ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А63-3742/2016

г. Ессентуки

27 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2019 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сомова Е.Г., судей Бейтуганова З.А. и Джамбулатова С.И. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции дело №А63-3742/2016 по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными соглашения об отступном №1/1 от 29.09.2015, договора купли-продажи от 17.10.2016 и применении последствий недействительности сделок; при участии: от ПАО «Московский индустриальный банк» - ФИО3 (доверенность от 25.01.2019), от ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 21.07.2019), от ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 06.10.2018), от ФИО8 - ФИО7 (доверенность от 06.10.2018), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Руно-Инвест» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании ФИО9 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.04.2016 заявление принято к производству.

Определением от 30.06.2016 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее - финансовый управляющий). 

Решением суда от 01.12.2016 введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными соглашений об отступном от 29.09.2015 №№ 1/1, 1/2, 1/4, 1/5, 1/6, 1/7, 1/8, 1/9, 1/10 и применении последствий их недействительности.

Определением от 17.01.2018 заявления финансового управляющего объединены в одно производство.

К участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены: ФИО4, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ПАО «Московский индустриальный банк».

Определением от 04.12.2018 в удовлетворении требований финансового управляющего отказано. 

Не согласившись с судебным актом, финансовый управляющий обжаловал его в апелляционном порядке.

Определением от 04.06.2019 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел в суде первой инстанции, принял уточненные требования управляющего. 

Определением от 16.07.2019 в отдельные производства выделены требования управляющего об оспаривании следующих сделок: соглашения об отступном № 1/1, договора купли-продажи от 17.10.2016; соглашения об отступном от 29.09.2015 № 1/2, договоров купли-продажи от 17.10.2016 и от 20.10.2016; соглашений об отступном от 29.09.2015 № 1/4 и № 1/10, договора купли-продажи от 20.10.2016; соглашений об отступном от 29.09.2015 № 1/6 и № 1/9, договоров купли-продажи от 20.10.2016 и от 05.05.2016; соглашения об отступном от 29.09.2015 № 1/7, договора купли-продажи от 09.08.2016; соглашения об отступном от 29.09.2015 № 1/8, договора купли-продажи от 17.10.2016 и применении последствий недействительности сделок. 

В рамках настоящего обособленного спора оспаривается соглашение об отступном № 1/1 от 29.09.2015, договор купли-продажи от 17.10.2016.

В отзывах и в судебном заседании представители ФИО4, ФИО6, ФИО8, ПАО «Московский индустриальный банк» возражали против удовлетворения требований управляющего. Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей не обеспечили.

От ООО «Капиталлизинг» поступило ходатайство об отложении судебного заседания для получения и предоставления в суд отчета независимого оценщика.

Ходатайство судом рассмотрено и отклонено ввиду наличия в деле необходимых доказательств для рассмотрения спора по существу; у заявителя имелось достаточно времени для предоставления документов (дело находится в производстве с февраля 2019 года).

Изучив материалы дела, заслушав пояснения сторон, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что требования финансового управляющего удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, ПАО «МИнБанк» (далее – банк) и ООО «СМ Капитал» (заемщик) заключили кредитный договор от 16.04.2014 № 37, на основании которого банк обязался предоставить заемщику кредитную линию с лимитом выдачи 250 млн руб. под 15 % годовых на срок до 15.04.2015.

В обеспечение кредитных обязательств, банк (залогодержатель) и ФИО9 (залогодатель) заключили договор ипотеки от 25.09.2014 № 37-И, в соответствии с которым залогодатель передал залогодержателю недвижимое имущество, в том числе квартиру №2, общей площадью 42,4 кв.м, кадастровый номер: 77:02:0024012:1219, расположена по адресу: 

<

...> (оценена в 4 706 400 руб.); квартиру № 217, общей площадью 32,8 кв.м, кадастровый номер: 77:04:0003007:6418, расположена по адресу: 

<

...> (оценена в 2 853 600 руб.); квартиру № 218, общей площадью 44,4 кв.м, кадастровый номер: 77:06:0009008:4239, расположена по адресу: 

<

...> (оценена в 4 901 760 руб.). 

Ипотека зарегистрирована 23.07.2014.

Банк и должник (поручитель) также заключили договоры поручительства от 16.04.2014 № 37-ПФ и от 13.11.2014 № 119-ПФ, по условиям которых поручитель принял на себя обязательства отвечать перед банком за ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по кредитным договорам.

Обязательства по кредитным договорам банк исполнил надлежащим образом, что установлено в рамках дела о банкротстве заемщика (определения Арбитражного суда Московской области от 20.01.2017 и 24.01.2017 по делу № А41-58284/2015).

Заемщик возврат денежных средств в полном объеме не осуществил, проценты за пользование кредитом не уплатил. Доказательства обратного в деле отсутствуют.

По договору уступки от 29.09.2015 № 68 (в редакции дополнительного соглашения от 30.09.2018) банк (цедент) уступил ООО «Капиталлизинг» (цессионарий) права требования к заемщику по кредитным договорам, в том числе по договору № 37 от 16.04.2014 на общую сумму 202 587 567,12 руб., по договору №119 от 13.11.2014 – на общую сумму 85 436 059,68 руб. (общая стоимость уступаемых прав - 288 023 626,80 руб.).

По акту приема-передачи банк передал ООО «Капиталлизинг» документы, подтверждающие уступаемые права; ООО «Капиталлизинг» оплатило приобретенные права (выписка по счету общества за период с 01.09.2015 по 31.12.2016).

29 сентября 2015 года ООО «Капиталлизинг» (кредитор) и ФИО9 (должник) заключили соглашение об отступном № 1/1, стороны договорились о прекращении обязательств ООО «СМ Капитал» перед кредитором по кредитному договору, а также обязательств должника по договору поручительства от 16.04.2014 № 37-ПФ на сумму 12 461 760 руб. в связи с передачей в собственность кредитору недвижимого имущества, являвшегося предметом залога по договору ипотеки от 25.09.2014 № 37-И (объекты с кадастровыми номерами 77:02:0024012:1219, 77:04:0003007:6418, 77:06:0009008:4239).

Переход права собственности зарегистрирован 27.05.2016.

По договору купли-продажи от 17.10.2016 ООО «Капиталлизинг» произвело отчуждение нежилых помещений ФИО4 Цена сделки составила 15 млн руб. (по 5 млн руб. за каждый объект). Переход права собственности зарегистрирован 03.11.2016.

Финансовый управляющий, полагая, что при заключении соглашения об отступном и договора купли-продажи было допущено злоупотребление правом, имущество должника передано ответчикам с целью вывода активов и причинения вреда кредиторам, обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок.

В качестве правовых оснований требований управляющий указал статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, 173.1 Гражданского кодекса.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона банкротстве.

Оспариваемое соглашение об отступном подписано 29.09.2015, однако переход права собственности на объект недвижимости к обществу зарегистрирован 27.05.2016, следовательно, сделка по передаче спорного объекта может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию          конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки. При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63).

В пункте 6 постановления N 63 указано, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями пункта 7 разъяснений постановления N 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как видно из материалов дела, оспариваемые сделки заключены в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие и объем задолженности заемщика перед банком по кредитным договорам подтвержден документально, в том числе судебными актами и финансовым управляющим не оспорен. Договоры ипотеки и поручительства, заключенные банком и должником в обеспечение кредитных обязательств заемщика, а также договор уступки, по которому к ООО «Капиталлизинг» перешло право требования к должнику, не оспорены, недействительными не признаны. Основания для признания этих сделок ничтожными в рамках данного обособленного спора, не установлены. Вследствие заключения договора уступки ООО «Капиталлизинг» стало залоговым кредитором должника. Ввиду совпадения в одном лице кредитора по основному обязательству и залогодержателя, письменного согласия банка на распоряжение предметом залога не требовалось. ФИО9 является учредителем заемщика. Наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2016 № 304-ЭС16-15155). 

В результате исполнения соглашения об отступном прекратились обязательства должника по договору поручительства на сумму, в которую имущество оценено по договорам ипотеки (12 461 760 руб.). 

Установленная судебной экспертизой стоимость имущества – 21 800 000 руб. (заключение от 30.07.2018) не может быть признана достоверной. 

Оценка доказательств осуществляется судом по правилам статьи 71 АПК РФ. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2). Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3). Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (часть 5).

Из материалов дела видно, что в последующем фактическое отчуждение имущества производилось по цене 15 млн руб. (по договору от 17.10.2016).

Таким образом, расхождение в стоимости отчуждаемого имущества по сделке и его рыночной стоимостью не превышает 20 %, не является существенным, а значит, не является достаточным основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2019 № 306-ЭС19-12580).

В деле отсутствуют доказательства неравноценности встречного предоставления по оспоренной сделке, наличия аффилированности между должником и кредитором (залогодержателем), возникновение на стороне кредитора неосновательного обогащения и причинение вреда кредиторам должника при получении предмета залога в качестве отступного, а также недобросовестность сторон оспариваемых сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). Пунктом 2 статьи 61.3 предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 % стоимости имущества (статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве). Соответственно, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80 % (позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098).

Учитывая разъяснения, изложенные в пункте 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (редакция от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона ʺО несостоятельности (банкротстве)ʺ», в деле отсутствуют доказательства того, что залогодержателю было либо должно было быть известно о том, что вследствие оспариваемой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве; что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; что оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов. 

Доводы финансового управляющего о мнимости оспариваемых сделок отклоняются, как противоречащие имеющимся в деле доказательствам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В данном случае оспариваемые сделки повлекли именно те правовые последствия, на которые они были направлены. По соглашению от отступном прекращены обязательства должника перед кредитором (залогодержателем), последнему в свою очередь перешли права на недвижимое имущество должника, которые зарегистрированы в установленном порядке; фактически и юридически имущество выбыло из имущественной массы должника, залогодержатель распорядился полученным имуществом. По последующим договорам купли-продажи произведено дальнейшее отчуждение имущества, что не противоречит пунктам 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса. Оплата имущества произведена покупателем в полном объеме, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРП.

Оснований для применения статьи 173.1 Кодекса также не имеется.

Согласно пункту 1 статьи 173.1 Кодекса сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В рассматриваемом случае имело место совпадение в одном лице кредитора по основному обязательству и залогодержателя, поэтому письменного согласия банка на распоряжение предметом залога не требовалось. Кроме того в деле имеется письменное согласие банка от 29.09.2015 на распоряжение предметом залога (т. 2 л. д. 121 – 122).

Проверяя довод о пропуске срока исковой давности, апелляционный суд пришел к следующему.

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 (в редакции от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации) в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Финансовый управляющий утвержден судом 28.06.2016; оспариваемое соглашение об отступном подписано 29.09.2015, однако сведения о нем появились в публичном реестре только 27.05.2016, заявление об оспаривании сделки поступило в суд 11.07.2017, т.е. в пределах срока исковой давности. 

Переход права собственности на объекты недвижимости к ФИО4 по договору купли-продажи от 17.10.2016 зарегистрирован 03.11.2016. Управляющему ничего не мешало в течение разумного срока (до января 2017 года) выявить сделки должника (в том числе путем направления соответствующих запросов в регистрирующие органы) проанализировать их, и не позднее декабря 2017 года подать заявление в арбитражный суд о признании их недействительными. Однако с соответствующими требованиями управляющий обратился в суд только 26.11.2018, т.е. с пропуском годичного срока давности.

С учетом изложенного, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности следует отказать.

Поскольку определение Арбитражного суда Ставропольского края от 04.12.2018 в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности отменено постановлением апелляционного суда от 10.09.2019 (в связи с переходом к рассмотрению дела по правилам первой инстанции), соответствующий вопрос в рамках настоящего обособленного спора не рассматривается.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 отказать. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийЕ.Г. Сомов

Судьи:З.А. Бейтуганов

С.И. Джамбулатов