29, от 22.04.2020 № 33, от 23.04.2020 № 34 вышеназванных выводов суда не отменяет, учитывая, что неотъемлемой частью контракта являются приложения на каждую товарную партию, которыми было зафиксировано соглашение сторон по оплате товара на счета продавца.

При этом, документов, обосновывающих объективные причины перевода денежных средств в адрес третьих лиц, не имеющих отношения к производству и продвижению данных товаров, декларантом не представлены.

В частности, в ходе рассмотрения дела, общество представило письмо инопартнера от 27.07.2023 на его запрос от 19.07.2023 о статусе компаний, на счета которых были направлены платежи по спорным поставкам, из содержания которого следует только информация о реквизитах иностранных компаний и сфере их деятельности, но не основания для осуществления валютных расчетов с указанными организациями.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС при применении основного метода таможенной оценки ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Однако, представленные заявителем документы и пояснения не доказывают осуществление обществом платежей в пользу продавца.

С учетом изложенного, апелляционный суд поддерживает вывод таможенного управления о противоречии представленных в ходе проверки документов и сведений после выпуска товаров дополнительных соглашений к контракту условиям контракта, выраженным в приложениях, что по смыслу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС является ограничением для применения первого метода определения таможенной стоимости товаров.

Одновременно коллегия принимает во внимание справочную информацию о правилах получения валютной выручки и ее хранения на зарубежных счетах компаниями материкового Китая, доведенной до ДВТУ письмом ФТС России от 05.08.2022 № 16-73/44869 с приложением письма Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской Народной Республике от 03.08.2022 № 25-13-16/0805, согласно которой валютные платежи в рамках внешней торговли должны осуществляться по принципу «получатель валютной выручки - экспортер, отправитель валютного перевода -импортер».

При таких обстоятельствах осуществление обществом валютных платежей в пользу третьих лиц, взаимоотношения которых с продавцом импортируемого товара не следуют из коммерческих и платежных документов, вступает в противоречие с действующим правовым регулированием в стране вывоза спорных товаров.

Довод о наличии у декларанта возможности осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих обязательств по внешнеторговому контракту не отменяет обязанность общества документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами, что соответствует общим требованиям применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, тогда как в спорной ситуации сопоставимость стоимости ввозимых товаров с размером осуществляемых валютных операций не усматривается.

Указание заявителя на то, что документальное подтверждение оплаты ввезенного товара прослеживается из ведомости банковского контроля, апелляционным судом не принимается, поскольку по материалам уголовного дела и акта камеральной таможенной проверки от 24.05.2022 № 10702000/210/240522/А000043 стоимость ввезенных в рамках контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRINGVER-FOB товаров по 11 таможенным декларациям была установлена в ином размере, что превышает стоимость задекларированных товаров по этим же декларациям на 545 828,72 долл.США.

В этой связи размер отраженных в ведомости банковского контроля платежей по контракту не соответствует реальной стоимости импортированных товаров и свидетельствует о том, что сведения указанного документа не могут служить доказательством исполнения обществом своих обязательств по оплате ввезенных товаров в полном объеме.

Соответственно в ходе таможенного контроля цена ввозимого товара была подтверждена декларантом документами и пояснениями, имеющими неустранимые противоречия и несоответствия, в связи с чем, вывод таможенного управления об отсутствии документального подтверждения и количественной определенности таможенной стоимости товаров по спорным ДТ нашел подтверждение в материалах дела.

Кроме того, коллегия учитывает, что в рамках проверки документов и сведений после выпуска товаров общество не исполнило запросы таможенного управления и не представило экспортные декларации по товарам, заявленным в ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, а также сведения о соответствии заявленной таможенной стоимости ввозимых товаров рыночной стоимости аналогичных товаров по информации страны отправления.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

Представление обществом пояснений о невозможности представить экспортные декларации не свидетельствует о предоставлении доказательств, подтверждающих приобретение товара по цене, сформированной в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, и существовавшей в условиях внешнеторгового оборота в период ввоза спорных товаров для неограниченного круга лиц.

Довод заявителя о запросе таможенными органами у общества экспортных деклараций по значительному объему ДТ не имеет значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку общество, являясь профессиональным участником внешнеэкономической деятельности, должно предпринимать заблаговременные меры по получению дополнительных документов и сведений, обосновывающих заявленный уровень таможенной стоимости. Более того, данный довод не соответствует действительности, поскольку на момент проведения спорной проверки таможенными органами с мая 2022 года проводилась всего одна таможенная проверка в отношении поставок Общества, срок представления документов по которой к августу 2022 года уже истекал. Иных проверок с августа 2020 года до февраля 2023 года, кроме спорной, в отношении общества не проводилось. Таким образом, у общества была реальная возможность представить запрошенные таможенным органом документы, более того в связи с тем, что срок их представления по первоначальному требованию был продлен.

Что касается указания общества на то, что таможенный орган не был лишен возможности самостоятельно запросить экспортные декларации у иностранного продавца или путем межведомственного международного сотрудничества, апелляционным судом также не принимается, поскольку наличие у таможенного органа полномочий по направлению соответствующего запроса в компетентные органы иностранного государства не отменят предусмотренную законом обязанность лица, осуществляющего ввоз импортного товара, подтвердить обоснованность применения первого метода определения таможенной стоимости.

Кроме того, по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля относится на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства, поскольку по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

Выводы суда согласуются с разъяснениями абзаца второго пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 49.

Что касается экспортной декларации, представленной при таможенном оформлении товаров по ДТ № 10702070/140320/0050480, то судом установлено, что по данным экспортной декларации № 220020200197800548 от 21.02.2020 на основании контракта № 15 PVSPRINGVER-FOB от 01.02.2020 по условиям FOB к вывозу заявлен товар «пленка» стоимостью 27 621,85 долл.США, что согласуется со сведениями, заявленными в ДТ.

В то же время, в нарушение Порядка заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенного письмом ФТС России от 15.04.2019 № 16-31/22462, в графе «Грузоотправитель» указанной экспортной декларации наименование иностранной компании отражено без приведения 18-значного кода юридического лица, в графе «Дата отправки» сведения о дате экспорта указаны через знак «-», тогда как формат даты предполагает указание только цифр: сначала год, потом месяц, потом дата

В поле «Код порта отправки» отсутствует цифровой 6-значный код. В соответствии с пунктом 22 Порядка заполнения в поле «Пункт пропуска отправки» должно содержать наименование на китайском языке и код пункта пропуска, из которого вышло транспортное средство международной перевозки с задекларированными товарами. Код пункта пропуска указывается в соответствии с «Классификатором пунктов пропуска Китая», утверждаемым ГТУ КНР. Все коды пунктов пропуска в указанном классификаторе содержат 6 знаков.

В поле «форма сделки» также отсутствует цифровой код классификатора видов сделки, этих норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

В этой связи, выявленные в экспортной декларации несоответствия заполнения соответствующих граф обосновано исключили возможность таможенному органу рассматривать данный документ в качестве документа, подтверждающего достоверность заявленной таможенной стоимости по ДТ № 220020200197800548.

Кроме того, согласно дополнительно представленному ответчиком письму Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской народной республике от 16.08.2023 № 25-13-16/0871 по результатам проверки экспортных деклараций по номерам коносаментов и контейнеров, датам выпуска товаров спорные товары фактически были выпущены в КНР на экспорт по экспортным декларациям, номера которых отличаются от тех, которые представлены заявителем в материалы дела.

С учетом изложенного, коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Делая указанный вывод, коллегия отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, последним подготовлены не были.

При этом, представление обществом прайс-листов продавца, сформированных в пределах цены товаров, установленной приложением, не может служить доказательством принятия мер по подтверждению заявленной таможенной стоимости, учитывая, что данные прайс-листы не обусловлены соответствующими статистическими, технологическими и сравнительными данными.

Указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть как публичной, так и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара. При этом, информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорным ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запрос таможни, а равно коммерческие документы по спорным поставкам не содержат.

Делая указанный вывод, апелляционный суд принимает во внимание, что в ходе таможенного оформления товаров по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, обществом были представлены прайс-листы, согласно которым стоимость одних и тех же товаров варьировалась по разным поставкам в течение одного временного периода.

Сравнительный анализ сведений о цене единицы одного и того же товара (при полном совпадении описания товара, его качественных, размерных характеристик, сведений о производителе), указанной в коммерческих документах по сделкам - инвойсах, приложениях к Контракту (спецификациях на конкретную партию товаров), а также прайс-листах, действительных на одну и ту же дату, выявил противоречивость аналогичных сведений по ДТ №№ 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, при одинаковом ИТС 1,3 долл.США за кг.

Адресность прайс-листов Продавца, представленных к спорным ДТ, то есть, их предназначение непосредственно ООО «Верадо», свидетельствует о том, что указанные в них цены товаров не являются свободными рыночными, а сформированы под влиянием неизвестных условий, количественное определение которых также невозможно по причине отсутствия соответствующей информации в прайс-листах.

Исходя из положений подпункта 2 пункта 1 статьи 39, пункта 2 статьи 39 ТК ЕАЭС, если продажа товаров или их цена зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, то цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости товаров и метод первый не применим.

При таких обстоятельствах следует признать, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

При этом, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ДВТУ о том, что дополнительные начисления за вознаграждение агенту (посреднику) и расходы по перевозке товаров, включенные в структуру таможенной стоимости товаров, заявленных в ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, не являются количественно определенными и документально подтвержденными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления: расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, но не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, к которым относятся: расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС указанные в пункте 1 настоящей статьи дополнительные начисления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, производятся на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. При отсутствии такой информации метод 1 не применяется.

Так, из содержащихся в ДТС-1 сведений следует, что декларантом к цене товаров по ДТ № 10702070/130320/0049835 добавлены расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 2 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 51 988,48 руб.; по ДТ № 10702070/130320/0050102 - расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 2 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 58 111,51 руб.; по ДТ № 10702070/130320/0050218 - расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 8 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 232 446,04 руб.; по ДТ № 10702070/130320/0050238 - расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 8 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 232 446,04 руб.

В целях подтверждения заявленных дополнительных начислений обществом при декларировании товаров по ДТ № 10702070/130320/0049835, помимо прочего в формализованном виде представлена счет-фактура от 07.03.2020 № 1391; по ДТ № 10702070/130320/0050102 - счет-фактура от 13.03.2020 № 1470, по ДТ № 10702070/130320/0050218 - счета-фактуры от 13.03.2020 №№ 1467, 1468, 1481, 1482, по ДТ № 10702070/130320/0050238 - счета-фактуры от 13.03.2020 №№ 1463, 1465, 1483, 1490, а также ко всем ДТ договор ТЭО, судовые коносаменты в формализованных видах.

Сравнительный анализ данных документов со сведениями, заявленными обществом в ДТС-1, показывает их количественную сопоставимость и, как следствие, необоснованность вывода таможни о неполноте структуры заявленной таможенной стоимости по указанной ДТ.

В ходе проверки декларант запрашиваемые документы и сведения, в том числе, по транспортным расходам не представил.

В ответ на требование ДВТУ от 25.01.2023 № 14-02-16/01125 ООО «ТЭС-ДВ» письмом от 03.02.2023 б/н представило копии договора ТЭО, договора об оказании услуг от 01.02.2018 № 01022018-358, заключенного ООО «ТЭС-ДВ» с Maersk Eastern Europe ApS (далее – договор с Maersk Eastern Europe ApS), договора об оказании услуг от 01.11.2019 № JCL-TESDV20191101, заключенного ООО «ТЭС-ДВ» с JCL SERVICE CO LTD (далее – договор с JCL SERVICE CO LTD), отчеты Агента. Также ООО «ТЭС-ДВ» сообщило, что для выполнения обязательств по договору ТЭО привлекались сторонние организации JCL SERVICE CO LTD и Maersk Eastern Europe ApS..

Как указывал таможенный орган в своих пояснениях в суде первой инстанции, по счетам-фактурам/отчетам агента ООО «Верадо» обязано было перечислить ООО «ТЭС-ДВ» 973 501,51 руб., что не согласуется с фактической суммой перевода в адрес агента Принципалом.

Однако то обстоятельство, что сумма денежных средств по платежным поручениям 30.09.2021 № 516, от 24.08.2021 № 446 превышает общий размер транспортных услуг по всем перечисленным в этом платежном документе отчетам агента, не свидетельствует об отсутствии документального подтверждения спорных расходов, поскольку отчеты агента от 07.03.2020 № 1391 ,от 13.03.2020 № 1473, от 13.03.2020 № 1476, от 13.03.2020 № 1487, от 13.03.2020 № 1481, от 13.03.2020 № 1471, от 13.03.2020 № 1463, от 13.03.2020 № 1469, от 13.03.2020 № 1488, от 13.03.2020 № 1474, от 13.03.2020 № 1478, от 20.03.2020 № 1615, от 20.03.2020 № 1613, от 20.03.2020 № 1617, от 20.03.2020 № 1616, от 20.03.2020 № 1619 содержат подробную расшифровку оказанных обществу услуг и агентского вознаграждения, достоверность которых таможенным управлением не опровергнута.

При этом, пояснения общества и его агента о том, что излишне уплаченная сумма по платежному поручению № 314 от 15.06.2021 зачтена в счет будущих услуг, не противоречит действующему гражданскому законодательству и условиям договора № 14-А от 21.10.2014, исходя из действующих тарифов и ставок, который является действующим, а также представленной агентом оборотно-сальдовой ведомости по взаимоотношениям с декларантом.

Ссылки таможенного управления на то, что в нарушение пункта 5.3 указанного договора, оплата оказанных услуг была произведена декларантом несвоевременно, также обоснованно не учтены судом первой инстанции как признак недостоверности заявленных дополнительных начислений, поскольку нарушение срока оплаты агентских услуг не отменяет сам факт их оплаты, подтвержденный обществом и агентом в ходе таможенного контроля.

С учетом изложенного, коллегия не усматривает оснований считать, что размер дополнительных начислений по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238 является документально неподтвержденным и количественно неопределенным.

Также правомерно отклонены судом первой инстанции доводы таможенного органа о невключении в состав дополнительных начислений по всем спорным декларациям стоимости дополнительных расходов в сумме 6000 руб. за контейнер, предусмотренных дополнительным соглашением №1 от 21.10.2014 к агентскому договору.

Анализ данного соглашения показывает, что агент оказывает принципалу дополнительные услуги по сопровождению груза, которые включают в себя: помощь в оформлении необходимых документов, организацию эффективной системы отслеживания грузов, составление оперативно-суточного плана перевозки грузов, согласование условий перевозки с контрагентами, комплекс работ по организации подготовки, отправки и приема груза.

В свою очередь, из имеющихся в материалах дела отчетов агента следует, что объем оказанных обществу услуг составили фрахт, сопутствующие услуги (топливный сбор) и агентское вознаграждение.

Каких-либо сведений и документов, подтверждающих оказание обществу агентом иных услуг, не перечисленных в указанных отчетах, из материалов проверки не следует и, более того, не было подтверждено ООО «Транспортно-экспедиционная сеть - ДВ» в ходе таможенного контроля.

Таким образом, принимая во внимание, что в силу прямого указания подпункта 1 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене за эти товары добавляются расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, суд приходит к выводу о том, что в отсутствие доказательств оказания обществу соответствующих услуг наличие соглашения сторон по стоимости дополнительных услуг не является безусловным доказательством их оказания декларанту.

В этой связи, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований считать, что структура заявленной таможенной стоимости товаров по спорным ДТ является неполной.

Вместе с тем, ошибочность отдельных выводов таможни в целом не свидетельствует об отсутствии оснований для принятия решения от 10.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, после выпуска товаров, в части ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, поскольку документами, представленными в ходе таможенного контроля, заявленная стоимость товаров по спорным ДТ не была подтверждена в заявленном размере, равно как был доказан объективный характер значительного отличия цен на задекларированные товары от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, в связи с чем, не были устранены сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости.

При таких обстоятельствах следует признать, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

При этом представленные коммерческие документы относительно спорной поставки содержали сведения о стоимости ввозимых товаров, равной величине заявленной таможенной стоимости по спорным декларациям ДТ, в отсутствие объективных причин её значительного отклонения от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у ДВТУ в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорным ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

С учетом изложенного, обстоятельства, выявленные в ходе таможенного контроля, свидетельствуют о заявлении ОО «Верадо» недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, поскольку анализ имеющихся в материалах дела доказательств в своей совокупности свидетельствует о том, что общество представило при таможенном оформлении спорных товаров документы, содержащие недостоверные сведения о цене задекларированных товаров.

Суд полагает, что со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившая таможенному органу в ходе контрольных мероприятий удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров, заявленных в спорной ДТ.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Как указывалось ранее, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно посчитал, что стоимость сделки, являющаяся основой для определения таможенной стоимости по первому методу обществом по спорной ДТ не подтверждена, заявленная декларантом в спорной ДТ таможенная стоимость и сведения, относящиеся к ее определению, не основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд соглашается с выводами таможенного органа, изложенными в оспариваемом решении о том, что декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров по спорной ДТ не соблюдены требования пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, что является основанием в неприменении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами и принятия заявленной таможенной стоимости в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора декларантом метода по стоимости сделки с возимыми товарами, следовательно, у таможенного органа имелись основания для принятия в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары по ДТ №№ 10702070/130320/0049835, 10702070/130320/0050102, 10702070/130320/0050218, 10702070/130320/0050238, 10702070/140320/0050480, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Как установлено апелляционным судом, таможенная стоимость задекларированного в спорных ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации сопоставим по коммерческим и качественным характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорных декларациях.

В этой связи коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Таким образом, поскольку у таможни имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, доводы заявителя о нарушении его прав и законных интересов оспариваемым решением апелляционный суд отклоняет.

Руководствуясь частью 3 статьи 201 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно отказал обществу в удовлетворении заявленных требований.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 500 рублей на основании статьи 110 АПК РФ относятся коллегией на апеллянта.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 21.06.2024 по делу № А51-7192/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.Л. Сидорович

Судьи

О.Ю. Еремеева

А.В. Пяткова