ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-51589/2024

Дело № А40-208301/20

г. Москва

25 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.А. Комарова, судей Ю.Л. Головачевой, А.Г. Ахмедова, при ведении протокола помощником судьи Овчаренко С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на  определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2024 по делу № А40-208301/20, о  привлечении к субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам ООО  «Группа Компаний «Современные интеграционные технологии» ФИО2, ФИО3 и ФИО4, о  приостановлении рассмотрения заявления в части определения размера субсидиарной  ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «Группа Компаний  «Современные интеграционные технологии», по делу о несостоятельности  (банкротстве) ООО «ГК «СОВИНТЕХ»,  

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания.  

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.08.2021 г. ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» признан несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто  конкурсное производство сроком на шесть месяцев.  

Конкурсным управляющим утверждён ФИО5 (член  САМРО «АССОЦИАЦИЯ АНТИКРИЗИСНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ», ИНН:  

<

***>, рег.номер: 18541, почтовый адрес арбитражного управляющего:127018,  

<

...>).  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего ООО «ГК «СОВИНТЕХ» ФИО5 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

В материалы дела поступило ходатайство ФИО2 об отложении судебного  заседания, мотивированное необходимостью ознакомления с материалами дела.  

Представитель конкурсного управляющего возражал против отложения судебного  заседания, представил дополнительные документы, приобщенные к материалам дела.  

Суд пришел к выводу, что ходатайство ФИО2 об отложении судебного  заседания являются необоснованным, тогда как неоправданное отложение судебного  разбирательства ведет к неоправданному затягиванию сроков проведения процедуры  банкротства и дополнительному увеличению расходов на ее проведение. У ответчика  имелось достаточно времени для ознакомления с материалами дела, представления  возражений относительно позиции процессуального оппонента, однако указанное лицо  своим правом надлежащим образом не воспользовалось. В данном случае заявителем  не доказано, что у него отсутствовало достаточное количество времени для  ознакомления с материалами настоящего дела, а также для формирования своей  правовой позиции и представления в дело отзывов и возражений.  

Суд учел, что прошлое судебное заседание (14.02.2024) откладывалось по  ходатайству ФИО2, также мотивированное его необходимостью ознакомления  с материалами дела.  

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств, суд отказал в  удовлетворении ходатайства ФИО2 об отложении судебного заседания.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 г. заявление  конкурсного управляющего удовлетворено.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города  Москвы от 02.07.2024 г. отменить, принять новый судебный акт.  

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные  доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

Согласно положениям статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным  судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для  исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Согласно п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия  должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или  членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства,  должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени  должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином  специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения  должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц,  указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности,  предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в  том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника  либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов  управления должника иным образом.  

Судом установлено и согласуется с выпиской из ЕГРЮЛ, что единоличным  исполнительным органом - генеральным директором с момента регистрации Общества  в качестве юридического лица является ФИО2, учредителем  

общества с долей участия в 100 процентов также является – ФИО2.  

Таким образом, ФИО2 является контролирующим  должника лицом в силу положений законодательства о банкротстве.  

Конкурсный управляющий мотивировал заявленные требования в отношении  ФИО2 тем, что основаниями для привлечения к ответственности данного лица  служат: непередача документации должника конкурсному управляющему и  затруднение процедур банкротства; неподача заявления о признании должника  несостоятельным (банкротом).  

Рассмотрев доводы заявителя о привлечении ФИО2 к субсидиарной  ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11  ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к следующему.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы  одного из следующих обстоятельств: 2) документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют  или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством  Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии  с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в  результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

На момент введения процедуры конкурсного производства (13.08.2021) бывшим  руководителем был ФИО2, на котором лежала обязанность обеспечить передачу  копии документации должника в адрес конкурсного управляющего для осуществления  детального анализа хозяйственной деятельности.  

Вместе с тем, данная обязанность исполнена не была, документы арбитражному  управляющему переданы не были.  

Из смысла подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует,  что на контролирующих должника лиц возлагается субсидиарная ответственность по ее  обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность отсутствуют  либо искажены.  

Положения Закона о банкротстве, регулирующие вопрос привлечения лиц к  субсидиарной ответственности применяются в отношении лиц, на которых возложена  обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов  бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.  

В силу ст. 50 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» общество обязано хранить документы, подтверждающие права  общества на имущество, находящееся на его балансе, иные документы,  предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской  Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями  общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета)  общества и исполнительных органов общества.  

Общество хранит документы по месту нахождения его единоличного  исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам  общества.  

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при  неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и  отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, повлекшее за собой  невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее  формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований  кредиторов.  

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  корреспондирует нормам об ответственности руководителя за организацию  бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении  хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров  бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, 7, 29 ФЗ «О бухгалтерском  учете»), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях  предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника  (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлена на  обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных  обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о  банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу  должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга,  исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного  владения и оспаривания сделок должника.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан  обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов,  материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет  ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Указанное требование закона обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие  необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному  управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных  им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о  банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и  возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим  лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в  порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему  документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении,  направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого  могут быть погашены требования кредиторов.  

Из материалов дела следует, что обязанность организации ведения  бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» была возложена на ФИО2.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2021 г. по делу А40208301/2020-164-382 «Б» истребованы у генерального директора ООО «ГК  СОВИНТЕХ» ФИО2 бухгалтерская и иная документация  должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.05.2022 суд определил:  взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ГК «СОВИНТЕХ» судебной неустойки в  размере 100 000,00 руб. за период с 02.08.2021 по 18.02.2022, далее 500 руб. за каждый  календарный день неисполнения определения Арбитражного суда г. Москвы от  19.07.2021, начиная с 18.02.2022 и до даты фактического исполнения указанного  определения.  

Однако, несмотря на обязанность, установленную Законом о банкротстве, а также  определениями Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2021, 26.05.2022, ФИО2 до настоящего времени документы конкурсному  управляющему не передал.  

Таким образом, суд заключил, что до настоящего времени бывшим  руководителем ООО «ГК «СОВИНТЕХ» ФИО2 обязанность, установленная  п.2 ст. 126 Закона о банкротстве, и указанная также в определении Арбитражного суда  города Москвы от 19.07.2021, по передаче документации, материальных и иных  ценностей в адрес конкурсного управляющего не исполнена.  

Следовательно, указанные обстоятельства свидетельствуют об уклонении  бывшего руководителя должника - генерального директора ООО «ГК «СОВИНТЕХ» -  ФИО2 от исполнения обязанности, установленной п.2 ст.  126 Закона о банкротстве.  

Суд констатировал, что непередача документов конкурсному управляющему  ООО «ГК «СОВИНТЕХ» причинила вред должнику и его кредиторам, поскольку  привела к существенному затруднению проведения в отношении должника процедуры  банкротства.  

В частности, указанное повлекло невозможность определения основных активов  должника и выявления всех совершенных подозрительных сделок и их условий; не  позволило проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их  оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; привело к невозможности  установления содержания принятых органами управления должника решений,  проведения анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и  кредиторам, а также потенциальную возможность взыскания убытков с  контролирующих лиц.  

Таким образом, тем самым не представляется возможным полноценно провести  анализ деятельности должника по выбытию всех активов общества и сформировать  более полно конкурсную массу.  

Следовательно, непередача конкурсному управляющему документов общества  вызвала существенное затруднение проведения процедур банкротства и формирования  конкурсной массы.  

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных  документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения контролирующего  лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у  руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона,  то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин  непредставления документации и то, что она действительно имеется.  

Если руководитель таких доказательств не представляет, невыполнение  требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов и отчетности  приравнивается к их отсутствию.  

Таким образом, суд пришел к выводу, что бывший руководитель должника  ФИО2 не передал конкурсному управляющему документацию, имевшуюся в его  распоряжении, что, в свою очередь, привело к существенному затруднению проведения  процедур банкротства и формирования конкурсной массы.  

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Пленума Верховного  Суда РФ от 21.12.2017 N 53, под существенным затруднением проведения процедур  банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность  определения основных активов должника и их идентификации; невозможность  выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не  

позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости  их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления  содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа  этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и  потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных  органов.  

В п. 12 указанного Постановления установлено, что согласно абзацу второму  пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной  комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований  кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи  заявления о банкротстве.  

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на  контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи  между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении  контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых  действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее  несостоятельность (банкротство) (Определение Верховного Суда РФ от 31 мая 2016  года N 309-ЭС16-2241 по делу N А60-24547/2009).  

Бремя доказывания причинно-следственной связи между действиями или/и  бездействиями и банкротством лежит на лице, заявившем о привлечении к  ответственности.  

Таким образом, применительно к обстоятельствам настоящего спора конкурсный  управляющий должен доказать наличие неправомерных действий со стороны бывшего  руководителя должника, а также причинную связь с последующим затруднением  проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и  реализации конкурсной массы, а лицо, привлекаемое к ответственности - то  обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и  отсутствие своей вины.  

Как ранее установлено судом, уклонение руководителя организации ФИО2 от передачи документации в соответствии с п. 2 ст. 126 Федерального закона от  26.10.2002 г. № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» не позволило конкурсному  управляющему исполнить свои обязанности, затруднило ведение процедуры  банкротства.  

ФИО2 создал ситуацию, при которой у конкурсного управляющего,  конкурсных кредиторов отсутствуют сведения о хозяйственной деятельности должника  в спорный период, что повлекло существенные затруднения при анализе причин  выбытия активов и, как следствие, при формировании конкурсной массы.  

Учитывая установленную материалами дела взаимозависимость ответчика и  должника, свидетельствующую о наличии статуса контролирующего должника лица,  суд пришел к выводу об обоснованности требований конкурсного управляющего в  указанной части.  

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности по основанию пункта 1 статьи 61.12 за неподачу  заявления о банкротстве, суд пришел к тому, что предусмотренная пунктом 1 статьи 9  Закона о банкротстве обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о  признании должника банкротом руководством должника исполнена не была.  

Между тем, конкурсным управляющим приведены основания для привлечения  ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника солидарно.  

Конкурсный управляющий мотивировал заявленные требования в отношении  ФИО3 тем, что последний осуществлял действительное руководство над  организацией должником и фактический контроль над действиями должника.  

Рассмотрев доводы заявления в указанной части, суд пришел к выводу о наличии  оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника солидарно, исходя из следующего.  

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда города  Москвы от 26.05.2022 суд определил: взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» судебной неустойки в размере 100 000,00 руб. за период с 02.08.2021 по  18.02.2022, далее 500 руб. за каждый календарный день неисполнения определения  Арбитражного суда г. Москвы от 19.07.2021, начиная с 18.02.2022 и до даты  фактического исполнения указанного определения, вынесенное в рамках дела о  признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГК «СОВИНТЕХ».  

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2 обратился в Девятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в котором просил  отменить данный судебный акт.  

В указанной апелляционной жалобе ФИО2 указал на тот факт, что лишь  формально числился генеральным директором ООО «ГК «Совинтех», руководство над  организацией должником и фактический контроль над ней осуществлял гражданин  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.: г. К.-Килиса Цалкского р-на, Грузия, паспорт  гражданина РФ серии 45 14 № 555561а, выдан УФМС по г. Москве 16.04.2014, код  подразделения 770- 140, последний известный адрес регистрации Московская обл. г.  Балашиха, мкр. Железнодорожный, ул. Юбилейная, д. 28, кв.3.  

ФИО2 был введен в заблуждение относительно замещаемой им должности  в ООО «ГК «СОВИНТЕХ», он фактически не присутствовал в офисе, не имел никакого  представления о деятельности ООО «ГК «СОВИНТЕХ», никогда не осуществлял  руководства обществом, не имел доступа к каким-либо документам ООО «ГК  «СОВИНТЕХ».  

В действительности руководство ООО «ГК «СОВИНТЕХ» осуществлял  гражданин ФИО3, по поручению которого ФИО2 иногда  привозили в офис, либо с которым ФИО2 встречался в метро для подписания  неизвестных ему документов.  

ФИО2 указал на тот факт, что вся документация находится на хранении у  фактического учредителя ООО «ГК «СОВИНТЕХ» - ФИО3  

По данным конкурсного управляющего, в ходе анализа выписок по банковским  счетам должника было установлено, что ФИО3 является лицом,  осуществляющим трудовые функции и получающим заработную плату в ООО «ГК  «Совинтех».  

В силу ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим  Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим  должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо  имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков  банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в  том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Согласно ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: -  являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом  исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной  комиссии; - извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,  указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Данные положения коррелируют с ч. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее  фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе  возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи,  обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет  ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Таким образом, контролирующим лицом компании согласно ст. 61.10 Закона N  127- ФЗ может быть признано любое лицо, которое имело возможность давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять его действия, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.  

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53  "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве" если необходимой причиной объективного  банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо,  признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в  подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий  выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей  61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи  1080 ГК РФ).  

Согласно п. 22 вышеуказанного постановления в силу пункта 8 статьи 61.11  Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько  контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную  ответственность за доведение до банкротства солидарно.  

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных  могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих  действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во  внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и  т.д.  

Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия  нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.  

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от  друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного  банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность  солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и  действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было  недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их  действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к  субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).  

В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности,  исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо,  пропорционально размеру причиненного им вреда.  

При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из  конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли,  приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен  пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над  должником.  

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве" руководитель, формально входящий в состав  

органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее -  номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление  другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по  указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего  соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не  утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает  потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального  руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за  его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители  несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона  о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве,  солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта  1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).  

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может  быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым  участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество  должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут  быть удовлетворены требования кредиторов.  

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию  информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и  компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).  

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального  руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в  полном объеме.  

В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была  уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064,  абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к  ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о  собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за  невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6 ГК РФ,  пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Таким же образом должны решаться вопросы, связанные с наличием статуса  контролирующего лица у номинальных и фактических членов органов должника (в том  числе участников корпораций, учредителей унитарных организаций), ликвидаторов и  членов ликвидационных комиссий, а также вопросы, касающиеся привлечения их к  субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве).  

Таким образом, суд пришел к выводу, что ФИО3 осуществлял  действительное руководство над организацией и фактический контроль над действиями  должника, в связи с вышеуказанными положениями закона имеются основания для  привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «ГК «Совинтех» солидарно.  

Конкурсным управляющим также приведены основания для привлечения ИП  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно,  мотивированные искажением бухгалтерской документации должника, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

В ходе анализа выписок по банковскому счету должника, конкурсным  управляющим было установлено, что ИП ФИО4 является лицом,  осуществляющим бухгалтерское сопровождение ООО «ГК «Совинтех», так как  должник перечислил Индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРИП 311774635400974, ИНН 

<

***>) денежные средства на  общую сумму 295 000 (двести девяноста пять тысяч) рублей за оказание бухгалтерских  услуг.  

Данные обстоятельства подтверждаются решением Арбитражного суда города  Москвы от 03 июля 2023 г. по делу А40-64084/23-94-518.  

Суд учел, что в отзыве на исковое заявление ИП ФИО4 подтвердила свое  участие в управлении должника в качестве бухгалтера (абз. 1-2, ст. 6).  

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в  законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

Согласно п. 4 ст. 61.11 закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2,  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию  об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в  том числе формирование и реализация конкурсной массы, применяются в отношении  лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета  и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой)  отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Как правило организации ведения бухгалтерского учета и организация хранения  документов бухгалтерского учета, ведения бухгалтерского учета и хранения  документов бухгалтерского учета осуществляется главными бухгалтерами  юридических лиц.  

Согласно ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ основанием для привлечения главного  бухгалтера к субсидиарной ответственности является его действие (бездействие),  приведшее к невозможности погашения должником обязательств перед кредиторами.  Неправомерное действие (бездействие) контролирующего лица может выражаться, к  примеру (п. 16 Постановления Пленума ВС РФ N 53):  

- в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов  добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение  сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить  обязательство лицом (фирмой-"однодневкой" и т.п.);  

- указании совершить явно убыточные операции; - создании и поддержании такой  системы управления, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим  лицом во вред должнику и его кредиторам.  

Судом признано осуществление действительного руководства над организацией  должником и фактический контроль над действиями должника ФИО3, в связи с чем ИП ФИО4 подпадает под ответственность как лицо,  ведущая бухгалтерский учет в интересах третьего лица и в обход генерального  директора ООО «ГК «Совинтех» ФИО2.  

Кроме того, по иску Общества с ограниченной ответственностью «Группа  компаний «Современные интеграционные технологии», г. Москва (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО5 к Обществу с ограниченной ответственностью  «СТРОИТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ 911», г. Мичуринск Тамбовской области (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) третье лицо: Государственное казенное  общеобразовательное учреждение Бриньковский казачий кадетский корпус имени  сотника М.Я. Чайки Краснодарского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о  взыскании задолженности по делу № А64 -4533/2022, в размере 10 063 896,03 руб.,  судом установлено следующее: «Согласно решению Арбитражного суда Тамбовской  области от 19 октября 2022 года по делу № А64-4533/2022 в обоснование исковых  требований истец ссылается на книгу продаж ООО «ГК «Совинтех», согласно которой  ООО «ГК «Совинтех» 17.04.2019 отразило реализацию в пользу ООО «Строительное  управление 911» суммы в размере 10 933 896,03 руб.  

Согласно исковому заявлению ООО «Строительное управление 911» 17.04.2019  перечислило в адрес ООО «ГК «Совинтех» 870 000 руб., в связи с чем сумма  неосновательно сбереженных денежных средств составила 10 063 896,03 руб.  

Ответчик, возражая против исковых требований, заявил о наличии между  сторонами субподрядных отношений, в рамках которых ответчик перечислил истцу  авансовый платеж, однако истец свои обязательства по выполнению работ не исполнил,  авансовый платеж не возвратил.  

Согласно представленной истцом книге продаж перечисление денежных средств в  пользу ООО «ГК «Совинтех» осуществлено по коду 02 «Оплата, частичная оплата  (полученная или переданная) в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг),  имущественных прав, включая операции, осуществляемые на основе договоров  комиссии, агентских договоров, предусматривающих реализацию и (или) приобретение  товаров (работ, услуг), имущественных прав от имени комиссионера (агента) или на  основе договоров транспортной экспедиции, за исключением операций, перечисленных  по кодам 06; 28».  

ООО «Строительное управление 911» отрицает выполнение истцом работ по  договору от 30.01.2019 № 3, в счет которых производился авансовых платеж.  

В данном случае наличие отражения в книге продаж истца задолженности не  подтверждает факт реальности выполнения работ ООО «ГК «Совинтех» и  возникновение у ООО «Строительное управление 911» обязанности по оплате данных  работ.  

Каких-либо иных доказательств, с достоверностью подтверждающих факт  выполнения работ ООО «ГК «Совинтех», позволяющих установить реальную  хозяйственную деятельность по договору от 30.01.2019 № 3, в материалы дела не  представлено.  

Факт перечисления ответчиком 24.07.2019 в пользу истца 870 000 руб. не  подтверждает выполнение ООО «ГК «Совинтех» работ по договору от 30.01.2019 № 3».  

Суд подчеркнул, что «формальное составление документов, в отсутствие  доказательств реальности выполнения работ, не может служить основанием для вывода  о признании обоснованными требований ООО «ГК «Совинтех».  

Согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 17 февраля 2023 г.  по делу А40-105680/20-169-197 Б 01.06.2022г. (в электронном виде) в Арбитражный  суд города Москвы поступило заявление ООО «ГК «СОВИНТЕХ» в лице конкурсного  управляющего ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов  должника.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе анализа книг продаж  ООО «ГК «СОВИНТЕХ», конкурсным управляющим установлено, что ООО «ГК  

«СОВИНТЕХ» отразил у себя в реализации в отношении АО «Главстройгрупп» сумму  40 044 940,42 руб.  

Согласно выписке ООО «ГК «СОВИНТЕХ» открытым в ПАО «Промсвязьбанк»  по расчетному счету № 

<

***>, за оказание работ на сумму 40 044  940,42 руб. АО «Главстройгрупп» перечислило в адрес кредитора общую сумму в  размере 13 831 610,38 руб.  

Исходя их данных предоставленных ПАО «Промсвязьбанк» и ИФНС № 24 по г.  Москве конкурсный управляющий пришел к выводу, что АО «Главстройгрупп» имеет  задолженность перед кредитором на общую сумму 26 213 330 руб.  

В соответствии со сведениями, отраженными в банковских выписках должника, в  пользу кредитора произведено расчетов на сумму 18 031 610,38 руб.  

Согласно акту-сверки взаимных расчетов за период 2019г., между ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» и АО «Главстройгрупп» сумма задолженности перед кредитором  составляет 126 584,41 руб.  

Из ответа на требование в адрес ИФНС № 34 следует, что между сторонами  заключено соглашение о взаимозачете от 30.09.2019г.  

Таким образом суд признал обоснованными требования ООО «ГК «СОВИНТЕХ»  в размере 126 584,41 руб. – основного долга подлежащими удовлетворению за счет  оставшегося после удовлетворения требований кредиторов.  

Сумма в размере 26 213 330 рублей, осталась без удовлетворения несмотря на то,  что данные суммы были отражены в книге продаж, как реализация должником работ и  услуг на данную сумму.  

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в  законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении N 30- П от 21.12.2011, признание преюдициального значения судебного решения, будучи  направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения,  исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты,  установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения  принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде  судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.  

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания  непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой  определенности.  

Таким образом, судебными актами Арбитражного суда Тамбовской области по  делу № А64-4533/2022 и Арбитражного судом города Москвы по делу № А40105680/20-169-197 «Б», являющимися преюдициальными для спора, установлено, что  несмотря на указание в отчетности ООО «ГК Совинтех» сведений о выполнении работ,  доказательств их фактического исполнения нет, следовательно, документы  бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и  хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту  вынесения определения о введении наблюдения, искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Также конкурсный управляющий ООО «ГК «Совинтех» указал на проведение  сомнительных сделок на заведомо невыгодных условиях, или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом (фирмой-"однодневкой") а именно, как указано в  отчете конкурсного управляющего в графе дебиторская задолженность, было взыскано  неосновательное обогащение на общую сумму 24 454 285, 00 (двадцать четыре  миллиона четыреста пятьдесят четыре тысячи двести восемьдесят пять) рублей.  

Особенностью взыскания дебиторской задолженности с указанных контрагентов  является тот факт, что АО «Главстройгрупп (ИНН 

<

***>) И ООО «Восток-М»  (ИНН 

<

***>) на сегодняшний день банкроты и в отношении них открыто  конкурсное производство, иные, указанные в списке юридические лица не  предоставили никаких документов, доказывающих действительную деятельность во  исполнение перечисленных им денежных средств, в связи с чем, конкурсный  управляющий ООО «ГК «Совинтех», полагает, что данные юридические лица являлись  фирмами «однодневками», о чем не могла не знать ФИО4, являясь  бухгалтером должника.  

Согласно финансовому анализу, составленному на основе представленных  документов, содержащиеся в гос. органах, относительно ООО «ГК «Совинтех» в том  числе на основе бухгалтерского (финансового) баланса сданному должником в органы  ФНС России в 2020 г. за 2017-2020 г. в составе дебиторской задолженности строка 1230  указана сумма 42 659 тысяч рублей.  

В составе строки 1210 - запасы, указана сумма 11 276 тысяч рублей. 

Между тем, конкурсным управляющим в процессе конкурсного производства с  момента его введения и до настоящего момента (1 год 10 месяцев и 27 дней  (13.08.2021- 10.07.2023) денежные суммы, указанные в балансе не обнаружены.  

Суд пришел к выводу, что указанное свидетельствует о нарушении пп. 2 п. 2 ст.  61.11 закона о банкротстве: искажении информации об бухгалтерском учете и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено  проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

В силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких  контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность  солидарно.  

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед  потерпевшим солидарно.  

Следовательно, условием возложения солидарной ответственности является  совместный характер действий причинителей вреда.  

В п. 22 Постановления Пленума № 53 закреплено, что в целях квалификации  действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены  согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию  общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в  любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.  

Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия  нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.  

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд констатировал наличие  оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к  субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам Общества с ограниченной  ответственностью "Группа Компаний «Современные интеграционные технологии».  

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, в материалы дела в  нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.  

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов  по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности  имущества должника.  

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующих  должника лиц, в том числе руководителя должника, зависит от размера не погашенных  в ходе конкурсного производства требований конкурсных кредиторов.  

В силу приведенных норм Закона о банкротстве и разъяснений Пленума ВАС РФ  привлечение таких лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае,  когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований  конкурсных кредиторов, и при этом все возможности для формирования конкурсной  массы исчерпаны.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент  рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно  определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после  установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной  ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части  выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения  этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения  требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

Аналогичное правило о приостановлении рассмотрения заявления о привлечении  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности до окончания  расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов,  заявленных до окончания расчетов с кредиторам, было установлено и абзацем 6 пункта  5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции до внесения изменений Федеральным  законом от 28.12.2016 N 488- ФЗ.  

Учитывая, что в рамках настоящего дела о банкротстве не завершены  мероприятия конкурсного производства, суд пришел к выводу о приостановлении  производства по настоящему заявлению, поскольку установить размер ответственности  контролирующих должника лиц по обязательствам Общества с ограниченной  ответственностью "Группа Компаний «Современные интеграционные технологии» не  представляется возможным до окончания расчетов с кредиторами.  

Исходя из изложенного, суд первой инстанции привлек к субсидиарной  ответственности солидарно по обязательствам Общества с ограниченной  ответственностью "Группа Компаний «Современные интеграционные технологии»  ФИО2, ФИО3 и ФИО4. Приостановил рассмотрение заявления в части определения  размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами  Общества с ограниченной ответственностью "Группа Компаний «Современные  интеграционные технологии».  

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции  приходит к следующим выводам.  

Суд по своему усмотрению, с учетом характера и сложности дела решает вопрос о  возможности рассмотрения дела по существу в данном судебном заседании либо об  отложении судебного разбирательства.  

При этом отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной  ходатайства об отложении судебного разбирательства является правом суда, а не его  обязанностью.  

При рассмотрении соответствующего ходатайства суд, исходя из конкретных  обстоятельств дела, самостоятельно решает вопрос об отложении судебного  разбирательства.  

В данном случае, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том,  что отложение судебного разбирательства ведет к неоправданному затягиванию сроков  

проведения процедуры банкротства и дополнительному увеличению расходов на ее  проведение.  

У ответчика имелось достаточное количество времени для ознакомления с  материалами настоящего дела, а также для формирования своей правовой позиции и  представления в дело отзывов и возражений.  

Единоличным исполнительным органом - генеральным директором с момента  регистрации Общества в качестве юридического лица, согласно выписке из ЕГРЮЛ,  является ФИО2, учредителем общества с долей участия в  100 процентов так же является – ФИО2.  

В соответствии со статьей 61.10 Федерального закона Российской Федерации «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального  закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или  юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих  возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.  

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать  должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его  действия (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –  Постановление Пленума № 53).  

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества  с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов  в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать  (избирать) руководителя должника;  

На основании приведенных выше положений ФИО2  является контролирующим Должника лицом.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), если полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам  должника.  

Согласно пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы  одного из следующих обстоятельств:  

Документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия  

решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию  об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в  том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

Документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в  соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют либо искажены;  

Как указано в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N  53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого  пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на  руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному  управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче  управляющему.  

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  корреспондирует нормам об ответственности руководителя за организацию  бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении  хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров  бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, 7, 29 ФЗ «О бухгалтерском  учете»), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях  предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника  (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлена на  обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных  обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о  банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу  должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга,  исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного  владения и оспаривания сделок должника.  

Данная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении  должны учитываться общие положения главы 25 ГК РФ об ответственности за  нарушения обязательств в части не противоречащей специальным нормам Закона о  банкротстве.  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный управляющий,  внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного  управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему.  

Противоправность поведения ФИО2 выразилась в  нарушении пункта 2 статьи 53 ГК РФ, согласно которому лицо, которое в силу закона,  иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им  юридического лица добросовестно и разумно.  

В результате непредставления руководителем бухгалтерской и иной  документации в отношении должника проведение процедуры банкротства существенно  

затруднено, поскольку повлекло невозможность определения основных активов  должника и выявления всех совершенных подозрительных сделок и их условий; не  позволило проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их  оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; привело к невозможности  установления содержания принятых органами управления должника решений,  проведения анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и  кредиторам, а также потенциальную возможность взыскания убытков с  контролирующих лиц.  

Конкурсным управляющим ООО «ГК «Совинтех» установлено, что в период  руководства ФИО2, Должником, были совершены ряд сомнительных сделок  на заведомо невыгодных условиях, или с заведомо неспособным исполнить  обязательство лицом (фирмой-"однодневкой") а именно, как указано в отчете  конкурсного управляющего в графе дебиторская задолженность, было взыскано  неосновательное обогащение на общую сумму 24 454 285, 00 (двадцать четыре  миллиона четыреста пятьдесят четыре тысячи двести восемьдесят пять) рублей:  

Особенностью взыскания дебиторской задолженности с данных контрагентов  является тот факт, что АО «Главстройгрупп (ИНН 

<

***>) И ООО «Восток-М»  (ИНН 

<

***>) на сегодняшний день банкроты и в отношении них открыто  конкурсное производство, иные, указанные в списке юридические лица не  предоставили никаких документов, доказывающих действительную деятельность во  исполнение перечисленных им денежных средств, в связи с чем, конкурсный  управляющий ООО «ГК «Совинтех», полагает, что данные юридические лица являлись  фирмами «однодневками», о чем не мог не знать ФИО2.  

Также, по иску ООО «ГК «Совинтех», в лице конкурсного управляющего  ФИО5 к ООО «СТРОИТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ 911»,  г. Мичуринск Тамбовской области о взыскании задолженности по делу № А644533/2022, в размере 10 063 896,03 руб., судом установлено следующее:  

«Согласно решению Арбитражного суда Тамбовской области от 19 октября 2022  года по делу № А64-4533/2022 в обоснование исковых требований истец ссылается на  книгу продаж ООО «ГК «Совинтех», согласно которой ООО «ГК «Совинтех»  17.04.2019 отразило реализацию в пользу ООО «Строительное управление 911» суммы  в размере 10 933 896,03 руб. Согласно исковому заявлению ООО «Строительное  управление 911» 17.04.2019 перечислило в адрес ООО «ГК «Совинтех» 870 000 руб., в  связи с чем сумма неосновательно сбереженных денежных средств составила 10 063  896,03 руб.  

Ответчик, возражая против исковых требований, заявил о наличии между  сторонами субподрядных отношений, в рамках которых ответчик перечислил истцу  авансовый платеж, однако истец свои обязательства по выполнению работ не исполнил,  авансовый платеж не возвратил.  

Согласно представленной истцом книге продаж перечисление денежных средств в  пользу ООО «ГК «Совинтех» осуществлено по коду 02 «Оплата, частичная оплата  (полученная или переданная) в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг),  имущественных прав, включая операции, осуществляемые на основе договоров  комиссии, агентских договоров, предусматривающих реализацию и (или) приобретение  товаров (работ, услуг), имущественных прав от имени комиссионера (агента) или на  основе договоров транспортной экспедиции, за исключением операций, перечисленных  по кодам 06; 28».  

ООО «Строительное управление 911» отрицало выполнение истцом работ по  договору от 30.01.2019 № 3, в счет которых производился авансовых платеж.  

В данном случае наличие отражения в книге продаж истца задолженности не  подтверждает факт реальности выполнения работ ООО «ГК «Совинтех» и  

возникновение у ООО «Строительное управление 911» обязанности по оплате данных  работ.  

Каких-либо иных доказательств, с достоверностью подтверждающих факт  выполнения работ ООО «ГК «Совинтех», позволяющих установить реальную  хозяйственную деятельность по договору от 30.01.2019 № 3, в материалы дела не  представлено.  

Факт перечисления ответчиком 24.07.2019 в пользу истца 870 000 руб. не  подтверждает выполнение ООО «ГК «Совинтех» работ по договору от 30.01.2019 № 3».  

Суд подчеркнул, что «формальное составление документов, в отсутствие  доказательств реальности выполнения работ, не может служить основанием для вывода  о признании обоснованными требований ООО «ГК «Совинтех».  

Согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 17 февраля 2023 г.  по делу А40-105680/20-169-197 Б 01.06.2022г. (в электронном виде) в Арбитражный  суд города Москвы поступило заявление ООО «ГК «СОВИНТЕХ» в лице конкурсного  управляющего ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов  должника.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе анализа книг продаж  ООО «ГК «СОВИНТЕХ», конкурсным управляющим установлено, что ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» отразил у себя в реализации в отношении АО «Главстройгрупп» сумму  40 044 940,42 руб.  

Согласно выписке ООО «ГК «СОВИНТЕХ» открытым в ПАО «Промсвязьбанк»  по расчетному счету № 

<

***>, за оказание работ на сумму 40 044  940,42 руб. АО «Главстройгрупп» перечислило в адрес кредитора общую сумму в  размере 13 831 610,38 руб.  

Исходя их данных предоставленных ПАО «Промсвязьбанк» и ИФНС № 24 по г.  Москве конкурсный управляющий пришел к выводу, что АО «Главстройгрупп» имеет  задолженность перед кредитором на общую сумму 26 213 330 руб.  

В соответствии со сведениями, отраженными в банковских выписках должника, в  пользу кредитора произведено расчетов на сумму 18 031 610,38 руб.  

Согласно акту-сверки взаимных расчетов за период 2019г., между ООО «ГК  «СОВИНТЕХ» и АО «Главстройгрупп» сумма задолженности перед кредитором  составляет 126 584,41 руб.  

Из ответа на требование в адрес ИФНС № 34 следует, что между сторонами  заключено соглашение о взаимозачете от 30.09.2019г.  

Таким образом суд признал обоснованными требования ООО «ГК «СОВИНТЕХ»  в размере 126 584,41 руб. – основного долга подлежащими удовлетворению за счет  оставшегося после удовлетворения требований кредиторов. Сумма в размере 26 213  330 рублей, осталась без удовлетворения несмотря на то, что данные суммы были  отражены в книге продаж, как реализация должником работ и услуг на данную сумму.  

Книга продаж - книга, предназначенная для регистрации счетов-фактур  (контрольных лент контрольно-кассовой техники, бланков строгой отчетности при  реализации товаров, выполнении работ, оказании услуг населению), а также  корректировочных счетов-фактур, составленных продавцом при увеличении стоимости  отгруженных (выполненных, оказанных, переданных) товаров (работ, услуг,  имущественных прав).  

Основное назначение Книги продаж — это регистрация счетов - фактур  налогоплательщика, для дальнейшего проведения налогового контроля, с целью  избежать нарушений налогового законодательства. В частности, занижения объемов  продаж продавцами, а также применения необоснованных налоговых вычетов по НДС  покупателями. Именно такие нарушения помогает выявить налоговым органам Книги  продаж.  

Таким образом, Арбитражным судом Тамбовской области по делу № А644533/2022 и Арбитражным судом города Москвы по делу № А40-105680/20-169-197  «Б» установлено, что несмотря на указание в отчетности ООО «ГК Совинтех» сведений  о выполнении работ, доказательств их фактического исполнения нет, следовательно,  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения, искажена, в  результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве.  

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ Обстоятельства, установленные вступившим в  законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

Согласно финансовому анализу, составленному на основе представленных  документов, содержащиеся в гос. органах, относительно ООО «ГК «Совинтех» в том  числе на основе бухгалтерского (финансового) баланса сданному должником в органы  ФНС России в 2020 г. за 2017-2020г. в составе дебиторской задолженности строка 1230  указана сумма 42 659 тысяч рублей. В составе строки 1210 – запасы, указана сумма 11  276 тысяч рублей. Конкурсным управляющим в процессе конкурсного производства с  момента его введения и до настоящего момента (1 год 10 месяцев и 27 дней  (13.08.2021-10.07.2023) денежные суммы, указанные в балансе не обнаружены, что  свидетельствует о нарушении пп. 2 п. 2 ст. 61.11 закона о банкротстве: искажении  информации об бухгалтерском учете и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве.  

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества  должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества.  

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция  наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и не  передачей контролирующим лицом документов бухгалтерского учета и (или)  отчетности.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2021 г. по делу А40208301/2020-164-382 «Б» определил истребовать у генерального директора ООО «ГК  СОВИНТЕХ» ФИО2 бухгалтерскую и иную  документацию должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.05.2022 суд определил:  взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ГК «СОВИНТЕХ» судебной неустойки в  размере 100 000,00 руб. за период с 02.08.2021 по 18.02.2022, далее 500 руб. за каждый  календарный день неисполнения определения Арбитражного суда г. Москвы от  19.07.2021, начиная с 18.02.2022 и до даты фактического исполнения указанного  определения, вынесенное в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом)  ООО «ГК «СОВИНТЕХ».  

Таким образом, несмотря на обязанность, установленную Законом о банкротстве,  а также определение Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2021, и  определение Арбитражного суда города Москвы от 26.05.2022 ФИО2  

Анатольевич до настоящего времени документы конкурсному управляющему не  передал.  

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве Неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для  принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или  принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9  настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц,  на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву  заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и  (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают  солидарно.  

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру  обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального  закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления  уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания  отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований  кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи,  лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о  банкротстве).  

Статьей 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан  обратиться с заявлением должника о признании его банкротом в арбитражный суд в  кратчайшие сроки, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения  соответствующих обстоятельств, что руководством должника сделано не было.  

Как указано в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №  53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве" привлекаемое к ответственности лицо вправе  опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной  управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения  процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем  хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые  меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации  при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его  основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов  должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные  сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения  конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами  должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет  причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

В нарушении ст. 65 АПК РФ, ответчиком не представлено доказательств,  опровергающие названные презумпции, не доказал отсутствие вины в непередаче,  ненадлежащем хранении документации, в частности, не подтвердил, что им приняты  все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче  документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него  требовалась.  

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по  своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в  их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду  с другими доказательствами.  

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой  инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела;  выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам  дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы  материального и процессуального права.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований  для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам,  изложенным в апелляционной жалобе.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или  опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ  безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции  не установлено.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272  Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный  суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 по делу № А40208301/20 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: А.А. Комаров  Судьи:  Ю.Л. Головачева  

А.Г. Ахмедов