АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А81-2232/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 15 марта 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Зюкова В.А.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение от 05.10.2022 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Джанибекова Р.Б.) и постановление от 28.12.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Котляров Н.Е.) по делу № А81-2232/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтегазспецстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «ННГСС», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными сделок, применении последствий их недействительности.

В заседании принял участие конкурсный управляющий ФИО2.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «ННГСС» конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделки по отчуждению должником в пользу ФИО3 транспортных средств на основании договоров купли-продажи от 07.09.2018 № Д5001/2018, от 07.09.2018 № Д5005/2018, от 07.09.2018 № Д5032/2018, от 25.09.2018 № Д5030/2018, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу рыночной стоимости транспортных средств в общем размере 11 716 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.10.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда от 05.10.2022 и постановление апелляционного суда от 28.12.2022 отменить, принять новый судебный акт удовлетворении заявления.

Доводы кассационной жалобы сводятся к неправильному распределению судами двух инстанций бремени доказывания; существенной убыточности оспариваемых сделок (реализация автомобилей осуществлена по цене в 35 раз ниже рыночной); надлежащему техническому состоянию транспортных средств (поставлены ответчиком на учёт в установленном законом порядке).

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав объяснения конкурсного управляющего, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа пришёл к следующим выводам.

Материалами обособленного спора подтверждается, что по договорам купли-продажи от 07.09.2018 № Д5001/2018, от 07.09.2018 № Д5005/2018, от 07.09.2018 № Д5032/2018, от 25.09.2018 № Д5030/2018 общество «ННГСС» (продавец) осуществлено отчуждение в пользу ФИО3 (покупатель) четырёх транспортных средств Volvo FM Truck 6х6 ((VIN) 

<

***>, Х3W6539B070000115, Х3W6539B070000144, Х3W6539B070000148) по цене 100 000 руб., за каждую единицу техники. Расчёт по сделкам осуществлён безналичным переводом (платёжные поручения от 07.09.2018 № 87, от 07.09.2018 № 88, от 07.09.2018 № 89, от 28.09.2018 № 100).

Настаивая на неравноценности указанных сделок, со ссылками на объявления, размещённые в открытых источниках о продаже аналогов, отчёт об оценке рыночной стоимости автомобилей от 28.03.2022 № 02-01/2022, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В ходе рассмотрения обособленного спора судами установлено, что спорные автомобили изначально были приобретены должником у общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтеспецстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «ННСС») по договорам купли-продажи от 23.06.2015 № 1/1-29-15, от 10.06.2015 № 1/1-25-15 по цене 94 000 руб. за каждую единицу техники.

Ответчиком также представлены пояснения относительного того, что в оспариваемых сделках не были перечислены многочисленные дефекты приобретаемых транспортных средств, но фактически они были не на ходу, в разобранном состоянии; с базы общества «ННГСС» ответчик забирал транспортные средства, используя трал так как самостоятельно они передвигаться не могли из-за своего технического состояния, (треснутые рамы, автомашины разграблены, в них отсутствовало множество деталей, неисправны двигатели). После покупки автомобилей ответчик понял, что не сможет их отремонтировать, поэтому продал их в пользу третьих лиц по цене от 94 000 руб. до 100 000 руб. за каждую единицу техники (соответствующие договоры купли-продажи заключены в конце 2018 года).

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций, сославшись на то, что на дату отчуждения транспортных средств их остаточная (балансовая) стоимость составляла 0 руб., пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим неравноценности оспариваемых сделок.

Суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для правильного разрешения вопроса о наличии у оспариваемых сделок признаков недействительности, предусмотренных положениями пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт совершения сделок в определённый период времени до возбуждения дела о банкротстве (один год), неравноценность сделок.

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки заключены и исполнены (07.09.2018 и 25.09.2018) в пределах одного года до возбуждения дела о банкротстве (06.03.2019).

Следовательно, исходя из положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве для правильного рассмотрения заявления необходимо установить равноценность (неравноценность) оспариваемых сделок.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

По общему правилу бремя распределения доказывания по такого рода спорам осуществляется следующим образом: на заявителя по обособленному спору (в данном случае – конкурсный управляющий) возлагается обязанность по доказыванию обстоятельств неравноценности сделки, на ответчика (в данном случае – ФИО3) возлагается бремя подтверждения рыночного характера условий оспариваемых договоров купли-продажи.

Вместе с тем, исходя из специфики дел о банкротстве необходимо учитывать  подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, который должен быть реализуемым. Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Так, из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Суд округа полагает, что в данном случае имелись основаниям для отступления от общего правила распределения бремени доказывания присущего для подобного рода споров и его перераспределения в соответствии с принципами справедливости, реализуемости, исходя из следующего.

В рамках дела о банкротстве общества «ННСС» (дело № А81-1732/2013) Федеральной налоговой службой инициирован обособленный спор о признании недействительными, в том числе договоров купли-продажи от 23.06.2015 № 1/1-29-15, от 10.06.2015 № 1/1-25-15, заключённых между обществом «ННСС» и должником, в отношении автомобилей, являющихся предметом оспариваемых договоров купли-продажи.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2019 по делу № А81-1732/2013, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.02.2020, договоры купли-продажи от 23.06.2015 № 1/1-29-15, от 10.06.2015 № 1/1-25-15 признаны недействительными, с должника в пользу общества «ННСС» взыскана действительность стоимость, в том числе являющихся предметом оспариваемых в рамках настоящего обособленного спора транспортных средств. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2020 в передаче кассационных жалоб на постановления апелляционного суда от 28.10.2019 и суда округа от 03.02.2020 по делу № А81-1732/2013 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

В рамках указанного обособленного спора судом апелляционной инстанции установлено, что рыночная стоимость отчуждённых транспортных средств, в том числе по договорам купли-продажи от 23.06.2015 № 1/1-29-15, от 10.06.2015 № 1/1-25-15) на дату их заключения составляла 49 736 726 руб., из чего сделан вывод о неравноценности оспариваемых сделок.

Таким образом, имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым установлено, что транспортные средства, приобретённые должником в 2015 году, имели потребительскую ценность и являлись ликвидным имуществом значительной стоимостью.

Действительно эксплуатация транспортного средства влечёт изменение его рыночной стоимости в меньшую сторону, обуславливаемое его технических износом, что, в конечном итоге, влияет на его остаточную (балансовую) стоимость.

Однако транспортное средство обусловлено сложностью конструкции, которая включает в себя не только механические, гидротехнические, электронные компоненты, остекление, которые невозможно использовать после их полной поломки, разрушения, но и металлических конструкций (кабина, рама, кузов грузового транспортного средства), которые могут направлены на металлолом.

Тем самым даже в случае полной неисправности транспортного средства как технически сложного объекта оно имеет определённую экономическую ценность, поскольку может быть реализовано в качестве запасных частей либо его остатки могут быть переработаны и повторно использованы на иные цели (остатки, годные к реализации; статьи 12, 12.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», глава 3 Положения Банка России от 04.03.2021 № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства») и, поэтому, автомобиль (его остатки) не может стоить 0 руб., как на это указали суды первой  и апелляционной инстанций.

Следует также учитывать особенности предмета оспариваемых сделок - грузовые транспортные средства (самосвал).

Отнесение транспортных средств к источникам повышенной опасности обуславливает необходимость установления для них особого правового режима в целом и специальных правил их допуска к эксплуатации в частности; государственная регистрация как обязательное условие для осуществления собственниками принадлежащих им имущественных прав на автомобили, а именно для использования автомобилей в дорожном движении, в определённой степени ограничивает субъективное право собственности, однако такое ограничение нельзя рассматривать как недопустимое, поскольку оно имеет целью защиту здоровья, прав и законных интересов как самих собственников, так и других лиц, обеспечение эффективного противодействия преступлениям и другим правонарушениям, связанным с использованием транспортных средств, а сами по себе регистрационные действия, осуществляемые регистрационными подразделениями, являются формой административного контроля с целью соблюдения конституционных прав граждан и гарантирования их имущественных интересов (постановление от 12.05.2011 № 7-П; определения от 01.10.2008 № 670-О-О, от 26.01.2010 № 124-О-О, от 17.01.2012 № 9-О-О, от 11.05.2012 № 836-О, от 21.03.2013 № 384-О, от 16.07.2013 № 1181-О, от 20.03.2014 № 607-О и др.).

Положениями пункта 3 статьи 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (далее – Закон о безопасности дорожного движения) предусмотрено, что допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путём регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Порядок государственной регистрации транспортных средств определён Федеральным законом от 03.08.2018 № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 283), Правилами государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утверждёнными постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2019 № 1764, Административным регламентом.

В силу пункта 1 статьи 17 Закона о безопасности дорожного движения находящиеся в эксплуатации на территории Российской Федерации транспортные средства подлежат техническому осмотру, проведение которого предусмотрено законодательством в области технического осмотра транспортных средств.

Статьёй 16 Закона о безопасности дорожного движения установлено, что техническое состояние и оборудование транспортных средств, участвующих в дорожном движении, должны обеспечивать безопасность дорожного движения (пункт 1). Обязанность по поддержанию транспортных средств, участвующих в дорожном движении, в технически исправном состоянии возлагается на владельцев транспортных средств либо на лиц, эксплуатирующих транспортные средства (пункт 2).

В соответствии с пунктами 11, 12 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», запрещается эксплуатация транспортных средств, не прошедших в установленном порядке государственный технический осмотр или технический осмотр; должностным и иным лицам, ответственным за техническое состояние и эксплуатацию транспортных средств, запрещается выпускать на линию транспортные средства, не прошедшие государственный технический осмотр или технический осмотр.

Указанное корреспондирует положениям статьи 15 Федерального закона от 01.07.2011 № 170-ФЗ «О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», по смыслу которых технический осмотр транспортных средств проводится до заключения договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств относится к числу документов, предоставляемых для совершения регистрационных действий в случае совершения регистрационных действий, связанных со сменой владельца транспортного средства (статья 15 Закона № 283-ФЗ).

Таким образом, для регистрации транспортного средства необходимо предъявить полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а его можно приобрести, только при наличии документа о прохождении технического осмотра.

Соответственно, после покупки транспортного средства необходимо сначала привести его в надлежащее состояние, пройти техосмотр, а уже затем ставить восстановленную машину на государственный учёт.

В данном случае после заключения оспариваемых сделок ответчиком осуществлена регистрация транспортных средств посредством постановки их на учёт в Государственной инспекции безопасности дорожного движения в установленном законом порядке, что очевидно предполагает надлежащее техническое состояние проданных должником автомобилей ввиду заключения в отношении них договоров обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Доказательств того, что автомобили восстанавливались ответчиком после их покупки, в материалах дела не имеется.

Каждое из названных обстоятельств (значительная стоимость транспортных средств на дату их приобретения должником в 2015 году, отчуждение автомобилей через три года оптом по минимальной цене в пользу физического лица, отсутствие в договорах, актах приема-передачи сведений о технических неисправностях имущества либо приобретения именно его остатков, последующая постановка ответчиком транспортных средств на учёт в установленном законом порядке, незначительное время владения, перепродажа по цене покупки третьим лицам без замечаний от последних о плохом техническом состоянии автомобилей) само по себе не свидетельствует о неравноценности оспариваемых сделок, однако в совокупности не могло не породить у конкурсного управляющего, суда разумных сомнений о подозрительном характере оспариваемых договоров купли-продажи.

Конкурсный управляющий как лицо, не вовлечённое в спорные правоотношения, очевидно стеснён в предоставлении доказательств в подтверждение своей позиции (информация о заключении оспариваемых сделок получена антикризисным менеджером из первичной документации, он не имел возможности осмотреть транспортные средства для целей оценки их технического состояния и, исходя из этого, определить их действительную рыночную стоимость), однако для его процессуального оппонента не должно составить труда представить письменные доказательства технического состояния приобретённых им транспортных средств, раскрыть действительные мотивы их покупки оптом по низкой (бросовой) цене в преддверии банкротства должника, их дальнейшую правовую судьбу.

При рассмотрении подобного рода споров также надлежит учитывать, что действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. При таком положении предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества должника по заниженной (бросовой) цене не по рыночным мотивам. Как следствие, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, действует с ним совместно, а потому его интерес не подлежит судебной защите.

С учётом изложенного, суд округа считает, что, исходя из приведённых конкурсным управляющим доводов, суды первой и апелляционной инстанций неправильно распределили бремя доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения заявления, не дали им надлежащей оценки в их взаимосвязи, в связи с чем обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует правильно распределить бремя доказывания в соответствии с принципами справедливости, реализуемости. Предложить ФИО3 подтвердить надлежащими письменными доказательствами наличие у транспортных средств, как он устно утверждает, многочисленных дефектов, что они были не на ходу, раскрыть каким именно образом эти дефекты были установлены (зафиксированы), как транспортные средства прошли технический осмотр и поставлены на учёт, выяснить какова их дальнейшая  правовая судьба (находятся ли машины в эксплуатации у третьих лиц, купивших их у ФИО3, выяснить действительные условия о цене, техническом состоянии при их перепродаже ответчиком) и исходя из установленных обстоятельств разрешить вопрос о наличии (отсутствии) неравноценного встречного предоставления по оспариваемым сделкам (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 05.10.2022 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 28.12.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-2232/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                  В.А. Зюков

 

ФИО1