АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 апреля 2023 года

Дело №

А56-107569/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Казарян К.Г., Троховой М.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 16.06.2022),

рассмотрев 20.04.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.09.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 по делу № А56-107569/2021,

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (поселок Загорский Новокузнецного района Кемеровской области) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО1 о взыскании убытков в размере 2 061 515 руб. 43 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственность «Горные технологии» (далее – Общество).

Решением от 29.09.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 27.12.2022, в иске отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменит решение от 29.09.2022 и постановление от 27.12.2022, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы полагает, что суды не дали оценки недобросовестному и неразумному поведению ответчика при осуществлении руководства Обществом, в результате которого последнее стало отвечать признакам неплатежеспособности и не смогло погасить задолженность перед истцом.

Указанное поведение, по мнению подателя жалобы, выразилось в том, что ответчик самоустранился от управления Обществом в период финансового кризиса последнего. 

В судебном заседании представитель ФИО1 просил оставить решение от 29.09.2022 и постановление от 27.12.2022 без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 12.02.2014, основным видом деятельности Общества по данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) является аренда и лизинг прочих сухопутных транспортных средств и оборудования.

Как указывает истец, до 2019 единственным учредителем и руководителем Общества являлся ФИО1 С 24.12.2019, по данным ЕГРЮЛ, участником Общества является СМТ ЛУКСУРИ ГРУП (Сейшелы), которому принадлежит 1/3 доли уставного капитала. Остальные доли в уставном капитале принадлежат Обществу. 

С 20.05.2021 в ЕГРЮЛ внесены сведения о ФИО1 как о руководителе Общества.

ФИО3 приобрел право требования к Обществу  в размере 1 539 333 руб. 33 коп. основного долга, а также процентов на сумму задолженности, установленное решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.11.2019 по делу № А45-31511/2019 о  взыскании этого долга в пользу общества с ограниченной ответственностью «Голд Оил», вступившим в законную силу 17.02.2020.

Определением от 08.02.2021 по делу № А45-31511/2019, на основании договора цессии от 04.09.2020, взыскатель заменен на истца.

Кроме того, ФИО3 указал на наличие у него права требования к Обществу в размере 128 125 руб. 52 коп., установленного решением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 04.12.2019  по гражданскому делу № 2-1316/2019.

В связи наличием неисполненных Обществом обязательств, ФИО3 обращался в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.09.2021 по делу № А56-59856/2019 производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием у должника имущества и денежных средств в размере, достаточном для покрытия расходов по делу о банкротстве.

Полагая, что ответственность за указанное обстоятельство несет     ФИО1 как контролирующее должника лицо, ФИО3 обратился с иском о взыскании с него убытков в размере неисполненных Обществом обязательств перед истцом (в сумме 2 061 515 руб. 43 коп.).

Согласно позиции истца, ответчик действовал недобросовестно, а именно, не организовав исполнение Обществом принятых на себя обязательств, 14.01.2020 вышел из состава его участников, а также обратился 05.03.2020 в регистрирующий орган с заявлением о внесении сведений о недостоверности записи о нем как о руководителе Общества.

В связи с обращением, 27.10.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик ссылался на то, что в период правоотношений с истцом у Общества не имелось признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества; истец являлся учредителем и руководителем ООО «Голд Оил», но не предпринял действий, направленных на принудительное исполнение в пользу данной организации обязательств Общества.

Также ответчик указал на передачу оставшемуся участнику СМТ ЛУКСУРИ ГРУП по акту от 20.02.2020 товарно-материальных ценностей на 34 181 300 руб., за счет которых могли быть погашены обязательства Общества.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что состав ответственности бывшего руководителя должника не доказан: полномочия ответчика прекратились до вступления в законную силу судебных актов, которыми установлено наличие неисполненных обязательств перед истцом; при прекращении полномочий ответчика участнику Общества было передано его имущество, стоимость которого позволяла рассчитаться по обязательствам юридического лица. 

Суд отметил, что истец не воспользовался правом на обращение о принудительном исполнении вынесенных в его пользу судебных актов к службе судебных приставов, а предъявил исполнительный лист в публичное акционерное общество «Сбербанк», которое приостановило его исполнение в связи с введением моратория постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497; судебный акт о принудительном взыскании задолженности по заработной плате не предъявлялся.  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Проверив законность принятых по делу судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе по существу спора, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Специальными положениями пункта 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве) предусмотрено, что в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В силу разъяснения применения указанной нормы пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление       № 53), по смыслу пункта 3 статьи 61.20 Закона о банкротстве право на предъявление требований о возмещении убытков по корпоративным основаниям возникает у конкурсных кредиторов и уполномоченного органа, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, - при прекращении производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства.

В этом случае применяются специальные правила о подсудности, установленные пунктом 5 статьи 61.20 Закона о банкротстве. Взыскание производится судом в пользу предъявившего требование конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в размере причиненных должнику убытков, но не более суммы требования кредитора (уполномоченного органа), установленного в рамках прекращенного дела о банкротстве либо требования уполномоченного органа, указанного в возвращенном ему заявлении о признании должника банкротом. 

Поскольку в данном случае производство по делу о банкротстве Общества, возбужденное по заявлению истца, прекращено на стадии проверки обоснованности требований по мотивам отсутствия у должника денежных средств и имущества для финансирования процедуры банкротства, указанные разъяснения могут быть применены и к требованиям ФИО3, так как их невключение в реестр требований кредиторов имело место по обстоятельствам, не зависящим от заявителя, а сами требования подтверждены вступившими в законную силу судебными актами. 

Положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрены общие требования по возмещению лицом, выступающим в качестве единоличного исполнительного органа юридического лица, убытков, причиненных указанному лицу в результате его неразумных или недобросовестных действий (бездействия). 

В пункте 20 Постановления № 53 указано, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Исходя из положений статей 15, 393 ГК РФ, вывод об ответственности за причинение ущерба может быть сделан при совокупности следующих обстоятельств: противоправного поведения привлекаемого к ответственности лица, наступления вреда и причинно-следственной связи между ними. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Опровергая доводы истца о прекращении контроля за деятельностью Общества в условиях его неплатежеспособности, суды установили факт передачи ответчиком контролирующему Общество лицу имущества на сумму, позволяющую осуществить расчет с кредиторами.

Истец на какие-либо обстоятельства, опровергающие эти доводы, не указывает, равно как и не представляет подтверждения наличия у Общества на момент возникновения обязательств, право требования по которым принадлежит истцу,  и в последующем, до момента прекращения полномочий ответчика, признаков неплатежеспособности Общества.

Исходя из того, что ФИО3 занимал в Обществе должность исполнительного директора, он должен был быть осведомлен о финансовом положении должника. В порядке статьи 66 АПК РФ, в случае невозможности самостоятельного представления доказательств, истец к суду не обращался.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу о том, что истец не подтвердил противоправности действий ответчика. Презумпций неразумности или недобросовестности действий ФИО1, предусмотренных разъяснениями пунктов 2, 3 Пленума № 62 в данном случае не выявлено.

Исходя из изложенного, отсутствовало и основание для вывода о наличии причинно-следственной связи между поведением ответчика и невозможности получения истцом удовлетворения от Общества, в том числе, в процедуре его банкротства. 

Оснований для отмены принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.09.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 по делу № А56-107569/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

К.Г. Казарян

 М.В. Трохова