АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

29 июля 2024 года

Дело №

А56-78916/2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А. судей Александровой Е.Н. и ФИО1,

при участии от финансового управляющего ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 08.05.2024), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 23.06.2021), ФИО6,

рассмотрев 15.07.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО6 – ФИО2 – на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2024 по делу № А56-78916/2020/искл1, 

 

у с т а н о в и л:

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 возбуждено определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.11.2020 на основании его собственного заявления.

Решением от 20.02.2021 заявление признано обоснованным, ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Определением от 20.01.2023 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6 Названным определением новым финансовым управляющим должника ФИО2. 

В рамках дела о банкротстве ФИО6 обратился в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы должника 2 261 231,50 руб.

Определением от 27.01.2024 ходатайство удовлетворено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2024 определение от 27.01.2024 отменено. По делу принят новый судебный акт – об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО6

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2, ссылаясь на допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит постановление от 21.03.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований.

По мнению подателя жалобы, апелляционный суд, сославшись на отсутствие сведений о наличии права собственности на жилое помещение, не принял во внимание, что соответствующее утверждение опровергается выписками из Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 02.05.2020, 13.05.2020, 26.02.2021 и 03.10.2022, а также информацией из личного кабинета налогоплательщика от 13.07.2020.

Податель жалобы утверждает, что спорная денежная компенсация была присуждена должнику Санкт-Петербургским городским судом за неотделимые улучшения в недвижимом имуществе, являвшемся единственным жильем должника, и по своей правовой природе данная компенсация является равнозначной средствам, вырученным от продажи единственного жилья должника. 

Податель жалобы обращает внимание на то, что с 23.08.2023 должник неоднократно обращался к бывшей супруге ФИО4 с просьбой вернуть личные вещи, документы и лекарства; с указанной даты по настоящее время из-за действий ФИО4 ФИО6 проживает у знакомых.

В судебном заседании представитель финансового управляющего    ФИО2 поддержала кассационную жалобу, должник просил удовлетворить кассационную жалобу финансового управляющего, представитель               ФИО4 просил постановление от 21.03.2024 оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –             АПК РФ)  не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 указанной статьи.

По мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями данного пункта, не может превышать десять тысяч рублей (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу положений абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не может быть обращено взыскание на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в названном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как следует из материалов дела и установлено судами, апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 04.10.2022 было отменено решение Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга от 02.09.2021 в части отказа во встречном иске, который в итоге удовлетворен частично, а именно – апелляционный суд постановил взыскать с ФИО4 (бывшей супруги должника) в пользу ФИО6 2 261 231,50 руб. 

Удовлетворяя ходатайство должника, суд первой инстанции исходил из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 12.07.2007 № 10-П, согласно которой, необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем чтобы не оставить их за пределами социальной жизни, а также разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в силу которых исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Применяя по аналогии правовые подходы, изложенные в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункте 1 статьи 78 Федерального закона 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (устанавливающие приоритет защиты прав залогового кредитора в отношении единственного пригодного для проживания жилья по отношению к правам должника и членов его семьи на такое помещение), ссылаясь на позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2012 № 1090/12 и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2021 № 304-ЭС21-2686, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанная денежная компенсация была присуждена должнику Санкт-Петербургским городским судом за неотделимые улучшения в недвижимом имуществе, являвшемся единственным жильем должника, и по своей правовой природе данная компенсация является равнозначной средствам, вырученным от продажи единственного жилья должника (доказательства обратного суду не представлены), применительно к чему суд первой инстанции по настоящему делу/спору отклонил также как несостоятельные возражения кредитора о том, что в рассматриваемом случае должник не был лишен единственного жилья путем его реализации или конфискации, поскольку он не имел права собственности на жилое помещение, а денежная компенсация за результат работ/услуг и предметы бытовой техники не обладает исполнительским иммунитетом и должна быть распределена на погашение требований кредиторов должника, поскольку, по мнению суда, из материалов дела, пояснений должника и управляющего следует, что квартира, в отношении которой признано право собственности ФИО4, являлась для должника единственным жильем, и иного имущества, которое могло бы являться единственным пригодным для проживания должника, последний не имеет.

Не оспаривая правовое значение изложенных выше подходов/позиций (о соотношении прав залогового кредитора и иных кредиторов на единственное пригодное для проживания должника и права самого должника на такое жилье – в контексте приоритета его конституционного права на жилище), апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции по существу ходатайства ФИО6, исходя, в частности, из того, что в качестве условия для распространения на такое жилье исполнительского иммунитета абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ указывает на принадлежность такого жилого помещения должнику на праве собственности.

На основании изучения судебных актов по гражданскому делу                       № 2-149/2021 (по иску ФИО4 о признании права собственности на личное недвижимое имущество и встречному иску ФИО6 о разделе совместно нажитого имущества и также признании права собственности), и в частности  апелляционного определения Санкт-Петербургского городского суда от 04.10.2022, отменившего соответствующее решение Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга от 02.09.2021 в части отказа во встречном иске, апелляционный суд пришел к выводу о том, что суды не признали за ФИО6 каких-либо прав на соответствующие жилые помещения: дом площадью 141,3 кв. м, количество этажей – 2, и земельный участок для ведения садоводства площадью 1149 кв. м, на котором находится этот дом, по адресу: Ленинградская обл., Ломоносовский р-н, МО «Горбунковское сельское поселение», СНТ «Нижняя колония», участок № 298 (с кадастровыми номерами, соответственно, 47:14:0411009:60 и 47:14:0411009:27), а также квартиру по адресу: Санкт-Петербург, Ленинский пр., д. 74, корп. 3, лит. А, кв. 299 (кадастровый номер 78:40:0008341:21302), исходя из того, что несмотря на приобретение этого имущества в период брака между ФИО4 и            ФИО6 (что, в силу Семейного кодекса Российской Федерации по умолчанию могло бы влечь квалификацию имущества как совместно нажитого супругами), в данном случае оно было приобретено на имя ФИО4 и за счет ее личных средств (полученных от продажи других объектов недвижимости, принадлежавших опять же ей лично, в том числе как приобретенных до брака), что исключает квалификацию спорного имущества (указанного выше) как совместно нажитого, а следовательно, наличие у должника права на какую-либо долю при его разделе.

Равным образом, как установлено апелляционным судом, Санкт-Петербургский городской суд, присуждая должнику по его встречному иску денежную компенсацию в размере 2 261 231,50 руб., вопреки ошибочному мнению суда первой инстанции по настоящему спору, квалифицировал ее не как неотделимые улучшения в недвижимом имуществе (что позволяло бы признать эту компенсацию равнозначной средствам, полученным в результате отчуждения единственного жилья для должника), а как «результат бытового устройства принадлежащих его (ФИО6) супруге объектов недвижимости, их ремонт, а также приобретение ряда предметов бытовой техники и осветительных приборов, не только стоимость которых, но и существо которых не позволяет прийти к выводу о таком существенном вложении совместных средств супругов в имущество одного из них, которое бы значительно увеличило стоимость этого имущества», а равно признал суд (в том числе по результатам проведенных судебных экспертиз), что существенное увеличение стоимости личного имущества ФИО4, произведенное в период брака за счет совместных денежных средств, места в данном случае не имеет.

Совокупность приведенных обстоятельств обусловила мотивированный вывод апелляционного суда о том, что такая компенсация (спорные денежные средства, которые должник просит исключить из конкурсной массы в целях обеспечения его права на жилье (его приобретение)) не равнозначна средствам, полученным от реализации принадлежащего должнику жилого помещения (вне зависимости от того, является оно единственным или не единственным для него), а соответственно, на нее не распространяется ни исполнительский иммунитет, предусмотренный частью 1 статьи 446 ГПК РФ, ни изложенные выше правовые позиции высших судебных инстанции – об обеспечении права должника на жилье и приоритете этого права перед правами кредиторов, не являющихся залоговыми.

Апелляционным судом учтено и то, что с учетом специфики дел о банкротстве гражданина, исходя из цели процедуры банкротства – реализации имущества гражданина (соразмерное удовлетворение требований кредиторов), при рассмотрении заявления об исключении денежных средств из конкурсной массы должника суду необходимо учитывать, что механизм банкротства граждан является правовой основой для чрезвычайного (экстраординарного) способа освобождения должника от требований (части требований кредиторов), как заявленных в процедурах банкротства, так и не заявленных; при этом должник, действующий добросовестно, должен претерпеть неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся, прежде всего, в передаче в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения (частичного погашения) требований кредиторов, обязательства перед которыми должником надлежащим образом исполнены не были, а механизм банкротства граждан не может быть использован в ущерб интересам кредиторов, необходимо соблюдение разумного баланса, и статус банкрота подразумевает существенные ограничения гражданина в правах, как личных, так и имущественных, а признание гражданина банкротом и введение процедуры реализации имущества должника ввиду этого означает, что суд при рассмотрении вопроса об исключении имущества гражданина из конкурсной массы обязан соблюсти лишь минимально возможный стандарт обеспечения достаточной жизнедеятельности должника.

Апелляционный суд счел правомерной позицию кредитора о том, что иное толкование обстоятельств настоящего спора в свете изложенных позиций влечет дисбаланс интересов сторон (должника и кредиторов), поскольку в ущерб правам последних предоставляет должнику право улучшения своих жилищных условий за счет средств, не предназначенных для этого (как компенсации за утрату единственного жилья), а именно – подлежащих направлению на погашение требований кредиторов, как, отмечает также применительно к этому суд, и тот факт, что формально должник имеет право пользования иным жилым помещением – по адресу его регистрации – при недоказанности при этом невозможности реализации этого права.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ. 

Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2024 по делу № А56-78916/2020/искл1 оставить без изменения, а кассационную жалобу финансового управляющего ФИО6 – ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

 

Е.Н. Александрова

ФИО1