АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3456/2024

27 сентября 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Кучеренко С.О., Сецко А.Ю.

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 02.08.2023;

от ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности от 27.04.2022;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3

на определение Арбитражного суда Приморского края от 19.12.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024

по делу № А51-14990/2019

по заявлению ФИО3 

о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества от 16.08.2021, заключенного между ФИО3 в лице финансового управляющего ФИО5 и ФИО6, и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о признании ФИО3                                несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Приморского края от 07.10.2019 ФИО3 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

В рамках данного дела о банкротстве гражданина 31.08.2022                 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи недвижимого имущества от 16.08.2021, заключенного от его имени финансовым управляющим ФИО5 и ФИО6, и применении последствия недействительности сделки в виде возврата предмета обозначенного договора в собственность продавца. 

Определением суда от 19.12.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ФИО3 и ФИО1 в кассационных жалобах просят их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителей жалобы, договор купли-продажи от 16.08.2021, с учетом установленной в заключении эксперта от 24.07.2023 № 050-С/2023 и отчете об оценке от 21.05.2024 № 1383 стоимости имущества, заключен на условиях, значительно в худшую сторону отличающихся от рыночных. При рассмотрении вопроса о наличии (отсутствии) факта причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо учитывать стоимость объекта недвижимости на дату заключения сделки. Непринятие в качестве доказательства отчета об оценке от 21.05.2024 № 1383, в связи с отсутствие расписок специалиста о предупреждении их об уголовной ответственности, и расчет стоимости квартиры исходя из объявлений, размещенных на сайте «Фарпост», не обоснованно. Полагают, что поскольку продавцом выступает кредитор, а не третье лицом, которое не имело бы отношения к делу, оспариваемая сделка совершена не для представления гражданину замещающего жилья, а с целью получения сверхприбыли за счет конкурсной массы. Обращают внимание на то, что эксперт, проводивший экспертизу, дал пояснения о предоставлении ему доступа в квартиру непосредственного ФИО6, который представился собственником объекта недвижимости, ключи финансовому управляющему и должнику кредитор не передавал; данное жилое помещение предоставляется в аренду третьим лицам, которые присутствовали на момент его осмотра. Считают, что сдача объекта недвижимости в аренду и отсутствие денежных средств в конкурсной массе свидетельствуют о том, что квартира фактически не перешла из собственности продавца и сделка является притворной. Указывают на несоблюдение судебного порядка определения замещающего жилья. Приводят доводы об отсутствии правовых оснований для расчета судом стоимости спорного объекта и начисления процентов за пользование чужими денежными средствами ввиду введения в отношении должника процедуры банкротства. Не соглашаются с позицией апелляционного суда о том, что постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2022 по настоящему делу о банкротстве имеет преюдициальное значение, так как бывшая супруга должника ФИО1 не принимала участия в данном обособленном споре. Ссылаются на наличие признаков злоупотребления правом со стороны финансового управляющего, выступающего в качестве покупателя, и кредитора – продавца.  

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представители ФИО3 и                  ФИО1 поддержали доводы кассационных жалоб, настаивали на их удовлетворении.

Представитель конкурсного кредитора ФИО7 в отзыве на кассационные жалобы просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, отметив, что подача должником заявления об оспаривании сделки фактически является попыткой преодолеть законную силу судебного акта об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов по вопросу предоставления должнику замещающего жилья; сделка не направлена на уменьшение конкурсной массы, так как обеспечивает возможность продажи квартиры площадью 150 кв.м, что не возможно без предоставления замещающего жилья; именно собранием кредиторов принято решение о заключении сделки и согласованы ее условия, ни один из кредиторов о нарушении своего права не заявил, а должник и его бывшая супруга не наделены правами выступать в процедуре от имени кредиторов. 

Кассационные жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие других участвующих в деле лиц.

Заслушав представителей заявителей, изучив материалы дела, проверив законность определения от 19.12.2023 и постановления от 27.05.2024, с учетом довыводов кассационных жалоб и отзыва на них, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела,  между ФИО3 (покупатель) в лице финансового управляющего ФИО5 и ФИО6 (продавец) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 16.08.2021, по условиям которого продавец обязуется передать покупателю в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить имущество: жилое помещение, 1-комнатную квартиру по адресу: 

<

...> Владивостоку, д. 74,                кв. 47, площадью 28,80 кв.м, вид права – собственность, дата государственной регистрации – 11.02.2000, запись государственной регистрации 121543-С, основание государственной регистрации – договор продажи недвижимости от 10.01.2000, регистрационный № 121542-С от 11.02.2000. 

Пунктом 1.3 договора установлено, что передача имущества продавцом и принятие его покупателем осуществляется по подписываемому сторонами акту приема-передачи имущества; договор является одновременно актом приема-передачи имущества. Разделом II договора предусмотрена стоимость имущества и порядок его оплаты: 6 000 000 руб. (пункт 2.1); расчет производится из конкурсной массы за счет реализации имущества должника в валюте Российской Федерации единовременным платежом на расчетный счет продавца в течение 30 дней с момента поступления денежных средств на счет должника в размере, достаточном для оплаты приобретенного имущества (пункт 2.2); покупатель считается исполнившим свою обязанность по оплате имущества с момента поступления денежных средств на расчетный счет продавца (пункт 2.3); имущество в соответствии со статьей 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) находится в залоге у продавца до момента оплаты имущества в соответствии с условиями договора (пункт 2.4); залогодержатель (продавец) по обеспеченному залогом обязательству имеет право в случае неисполнения покупателем этого обязательства получить удовлетворение из стоимости предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя (пункт 2.5); в случае неисполнения обязательств по оплате имущества согласно условиям договора продавец имеет право расторгнуть договор в одностороннем порядке (пункт 2.6).  В силу пунктов 3.1 и 3.5 договора переход права собственности на имущество от продавца к покупателю оформляется после подписания договора. Продавец обязуется освободить продаваемое помещение от принадлежащего ему имущества, передать ключи покупателю в течение 3 дней после регистрации договора в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии. 

Переход права собственности на спорное имущество к ФИО3 зарегистрирован 01.09.2021. 

Полагая, что договор купли-продажи от 16.08.2021 совершен финансовым управляющим и кредитором должника со злоупотреблением правом по неравноценной стоимости, что причинило вред имущественным права кредиторов, ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. 

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а также главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI данного Закона.

В соответствии со статьей 213.11 Закона о банкротстве требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном данным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Возможность признания недействительными подозрительных сделок должника предусмотрена статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьем – пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 01.09.2021 (дата государственной регистрации перехода права собственности) после принятия заявления о признании должника банкротом (01.08.2019), то есть в период подозрительности, определенный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона                                     «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 63).

Исходя из разъяснений абзаца четвертого пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25                  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

В то же время следует учитывать, что правонарушение, заключающееся в совершении сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, охватывается составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить, что оспариваемая сделка обладает пороками, выходящие за пределы подозрительной сделки. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 и от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061).

Установив, что согласованная сторонами цена квартиры (6 000 000 руб.), не является заведомо завышенной, так как стоимость имущества, рассчитываемая, с учетом начисления процентов по статье 395 ГК РФ составляет 5 203 424,68 руб. (3 860 000 руб. + 1 343 424,68 руб.), а также приняв во внимание, что, исходя из размера ставки рефинансирования на дату вынесения решения суда – 15%, к моменту реализации имущества должника стоимость денежных средств, которые необходимо выплатить продавцу, вполне вероятно будет стоить даже ниже, чем стоимость объекта, определенная оценщиком должника на дату совершения сделки, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований  ФИО3

Повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии у оспариваемого договора купли-продажи от 16.08.2021 признаков подозрительной сделки или сделки, совершенной со злоупотреблением правом. 

Апелляционным судом установлено, что из вступившего в законную силу постановления Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2022 по данному делу о банкротстве следует, что 03.08.2021 состоялось собрание кредиторов ФИО3, на котором большинством голосов по дополнительному вопросу повестки дня принято следующее решение: предоставить конкурсным кредитором ФИО6 должнику в единоличную собственность квартиру площадью 28,8 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>. Компенсировать ФИО6 цену передаваемой квартиры в сумме 6 000 000 руб. из конкурсной массы за счет реализации имущества должника. Поручить финансовому управляющему заключить от имени и в интересах должника договор передачи жилого помещения. 

ФИО3, полагая, что решение по дополнительному вопросу повестки дня (а также по иным вопросам повестки собрания) принято с нарушением установленных Законом о банкротстве пределов компетенции собрания кредиторов, что повлекло нарушение его прав, обратился в арбитражный суд с заявлением об его оспаривании. 

Рассмотрев заявленные требования, апелляционный суд установил, что должнику на праве собственности принадлежат, в том числе: ½ доли в праве собственности на пятикомнатную квартиру, кадастровый номер: 25:28:020023:1487, расположенную по адресу: 

<

...>, площадью 157,3 кв.м (выдел доли произведен на основании вступившего в законную силу решения Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 14.05.2021 по делу № 2-276/21 о разделе совместно нажитого имущества). 

Собранием кредиторов должника, состоявшимся 03.08.2021, принято решение передать ФИО3 указанную квартиру для пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. Согласно представленной финансовым управляющим справке о рыночной стоимости пятикомнатной квартиры (½ доли в праве общей долевой собственности) ее стоимость может составлять 15 600 000 руб. На момент рассмотрения данного спора должнику на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, площадью 28,8 кв.м, переданная ему в качестве замещающего жилья, в связи с чем суд пришел к выводу, что кредиторами предприняты меры по наделению должника иным жильем, исходя из необходимости обеспечения баланса между интересами кредиторов и личными правами должника. 

Посчитав, что решение собрания кредиторов должника от 03.08.2021 по дополнительному вопросу принято в пределах компетенции собрания, при отсутствии доказательств нарушения прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, в том числе должника, апелляционный суд постановил, что в удовлетворении заявления должника о признании недействительным решения собрания кредиторов от 03.08.2021 по дополнительному вопросу о предоставлении кредиторами должнику замещающее жилье отказано правомерно. 

При этом апелляционным судом отмечено, что доказательств того, что площадь либо иные условия предлагаемой квартиры не соответствуют конституционным принципам о необходимом уровне существования, не обеспечивает охрану достоинства личности, не представлено. Наряду с изложенным, также принято во внимание, что согласно решению Думы                 г. Владивостока от 29.09.2005 № 94 (ред. от 07.10.2016) «Об установлении нормы предоставления и учетной нормы площади жилого помещения в городе Владивостоке» в г. Владивостоке установлена норма предоставления площади жилого помещения по договору социального найма в размере               18 кв.м общей площади на одного человека. 

При названных обстоятельствах, сделаны выводы об отсутствии оснований для признания недействительным решения собрания кредиторов должника по дополнительному вопросу, оформленного протоколом от 03.08.2021; факт нарушения прав и законных интересов должника оспариваемым решением собрания кредиторов не доказан. 

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2022    № 303-ЭС21-29719 ФИО3 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. В данном определении изложено, что рассмотрение собранием кредиторов вопроса о предоставлении должнику замещающего жилья соответствует компетенции собрания, постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П и судебной практике. 

Следовательно, при рассмотрении указанного спора судами дана оценка решению собрания кредиторов от 03.08.2021, во исполнение которого финансовый управляющий и конкурсный кредитор должника заключили оспариваемый договор купли-продажи от 16.08.2021; нарушение прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, в том числе должника, не установлено.

При рассмотрении данного обособленного спора об оспаривании сделки назначена и проведена судебная экспертиза, по результатам которой в материалы дела представлено заключение эксперта от 24.07.2023 № 050-С/2023, согласно которому рыночная стоимость спорного имущества на 16.08.2021 составляет округленно 3 848 000 руб., то есть разница между определенной рыночной стоимостью спорного объекта недвижимости и согласованной сторонами сделки ценой, не является существенной применительно к критерию кратности. 

Также к заявлению ФИО3 приложен отчет общества с ограниченной ответственностью «Союз независимых Оценщиков и консультантов» об оценке от 22.08.2022 № 4552-В, из которого следует, что рыночная стоимость спорного имущества на 16.08.2021 составляет округленно 3 860 000 руб. В суде апелляционной инстанции ФИО1 представлен отчет общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая компания «Арктур Эксперт» об оценке от 21.05.2024              № 1383, в соответствии с которым рыночная стоимость спорного имущества по состоянию на 20.05.2024 составила округленно 4 532 000 руб. 

Вместе с тем данные отчеты об оценке не являются экспертными, поскольку получены посредством внесудебного исследования, не содержат расписок специалиста о предупреждении их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

В любом случае отчеты о средней стоимости спорного имущества не учитывают существенные условия договора купли-продажи указанного жилого помещения, а именно, отсрочку оплаты квартиры до реализации имущества должника. 

Кроме того, финансовым управляющим представлены скриншоты объявлений, размещенных на сайте «Фарпост», об аналогах спорного имущества, цена за которое в 2021 году варьируется в переделах от           4 250 000 руб. до 6 200 000 руб., в 2024 году – от 5 650 000 руб. до            7 500 000 руб.; анализ стоимости квартир, средняя рыночная стоимость которых составляет 6 130 909 руб. (аналоги взяты по состоянию на момент представления доказательства в суд первой инстанции). 

Таким образом, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, исследовав контекст правоотношений сторон оспариваемой сделки, учитывая, что заключенный в 2021 году во исполнение решения собрания кредиторов должника от 03.08.2021 договор купли-продажи спорной квартиры предусматривает условие оплаты стоимости имущества в размере 6 000 000 руб. за счет продажи квартиры должника, при этом оплата до настоящего момента продавцу не произведена ввиду того, что имущество не реализовано, суд апелляционной инстанции констатировал, что в рассматриваемом случае отсутствует факт совершения оспариваемой сделки при неравноценном встречном исполнении; причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой также не усматривается, напротив, она направлена на обеспечение возможности предоставления должнику замещающего жилья, что позволяет произвести на торгах продажу квартиры, расположенной по адресу:                       

<

...>, площадью 157,3 кв.м., в связи с чем отказал в признании договора купли-продажи о 16.08.2021 недействительным (ничтожным) по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10 и 168 ГК РФ.  

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что договор купли-продажи от 16.08.2021, с учетом установленной в заключении эксперта от 24.07.2023 № 050-С/2023 и отчете об оценке от 21.05.2024 № 1383 стоимости имущества, заключен на условиях, значительно в худшую сторону отличающихся от рыночных; при рассмотрении вопроса о наличии (отсутствии) факта причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо учитывать стоимость объекта недвижимости на дату заключения сделки, исходя из предоставленной в материалы дела экспертизы; непринятие в качестве доказательства отчета об оценке от 21.05.2024 № 1383, в связи с отсутствием расписок специалиста о предупреждении их об уголовной ответственности, и расчет стоимости квартиры исходя из объявлений, размещенных на сайте «Фарпост», не обоснованно, отклоняются судом округа.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 12 и 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ). Заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Вопреки утверждению заявителей, апелляционным судом в соответствии с приведенными выше разъяснениями и нормами процессуального права дана оценка всей совокупности доказательств представленных сторонами, таким как: результаты экспертизы (экспертное заключение от 24.07.2023                № 050-С/2023), иные документы (отчеты об оценке от 22.08.2022 № 4552-В и от 21.05.2024 № 1383), а также общедоступные сведения о ценах на недвижимое имущество (скриншоты объявлений с сайта «Фарпост» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») и сделаны мотивированные выводы о равноценности встречного представления со стороны ФИО6 и недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов и должника совершением оспариваемой сделки.

Аргументируя невозможность принятия результатов судебной и внесудебной экспертиз в качестве достаточных доказательств неравноценности цены, установленной оспариваемым договором купли-продажи от 16.08.2021, рыночной стоимости замещающего жилья, апелляционный суд, как и суд первой инстанции, обоснованно обратил внимание на значительную отсрочку внесения оплаты (после реализации имущества гражданина) при условии перехода права собственности на имущество ФИО3 непосредственно после заключения сделки.

В этой связи судом первой инстанции произведен расчет инфляционных потерь продавца, который, передав имущество в собственность должника, длительное время не может пользоваться причитающимися ему денежными средствами, с использованием критерия, предусмотренного статей 395 ГК РФ. При этом при проведении такого расчета введение в отношении должника процедуры банкротства правового значения не имеет. 

На этом же основании не принимается окружным судом и довод о том, что поскольку продавцом выступает кредитор, а не третье лицом, которое не имело бы отношения к делу, оспариваемая сделка совершена не для представления гражданину замещающего жилья, а с целью получения сверхприбыли за счет конкурсной массы – денежных средств, полученных от реализации объектов недвижимости должника.

Предоставление замещающего жилья именно кредитором обусловлено условиями заключенного договора купли-продажи от 16.08.2021 (отсутствие четко установленного периода длительности отсрочки оплаты после перехода имущества в собственность гражданина), которые экономически не привлекательны для независимых участников рынка, не заинтересованных в пополнении конкурсной массы должника. 

Апелляционным судом при рассмотрении обособленного спора также принято во внимание, что признание договора купли-продажи от 16.08.2021 недействительной сделкой повлечет необходимость проведения собрания кредиторов по определению порядка приобретения замещающего жилья должнику, заключение иного договора, что, с учетом времени, прошедшего от момента заключения сделки в 2021 году, с высокой степенью вероятности повлечет необходимость приобретения замещающего жилья по стоимости выше 6 000 000 руб. (с учетом общедоступных сведений, размещенных на сайте «Фарпост», об аналогах спорного имущества), а также отложение рассмотрения вопроса о продаже ликвидного имущества должника (квартиры по адресу: 

<

...>) ввиду того, что право собственности должника на имеющееся у него жилое помещение не может прекратиться ранее возникновения права собственности на замещающее жилье (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761), что не является целесообразным и направленным на наиболее эффективное удовлетворение требований конкурсных кредиторов должника в максимально короткие сроки.   

Доводы о том, что эксперт, проводивший экспертизу, дал пояснения о предоставлении ему доступа в квартиру непосредственного кредитором ФИО6, который представился собственником объекта недвижимости, ключи финансовому управляющему и должнику кредитор не передавал; данное жилое помещение предоставляется в аренду третьим лицам, которые присутствовали на момент его осмотра; сдача объекта недвижимости в аренду и отсутствие денежных средств в конкурсной массе свидетельствуют о том, что квартира фактически не перешла из собственности продавца и сделка является притворной, признаются необоснованными.

Исходя из пояснений, данным представителями ФИО3 и ФИО1 в судебном заседании кассационной инстанции, утверждение о сдаче полученной должником по договору купли-продажи от 16.08.2021 квартиры в аренду ее бывшим собственником ФИО6 и (или) финансовым управляющим ФИО5 основаны на их предположениях. ФИО3 после регистрации права собственности на замещающее жилье в 2021 году продолжает проживать со своей бывшей супругой ФИО1 в подлежащей реализации квартире по адресу:                           

<

...>. Какое-либо подтверждение того, что должник фактически не имеет возможности использовать жилое помещение по адресу: 

<

...> для своего проживания в материалах дела не имеется. Со слов представителей заявителей ФИО3 не обращался к финансовому управляющему с требованием о передаче ему ключей от приобретенной квартиры, а ограничился лишь приведением при рассмотрении спора доводов о том, что квартира, по его мнению, ФИО6 не передана и продолжает использоваться им в собственных целях.

Довод о том, что постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2022 по делу о банкротстве ФИО3 не имеет преюдициальное значение, так как бывшая супруга должника ФИО1 не принимала участие в данном обособленном споре, подлежит отклонению, так как по смыслу статьи 69 АПК РФ суд мог учитывать выводы, изложенные в данном судебном акте, но не был ограничен установленными при оспаривании решения собрания кредиторов от 03.08.2021 обстоятельствами и мог прийти к иным выводам, основанным на конкретных доказательства и доводах сторон, представленных при оспаривании сделки.  Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2022 не послужило единственным основанием для отказа в признании договора купли-продажи от 16.08.2021 недействительным. При рассмотрении настоящего спора учтены обстоятельства заключения сделки (по решению кредиторов в целях предоставления замещающего жилья должнику), но выводы об отсутствии у договора признаков подозрительной или ничтожной сделки сделаны по результатам исследования, в том числе иных материалов дела. 

Ссылка на наличие признаков злоупотребления правом со стороны финансового управляющего, выступающего в качестве покупателя, и кредитора – продавца, признается несостоятельной, так как заявителями не приведены обстоятельства, свидетельствующие о наличии у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных специальными нормами Закона о банкротстве. 

Довод о несоблюдении судебного порядка определения замещающего жилья не соотносится с предметом рассматриваемого спора о признании сделки недействительной как заключенной при неравноценном встречном представлении во вред имущественным правам кредиторов и рассмотрению не подлежит. 

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 19.12.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 по делу № А51-14990/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                               Е.О. Никитин                   

Судьи                                                                                        С.О. Кучеренко         

                                                                                                   А.Ю. Сецко