ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А46-13439/2018

30 июня 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 июня 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубок О.В.

судей  Аристовой Е.В., Брежневой О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-5607/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 по делу № А46-13439/2018 (судья Самович Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ареал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 к ФИО2 (г. Москва), ФИО4 (г. Омск), ФИО5 (г. Омск) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «Ареал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 644023, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО6, по доверенности от 21.02.2022, срок три года;

от Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО7, по доверенности от 24.12.2021, срок 30.12.2023,

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 02.10.2018 (резолютивная часть от 01.10.2018) общество с ограниченной ответственностью «Ареал» (далее – ООО «Ареал», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев (до 01.04.2019), конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий, ФИО3).

Публикация сообщения в соответствии со статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) состоялась в газете «Коммерсантъ» от 13.10.2018 № 188.

Определениями Арбитражного суда Омской области срок конкурсного производства неоднократно продлялся.

28.08.2020 конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением (вх. № 122138) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Ареал» - ФИО2, ФИО4, ФИО5 (далее – ФИО2, ФИО4, ФИО5, ответчики).

Представитель кредитора Банка «Сибэс» (акционерного общества) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – кредитор, банк, Банк «Сибэс» (АО)) представил суду письменные объяснения по делу, из содержания которых следует, что к субсидиарной ответственности надлежит привлечь ФИО2, ФИО4, ФИО5

Определением Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 (резолютивная часть от 18.04.2022) (далее – обжалуемое определение) признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «Ареал». Производство по рассмотрению вопроса о размере субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5  приостановлено до завершения расчетов с кредиторами в процедуре банкротства ООО «Ареал».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 ссылается на следующее:

- ФИО2 никогда не входила в органы ООО «Ареал». Не подтверждаются факты указаний органам управления, указаний не давала;

-ФИО2 никогда не обладала правом подачи заявления от имени ООО «Ареал», отсутствуют формальные или фактические признаки предоставляющие такое право на основании закона;

-определение специального субъектного состава (элемент субъект) - лицо контролирующего должника, с учётом определяющих сделок находится за пределами временного интервала два года до подачи заявления о банкротстве. ФИО2 в целях содействия своим близким, при реализации их бизнес проекта, заместила своими активами возможные недостающие суммы, выступая как гарант (поручитель), в обеспечение и в размере выданных банком заёмных средств. Указанное замещение и размер были согласованы банком «СИБЭС» АО при заключении договора поручительства одновременно с кредитным договором. Размер погашенной задолженности ФИО2 за ООО «Аресл» и предоставленного залогового имущества и перечисленных средств на счёт ООО «Ареал», имеет существенное паритетное значение, при котором вред ФИО2 от оспоренных сделок исключается;

- с учётом предоставления ФИО2 согласованных замещающих активов, с учётом дебиторской задолженности контрагентов, возникшей в декабря 2015, которая с учётом применения правил бухгалтерского учёта относится также к активам предприятия, «признаки объективного банкротства не могут быть определены ранее наступления задержки платежей, то есть с декабря 2017, а не с января 2016 как указывают заявители. Начиная с указанного выше периода и до этого периода в отношении ФИО2 отсутствуют формальные и фактические признаки негативного экономического влияния на ООО «Ареал». Должник не отвечал признакам неплатежеспособности, (платежи осуществлялись) или не достаточности  имущества  п. 1   ст. 9   (активов  для  погашения  кредита  было достаточно);

- в качестве оснований, осложнившими экономическое положение ООО «Ареал», являются недобросовестные действия контрагентов ООО «СИБЭЛЕКТРОМОНТАЖ» долг 16 000 000 рублей, ООО «СТРОЙГАРАНТ» долг в размере 22 500 000 рублей, а также недобросовестные действия ООО «СИБЭЛЕКТРОМОНТАЖ» и ООО «СТИЛЛПРО» при заключении договора цессии о переводе долга на сумму 16 000 000 рублей в отношении ООО «Ареал». К указанным выше действиям признаки фактического или формального негативного влияния ФИО2 отсутствуют;

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, пояснил, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» пояснил, что считает  доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 по настоящему делу.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсный управляющий и кредитор заявили требование о привлечении ФИО2, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указав также на возможность оценки данного заявления в качестве требования о взыскании убытков.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской   Федерации   (далее   –   ГК   РФ),   суд   принимает   решение   о  возмещении   таким контролирующим лицом убытков.

Из пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), а также разъяснений, содержащихся в пункте 1, абзаце втором пункта 4, абзаце третьем пункта 17, абзаце десятом пункта 24 данного Постановления, следует, что выбор между привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам и взысканием с них убытков осуществляется судом в зависимости от тяжести последствий неправомерных действий (бездействия) этих лиц для должника, связанных с размером их субъективно осознаваемого выхода за допустимые пределы делового решения разумного и добросовестного менеджера.

В данном случае лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что обстоятельства, на которых конкурсный управляющий и кредитор основывают свои требования, повлекли возникновение объективного банкротства данной организации, что свидетельствует о тяжелом характере последствий.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 53 по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

Таким образом, в целях квалификации вида ответственности в качестве субсидиарной или по возмещению убытков действующим законодательством установлено ограничение трехлетним периодом по осуществлению контроля со стороны лиц, осуществляющих руководство деятельность должника, предшествующим моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов (то есть периоду объективного банкротства).

Поскольку в данном случае конкурсный управляющий и кредитор в обоснование заявления указывают, что объективное банкротство организации возникло с 30.12.2015 и отсутствие, по их мнению, должного контроля также совпадает с указанным периодом, суд не усматривает оснований для квалификации означенного требования в качестве заявления о взыскании убытков, рассматривая его по основаниям, приведенным к/у ООО «Ареал» ФИО3 и Банком «Сибэс» (АО), для привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 12 статьи 142 Закона о банкротстве в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право     до     завершения     конкурсного     производства     подать     заявление     о     привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 названного Закона.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 29.06.2015 № 154-ФЗ, № 186-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ вносились изменения.

На дату рассмотрения настоящего заявления статья 10 Закона о банкротстве утратила силу согласно Федеральному закону от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), вступившему в действие 30.07.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 АПК РФ, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление о привлечении ФИО2, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, оно подлежит рассмотрению исходя из процессуальных норм Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Однако действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам – пункт 1 статьи 4 ГК РФ, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы в части применения норм материального права.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону – исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 01.10.1993 № 81-р; определения от 25.01.2007 № 37-О-О, от 15.04.2008 № 262-О-О, от 20.11.2008 № 745-О-О, от 16.07.2009 № 691-О-О, от 23.04.2015 № 821-О, постановление от 15.02.2016 № 3-П).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности – это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

В настоящем случае конкурсный управляющий и кредитор в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приводят обстоятельства, имевшие место до 01.07.2017 (связанные с совершением сделок по выводу активов и не обращением в суд с заявлением о признании ООО «Ареал» банкротом), а также обстоятельства, имевшие место после указанной даты (связанные с совершением сделок по выводу активов и не обращением в суд с заявлением о признании ООО «Ареал» банкротом).

Таким образом, в части обстоятельств, являющихся основанием для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, имевших место с 01.07.2017, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ В свою очередь, поскольку иные заявленные конкурсным управляющим и кредитором обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2017, к спорным правоотношениям не подлежат применению нормы материального права Закона о  банкротстве  в редакции Закона №    266-ФЗ; при    разрешении настоящего спора применению подлежит положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции, действующей на момент обстоятельств, являющихся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Следовательно, в целях разрешения вопроса о привлечении лица к субсидиарной ответственности установлению подлежат объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий и кредитор ссылаются на пункты 2 и 4 статьи 10, статьи 9, 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, исходя из диспозиции пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит:

- в рамках определения объекта и объективной стороны правонарушения установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона;

- а также установление субъекта (наличие у него статуса лица, контролирующего должника) и субъективной стороны (вины).

Недоказанность какого-либо из названных выше условий влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

Бремя доказывания наличия указанных обстоятельств в силу требований части 1 статьи 65 АПК РФ лежит на заявителе.

Определяя, являются ли ответчики надлежащими субъектами для привлечения к субсидиарной ответственности - как контролирующие должника лица, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату возбуждения дела о банкротстве ООО «Ареал», контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом   определять   действия  должника,  в  том   числе  путем  принуждения  руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, либо имело право,  самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; либо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как указывает конкурсный управляющий и кредитор, привлекаемые к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4 и ФИО5 являлись контролирующими должника лицами, а именно:

ФИО4 являлась единственным участником должника в период с  09.06.2012 по 07.07.2017, а также руководитель должника в период с 01.09.2016 по 24.07.2017 (до 01.09.2016 руководителями ООО «Ареал» являлись: с 11.03.2013 по 01.09.2016 ФИО8 (сын ФИО4), до 11.03.2013 – ФИО5 (супруг дочери ФИО4)); принимала непосредственное участие в сделках по выводу активов ООО «Ареал», повлекших возникновение у него объективного банкротства.

2)ФИО5 являлся единственным участником должника, начиная с 07.07.2017, а также руководитель должника в период с 24.07.2017 по 25.06.2018; принимал непосредственное участие в сделках по выводу активов ООО «Ареал», повлекших возникновение у него объективного банкротства.

3)ФИО2 – дочь ФИО4 и бенефициар компании, лицо, которое полностью контролировало должника и извлекало выгоду от деятельности должника; принимала непосредственное участие в сделках по выводу активов ООО «Ареал», повлекших возникновение у него объективного банкротства.

Судом первой инстанции правомерно установлено наличии у ФИО2, ФИО4 и ФИО5 статуса контролирующего должника лица.

Устанавливая объективную сторону для разрешения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве в вышеуказанной редакции предусмотрено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный  суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий должника и кредитор указали, что признаки неплатежеспособности (объективного банкротства) у ООО «Ареал» возникли с 30.12.2015 с даты расходования первого транша кредитных средств в размере 60 000 000 руб., совершенного без намерения его вернуть, и в последующем только усугублялось в связи с совершением сделок по выводу денежных средств. Таким образом, согласно позиции конкурсного управляющего и банка, обязанность по обращению в суд возникла с 31.12.2015 и должна быть исполнена не позднее 31.01.2016.

По смыслу приведенных в пункте 4 Постановления № 53 разъяснений, объективное банкротство представляет собой момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов.

Определение даты объективного банкротства, согласно позиции конкурсного управляющего и   кредитора, обусловлено следующим.

В реестр требований кредиторов ООО «Ареал» включены требования следующих кредиторов: АО Банк «СИБЭС», ООО «Сибтрейд», ООО «СТИЛЛПРО», УФНС по Омской области, ФИО2

Из определения Арбитражного суда Омской области от 17.01.2019 по делу № А46-13439/2018 следует, что задолженность ООО «Ареал» перед кредитором Банк «СИБЭС» (АО) подтверждается решением Первомайского районного уда города Омска от 9.07.2018 по делу № 2-1797/2018. Данным решением установлено, что ООО «Ареал» перестало исполнять свои обязательства по договору об открытии кредитной линии в части уплаты процентов с декабря 2017 года.

При этом заемные обязательства перед банком возникли в рамках договора от 29.12.2015 № 05-09-2670 с декабря 2015 года на сумму 5 000 000 руб.

Соответственно, с 29.12.2015 у ООО «Ареал» возникли обязательства перед Банком «Сибэс» (АО) по возврату 5 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.07.2020 по делу № А46-13489/2018 со ссылкой на положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признана недействительной сделка по дарению - безвозмездной передаче ФИО2 от ООО «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб., прикрываемая:

-договором № П-12/15-1 от 22.12.2015 между ООО «Ареал» и ООО «Перспектива»,

-перечислением 12.01.2016 денежных средств размере 5 000 000 руб. от ООО «Ареал» к ООО «Перспектива» с указанием назначения платежа «Оплата по счету № 1 от 11.01.2016 за стройматериалы по договору № П-12/15-1 от 22.12.2015»,

-договором займа от 12.01.2016 между ФИО2 и ООО «Перспектива»,

-перечислением 13.01.2016 денежных средств в размере  5 000 000 руб. от ООО «Перспектива» к ФИО2 с указанием в назначении платежа «Перечисление   по договору займа от 12.01.2016».

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ареал» 5 000 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.01.2016 по 30.09.2019 в сумме 1 544 678 руб. 66 коп.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 по делу № А46-13439/2019 со ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Ареал» ФИО2 денежных средств в сумме 8 775 262 руб. 28 коп., совершенные в период с 04.12.2015 по 27.04.2017, из которых:

-3 651 454 руб. 28 коп. в виде оплаты за транспортные услуги за период с 04.12.2015 по 27.04.2017,

-5 123 808 руб. в виде оплаты 12.12.2016 товара, приобретенного по договору от 12.12.2016.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ареал» 8 775 262 руб. 28 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 05.12.2015 по 16.10.2019 в сумме 2 134 646 руб. 86 коп., а также начиная с 17.10.2019 по день фактического исполнения обязательств, начисленных на сумму основного долга.

При этом суд учитывает, что определениями Арбитражного суда Омской области от 27.04.2021 и от 28.04.2021 по делу № А46-13439/2018 установлено, что после получения 30.12.2015 от Банка «Сибэс» (АО) кредита, с учетом совершения вышеуказанных сделок по выводу из имущественной сферы ООО «Ареал» активов, должник планомерно поэтапно прекратил исполнять обязательства перед кредиторам.

Так, из определения Арбитражного суда Омской области от 02.10.2018 по делу № А46-13439/2018 следует, что задолженность ООО «Ареал» перед ООО «Сибтрейд» в сумме 320 645 руб. возникла на основании решения Арбитражного суда Омской области от 15.05.2018 по делу № А46-3986/2018, принятого в связи с неисполнением должником обязательств по внесению арендной платы по договору от 25.08.2016 сроком действия до 30.11.2017.

Согласно материалам дела № А46-3986/2018, размещенным в системе «Картотека арбитражных дел», внесение арендной платы  произведено ООО «Ареал» однократно 30.12.2016 в размере 60 000 руб., что не погасило в полном объеме задолженность, возникшую с момента заключения договора; за последующие периоды, несмотря на пользование должником арендованным транспортным средством, соответствующая оплата не производилась.

Следовательно, с 01.01.2017 должник перестал исполнять свои обязательства перед ООО «Сибтрейд», что соответствует периоду оспариваемых сделок.

В свою очередь, из определения Арбитражного суда Омской области от 25.01.2019 по делу № А46-13439/2018 следует, что задолженность перед кредитором ООО «СТИЛЛПРО» установлена определением Арбитражного суда Омской области от 12.08.2018 по делу № А46-10518/2017.

Указанная задолженность возникла в связи с признанием недействительным договора перевода долга от 03.10.2016, заключенного между ООО «СТИЛЛПРО» и ООО «Сибэлектромонтаж», в результате чего с ООО «Ареал» в конкурсную массу ООО «СТИЛЛПРО» взысканы денежные средства в общей сумме 16 000 000 руб., полученные ООО «АРЕАЛ» по платежному поручению от 03.10.2016 № 1197.

Поскольку недействительная сделка недействительна с момента ее совершения, соответственно, неправомерно полученная ООО «Ареал» сумма подлежала возврату ООО «СТИЛЛПРО» с момента ее перечисления должнику.

Таким   образом,   уже   в   2016   году   ООО   «Ареал»,   неправомерно   получив   данные денежные средства, не произвело их возврат кредитору. Кроме того суд учитывает, что непосредственно после совершения оспариваемых сделок, у ООО Ареал» возникла задолженность перед иными кредиторами:

-из определения Арбитражного суда Омской области от 30.01.2019 по делу № А46-13439/2018 следует, что задолженность перед кредитором ФИО2 в   период с 22.05.2017 по 27.12.2017;

-из определения Арбитражного суда Омской области от 25.01.2018 по делу № А46-13439/2018 следует, что задолженность перед кредитором УФНС по Омской области возникла в марте 2018 года.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что после вывода в адрес ФИО2 денежных средств на сумму 5 000 000 руб. и затем на сумму 8 775 262 руб. 28 коп. (что значительно превышает пороговое значение для признания организации банкротом) в результате совершения оспоренных сделок, должник, зная о наличии у него непогашенных обязательств перед банком, последовательно перестал исполнять обязательства и перед другими кредиторами.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что, начиная с января 2016 года, должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имуществ.

Суд находит указанную позицию конкурсного управляющего и кредитор по установлению момента возникновения у ООО «Ареал» объективного банкротства обоснованной, поскольку участие должника в вышеописанной цепочке отношений, влечет возникновение на его стороне обязанности по надлежащему исполнению обязательств перед контрагентами.

Заявление о признании должника банкротом было подано ООО «Сибтрейд», являющимся кредитором ООО «Ареал» лишь в 2018 году  и зарегистрировано за входящим номером 87822 от 09.08.2018.

Контролирующие должника лица с заявлением о признании должника банкротом на в пределах месячного срока с даты возникновения признаков объективного банкротства, ни в последующем с заявлением о признании ООО «Ареал» банкротом не обращались, что свидетельствует о нарушении установленного статьёй 9 Закона о банкротстве срока на исполнение контролирующим должника лицом обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Между тем, как указывалось выше, в целях привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

В соответствии с приведенными в пункте 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на   их   преодоление   в   разумный   срок,   приложил   необходимые   усилия   для   достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Также суд принимает во внимание, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления № 53, применяемых в рассматриваемом случае по аналогии, правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Бремя доказывания временного характера финансовых затруднений, наличия у руководителя должника оснований добросовестно рассчитывать на их преодоление в разумный срок, приложения им максимальных усилий для достижения такого результата, выполнения экономически обоснованного плана и пределов его разумности, лежит на руководителе должника.

Между тем, проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел к выводу о том, что, с учетом нижеприведенных сделок, ФИО2, ФИО4 и ФИО5 не могли не осознавать, что после получения кредита от Банка «Сибэс» (АО), вследствие выводов активов организации, ООО «Ареал» стало отвечать признакам неплатежеспособности:

Так, 22.12.2015 между ООО «Перспектива» и ООО «Ареал» подписан договор № П-12/15-1 от 22.12.2015, по условиям которого продавец (ООО «Перспектива») продает, а покупатель (ООО «Ареал») покупает строительные материалы в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в пункте 1.2 настоящего договора. Согласно пункту 2.1 договора № П-12/15-1 от 22.12.2015 общая сумма договора составляет 5 000 000 руб.

Указанный договор подписан со стороны ООО «Ареал» ФИО8 (родным братом ФИО2), со стороны ООО «Перспектива» ФИО5 (супругом родной сестры ФИО2 – ФИО9).

На оплату выставлен счет-фактура от 12.01.2016 № 4 на сумму 5 000 000 руб., который, в свою очередь, оплачен ООО «Ареал» перечислением от 12.01.2016 с указанием «Оплата по счету № 1 от 11.01.2016 за стройматериалы по договору № П-12/15-1 от 22.12.2015».

В дальнейшем согласно позиции ФИО2 озвученной при рассмотрении обособленного спора по оспариванию сделки, ООО «Перспектива» принимает решение о привлечении от нее заемных денежных средств на покупку для ООО «Ареал» строительных материалов 12.01.2016 за наличный расчет на «Южном рынке».

12.01.2016 между ИП ФИО2 (займодавец) и ООО «Перспектива» (заемщик) заключен договор займа, по условиям,  которого займодавец передает заемщику заём в размере 5 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить полученную сумму займа в срок и на условиях настоящего договора.

Указанный договор подписан ФИО2 и от имени ООО «Перспектива» ФИО5 

В дальнейшем 13.01.2016 от ООО «Перспектива» производится платеж в пользу ФИО2 на сумму 5 000 000 руб. с указанием в назначении платежа «Перечисление по договору займа от 12.01.2016», который согласно позиции ФИО2 следовало расценивать как возврат ранее предоставленного займа.

Как указывалось выше, определением Арбитражного суда Омской области от 24.07.2020 по делу № А46-13489/2018 со ссылкой на положения статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признана недействительной сделка по дарению - безвозмездной передаче ФИО2 от ООО «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб., прикрываемая:

-договором № П-12/15-1 от 22.12.2015 между ООО «Ареал» и ООО «Перспектива»,

-перечислением 12.01.2016 денежных средствв размере 5 000 000 руб. от ООО «Ареал» к ООО «Перспектива» с указанием назначения платежа «Оплата по счету № 1 от 11.01.2016 за стройматериалы по договору № П-12/15-1 от 22.12.2015»,

-договором займа от 12.01.2016 между ФИО2 и ООО «Перспектива»,

-перечислением 13.01.2016 денежных средств в размере 5 000 000 руб. от ООО «Перспектива» к ФИО2 с указанием в назначении платежа «Перечисление   по договору займа от 12.01.2016».

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ареал» 5 000 000 руб. и процентов за пользование чужими     денежными     средствами     за     период     с     12.01.2016     по     30.09.2019     в     сумме 1544 678 руб. 66 коп.

При этом суд учитывает, что данным определением установлено, что по смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», а также пунктов 1, 2 и 8 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» ФИО2 и ООО «Ареал» в период совершения оспариваемых сделок являлись аффилированными лицами, поскольку бывший директор ООО «Ареал» ФИО4 приходится матерью ФИО2 Кроме того установлена аффилированность между ООО «Ареал», ФИО2 и ООО «Перспектива», поскольку учредителем и руководителем ООО «Перспектива» являлся ФИО5, приходящийся супругом родной сестры ФИО2 (ФИО9) и зятем бывших директоров ООО «Ареал» ФИО4 (матери ФИО2 и ФИО9) и ФИО8 (родного брата ФИО2 и ФИО9).

Таким образом, о возникновении у ООО «Ареал» обязательства перед Банком «Сибэс» (АО) ФИО2, ФИО4 и ФИО5 было достоверно известно, принимая во внимание, что денежные средства, полученные от банка 30.12.2015 в результате оспоренной в рамках вышеприведенного обособленного спора сделки перешли 12.01.2016 от ООО «Ареал» к ФИО2 в результате целенаправленных действий ответчиков по формированию цепочки сделок, создающей видимости правомерности безвозмездного вывода активов ООО «Ареал», полученных должником на возвратной основе от Банка «Сибэс» (АО).

Указанное свидетельствует и о наличии у поименованных лиц достоверной информации о возникновении у ООО «Ареал» признаков объективного банкротства.

Более того, впоследствии названные лица продолжили усугублять данные признаки объективного банкротства, совершая иные сделки, также оспоренные в рамках самостоятельного обособленного спора в рамках дела о банкротстве ООО «Ареал».

Так, определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 по делу № А46-13439/2019 со ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Ареал» ФИО2 денежных средств в сумме 8 775 262 руб. 28 коп., совершенные в период с 04.12.2015 по 27.04.2017, из которых:

-3 651 454 руб. 28 коп. в виде оплаты за транспортные услуги за период с 04.12.2015 по 27.04.2017,

-5 123 808 руб. в виде оплаты 12.12.2016 товара, приобретенного по договору от 12.12.2016.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ареал» 8 775 262 руб. 28 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 05.12.2015 по 16.10.2019 в сумме 2 134 646 руб. 86 коп., а также начиная с 17.10.2019 по день фактического исполнения обязательств, начисленных на сумму основного долга.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что фактически в спорный период после получения кредита от Банка «Сибэс» (АО), совокупное руководство деятельностью ООО «Ареал» осуществлялось ФИО2, ФИО4 и ФИО5, предпринимавшим попытки по выводу активов на конечного бенефициара – ФИО2, указанным лицам о наступлении у подконтрольной им организации признаков объективного банкротства было достоверно известно непосредственно в момент их наступления.

Между тем, несмотря на наличие достоверной информации о наличии у ООО «Ареал» признаков объективного банкротства уже с января 2016 года, ответчиками соответствующих действий по подаче в суд заявления о признании названного юридического лица банкротом совершено не было. Как указывалось выше, заявление о признании ООО «Ареал» банкротом было подано лишь в августе 2018 года ООО «СибТрейд». При этом ФИО2 (с учетом включенной в реестр требований кредиторов задолженности ООО «Ареал» перед ней, возникшей в 2017 году), обладая достоверной информацией о финансовом состоянии ООО «Ареал» (учитывая, что она являлась бенефициаром по выводу активов общества по оспоренным сделкам) также не инициировала процедуру его банкротства.

Рассматривая требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям доведения до банкротства, суд исходит из следующего.

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц (в частности руководителя должника), если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц. При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

По смыслу приведенной нормы для привлечения лица к субсидиарной ответственности по основанию доведения до банкротства необходима совокупность следующих условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Применение данной материально-правовой нормы не исключает учета разъяснений, содержащихся в Постановлении № 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Так, согласно разъяснениям пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственнойсвязимеждуназваннымидействиями(бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Суд считает обоснованной позицию конкурсного управляющего и кредитора в части указания действий ФИО4, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов - совершение сделок, направленных на вывод активов должника:

а)19.01.2016 должнику банком предоставлен кредит в размере 18 000 000 руб.

Полученные денежные средства в полном объеме перечислены должником, в период с 19.01.2016 по 01.02.2016 в адрес технических организаций:

-ООО «Дельта» ИНН 

<

***>, исключено из ЕГРЮЛ 09.11.2018;

-ООО «Комель» ИНН 

<

***>, исключено из ЕГРЮЛ 18.19.2017;

-ООО «Руфстрой» ИНН 

<

***> исключено из ЕГРЮЛ 10.01.2018;

-ООО «Посейдон» ИНН 

<

***> исключено из ЕГРЮЛ 11.12.2017;

-ООО «ИК Центр» ИНН 

<

***> исключено из ЕГРЮЛ 11.12.2017. Указанные лица реальной хозяйственной деятельности не вели, имели минимальный размер уставного капитала, должник не имел какой-либо объективной потребности в получении от указанных лиц товаров, работ или услуг.

б)определением Арбитражного суда Омской области от 25.02.2020 по делу № А46-13439/2018 признаны недействительными договоры строительного подряда №117/2016 от 15.04.2016 и № 103/2016 от 14.03.2016, заключенные между ООО «Ареал» и индивидуальным предпринимателем ФИО10 на общую сумму 1 368 000 руб.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что 25.03.2016 и 19.04.2016 со счета ООО «Ареал» в пользу ИП ФИО10 перечислены денежные средства на общую сумму 1 368 000 руб., в качестве основания указано - авансовые платежи по договору подряда № 103/2016 от 14.03.2016 и № 117/2016 от 15.04.2016.

в)определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 признана недействительной сделкой – перечисление должником денежных средств на расчетный счет ИП ФИО2:

-в размере 5 123 808 руб. в виде оплаты по договор купли-продажи от 12.12.2016. Договор от имени должника подписан ФИО4

-в размере 3 651 454 руб. 28 коп. по перечислению ФИО2 в период с 04.12.2015 по 27.04.2017 суммы в счет оплаты транспортных услуг.

 г)определением Арбитражного суда Омской области от 27.04.2021 признана недействительной сделка по безвозмездной передаче ФИО2 от ООО «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб., прикрываемая договором № П-12/15-1 от 22.12.2015, перечислением 12.01.2016 денежных средств в размере 5 000 000 руб.  ООО «Перспектива» с указанием назначения платежа «Оплата по счету № 1 от 12.01.2016 за стройматериалы по договору № П-12/15-1 от 22.12.2015», договором займа от 12.01.2016, перечислением 13.01.2016 денежных средств в размере 5 000 000 руб. ФИО2 с указанием назначения платежа «Перечисление по договору займа от 12.01.2016».

Указанный договор подписан со стороны ООО «Ареал» ФИО8 (родным братом ФИО2), со стороны ООО «Перспектива» ФИО5 (супругом родной сестры ФИО2 - ФИО9).

д)перечисление денежных средств 30.12.2015 в сумме 22 500 000 в пользу ООО «ПСФ «Стройгарант». Денежные средства получены в виде кредита от Банка 30.12.2015 в размере 60 000 000 руб. Определением Арбитражного суда Омской области от 30.04.2019 по делу № А46-21689/2018 перечисление денежных средств было признано неосновательным обогащением, денежные средства не возвращены.

е)перечисление денежных средств 30.12.2015 в сумме 16 000 000 в пользу ООО «Сибэлектомонтаж». Денежные средства получены в виде кредита от Банка 30.12.2015 в размере 60 000 000 руб. Определением Арбитражного суда Омской области от 22.04.2019 по делу № А46-21688/2018 перечисление денежных средств было признано неосновательным обогащением.

Суд считает обоснованной позицию конкурсного управляющего и кредитора в части указания действий ФИО5, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов - совершение сделок, направленных на вывод активов должника:

а)определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 признана недействительной сделкой перечисление должником денежных средств на расчетный счет ИП ФИО2, в том числе в размере 3 651 454 руб. 28 коп. по перечислению ФИО2 в период с 04.12.2015 по 27.04.2017 суммы в счет оплаты транспортных услуг.

б)определением Арбитражного суда Омской области от 27.04.2021 признана сделка по безвозмездной передаче ФИО2 от ООО «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб., ООО «Перспектива».

На основании изложенного обоснованной является позиция конкурсного управляющего и кредитора в части указания действий ФИО2, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов - совершение сделок, направленных на вывод активов должника:

а)определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 признана недействительной сделкой перечисление должником денежных средств на расчетный счет ИП ФИО2 (5 123 808 руб. в виде оплаты 12.12.2016 товара, приобретенного по договору купли-продажи от 12.12.2016 без фактической поставки товара, 3 651 454 руб. 28 коп. в счет фиктивного оказания транспортных услуг);

б)определением Арбитражного суда Омской области от 27.04.2021 признана сделка по безвозмездной передаче ФИО2 от ООО «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб. по цепочке сделок от ООО «Перспектива» 12.01.2016 и 13.01.2016.

По смыслу позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № АЗЗ-1677/2013 о наличии у лица фактического контроля над должником могут свидетельствовать противоречие действий должника его экономическим интересам с одновременным существенным увеличением имущества такого лица.

Аналогичная позиция изложена в пункте 7 Постановления № 53, согласно разъяснениям которого, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный     актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Исходя из содержания вменяемых сделок,  следует вывод о противоречии действий ООО «Ареал» его экономическим интересам во вменяемых ФИО2 сделках, так как такие сделки совершены безвозмездно.

Совокупный размер денежных средств ООО «Ареал», которые ФИО2 получила прямо или косвенно, составляет 14 175 000 руб., что превышает 20% от общего размера активов общества по состоянию на 31.12.2015.

Какие-либо разумные объяснения о необходимости совершения указанных сделок в интересах должника ФИО2 не представлены.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. Поэтому, защищаясь против предъявленного иска, ответчику недостаточно ограничиться только отрицанием обстоятельств, на которых настаивает истец, необходимо представить собственную версию инкриминируемых ему событий (Определение Верховного Суда РФ от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2)).

В этой связи при наличии косвенных доказательств наличия у лица контроля, на привлекаемое лицо перекладывается бремя опровержения наличия у него статуса контролирующего должника лица. В частности, на такое лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала) (Определения Верховного Суда РФ от 24.08.2020 № 305-ЭС20-5422(1,2), от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7).

Из определений Арбитражного суда Омской области о признании сделок должника недействительными (определения от 28.04.2021 и от 27.04.2021) следует, что ФИО2 систематически (112 перечислений за период с 04.12.2015 по 27.04.2017) без каких-либо разумных экономических обоснований получала существенную выгоду за счет ООО «Ареал». Согласованность участников цепочек сделок, начиная от руководителей и учредителей ООО «Ареал» (ФИО4, ФИО5), и заканчивая ФИО2, свидетельствует о наличии единой воли по выводу активов из ООО «Ареал» в пользу ФИО2

Дополнительно о контроле ФИО2 над ООО «Ареал» и общности с ним экономических интересов в частности свидетельствует следующее:

в кредитном досье ООО «Ареал» в Банке «Сибэс» (АО) содержится выписка из протокола заседания правления Банка от 28.12.2015 о кредитовании ООО «Ареал» в соответствии с которым, фактическим собственником бизнеса ООО «Ареал» признается ФИО2;

в кредитном досье ООО «Ареал» в Банке «Сибэс» (АО) содержатся пояснения по оценке Банком «Сибэс» (АО) кредитного риска по ООО «Ареал» в соответствии с которыми конечным бенефициаром ООО «Ареал» является ФИО2;

в обеспечение исполнения обязательства ООО «Ареал» между Банком «Сибэс» (АО) и    ФИО2    заключен    договор    залога    от    29.12.2015    №    05-14-2670  и договор поручительства от 29.12.2015 №05-05-2670.

между ФИО2 и ООО «Ареал» заключались договоры аренды по предоставлению в пользования ООО «Ареал» недвижимого имущества, принадлежащего ФИО2 для использования в административных целях;

ФИО2 24.10.2016 получила от ООО «Ареал» заем в размере 400 000 руб. под 6 % годовых по договору от 24.10.2016. Денежные средства возвращены путем внесения в кассу ООО «Ареал», на расчетный счет денежные средства не поступали.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53 к числу сделок, причинившим существенный вред кредиторам, относятся в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Передача денежных средств в значительном объеме систематически фактически безвозмездно свидетельствует о том, что действия ФИО2 существенно повлияли на возникновение у ООО «Ареал» объективных признаков банкротства.

На основании изложенного выше, суд правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «Ареал».

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против выводов суда о необходимости приостановления производства по определению размера субсидиарной ответственности. В отсутствие соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Определение арбитражного суда принято с соблюдением норм права, подлежащих применению при разрешении спорных правоотношений, отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 по делу № А46-13439/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Дубок

 

Судьи

Е.В. Аристова

 О.Ю. Брежнева