ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-5331/2015

18 апреля 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     11 апреля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 апреля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.

судей Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от к/у ГУП Республики Карелия «Мост»: ФИО2 по доверенности от 02.01.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-2920/2018)  конкурсного управляющего ГУП Республики Карелия «Мост» Сенина Константина Викторовича на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 28.12.2017 по делу № А26-5331/2015(судья Е.И. Москалева), принятое по заявлению конкурсного управляющего ГУП Республики Карелия «Мост» Сенина К.В. о признании недействительными платежей по перечислению в пользу Банка ВТБ (ПАО) денежных средств и применении последствий недействительности сделок,

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 17.11.2015 в отношении государственного унитарного предприятия Республики Карелия «Мост» (ОГРН: 

<

***>, адрес местонахождения: 186120, Республика Карелия, пгт. Пряжа) (далее – ГУП РК «Мост», должник), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Определением суда от 20.05.2016 в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком до 19.11.2017, внешним управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 24.11.2016 ГУП РК «Мост» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

В рамках конкурсного производства, 20.10.2017 конкурсный управляющий обратился с заявлением (с учетом уточнения) о признании недействительными сделками – платежи по перечислению в пользу Банка ВТБ (ПАО) (далее – Банк, ответчик) денежных средств в размере 29 099 390,01 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с Банка в пользу должника указанных денежных средств.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на то, что при совершении платежей в пользу Банка в период, предшествующий банкротству, последнему было оказано предпочтение перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в связи с чем указанными платежами была нарушена очередность погашения требований кредиторов должника, что свидетельствует о наличии у сделки признаков недействительности, установленных пунктами 2, 3 статьи 61.3 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а у платежей, совершенных в период с 25.06.2014 по 26.11.2014 на сумму 1 398 062,54 руб. – признаков недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 указанного Закона, а также статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед десятью кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 28.12.2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Суд первой инстанции, со ссылкой на пункт 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве, пришел к выводу о невозможности оспаривания платежей по кредитному договору на основании статьи 61.3 указанного Закона, а также об отсутствии доказательств недобросовестности и осведомленности Банка о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Отсутствие у Банка сведений о неплатежеспособности должника и ущемлении интересов других кредиторов, с учетом размера активов должника (более 365 млн.руб.) в сравнении с суммой погашенного кредита и процентов (29 млн.руб.), явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления и на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Применение к спорным сделкам положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, при том, что в обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на наличие признаков недействительности, установленных статьей 61.3 Закона о банкротстве, признано судом первой инстанции недопустимым и направленных на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам. Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске управляющим срока исковой давности, который исчислен с момента утверждения ФИО4 внешним управляющим (19.05.2016).

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит указанное определение отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование жалобы ее податель сослался на неверное исчисление судом первой инстанции срока исковой давности, который подлежит исчислению только с даты утверждения конкурсного управляющего ФИО3 (с 23.11.2016), который также являлся и временным управляющим должника. Со ссылкой на разъяснения пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление №63), податель жалобы считает, что срок исковой давности не подлежит исчислению с даты утверждения ФИО4 (с 19.05.2016), так как он не был временным управляющим должника; в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что внешнему управляющему ФИО4 на дату его утверждения или в иной срок было известно о наличии совокупности всех оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками; податель жалобы считает, что необходимо учесть масштабы финансово-хозяйственной деятельности должника, выявление условий для оспаривания сделок требует определенных временных и аналитических ресурсов, в связи с чем, на дату утверждения внешнего управляющего ему объективно не могло быть известно о наличии оснований для оспаривания сделок. Также податель жалобы считает, что сделка имеет признаки недействительности, установленные статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу Банк ВТБ (ПАО), выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на пропуск срока исковой давности и отсутствие оснований для признания сделки недействительной по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как деятельность должника в 2014 году, согласно бухгалтерской отчетности, была прибыльной, стоимость его активов составляла 232 млн.руб., стоимость чистых активов составила 187,5 млн.руб.; исполнение обязательств должника по погашению задолженности по кредитному договору не отличалось по срокам и размеру платежей от определенного в кредитном договоре обязательства, осуществлялось с незначительной просрочкой, досрочного погашения не происходило.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения, в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверена апелляционным судом в пределах доводов жалобы. При этом, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 02.06.2014 между должником и ОАО ВТБ заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому должнику открывается кредитная линия с лимитом выдачи до 

<

***> руб. под 12% годовых на пополнение оборотных средств со сроком погашения до 01.06.2017. Кредитные средства в указанной сумме были перечислены должнику в период с 03.06.2014 по 16.06.2014, пунктом 1.2. договора установлены сроки погашения кредита: 05.05.2015 – 13 000 000 руб., 01.06.2015 – 13 000 000 руб. Согласно условиям пунктов 3.1 и 3.2 договора, начисление процентов за пользование кредитной линией производится банком на ежедневные остатки по кредитной линии по основному долгу, о сумме процентов банк уведомляет не позднее 23 числа каждого месяца.

Как следует из заявления конкурсного управляющего и не оспаривается ответчиком, в период с 08.05.2015 по 30.06.2015 со счетов должника перечислено в филиал ОАО Банк ВТБ в погашение задолженности по кредитному договору 

<

***> руб. и в период с 25.06.2014 по 31.07.2015 руб. перечислено 3 099 390,00 руб. в погашение процентов по договору, а именно:

- в период с 18.05.2015 по 30.06.2015 должником погашен кредит по договору в размере 13 874 889,76 руб., также в течение месяца после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, последним оплачены проценты по договору в размере 410 587,74 руб.;

- в течение шести месяцев до принятия к производству заявления о признании должника банкротом перечислены проценты по договору в размере 1 290 739,73 руб., а также погашен кредит в размере 12 125 110,24 руб.;

- в период с 25.06.2014 по 26.11.2014 произведено погашение процентов в размере 1 398 062,54 руб.

Определением от 19.06.2015 возбуждено производство по делу о банкротстве в отношении должника.

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о признании указанных платежей недействительными сделками, сослался на положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, указывая на то, что совершение оспариваемых сделок (платежей) повлекло за собой оказание предпочтения одному из кредиторов – Банку ВТБ перед другими кредиторами, в связи с чем указанными платежами была нарушена очередность удовлетворения требований кредиторов ГУП РК «Мост». Кроме того, по мнению конкурного управляющего, оспариваемые платежи могут быть признаны недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10 ГК РФ как сделка, совершенная с намерением причинить вред кредиторам должника, поскольку на момент совершения оспариваемых платежей должник имел признаки неплатежеспособности, имелась кредиторская задолженность перед другими кредиторами, в результате оспариваемых платежей произошло уменьшение конкурсной массы.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав на отсутствие оснований для оспаривания платежей по кредитному договору по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, отсутствие совокупности обстоятельство, свидетельствующих о недействительности сделок по правилам пункта 2 статьи 61.2 указанного Закона, а также на неправомерность обращения конкурсного управляющего с заявлением о признании сделки недействительной по правилам статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, суд указал на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение с настоящим заявлением.

Конкурсный управляющий, обжалуя судебный акт, выводы суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления на основании статьи 61.3 и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не оспаривает. Оспаривая вывод суда первой инстанции в части пропуска срока исковой давности, конкурсный управляющий указал, что данный срок подлежит исчислению только с даты утверждения конкурсного управляющего, и период исполнения Лукиным В.М. полномочий внешнего управляющего в данный срок включению не подлежит. 

Апелляционный суд не согласен с указанным выводом по следующим основаниям.

В пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных этим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, вопреки доводам жалобы, по правилам статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац 3 пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требуемую от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Как установлено судом первой инстанции и не отрицается конкурсным управляющим, о наличии кредитного договора и совершении должником платежей во исполнение данного договора управляющий был осведомлен еще в процедуре наблюдения. Следовательно, временный управляющий при передаче по правилам пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве своей части документации должника внешнему управляющему, должен был передать последнему соответствующую информацию о кредитном договоре и соответствующих платежах, перечисленных в счет погашения задолженности по нему. В материалы дела представлены копии платежных поручений и кредитного договора, сведения об уклонении руководства должника или временного управляющего от передачи информации внешнему управляющему в материалах дела отсутствуют. 

В этой связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости исчисления срока исковой давности с момента утверждения внешнего управляющего – лица, которое первым имело процессуальную возможность и необходимость обратиться с заявлением о признании сделки недействительной по правилам главы III.1 Закона о банкротстве. Таким образом, на момент обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением (20.10.2017) истек годичный срок исковой давности, предусмотренный в части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод конкурсного управляющего о том, что разъяснения пункта 32 Постановления №63 подлежат применению только если в последующей процедуре банкротства утвержден тот же арбитражный управляющий, которым была проведена процедура наблюдения, а следовательно, действующий конкурсный управляющий не является правопреемником внешнего управляющего, противоречит указанным разъяснениям и нормам Закона о банкротстве. Вопреки позиции конкурсного управляющего, если бы внешний управляющий действовал разумно и проявил требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должен был узнать о совершении должником спорных платежей и установить основания для признания их недействительной сделкой при получении сведений от Банка об операциях, осуществленных по расчетному счету. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия у внешнего управляющего каких-либо препятствий для получения необходимой информации.

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Установив, что заявление конкурсного управляющего по оспариванию сделки должника подано по истечении годичного срока исковой давности, суд первой инстанции в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации на законных основаниях отказал в удовлетворении заявления о признании спорных платежей недействительной сделкой по статье 61.3 и пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Апелляционным судом отмечено, что отказ в удовлетворении заявления мотивирован не только пропуском срока исковой давности, но и по результатам рассмотрения спора по существу требования, в связи с отсутствием совокупности оснований для признания сделок недействительными по правилам статьи 61.3 и пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом, выводы суда первой инстанции в данной части подателем жалобы не оспорены.

Кроме того, подателем жалобы в качестве основания для признания сделки – платежей недействительными заявлены положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а в качестве правового обоснования указано на преимущественное удовлетворение требований Банка перед требованиями иных кредиторов, существовавших до совершения указанных платежей.

Судом первой инстанции верно указано, что в обоснование заявления в данной части конкурсный управляющий сослался на те же обстоятельства, что и изложенные ранее, а указанные конкурсным управляющим признаки недействительности сделки по существу, соответствуют признакам недействительности сделки, установленными пунктом 1 статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, предоставленная абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, пунктом 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), распространяется только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В такой ситуации, суд при оценке доводов о несоответствии сделки статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен руководствоваться специальными нормами о возможности признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве, и не вправе подходить к оценке любого требования с позиции ее ничтожности и несоответствия указанным нормам права.

Суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление конкурсного управляющего в данной части, пришел к верному выводу, что применение к сделкам, указанным в статье 61.3 Закона о банкротстве, не имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлены на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо. Следовательно, к спорным сделкам правомерно применены специальные основания для признания сделки недействительной, установленные статьей 61.3 Закона о банкротстве и соответствующие сроки исковой давности. Спорные платежи судом первой инстанции уже были проверены на несоответствие положениям статьи 61.3 указанного Закона и в удовлетворении заявления было отказано.

Апелляционный суд считает необходимым дополнительно отметить следующее. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления ничтожности договора на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Между тем, вопреки доводу жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении платежей по возврату Банку ранее полученного должником кредита стороны действовали согласовано и исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушили пределы осуществления гражданских прав. Как установлено судом первой инстанции, по состоянию на 31.12.2014 должник обладает активами на общую сумму 357 млн. руб., в том числе оборотными активами стоимостью 231 млн. руб., при том, что размер краткосрочных обязательств (заемные средства и кредиторская задолженность) составлял 167 млн. руб., то есть никаких признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов бухгалтерская отчётность не содержала. Более того, по данным отчетности, должник являлся прибыльным предприятием, за 2014 год прибыль составила 5,5 млн. руб., стоимость чистых активов составила 187,5 млн. руб.

Как следует из представленной банком справки, наличия картотеки в банке не было, должник не обращался к банку с просьбой об отсрочке платежей, заявления о признании себя банкротом должник не подавал, погашение процентов по кредиту и погашение основной задолженности происходило в сроки и в размерах, предусмотренных кредитным договором, с незначительной просрочкой на несколько дней, о факте возбуждения 19.06.2015 по заявлению ООО «Карелия-Сибирь-П» дела о банкротстве банк не знал. При этом задолженность перед ООО «Карелия-Сибирь-П» была погашена должником, и наблюдение было введено по заявлению следующего кредитора только 16.11.2015.

Таким образом, заявителем не доказаны недобросовестность Банка и его осведомлённость на момент проведения оспариваемых платежей о наличии у должника признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника и совершении спорных платежей исключительно с целью причинения вреда третьим лицам.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Карелия от 28.12.2017 по делу № А26-5331/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 - без удовлетворения. 

Взыскать с ГУП Республики Карелия «Мост» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по жалобе.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Г. Медведева

Судьи

А.Ю. Слоневская

 И.Ю. Тойвонен