﻿Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А75-4062/2021

15 ноября 2021 г.

г. Ханты-Мансийск

Резолютивная часть решения объявлена 12 ноября 2021 г.

В полном объеме решение изготовлено 15 ноября 2021 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Неугодникова И.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Старухиной М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» (ОГРН 1178617019613, ИНН 8604067958, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 03.10.2017, место нахождения: 628305, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, город Нефтеюганск, ул. Парковая, стр. 28, оф. 10) к акционерному обществу «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» (ОГРН 1038600202222, ИНН 8614006094, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 23.02.2003, место нахождения: 628183, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г. Нягань, проезд 8-й, д. 1, корп. 11) о взыскании 1 588 690 руб. 00 коп.,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»,

при участии представителей:

от истца: Чепелкина О.В. (паспорт, удостоверение адвоката, доверенность от 04.03.2021),

от ответчика: Наумов Ю.П. (паспорт, диплом, доверенность от 01.01.2021 № 29),

от третьего лица: Гуртопова Е.Р. (паспорт, диплом, доверенность от 31.08.2021 № 2248-Д), 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» (далее – истец, ООО «ТУУ») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к акционерному обществу «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» (далее – ответчик, АО «УТТ») о взыскании убытков в размере 1 588 690 руб. 00 коп., возникших в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) 12.11.2020 на 57 км. Автодороги г. Лянтор – Рогожниковское м/р с участием автомобиля Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак Т460 ТО 86, принадлежащего АО «УТТ» и автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак В733ВВ 186, принадлежащего на праве собственности ООО «ТУУ».

Дополнительно истец просит отнести на ответчика судебные расходы на оплату внесудебной экспертизы в размере 15 000 руб. 00 коп. и услуги адвоката в размере 60 000 руб. 00 коп.

В качестве правового обоснования для удовлетворения заявленных требований истец указал статьи 15, 1064, 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением от 02.07.2021 суд по ходатайству ответчика привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» (далее – третье лицо, ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»).

Этим же определением от 02.07.2021 суд на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принял к рассмотрению уточненные исковые требования (заявление т. 1 л.д. 143).

Таким образом, суд рассмотрел требование истца о взыскании с ответчика убытков в размере 952 768 руб. 00 коп.

Ответчик предоставил отзыв (направлен в электронном виде 11.06.2021, т. 1 л.д. 99-105), иск не признал. Высказал предположение о возникновении ДТП по вине водителей, транспортных средств, принадлежащих ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» («ГИРД-58498» государственный регистрационный знак А922ХУ86; «УРАЛ-59602» государственный регистрационный знак В507ЕВ86). Так же не согласился с предъявленными истцом требованиями о возмещении убытков в виде неполученных доходов. Указал на чрезмерно завышенную сумму судебных расходов на услуги представителя.

В свою очередь истец представил возражения на отзыв (т. 1 л.д. 134-135), на которые ответчик подготовил письменные пояснения (т. 2 л.д. 16-18).

ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» представило отзыв (направлен в электронном виде 01.09.2021, т. 2 л.д. 5-8). Третье лицо считает, что виновным в случившемся ДТП является водитель ответчика, допустивший нарушение требований пункта 10.1 ПДД. По мнению ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» позиция ответчика относительно наличия связи между нарушением ПДД, допущенными водителями третьего лица, и последствиями ДТП является неосновательной. Так же согласилось с приведенными ответчиком возражениями по требованию о возмещении убытков в виде неполученных доходов.

В судебном заседании 12.11.2021 в качестве свидетелей были опрошены Плужников Виктор Александрович, Ражаев Муслим Мусаевич, Байков Анатолий Анатольевич, Юськаев Рафаиль Искандярович, которые предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации (подписки приобщены к материалам дела), просмотрена видеозапись с регистратора (CD диск с видеофайлом приобщен в качестве вещественного доказательства определением от 24.09.2021, т. 2 л.д. 12).

Так же в судебном заседании 12.11.2021 ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» предоставило дислокацию дорожных знаков и разметки автомобильной дороги г. Лянтор – Рогожниковское месторождение с 56 км по 58 км. Обратило внимание, что при сопоставлении скорости движения автомобиля Скания (данные предоставленные ответчиком из программы AutoGRAF, т. 2 л.д. 19-21) с установленными на участке догори знаками в месте ДТП, следует вывод о допущенном водителем автомобиля Скания превышении скоростного режима.

Суд, заслушав представителей, показания свидетелей, исследовав материалы дела, считает иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

12.11.2020 на 57 км. автомобильной дороги город Лянтор – Рогожниковское месторождение произошло ДТП с участием автомобиля Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак Т460 ТО 86, принадлежащего АО «УТТ» и автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак В733ВВ 186, с полуприцепом с бортовой платформой, принадлежащих на праве собственности ООО «ТУУ» (копии свидетельств о регистрации ТС т. 1 л.д. 42, 49-50).

В определении от 12.11.2020 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении (т. 1 л.д. 41, 51) описан следующий механизм развития ДТП: водитель Каримов Тургунали, являющийся работником АО «УТТ», управляя транспортным средством «Скания Р380 СВ» государственный регистрационный знак Т460ТО 86, при движении не справился с управлением, допустил занос транспортного средства и наезд на стоящее транспортное средство «Урал 59602» государственный регистрационный знак В507ЕВ 186, после чего совершил столкновение с транспортным средством марки «УАЗ 390995» государственный регистрационный знак В525РВ 186, после чего совершил столкновение с транспортным средством «КАМАЗ 53504-46» государственный регистрационный знак В733ВВ 186, после чего совершил столкновение с транспортным средством «ГИРД 5849» государственный регистрационный знак А922ХУ186.

В результате ДТП транспортное средство (грузовой тягач седельный КАМАЗ 53504-46, идентификационный номер (VIN) XTC535044E2444465), принадлежащее истцу, получило механические повреждения.

Согласно отчету № 0550 / К 12 / 89, подготовленному ООО «Независимость» экспертом-техником Халиковым А.И. (сведения о включении сведений в Государственный реестр экспертов-техников, т. 1 л.д. 44), рыночная стоимость восстановительного ремонта без учета износа составила 1 023 200 руб. 00 коп.

Истец в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» получил страховое возмещение в размере 400 000 руб. 00 коп. (текст иска т. 1 л.д. 4, страховой полис т. 1 л.д. 43, платежное поручение от 16.12.2020 № 226 на 400 000 руб. 00 коп. т. 1 л.д. 52).

Возникновение в результате произошедшего ДТП ущерба транспортному средству, не покрытого страховой компанией, а так же отсутствие возможности в период ремонта оказания транспортных услуг с использованием поврежденного автомобиля явилось причиной предъявления иска в суд.

В силу подпункта 6 пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают помимо прочего вследствие причинения вреда другому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 3 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Статьей 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом в силу статьи 1082 ГК РФ, удовлетворяя требования о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Истцу поврежденный автомобиль КАМАЗ 53504-46 принадлежит на праве собственности, что следует из и свидетельства о регистрации транспортного средства (т. 1 л.д. 42, 49-50).

АО «УТТ» является собственником участвовавшего в ДТП транспортного средства Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак Т460 ТО 86, и имело трудовые отношения с водителем Каримовым Тургунали, что указано в рапорте старшего инспектора ДПС ОР ДПС ОГИБДД ОМВД России по Сургутскому району старшего лейтенанта полиции Жукова Д.Л. (т. 1 л.д. 118), объяснениях водителя Каримова Тургунали (т. 1 л.д. 87-88, 124), а так же не оспаривалось ответчиком в ходе судебного разбирательства.

Стороны заняли различные позиции в отношении лица, виновного в свершившемся ДТП.

1) По версии ООО «ТУУ» (истец) и ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» (третье лицо), управлявший автомобилем Скания водитель Каримов Тургунали не соблюдал скоростной режим, нарушил п. 10.1. Правил дорожного движения (далее – ПДД). Третье лицо в своем отзыве оценило ситуацию следующим образом: водитель ответчика вел транспортное средство без учета особенностей и состояния транспортного средства и груза, дорожных и метеорологических условий со скоростью, которая не обеспечивала водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства и принятию своевременных мер к снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства. В направленных в электронном виде 11.11.2021 дополнительных пояснениях истец сопоставил скорости движения автомобилей (средняя скорость движения КАМАЗ 53504-46 составляла 51,0 км/ч, максимальная 53,9 км/ч; скорость движения автомобиля Скания – 86,48 км/ч) и сделал вывод, что избранная водителем ответчика скорость не являлась безопасной при гололеде, при меньшей скорости и тормозной путь бы сократился. Езда со скоростью, превышающей безопасную для существовавших дорожных условий, выезд на встречную полосу, вместо остановки, привели к столкновению с автомобилем КАМАЗ.

2) По версии АО «УТТ» (ответчик), ДТП произошло по причине наличия препятствия на полосе движения автомобиля Скания, которое (препятствие) создано остановившимися транспортными средствами «ГИРД-58498» государственный регистрационный знак А922ХУ86, под управлением водителя Кубасаева К.Д. и «УРАЛ-59602» государственный регистрационный знак В507ЕВ86, под управлением водителя Ражаева М.М., которые нарушили п. 12.1 ПДД. Оба указанных транспортных средства принадлежат ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» (третье лицо). В результате наличия припаркованных на попутной полосе движения транспортных средств водитель автомобиля Скания вынужден был их объезжать с отклонением от прямолинейного движения и выездом на встречную полосу, где и произошло столкновение с принадлежащем истцу автомобилем КАМАЗ 53504-46.

По мнению суда, исходя из просмотренной видеозаписи с регистратора; показаний свидетелей; объяснений водителей, полученных сотрудниками ГИБДД; схемы места совершения административного происшествия; распечаток данных систем бортовых систем мониторинга транспортного средства, содержащих сведения о скорости движения автомобилей, имеется обоюдная вина истца и ответчика в случившемся ДТП.

При причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности (к которым законодатель относит транспортные средства) вред возмещается по принципу ответственности за вину участников ДТП, определение которой относится к компетенции суда.

При наличии вины обоих водителей в совершенном ДТП полный отказ в возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, не допускается, поэтому надлежит установить степень вины водителей в ДТП и определить размер возмещения, подлежащего выплате, соразмерно степени виновности каждого.

Не привлечение к административной ответственности за нарушение ПДД не является препятствием для установления в арбитражном суде виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности.

Как усматривается из материалов дела, ДТП произошло в дневное время при хорошей видимости дороги во всех направлениях.

В судебном заседании 12.11.2021 ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» предоставило дислокацию дорожных знаков и разметки автомобильной дороги г. Лянтор – Рогожниковское месторождение с 56 км по 58 км.

ДТП произошло в районе моста через реку Тотыкорьяун, перед которым (мостом) в обоих направлениях установлен знак ограничения максимальной скорости движения в 50 км/ч (3.24 в Приложении 1 к ПДД), после проезда моста установлен знак ограничения максимальной скорости движения в 70 км/ч (3.24 в Приложении 1 к ПДД).

Как следует из объяснений водителя Каримова Тургунали (т. 1 л.д. 124), управлявшего транспортным средством «Скания» с полуприцепом, он двигался по направлению от Рогожниковского месторождения в сторону города Лянтора на 57 км обогнал движущийся попутно цементовоз до сплошной линии разметки (исходя из дислокации дорожных знаков и разметки маневр обгона должен был завершен до моста, где установлено дорожные знаки, ограничивающие максимальную скорость перед мостом до 50 км/ч) перед собой заметил на левой стороне дороги стоит Урал с полуприцепом без выставленных знаков аварийной остановки, чтобы не столкнуться с ним нажал на тормоз и автомобиль с полуприцепом начало кидать из стороны в сторону. Чтобы избежать прямого столкновения принял левее и зацепил полуприцепом Урал, после зацепил УАЗ движущийся по встречке (по видеозаписи с регистратора и объяснений водителей УАЗ остановился на обочине, а не двигался), после зацепил левой стороной кабины КАМАЗ, идущий со встречного направления, и от удара с КАМАЗом выкинуло на вахтовку Урал, стоявший на левой стороне дороги за первым Уралом.

Принимая во внимание показания свидетелей, место ДТП расположено после пересечения автомобилем Скания моста через реку Тотыкорьяун в сторону города Лянтор, подобный вывод подтверждается Фоторгафией рабочего дня автомобиля КАМАЗ (Глонас/GPS, остановка двигавшегося во встречном направлении транспортного средства истца до реки) (приложение к дополнительным пояснениям истца, направленным в электронном виде 11.11.2021), где установлено для автомобиля Скания ограничение максимальной скорости движения 70 км/ч, однако автомобиль Скания по данным программы AutoGRAPH 12.11.2021 в 13:41:33 двигался со скоростью 86,48 км/ч, в 13:42:54 – 60,06 км/ч, 13:43:28 – 0 км/ч.

Исходя из логики, водитель автомобиля Скания после совершения обгона до моста (на мосту сплошная линия разметки и в силу пункта 11.4 ПДД на мостах обгон запрещен, после проезда моста нанесена дорожная разметка 1.11 Приложения № 2 ПДД, запрещающая перестроение) должен был снизить скорость для проезда по мосту через реку Тотыкорьяун со скоростью не превышающей 50 км/ч, и после установленного на дальнем берегу реки знака ограничения скорости в 70 км/ч двигаться, соблюдая ограничения, однако, исходя из предоставленных данных программы AutoGRAPH водитель Скании, игнорируя требования запрещающих знаков, «разгонял» автомобиль до скорости 86,48 км/ч (с этой скорости началось торможение за 1 мин. и 58 сек до полной остановки, данные avtoGRAPH, т. 2 л.д. 19-21). Как усматривается из видеозаписи, автомобиль Скания при наличии припаркованных на попутной полосе транспортных средств, не останавливается, а выезжает на полосу встречного движения, в связи с чем двигавшийся во встречном направлении со стороны города Лянтора автомобиль УАЗ вынужден принять вправо на обочину для избежания столкновения со Сканией (объяснения водителя автомобиля УАЗ, т. 1 л.д. 120).

Суд соглашается с приведенными истцом и третьим лицом аргументами о наличии в случившемся ДТП вины водителя ответчика.

При этом суд отклоняет возражения ответчика, о том, что причиной ДТП послужило  нарушение пункта 12.1 ПДД водителями автомобилей «ГИРД-58498» и «УРАЛ-59602» (оба автомобиля принадлежат ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»). 

Пунктами 12.1 и 12.2 ПДД предусмотрено, что остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при ее отсутствии - на проезжей части у ее края ... На левой стороне дороги остановка и стоянка разрешаются в населенных пунктах на дорогах с одной полосой движения для каждого направления без трамвайных путей посередине и на дорогах с односторонним движением (грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т на левой стороне дорог с односторонним движением разрешается лишь остановка для загрузки или разгрузки). Ставить транспортное средство разрешается в один ряд параллельно краю проезжей части.

Исходя из приведенных норм, в рассматриваемом деле допустима остановка транспортного средства на краю дороги, из схемы места совершения административного происшествия (т. 1 л.д. 119) усматривается, что автомобили Урал стояли в один ряд, но был нарушен запрет на ориентацию транспортного средства (остановились на полосе противоположенного движения (остановились кабиной навстречу направлению движения). Каким образом повлияла ориентация транспортного средства (кабиной по ходу движения или кабиной против потока движения) ответчик пояснений не привел. Ответчик указывал, что при остановке водителем Урала не был выставлен знак аварийной установки. Между тем свидетель Ражаев М.М. в судебном заседании 12.11.2021 и в своих объяснениях (т. 1 л.д. 121) сообщал, что выставлял знак. В рассматриваемом деле судом не установлено условий для обязательной установки знака аварийной остановки, ранее момента произошедшего ДТП. Пункт 7.2. ПДД предписывает включать аварийную сигнализацию, а также при ее неисправности или отсутствии выставлять знак аварийной остановки при остановке транспортного средства:

- при дорожно-транспортном происшествии;

- при вынужденной остановке в местах, где она запрещена, и там, где с учетом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями.

Сторонами не сообщено, какие обстоятельства (до случившегося ДТП) обязывали бы водителя автомобиля Урал выставить знак аварийной остановки.

Сама по себе остановка двух грузовых автомобилей Урал (грузовые автомобили имеют большие габаритные размеры, по сравнению с легковыми автомобилями) в дневное время при хорошей видимости должна учитываться водителями при управлении транспортным средством.

Необходимо акцентировать внимание, что автомобиль Скания до столкновения с движущимся навстречу автомобилем КАМАЗ уже допустил столкновение с находящимся в неподвижном состоянии автомобилем Урал с полуприцепом, что же указывает на допущенные водителем движущегося транспортного средства Скания ошибок в управлении.

Судом установлено, что водитель автомобиля Скания превысил максимально разрешенную скорость движения (в силу пункта 10.3. ПДД вне населенных пунктов грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т разрешается движение со скоростью не более 70 км/ч (на автомагистралях не более 90 км/ч)), в дневное время при хорошей видимости принял неверное решение, видя препятствие на своей полосе движения, не принял мер к торможению и полной остановке автомобиля (допустил нарушение пункта 10.1 ПДД). В результате подобных действий водителя возникло ДТП, в результате которого автомобиль Скания с полуприцепом допустил столкновения как с автомобилями, которые не двигались, так и выехав на полосу встречного движения столкнулся автомобилем, двигавшемся по встречной полосе движения.

В силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Суд усматривает наличие вины в столкновении Скании и КАМАЗа и водителя автомобиля КАМАЗ 53504-46, поскольку обогнавший его (водителя КАМАЗа) водитель автомобиля УАЗ в идентичной обстановке оценил ситуацию и остановил транспортное средство на обочине.

На данное обстоятельство обратило внимание третье лицо, в судебном заседании 12.11.2021, представило распечатанную с видеозаписи «раскадровку» с пояснениями имевших место действий водителей.

Как следует из видеозаписи с регистратора и данных Фотографии рабочего дня (Глонас/GPS, представлены истцом в электронном виде 11.11.2021) водитель автомобиля КАМАЗ 53504-46 двигаясь со средней скоростью 51 км/ч, видел как выезжающее навстречу транспортное средство Скания, так и действия водителя УАЗа, применившего торможение и остановку на обочине, со своей стороны не принял мер для снижения скорости и полной остановки на обочине, в чем так же усматривается нарушение п. 10.1 ПДД (хотя имеется вероятность, что даже и при полной остановке КАМАЗа с полуприцепом его не задел бы «мотающийся» автопроезд (Скания с полуприцепом), как это произошло с остановившемся на обочине автомобилем УАЗ).

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Суд принимает во внимание, что водитель КАМАЗа двигался по своей полосе движения не превышая максимальной разрешенной скорости, поэтому вина водителей в случившемся ДТП не равнозначная.

Поскольку суд пришел к выводу о наличии вины, как в действиях ответчика, так и в действия истца, применяя нормы статей 404, 1083 ГК РФ, определяет степень вины ответчика 80%.

1. Относительно требования истца о взыскании с ответчика убытков, в виде разницы стоимости ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства не покрытого страховой компанией в размере 623 200 руб. 00 коп. (1 023 200 руб. 00 коп. (рыночная стоимость ремонта и запасных частей, определенного по результатам внесудебной экспертизы) - - 400 000 руб. 00 коп. (сумма страховой выплаты)).

Факт причинения вреда принадлежащему истцу автомобилю подтверждается определением от 12.11.2020 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, актом осмотра транспортного средства, внесудебным экспертным заключением.

Причинно-следственная связь между действиями водителя ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями для имущества истца в рассматриваемой ситуации сомнению не подвергается.

Ответчик доказательств, что механические повреждения транспортного средства возникли не вследствие ДТП в материалы дела не представил.

При вышеизложенных обстоятельствах суд считает, что имеются основания для гражданско-правовой ответственности ответчика за причинение вреда имуществу истца.

Заявляя требование о взыскании разницы между выплаченным страховым возмещением и стоимостью расходов на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства (на основании внесудебного экспертного заключения), ООО «ТУУ» руководствовалось статьями 15, 1064, 1072, 1079 ГК РФ, согласно которым потерпевшее лицо вправе требовать с причинителя вреда либо его работодателя, возмещения ущерба в полном объеме, превышающем выплаченное страховое возмещение.

Об обязанности возмещения причинителем вреда разницы между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда указано в пункте 35 Постановления Пленума Верхового Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Для обоснования размера ущерба, причиненного транспортному средству в результате ДТП транспортному средству, истец представил в материалы дела отчет № 0550 / К – 12 / 86, подготовленный ООО «Независимость» экспертом-техником Халиковым А.И., являющегося (сведения о включении сведений в Государственный реестр экспертов-техников, т. 1 л.д. 44).

Согласно отчету, рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства КАМАЗ 53504-46 без учета износа составила 1 023 200 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 35 оборотная сторона).

Ответчик не представил в материалы дела доказательств возможности провести восстановительный ремонт пострадавшего в ДТП транспортного средства за иную сумму.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла (абзац 3 пункта 5 Постановления Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П).

Из вышеприведенных разъяснений следует, что для определения размера убытков правомерно принимать во внимание стоимость восстановительного ремонта без учета износа деталей.

Суд установил, что в рассматриваемом споре присутствуют все элементы, необходимые для взыскания с ответчика ущерба, возникшего вследствие ДТП.

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании с ответчика убытков (разницы стоимости ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства не покрытого страховой компанией), подлежит удовлетворению частично, с учетом определенной судом степени вины ответчика в случившемся ДТП (80%), в сумме 498 560 руб. 00 коп. (1 023 200 руб. 00 коп. (рыночная стоимость ремонта и запасных частей, определенного по результатам внесудебной экспертизы) - 400 000 руб. 00 коп. (сумма страховой выплаты) х 80%).

2. Относительно требования истца о взыскании с ответчика убытков, в виде упущенной выгоды, вследствие отсутствия возможности в период с 13.11.2020 по 31.01.2021 (80 дней в одиннадцатичасовом режиме) оказания транспортных услуг с использованием поврежденного автомобиля в размере 329 568 руб. 00 коп. (с учетом принятых судом уточнений, т. 1 л.д. 143).

Законодатель под упущенной выгодой понимает неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В обоснование размера упущенной выгоды истец сослался на наличие договорных отношений с ООО «СГК-Бурение» (заказчик) по предоставлению транспортных услуг (т. 1 л.д. 53-79).

АО «УТТ» в своем отзыве (т. 1 л.д. 99-105), в отношении данной части требований высказывало возражения как по величине предъявленной ко взысканию суммы, так и принципиально по обоснованности иска в данной части проанализировав условия представленного истцом договора.

Как следует из статьи 15 ГК РФ с учетом ее толкования, данного в пунктах 12, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Из приложенных к иску документов следует, что попавший в ДТП автомобиль использовался юридическим лицом для предпринимательских целей.

На дату ДТП для автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак В733ВВ 186, выдан путевой лист грузового автомобиля 012653 (т. 1 л.д. 136-137), в котором указано на его предоставление в распоряжение ООО «СГК-Бурение».

Так же истцом в материалы дела представлены заявки ООО «СГК-Бурение» на перевозку грузов и выделение транспорта в период с 01.11.2020 по 31.01.2021 (т. 1 л.д. 139-141).

Причинение механических повреждений автомобилю истца, перечисленных в акте осмотра (т. 1 л.д. 37), в том числе повреждение осветительных приборов, подразумевают запрет эксплуатации транспортного средства до устранения повреждений (пункт 3.3. Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств).

Соответственно при наличии действующего договора с контрагентом, предоставление на одну единицу меньше транспортных средств, подразумевает уменьшение объема оказываемых услуг и суммы вознаграждения.

Истец свой первоначальный расчет упущенной выгоды (в тексте иска т. 1 л.д. 4, справка-расчет т. 1 л.д. 80) корректировал в сторону уменьшения (т. 1 л.д. 134-135, справка-расчет т. 1 л.д. 138).

Ответчик контррасчета размера упущенной выгоды не представил, правом на заявления ходатайства о назначении экспертизы для определения размера упущенной выгоды не воспользовался.

Суд усматривает основания для частичного удовлетворения исковых требований, с учетом определенной судом степени вины ответчика в случившемся ДТП (80%), и взыскивает с ответчика в пользу истца упущенную выгоду в размере 263 654 руб. 40 коп. (329 568 руб. 00 коп. х 80%).

Таким образом, с АО «УТТ» подлежат взысканию в пользу ООО «ТУУ» убытки в общей сумме 762 214 руб. 40 коп. (498 560 руб. 00 коп. + 263 654 руб. 40 коп.).

Статьёй 112 АПК РФ установлено, что вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

В соответствии со статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

По содержанию статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, в том числе относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей) в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Истцом заявлено об отнесении на ответчика судебных издержек на оплату услуг представителя в размере 60 000 руб. 00 коп.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела») (далее – Постановление № 1).

В материалы дела представлено соглашение об оказании юридической помощи от 15.03.2021 № 41, заключенный истцом (заказчик) и адвокатом Чепелкиной О.В. (исполнитель). Стоимость услуг, согласно пункту 2. данного соглашения, составила 60 000 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 92).

Юридические услуги оплачены, что подтверждается платежным поручением от 16.03.2021 № 340 на 60 000 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 93).

Суд признает доказанным несение истцом судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 60 000 руб. 00 коп.

Согласно пункту 11 Постановления № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Ответчик в своем отзыве полагает чрезмерно высоким размер судебных расходов (направлен в электронном виде 11.06.2021, т. 1 л.д. 99-105). По мнению ответчика, дело не носит сложный характер, поскольку сложилась правоприменительная практика по схожей категории дел, в обоснование своей позиции приложил прайс-листы на услуги адвокатов.

В соответствии с опубликованным в сети Интернет, рекомендуемым минимальным ставкам стоимости некоторых видов юридической помощи, оказываемой адвокатами Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, утвержденным решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.12.2019 № 13 (т. 1 л.д. 94-95), стоимость составления искового заявления, иных заявлений, ходатайств и других документов правового характера, связанное с изучением и анализом документов – 20 000 руб., представление интересов доверителя непосредственно в судебном заседании в арбитражном суде (за один судодень) - 40 000 руб. Указанные ставки фиксируют минимальный уровень сложившейся в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре стоимость юридической помощи адвокатов, в том числе и для целей применения критериев разумности, установленного в части 2 статьи 110 АПК РФ.

В материалы дела привлеченным истцом адвокат Чепелкина О.В. представляла документы (исковое заявление подписано адвокатом, ходатайство о приобщении документов (т. 1 л.д. 117), отзыв на возражения ответчика (т. 1 л.д. 134-135), заявление об уменьшении размера исковых требований (т. 1 л.д. 143), дополнительные пояснения (т. 2 л.д. 39-41), участвовала в 5 судебных заседаниях (24.06.2021, 02.07.2021, 02.09.2021, 24.09.2021, 12.11.2021 (протоколы т. 1 л.д. 127, 146, т. 2 л.д. 11, 22)), в связи с чем суд не соглашается с возражением ответчика о чрезвычайно высоком размере стоимости услуг представителя.

Дополнительно истец просит отнести на ответчика расходов по оплате внесудебной экспертизы в размере 15 000 руб. 00 коп. 

Из содержания статьи 106 АПК РФ, пункта 2 Постановления № 1 следует, что перечень судебных издержек не является исчерпывающим, поэтому, исходя из взаимосвязи данной нормы с положениями статей 64, 65 АПК РФ, за счет проигравшей стороны могут быть возмещены и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений.

Истцом до предъявления иска самостоятельно заказано исследования эксперта ООО «Независимость», по итогам которого подготовлено экспертное заключение от 23.12.2020 № 0550/К-12/86 (т. 1 л.д. 32-48).

В подтверждение расходов истца на оплату внесудебной экспертизы в материалы дела представлены договор от 21.12.2020 № 0550/К (т. 1 л.д. 89-90), платежное поручение от 22.12.2020 № 1627 на 15 000 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 91).

Заключение по результатам проведения внесудебной экспертизы может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ (пункт 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Вышеуказанное заключение было представлено истцом в соответствии с положениями части 1 статьи 65 АПК РФ в обоснование своих исковых требований.

Суд полагает, что расходы, понесенные истцом в связи с подготовкой (собиранием) доказательств, представленных в обоснование своей позиции по делу с целью реализации своего права на защиту, являются относимым к судебным расходам (издержкам) по настоящему делу.

ООО «ТУУ» при предъявлении иска оплатило государственную пошлину в размере 28 887 руб. 00 коп., что подтверждается платежным поручением от 16.03.2021 № 339 (т. 1 л.д. 9).

По правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах при цене иска 952 768 руб. 00 коп. (с учетом уточнений т. 1 л.д. 143), составляет 22 055 руб. 00 коп.

Согласно статье 104 АПК РФ и подпункту 1 пункта 1 статьи 333.40. Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено главой 25.3. Налогового кодекса Российской Федерации.

В связи с этим, государственная пошлина в размере 6 832 руб. 00 коп. подлежит возврату ООО «ТУУ» из федерального бюджета.

В силу абзаца 2 части 1 статьи 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Принимая во внимание частичное удовлетворение исковых требований, на основании статей 101, 110, 112 АПК РФ судебные расходы относятся на истца пропорционально удовлетворенным исковым требования – 20 %, на ответчика – 80%.

В соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

При изготовлении полного текста решения суд счел необходимым исправить допущенные ранее в резолютивной части решения арифметические ошибки в указании размера убытков (размер убытков ошибочно указан «767 014 руб. 40 коп.», тогда как верная сумма «762 214 руб. 40 коп.» ), подлежащего взысканию с ответчика, которая в свою очередь повлекла ошибки в определении размера государственной пошлины за рассмотрение требований арбитражным судом, пропорции при распределении государственной пошлины, а так же последующую арифметическую ошибку при определении общей денежной суммы подлежащей взысканию с ответчика, а так же размера государственной пошлины, подлежащей возврату истцу из федерального бюджета.

При изготовлении полного текста решения на основании статьи 179 АПК РФ суд по своей инициативе исправляет допущенные арифметические ошибки.

Руководствуясь статьями 9, 16, 64, 65, 71, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» убытки в размере 762 214 руб. 40 коп., судебные издержки на оплату внесудебной экспертизы в размере 12 000 руб. 00 коп., судебные издержки на оплату услуг представителя в размере48 000 руб. 00 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 644 руб. 00 коп., всего 839 858 руб. 40 коп. (Восемьсот тридцать девять тысяч восемьсот пятьдесят восемь рублей 40 копеек).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вернуть обществу с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 832 руб. 00 коп. (Шесть тысяч восемьсот тридцать два рубля 00 копеек), уплаченную по платежному поручению от 16.03.2021 № 339 на 28 887 руб. 00 коп.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Не вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия. 

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Судья                                                                                                       И.С. Неугодников