ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-6674/2021

г. Саратов

19 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «08» апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  «19» апреля 2024 года.

 

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В., 

судей Грабко О.В., Романовой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Молевой В.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО7 Александровны

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 февраля 2024 года по делу                            № А12-6674/2021 

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания будущего» (400001, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи: представителя ФИО1 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 15 февраля 2023 года, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.09.2021 общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания будущего» (далее – ООО «Строительная компания будущего», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4, конкурсный управляющий).

03.05.2023 конкурсный управляющий ФИО4 обратился с заявлением, согласно которому просил привлечь ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО8 (далее – ФИО8) и ФИО1 (далее – ФИО1) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строительная компания будущего» и приостановить производство по обособленному спору о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью определения размера ответственности до реализации имущества должника и проведения окончательных расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.02.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строительная компания будущего». Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «Строительная компания будущего».

ФИО1, не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что вопреки выводам суда первой инстанции ФИО1 не является контролирующим должника лицом. Кроме того, в обоснование доводов жалобы апеллянт также ссылается на тот факт, что с ФИО1 уже взыскали убытки по всем оспоренным сделкам. Таким образом, по мнению заявителя, одновременно взыскание убытков и привлечение к субсидиарной ответственности по одним и тем же основаниям является неправомерным.

ФИО7, также не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что ООО «Строительная  компания будущего» и ООО «ТЦ Орион» созданы с целью строительства торгового цента «Медведица». По мнению апеллянта, причиной банкротства должника послужило прекращение деятельности ООО «ТЦ Орион», а именно финансирование деятельности ООО «Строительная  компания будущего» по строительству торгового центра. Податель жалобы обращает внимание, что в материалы дела не представлены доказательства необходимости обращения руководителя должника с заявлением о несостоятельности (банкротстве). Апеллянт считает, что в заявлении конкурсного управляющего не обозначен четкий момент, когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов. Указывает, что банкротство должника было вызвано объективными причинами, а не действиями контролирующего должника лиц. 

В представленных отзывах на апелляционные жалобы конкурсный управляющий ФИО4 возражал против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданных по делу апелляционных жалоб, исходя из нижеследующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по передаче документации должника (п.п. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), на нарушение срока подачи заявления о признании должника банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве) и на невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду причинения ответчиками существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок от имени должника и действий, направленных на вывод активов (денежных средств должника) (п.п. 1 п. 2, ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанций пришел к выводу о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

По сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ)  ФИО6 с 02.10.2020 по настоящее время является учредителем должника.

Обязанности единоличного исполнительного органа ООО «Строительная компания будущего» исполняли ФИО5 (в период с 24.01.2019 по 25.11.2020), ФИО9                               (в период с 25.11.2020 по 07.05.2021), ФИО10  (в период с 07.05.2021 по 24.09.2021).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, ФИО5 и ФИО9 являлись контролирующими должника лицами в соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Исходя из изложенного, ФИО5 и ФИО9 соответствуют критериям контролирующих должника лиц и являются надлежащими субъектами ответственности применительно к предмету настоящего спора.

Конкурсным управляющим в качестве ответчиков также заявлены ФИО7, ФИО8 и ФИО1

В силу подпункта 4 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (часть 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017                     № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

О наличии фактического контроля над должником может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7) и от 07.09.2019                      № 307-ЭС17-11745(2).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.ГК РФ РФ (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои  документы  и  представив  объяснения  относительно  того,   как  на  самом  деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Волгоградской области от 17.09.2021, от 18.04.2022, от 23.05.2022, от 30.05.2022, от 28.06.2022, от 22.08.2022, от 10.10.2022 и от 20.03.2023 по настоящему делу, от 04.04.2022, от 16.11.2022 и от 18.11.2022 по делу № А12-541/2021, от 09.08.2022 и от 22.03.2022 по делу № А12-2032/2021 установлено, что ООО «Строительная компания будущего» имеет фактическую аффилированность и входит в одну группу лиц с организациями ООО «ТЦ Орион», ООО «УК Реал» и ООО «Медведица», с которыми они на протяжении 2019-2021 годов имели устойчивые внутригрупповые отношения, подчинявшиеся единому процессу по строительству торгового центра «Медведица» в интересах одних выгодоприобретателей. 

Приведенными судебными актами подтверждено, что конечный бенефициарный контроль над группой компаний (в том числе должником) принадлежал ФИО7, ФИО8 и ФИО1, которые в своих целях структурировали ведение бизнеса между данными организациями в качестве единого экономического субъекта.

По сведениям из ЕГРЮЛ участниками ООО «ТЦ Орион» являются - ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО7, ФИО1 и ФИО15.

Согласно общедоступным сведениям участниками ООО «Медведица» являются теже ФИО7 и ФИО8 (сын участника ООО «ТЦ Орион» ФИО15), а до 05.03.2021 ФИО1.

Из взаимосвязи приведенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, ООО «Строительная компания будущего», ООО «ТЦ Орион» и ООО «Медведица», являются фактически взаимосвязанными организациями, входящими в одну группу лиц, бенефициарный контроль над которой прямо или опосредованно принадлежит ФИО7, ФИО1 и ФИО8

Вышеуказанный вывод суда первой инстанции подтверждается совокупностью следующих обстоятельств. 

Как следует из материалов дела, с даты создания ООО «Строительная компания будущего» организация вела исключительно вспомогательную деятельность, заключающуюся в оказании помощи основной организации ООО «ТЦ Орион» по строительству торгового центра «Медведица» в интересах бенефициаров ООО «ТЦ Орион». Иных контрагентов - заказчиков, строительных проектов, источников дохода и т.п. помимо ООО «ТЦ Орион» должник не имел. В свою очередь, ООО «Медведица» создано для наделения данной организации полномочиями по организационному и техническому обеспечению здания будущего торгового центра в качестве управляющей компании, которая за соответствующее вознаграждение должна была бы оказывать услуги по содержанию, управлению, обслуживанию и ремонту общего имущества объекта (пункт 2 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации). 

Изложенное прослеживается из материалов дела о банкротстве ООО «ТЦ Орион» (дело № А12-2032/2021) по требованиям кредиторов о включении в реестр требований кредиторов должника, в рамках которого имеются предварительные договоры купли-продажи недвижимого имущества, заключенные между ООО «ТЦ Орион» и покупателями (например, ФИО16, ФИО17 и др.), согласно пунктам 2.2.5 которых каждому покупателю вменялась обязанность при последующем заключении основного договора купли-продажи недвижимого имущества и получении права собственности на объект заключить с ООО «Медведица» агентский договор на обслуживание приобретенными помещениями в определенной редакции; ФИО7 длительный период (с 07.12.2017 по 16.10.2020) являлась директором ООО «ТЦ Орион» (в частности, на момент совершения оспариваемых операций), в том числе, принимала управленческие решения, связанные со строительством торгового центра «Медведица», что с учетом описанных и установленных в определении суда от 17.09.2021 по настоящему делу обстоятельств, презюмирует ее осведомленность о положении дел в ООО «Строительная компания будущего»; бывший директор ООО «ТЦ Орион» ФИО7 и участник ООО «Медведица» ФИО8 являются аффилированными лицами (супругами); вхождение ООО «Строительная компания будущее» в одну группу лиц с ФИО7 и ФИО8 и подконтрольными им организациями также подтверждается поведением самого должника, который в рамках арбитражного дела № А12-21396/2020 при взыскании задолженности по договору генерального подряда от 11.03.2019 №Г-Л/144 с ФИО7, ФИО1, ФИО15 и ряда других дебиторов, отказался от заявленных требований именно к указанным лицам; вступившим в законную силу определением суда от 30.08.2021 по делу № А12-2032/2021 (дело о банкротстве ООО «ТЦ Орион»; заявление ООО «Медведица» о признании собрания кредиторов недействительным) установлено, что ООО «Медведица», контролируется ФИО7 и ФИО8, в связи с чем, является аффилированным (заинтересованным) лицом к ООО «ТЦ Орион».

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Учитывая изложенные обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о банкротстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО7, ФИО8 и ФИО1 являются контролирующими должника лицами, которые в преддверии банкротства ООО «Строительная компания будущего» имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания и которые подлежат привлечению к ответственности в рамках настоящего обособленного спора в связи с извлечением незаконной выгоды из своего положения.

Относительно доводов конкурсного управляющего о привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО1 к субсидиарной ответственности за неисполнение ответчиками обязанности по передаче конкурсному управляющему документации общества, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Вышеуказанные положения в силу положений части 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение указанной обязанности не позволяет конкурсному управляющему собрать достоверную информацию о деятельности должника и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, результатом которых является формирование конкурсной массы должника. Неуважительность причин неисполнения данного требования Закона о банкротстве свидетельствует о недобросовестности действий (бездействия) бывшего руководителя должника, а равно - намеренном сокрытии им информации об имуществе должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника.

Конкурсным управляющим указано, что согласно аналитике информационно-справочной системы casebook.ru, а также имеющейся в распоряжении конкурсного управляющего ежегодной бухгалтерской (финансовой) отчетности должника по состоянию на 31.12.2019 (отчетность за 2020 год не представлена должником) активы ООО «Строительная компания будущего» составляли 137,8 млн. руб., из которых дебиторская задолженность -                        136,7 млн. руб. (99,22 % активов), запасы - 0,917 млн. руб. (0,67 % активов) и денежные средства - 0,155 млн. руб. (0,11 % активов). В связи с неисполнением ответчиками обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации общества установить состав, объем, основания и реальность взыскания вышеуказанной дебиторской задолженности не представилось возможным.

Вступившим законную силу определением суда от 28.03.2022 в удовлетворении заявления управляющего ФИО4 об обязании бывшего руководителя должника ФИО6, ФИО5 передать документы арбитражному управляющему отказано. При рассмотрения данного обособленного спора, суд пришёл к выводу, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств фактического наличия (существования) истребуемых документов у ФИО6 и ФИО5 и отсутствий оснований для удовлетворения заявленных требований, тогда как перечень документов, подлежащих передаче, составлен конкурсным управляющим при отсутствии доказательств, бесспорно подтверждающих их наличие у бывших руководителей ФИО6 и ФИО5 (предшественников руководителя должника на дату введения процедуры банкротства ФИО10).

Вместе с тем, оставляя без изменения определение суда от 28.03.2022, суд апелляционной инстанции в постановлении от 26.05.2022 по делу № А12-6674/2021 указал, что в соответствие с правовыми позициями по вопросу рассмотрения судами споров по заявлениям конкурсных управляющих об истребовании у бывших руководителей документов и имущества должника, изложенными в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 и от 08.10.2020 №305-ЭС20-1476 (2): при удовлетворении соответствующего заявления конкурсного управляющего должны быть обеспечены принципы правовой определенности и исполнимости судебного акта об истребовании (обязании передать) документы и имущество; - способ защиты права должен соотноситься с характером допущенного нарушения, в связи с чем, иск о понуждении к исполнению обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, допустим в ситуации, когда бывший руководитель должника уклоняется от участия в передаче конкурсному управляющему имущества, владение которым должник не утратил, создает препятствие в доступе к такому имуществу. Из содержания указанных норм следует необходимость суда исследовать вопрос фактического нахождения всех истребуемых документов и имущества у лица, к которому предъявлено требование об их передаче; судебный акт, обязывающий передать документы и имущество, отсутствующие у лица, не может обладать признаками исполнимости. Между тем, вынесения неисполнимого судебного акта недопустимо, поскольку может создать угрозу необоснованного привлечения лица к ответственности за его неисполнение (в частности, в случае взыскания в пользу кредитора неустойки в соответствии со статьей 308.3 ГК РФ.

При этом, вопрос о наличии или отсутствии уважительных причин неисполнения требований не входит в предмет доказывания по настоящему спору; неисполнение обязанности по хранению документации должника и имущества может являться основанием для постановки вопроса о привлечении соответствующего лица к ответственности, возмещению убытков, но не является основанием для удовлетворения требования о передаче отсутствующих документов и имущества.

Правонарушение ФИО6 и ФИО5 как контролирующими должника лица, выражается не в том, что они не передали документацию должника конкурсному управляющему в полном объеме, а в их противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов (аналогичная позиция изложена в Определении ВС РФ № 305-ЭС18-14622). 

Как верно указал суд первой инстанции, являясь руководителями должника в соответствующий период времени ФИО6 и ФИО5 обязаны были восстановить утраченные документы, и вести надлежащим образом текущую деятельность должника, однако вопреки указанному, в рамках настоящего спора контролирующими должника лицами не предоставлены относимые и допустимые доказательства надлежащего исполнения обязанности по сбору, составлению, ведению и хранения документов ООО «Строительная компания будущего», установленной законодательством Российской Федерации (аналогичная позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации № 307-ЭС14-7786 от 04.02.2015).

ФИО6 и ФИО5 не предоставили в материалы настоящего спора пояснения об уважительности причин непредставления конкурсному управляющему документов, необходимых для ведения процедуры конкурсного производства (формирования конкурсной массы). Также ФИО6 и ФИО5 в порядке ст. 65 АПК РФ не доказана невозможность восстановления документации должника в период осуществления обязанностей руководителя. Отсутствие фактического наличия документов у ФИО6 и ФИО5 не может являться основанием для отказа от привлечения к субсидиарной ответственности, с учетом наличия обязанности по сохранению и ведению документации организации, контролирующим должника лицом.

Исходя из изложенного в результате непередачи руководителем должника ФИО6 и ФИО5 документации, материальных ценностей и иных документов по активам должника конкурсному управляющему, конкурсным кредиторам причинен вред, выражающийся в невозможности взыскания дебиторской задолженности, а соответственно пополнения конкурсной массы.

Как верно указал суд первой инстанции, перечисленные обстоятельства свидетельствуют о наличии существенных затруднений при проведении процедуры конкурсного производства ООО «Строительная компания будущего», в связи с чем, конкурсный управляющий был лишен возможности оперативно выявить имущество и сформировать конкурсную массу должника с целью удовлетворения требований кредиторов и вследствие чего невозможно погашение требований кредиторов.

Возражения ФИО1 относительно не привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности отклоняются судом апелляционной инстанции исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 30.03.2021 по настоящему делу возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Строительная компания будущего». Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 11.05.2021 по настоящему делу заявление индивидуального предпринимателя ФИО18 признано обоснованным, в отношении ООО «Строительная компания будущего» введена процедура наблюдения.

Предваряя вышеуказанные события, 07.05.2021 (т.е. за 4 дня до введения процедуры наблюдения) произошла смена руководителя и участника ООО «Строительная компания  будущего», которым стал ФИО10 зарегистрированный в другом регионе - Ленинградской области (196605, г. Санкт-Петербург, а/я 27).

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что смена руководителя должника в преддверии банкротства может быть оценена в качестве способа избежания субсидиарной ответственности за непередачу документации должника арбитражному управляющему.

Таким образом, представляется возможным сделать вывод, что, в действительности, ФИО10, ставший директором общества накануне введения процедуры наблюдения, по сути, является «номинальным руководителем», который никаких действий по управлению обществом не осуществлял и назначен таковым с целью уклонения от ответственности за неправомерные действия в преддверии банкротства со стороны ответчиков.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что наличие у ФИО7, ФИО8 и ФИО1 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации ООО «Строительная компания будущего» нормами закона не обосновано и данных оснований не установлено.

Рассматривая доводов конкурсного управляющего о привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО1 к субсидиарной ответственности за нарушение срока заявления о признании должника банкротом, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника -унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения, соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения, соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности.

Пунктом 12 постановления Пленума № 53 установлено, что согласно абзацу второму п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Конкурсным управляющим указано, что согласно аналитике информационно-справочной системы casebook.ru, а также имеющейся в распоряжении конкурсного управляющего ежегодной бухгалтерской (финансовой) отчетности должника с 2019 года активы ООО «Строительная компания будущего» устойчиво снижались и имели сугубо отрицательную направленность. При этом содержащиеся в источниках информации сведения о наличии у ООО «Строительная компания будущего» выручки и чистой прибыли свыше                      120 млн. руб. по состоянию на 31.12.2019 не соответствуют действительности исходя из следующего.

По состоянию на 31.12.2019 (отчетность за 2020 год не представлена ответчиками) активы ООО «Строительная компания будущего» составляли 137,8 млн. руб., из которых дебиторская задолженность - 136,7 млн. руб. (99,22 % активов), запасы - 0,917 млн. руб. (0,67 % активов) и денежные средства - 0,155 млн. руб. (0,11 % активов); иные показатели: основные средства, материальные активы, оборудование, техника и др. отсутствовали.

ООО «Строительная компания будущего» находилось на упрощенной системе налогообложения; имело минимальный размер уставного капитала - 10 тыс. руб.; количество трудоустроенных работников - 4 чел.; общий размер уплаченных за 2019 год налогов - 1 млн. руб.; с 10.02.2019 внесен в Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства.

Как следует из публичного реестра членов Ассоциации «Строители Волгоградского региона» размер взноса должника в компенсационный фонд возмещения вреда составлял                       500 000 руб. 00 коп., что несопоставимо с размером денежных средств, привлеченных руководством должника со стороны кредиторов (инвесторов), совокупность представленных показателей позволяет сделать вывод, что уже изначально, на этапе принятия первых обязательств (весной 2019 года) ООО «Строительная компания будущего» находилось в состоянии имущественного кризиса, вызванного, с одной стороны, недостаточной капитализацией общества со стороны контролирующих лиц, с другой стороны, неверным определением приоритетов и стратегии ведения бизнеса и целей деятельности организации (заведомое принятие непосильных обязательств, исполнение которых явно не представлялось возможным и увеличивало риск дефолта), а также отсутствием достаточных ресурсов (финансовых, технологических, людских и т.п.) для реализации запланированных проектов.

Согласно реестру требований кредиторов должника первые обязательства ООО «Строительная компания будущего», которые заведомо не представлялось возможным исполнить и которые в настоящий момент установлены в реестре требований кредиторов, возникли весной 2019 года перед ООО «ТЦ Орион» в сумме 17 395 247 руб. 00 коп. на основании договора генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л/144 (определение суда от 29.08.2022 по настоящему делу); в сумме 1 498 839 руб. 68 коп. на основании договора займа от 22.04.2019 №ТЦ-01/19.

В заявлении конкурсный управляющий указывает, что в дальнейшем, с весны 2019 года кредиторская задолженность ООО «Строительная компания будущего» увеличивалась и к настоящему моменту составляет 65 567 055 руб. 83 коп. (с учетом вышеуказанной задолженности перед ООО «ТЦ Орион»).

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим не учтено следующее.

При наличии формальных признаков банкротства у кредитора возникает право обратиться в суд заявлением о банкротстве. Однако данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя, аналогичной обязанности по обращению в суд. Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, предполагающих обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

В статье 61.12 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю) законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны лица, на которого возложена обязанность принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого лица ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве (по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю) является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из приведенного конкурсным управляющим расчета задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, усматривается, что у должника с его контрагентами имелись длящиеся хозяйственные отношения, возникшие на основании договоров, заключенных еще до указанной конкурсным управляющим даты банкротства (обязанности обратиться в суд с заявление о банкротстве), фактически управляющий отождествил неисполнение должником обязательств по оплате услуг (товара) с моментом возникновения такой обязанности.

Между тем согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

Длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку платежи, в том числе периодические, по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022                     № 305-ЭС21-27211).

Конкурсный управляющий ошибочно отождествляет срок возникновения обязательства со сроком его исполнения.

В рассматриваемом случае, делая вывод о наличии оснований для привлечения ответчиков ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по данному основанию, суд первой инстанции обоснованно исходил, в том числе из наличия у должника неисполненных обязательств перед контрагентами, срок исполнения которых наступил после даты, когда контролирующие должника лица должны были обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьей 9 Закона о банкротстве, судом первой инстанции установлен исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, 19.03.2021 в суд поступило заявление ИП ФИО19 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Строительная компания будущего», которое принято судом 30.03.2021. Требования ИП ФИО19 о признании ООО «СКБ» несостоятельным (банкротом) были основаны договорах субподряда от 27.03.2019 № Г-Л144/3-2019, оказания услуг манипулятора от 08.04.2019 №4-2019, строительного подряда от 21.05.2019 № 6-2019, строительного подряда от 13.06.2019 № 7-2019, строительного подряда от 23.07.2019 № 10-2019, в связи с ненадлежащим исполнением которых у должника имеется задолженность в размере 705 776 руб. 70 коп., установленная и подтвержденная определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.08.2020 по делу № А12-2701/2020. Определением суда от 11.05.2021 произведена замена заявителя кредитора ИП ФИО19 на ИП ФИО18 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительная компания будущего». Требования кредитора ИП ФИО18 послужили основанием для инициирования процедуры несостоятельности должника, включены в реестр требований кредиторов должника и должник не погасил данное требование на протяжении более полутора лет, на текущий момент требование остается неудовлетворенным (Определение ВС РФ                               № 305-ЭС-19395 от 20.07.2021).

С учетом положений ст. 9 Закона о банкротстве, у ФИО5 имелась обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом не позднее 02.06.2019. Однако в указанный срок руководитель должника не обратился в суд с заявлением о банкротстве должника.

Конкурсный управляющий  полагает, что совокупность вышеозначенных обстоятельств свидетельствует о том, что обязанность ответчиков по обращению в арбитражный суд и (или) созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом) возникла не позднее 01.05.2019, когда ФИО5, ФИО7, ФИО8 и ФИО1, будучи контролирующими должника лицами осознавали и (или) должны были осознавать невозможность продолжения деятельности ООО «Строительная компания будущего» и исполнения обществом принятых на себя обязательств.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что обязанности единоличного исполнительного органа ООО «Строительная компания будущего» в период с 24.01.2019 по 24.11.2020 исполнял ФИО5

С даты, возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом 02.06.2019 (01.05.2019 + 1 месяц) и по 24.11.2020 (даты назначения руководителем должника ФИО6) у должника возникли следующие требования кредиторов находящихся в реестре требований кредиторов: ООО «МКЛ» на сумму 5 000 000 руб. 00 коп., ФИО20 на сумму 1 090 500 руб. 00 коп., МИ ФНС №2 по Волгоградской области на общую сумму 4 384 235 руб. 48 коп.

ФИО21 не представил доказательств и причин невозможности погашения данной задолженности, с учетом того, что основные активы должника (дебиторская задолженность) контролирующим должника лицом не передавалась, что не представляет возможности подтверждения данных актив и масштабы деятельности организации.

Применительно к неисполнению ФИО6 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Строительная компания будущего» конкурсным управляющим указано, что поскольку данный ответчик назначен на должность руководителя общества только 25.11.2020, то соответствующая обязанность (с учетом разумного срока для ее исполнения + 1 месяц) возникла не позднее 26.12.2020 и до даты принятия судом заявления 30.03.2021, возникли новые обязательства перед налоговым органом по Волгоградской области на сумму 616 669 руб. 55 коп.

ФИО6 не представил доказательств и причин невозможности погашения данной задолженности, с учетом того, что основные активы должника (дебиторская задолженность) контролирующим должника лицом не передавалась, что не представляет возможности подтверждения данных актив и масштабы деятельности организации.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что наличие у ФИО7, ФИО8 и ФИО1 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Строительная компания будущего» нормами закона не обосновано и данных оснований не установлено.

Конкурсным управляющим должника вменяется субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду причинения ответчиками существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок от имени должника и действий, направленных на вывод активов (денежных средств должника).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, когда: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пунктах 16, 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В п. 16 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, как в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), даче указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначении на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создании и поддержании такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, так и в отсутствии должного контроля за действиями единоличного исполнительного органа.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Конкурсным управляющим ответчикам вменяется ненадлежащее исполнение обязательств в рамках исполнения договора генерального подряда от 11.03.2019 № Г/Л-144, в обоснование чего указано на следующие обстоятельства.

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Волгоградской области от 17.09.2021, от 18.04.2022, от 23.05.2022, от 30.05.2022, от 28.06.2022, от 22.08.2022 от 10.10.2022 и от 20.03.2023 по настоящему делу, а также от 09.08.2022 и от 22.03.2022 по делу № А12-2032/2021 установлено, что ключевым проектом ООО «Строительная компания будущего» с даты его создания являлось строительство торгового центра «Медведица», расположенного по адресу: 

<

...>.

В связи с этим, 11.03.2019 между ООО «ТЦ Орион» (заказчик) и ООО «Строительная компания будущего» (генподрядчик) заключен договор генерального подряда № Г-Л144, по условиям которого заказчик поручил генподрядчику выполнение полного комплекса работ по строительству и вводу в эксплуатацию объекта «Многофункциональный комплекс по адресу: пр-т им. В.И. Ленина, д. 144 - в Тракторозаводском районе г. Волгограда», в том числе работ по демонтажу и вывозу находящихся на строительной площадке конструкций, сооружений и иного имущества, препятствующих постройке объекта, в порядке и на условиях, предусмотренных договором, а заказчик обязался принять результат работ и оплатить их.

В процессе исполнения указанного договора между сторонами (к тому времени к договору на стороне заказчика присоединились 8 соинвесторов - ФИО11, ФИО12, ФИО22, ФИО23, ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО24) возникли взаимные претензии, в результате чего в августе 2020 года ООО «Строительная компания будущего» предъявило к ООО «ТЦ Орион» (без привлечения к участию в деле других созаказчиков) исковое заявление о взыскании задолженности по оплате выполненных по договору работ на общую сумму 127 641 842 руб. 94 коп., которое определением Арбитражного суда Волгоградской области от 28.08.2020 принято к производству (дело № А12-21396/2020). 

Определением суда от 16.09.2020 по делу № А12-21396/2020 установлено, что между ООО «Строительная компания будущего» в лице директора ФИО5 и ООО «ТЦ Орион» в лице директора ФИО7 заключено мировое соглашение, по условиям, которого должник признал задолженность перед генподрядчиком в полном объеме - 127 641 842 руб. 94 коп. и обязался погасить ее в течение трех месяцев с момента утверждения мирового соглашения. Со стороны созаказчиков по договору генерального подряда от 11.03.2019 №Г-Л/2019 (по совместительству являющихся участниками ООО «ТЦ Орион») поданы кассационные жалобы, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.11.2020 по делу № А12-21396/2020 определение суда от 16.09.2020 отменено, и дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В дальнейшем, в связи с заключением между ООО «Строительная компания будущего» (цедент) и ООО «Медведица» (цессионарий) договора уступки права требования от 25.02.2021, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.04.2021 по делу                                            № А12-21396/2020 произведено процессуальное правопреемство на стороне истца. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 30.06.2020 по делу                                      № А12-21396/2020 исковые требования удовлетворены, с заказчиков в пользу ООО «Медведица» взыскана задолженность по договору генерального подряда от 11.03.2019                          №Г-Л144. 

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2022 по делу № А12-21396/2020 решение Арбитражного суда Волгоградской области от 30.06.2020 отменено, в удовлетворении исковых требований ООО «Медведица» отказано. 

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2021 по делу № А12-21396/2020 по делу назначалась комплексная судебная строительно-техническая и бухгалтерская экспертиза в целях установления действительного объема, качества, стоимости и потребительской ценности, выполненных по договору генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л/114 работ, оплата которых являлась предметом судебного разбирательства, в материалы дела представлено заключение от 20.04.2022 № 2.

В деле № А12-21396/2020 по результатам проведенной судебной строительно-технической и бухгалтерской экспертизы установлено, что ООО «Строительная компания будущего» ненадлежащим образом, не в полном объеме и при наличии грубых и очевидных нарушений исполняло обязанности по договору генерального подряда от 11.03.2019 № Г/Л-144, следствием чего стало возникновение задолженности перед заказчиками данного договора на общую сумму 52 412 705 руб. 00 коп. (87,56 % кредиторской задолженности должника), из которых: перед ООО «ТЦ Орион» в сумме 17 395 247 руб. 00 коп.; перед ФИО11 -            20 000 000 руб. 00 коп., перед ФИО22 - 5 000 000 руб. 00 коп., перед ФИО12 - 5 000 000 руб. 00 коп., перед ФИО23- 1 672 486 руб. 00 коп., перед ФИО1-        1 672 486 руб. 00 коп., перед ФИО24- 1 672 486 руб. 00 коп.

При этом, при рассмотрении настоящего дела о банкротстве установлено, что строительство торгового центра «Медведица» осуществлялось ООО «Строительная компания будущего» преимущественно за счет привлечения третьих лиц - субподрядчиков (индивидуальных предпринимателей ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ООО «Шанхай-Сервис», ООО «Теркон» и др.), в связи с чем, виновность действий (бездействия) ответчиков выражается в том, что они приняли работы и (или) услуги вышеозначенных контрагентов без проявления должной внимательности и осмотрительности, в том числе соответственной проектной и технологической проверки, что повлекло негативные последствия невыполнение проекта по строительству торгового комплекса и отсутствие его потребительской ценности для заказчиков.

В частности, при проведении судебной строительной экспертизы выявлены существенные нарушения как «отступление от проекта, в том числе смещение части здания в осях 8-18/А-У от проектной системы координат со смещением деформационного шва», которые могли быть своевременно устранены ответчиками как на этапе подбора контрагентов (заключения договоров с наиболее компетентными лицами, имеющими релевантный опыт работы), так и на этапе принятия работ путем отказа в подписании актов о приеме выполненных работ и возложения на субподрядчиков обязанности по устранению нарушений.

Вместе с тем, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО1 не проявили должной осмотрительности и заботливости к указанным вопросам, не проявили бдительность при приемке строительных работ и допустили ситуацию, при которой сложноструктурированный и дорогостоящий объект не пригоден для его эксплуатации и не получил потребительскую ценность, следствием чего стало возникновение кредиторской задолженности должника на общую сумму 52 412 705 руб. 00 коп. (87,56 % кредиторской задолженности).

Вопреки доводам ФИО1 привлечение его к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов должника обусловлено не столько совершением им ряда убыточных сделок в отношении подконтрольных ему лиц (ООО «Медведица» и ООО «УК Реал») (пункт 2.2.1.2 заявления), сколько допущением недобросовестного и неразумного исполнения договора генерального подряда от 11.03.2019                  № Г-Л144, следствием чего стало возникновение подавляющей части кредиторской задолженности общества (пункт 2.2.1.1 заявления).

Как указывалось выше ключевым проектом ООО «Строительная компания будущего» с даты его создания являлось строительство торгового центра «Медведица», расположенного по адресу: 

<

...>. Вступившими в законную силу судебными актами подтверждено, что конечный бенефициарный контроль над группой компаний (ООО «Строительная компания будущего», ООО «ТЦ Орион» и ООО «Медведица») принадлежал ФИО7, ФИО8 и ФИО1, которые в своих целях структурировали ведение бизнеса между данными организациями в качестве единого экономического субъекта.

Соответственно, ФИО1 имел возможность для недопущения недобросовестного и неразумного исполнения договора генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л144.            

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО1 несет повышенную ответственность за дефолт указанного проекта, поскольку на основании соглашения о сотрудничестве от 21.12.2017 он и его бизнес-партнер ФИО7 приняли на себя обязательства исполнителя проекта, к числу обязанностей которого входило: - поиск новых инвесторов на участие в проекте (подпункт 1); - создание и согласование с участниками ООО «ТЦ Орион» концепции коммерческой недвижимости (подпункт 2);  - описание и согласование с учредителями ООО «ТЦ Орион» базовых коммерческих условий, в том числе по структуре и стоимости инвестирования проекта («а», «b» подпункта 3);  - сбор исходной разрешительной документации для проектирования; проектирование, в том числе выбор проектной организации, разработка и согласование технического задания, составление отчетов и показателей о ходе проектирования, авторский надзор, получение разрешения на строительство (подпункты 4 и 5); - строительство, в том числе выполнение функций генподрядчика, текущая работа и контроль выполненной работы подрядчиками, осуществление платежей по договорам, подготовка отчетов и документации, выполнение иных технических условий (подпункт 6); - работа с учредителями, в том числе составление отчетов, согласований, предоставление запрашиваемой информации и т.п. (подпункт 8) и др.

Следовательно, ФИО1 являлся не просто контролирующим ООО «Строительная компания будущего» лицом, но и непосредственным исполнителем проекта торгового цента «Медведица», ответственным за строительство и контроль работы подрядчиков, ненадлежащая и халатная реализация которого повлекло банкротство должника.

Конкурсным управляющим также указано, что ответчики совершили действия, направленные на вывод активов (денежных средств должника).

Согласно общедоступным сведениям ЕГРЮЛ участниками ответчика ООО «УК Реал» являются ФИО7 и ФИО8 (сын участника ООО «ТЦ Орион» ФИО15), а до 05.03.2021 ФИО1

Из выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Строительная компания будущего» № 40702810500220000046, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», в период с 28.08.2020 по 02.09.2020 следует, что должником совершены операции по перечислению денежных сумм на расчетный счет ООО «УК Реал» с идентичными основаниями платежа «предоставление займа по договору займа от 28.08.2020 № 02-2020», а именно платежи от 28.08.2020 на сумму 1 200 000 руб., от 31.08.2020 на сумму 1 000 000 руб., от 01.09.2020 на сумму 1 000 000 руб., от 02.09.2020 на сумму 1 000 000 руб., а всего на сумму 4 200 000 руб. Определением суда от 23.05.2022 по настоящему делу, указанные банковские операции признаны недействительными, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «УК Реал» в пользу конкурсной массы должника денежных средств в размере                                 4 200 000 руб. 

Согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Строительная компания будущего» № 40702810102500092648, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», в период с 04.03.2021 по 16.03.2021 должником совершены операции по перечислению денежных сумм на расчетный счет ООО «УК Реал» с идентичными основаниями платежа «оплата за стройматериалы по агентскому договору от 02.04.2020 № б/н», а именно платежи от 04.03.2021 на сумму 1 000 руб., от 05.03.2021 на сумму 290 000 руб., от 05.03.2021 на сумму 300 000 руб., от 05.03.2021 на сумму 113 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 488 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 490 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 489 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 414 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 489 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 457 000 руб., от 11.03.2021 на сумму 488 000 руб., от 11.03.2021 на сумму 420 000 руб., от 16.03.2021 на сумму 43 500 руб., а всего на сумму 4 482 500 руб. Определением суда от 22.08.2022 по настоящему делу, указанные банковские операции признаны недействительными, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «УК Реал» в пользу конкурсной массы должника денежных средств в размере 4 482 500 руб.

В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ участниками ООО «Медведица» являются ФИО7 и ФИО8, а до 05.03.2021 - ФИО1, руководителем ООО «Медведица» с 26.03.2019 является ФИО1

Из выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Строительная компания будущего» № 40702810500220000046, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», следует, что 02.10.2020 должником совершена операция по перечислению денежных средств на расчетный счет ООО «Медведица» с основанием платежа «предоставление займа по договору займа от 28.08.2020 № 03-2020», а именно платеж от 02.10.2020 на сумму 1 247 165 руб. 11 коп. Определением суда от 22.04.2022 по настоящему делу указанная банковская операция признана недействительной, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Медведица» в пользу конкурсной массы должника денежных средств в размере 658 327 руб. 79 коп. 

Согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Строительная компания будущего» № 40702810500220000046, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», в период с декабря 2020 по январь 2021 должником совершены операции по перечислению денежных средств на расчетный счет ООО «Медведица», открытый в ПАО Банк «ФК Открытие», с идентичными основаниями платежа «оплата за услуги бухгалтерского учета», а именно платежи от 09.12.2020 на сумму 38 000 руб., от 24.12.2020      на сумму 31 500 руб., от 24.12.2020 на сумму 2 600 руб., от 12.01.2020 на сумму 58 000 руб., а всего на сумму 130 100 руб. Определением суда от 30.05.2022 по настоящему делу указанные платежи признаны недействительными, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Медведица» в пользу конкурсной массы должника денежных средств в размере 130 100 руб.

Из общедоступных сведений ЕГРЮЛ участником и руководителем ООО «Альфа Юг» является ФИО29 с 18.03.2020 по настоящее время. 

Согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Строительная компания будущего» № 40702810102500092648, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», в период с 05.03.2021      по 11.03.2021 должником совершены операции по перечислению денежных сумм на расчетный счет ООО «Альфа Юг» с идентичными основаниями платежа «оплата по счету за услуги», а именно платежи от 05.03.2021 на сумму                9 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 11 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 12 000 руб., от 09.03.2021 на сумму 10 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 13 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 11 000 руб., от 10.03.2021 на сумму 11 000 руб., от 11.03.2021 на сумму 13 000 руб., от 11.03.2021 на сумму                  13 026,76 руб., от 11.03.2021 на сумму 6 975 руб., а всего на сумму 110 001 руб. 76 коп. 

Определением суда от 29.08.2022 по настоящему делу указанные банковские операции признаны недействительными, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Альфа-Юг» в пользу конкурсной массы должника денежных средств в размере                       110 001 руб. 76 коп.

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что перечисление средств происходило между взаимосвязанными лицами, находящимися под контролем и действующими во исполнение указаний одних бенефициарных собственников (ответчиков); совокупность транзакций совершена не в целях исполнения реальных договорных обязательств сторон, а для транзитного перераспределения денежных потоков внутри группы компаний в интересах ответчиков и взаимосвязанных с ними лиц в преддверии банкротства ООО «Строительная компания будущего»; в результате совершения спорных банковских операций произошел вывод ликвидного имущества должника в преддверии его банкротства в собственность контролирующих должника лиц через аффилированные структуры, в результате чего причинен имущественный вред конкурсным кредиторам ООО «Строительная компания будущего».

Кроме того, вступившим в законную силу определением суда от 22.08.2022 по делу установлено, что непосредственно после получения от ООО «Строительная компания будущего» денежных средств ООО «УК Реал» сразу же осуществляло их перечисление на личные расчетные счета ФИО7, ее супруга ФИО8 и другой подконтрольной им организации ООО «Аккорд» на основании фиктивных сделок.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу установлено, что за полгода до возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Строительная компания будущего» контролирующими должника лицами (ответчиками) совершены многочисленные банковские операции по выводу денежных средств с расчетного счета должника на общую сумму 9 580 929 руб. 55 коп. (совокупный размер денежных средств, присужденных в порядке реституции).

В условиях риска неплатежеспособности одного из подконтрольных лиц, а также необходимости сохранения имеющихся у должника денежных средств - ответчиками разработана и реализована схема, в рамках которой ООО «Строительная компания будущего»   утратило   роль   прибыльной   компании   и   стало   технической/транзитной организацией «центром консолидации убытков», в то время как аффилированные организации ООО «Медведица», ООО «УК Реал» и ООО «Альфа-Юг» приобрели статус «центр консолидации прибыли/активов». Вместо направления денежных средств на частичное исполнение обязательств перед своими кредиторами ООО «Строительная компания будущего» в лице ответчиков произвело перечисление денежных средств в пользу аффилированных лиц - ООО «УК Реал», ООО «Медведица» и ООО «Альфа-Юг» в отсутствие какого-либо встречного исполнения, опосредуя интересы группы, а не конкурсных кредиторов. В частности, к моменту совершения рассматриваемых банковских операций ООО «Строительная компания будущего» имело обязательства перед кредиторами, требования которых в настоящий момент установлены в реестре требований кредиторов.

Сделки должника, вменяемые в обоснование привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, сопряжены с выводом активов должника, совершались между взаимосвязанными лицами, находящимися под контролем и действующими во исполнение указаний одних бенефициарных собственников, не могли быть совершены в отсутствие осведомленности ответчиков.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО1 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду причинения ответчиками существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок от имени должника и действий, направленных на вывод активов (денежных средств должника), являются обоснованными.

На основании вышеизложенного, суд пришел к верному выводу о наличии совокупности условий для привлечения ФИО5, ФИО6 за нарушение срока подачи заявления о признании должника банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве); ФИО5, ФИО6 за неисполнение обязанности по передаче документации должника (п.п. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве); ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО1 за невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду причинения ответчиками существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок от имени должника и действий, направленных на вывод активов (денежных средств должника).

Данный вывод соответствует установленным обстоятельствам и имеющимся в дела доказательствам.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО7 указано, что ООО «Строительная  компания будущего» и ООО «ТЦ Орион» созданы с целью строительства торгового цента «Медведица». По мнению апеллянта, причиной банкротства послужило прекращение деятельности ООО «ТЦ Орион», а именно финансирование деятельности ООО «Строительная  компания будущего» по строительству торгового центра.

Вместе с тем, как следует из представленных в материалы дела сведений из ЕГРЮЛ в период с даты создания ООО «ТЦ Орион» (07.12.2017) по 26.10.2020 ФИО7 являлась руководителем (директором) и одновременно участником ООО «ТЦ Орион», в полномочия которой согласно уставу обществ и в силу статьи 40 Федерального закона  от 08.02.1998                            № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» входило управление делами общества, представление его интересов перед третьими лицами, издание приказов о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, принятии мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий и т.п.

Строительство единственного проекта ООО «ТЦ Орион» и ООО «Строительная компания будущего» - торгового центра «Медведица» осуществлялось ФИО7 не только в силу наличия у нее директорских полномочий данных обществ, но и в силу заключенного между ей (исполнитель) и соинвесторами (заказчики) соглашения о сотрудничестве от 21.12.2017, по условиям которого именно в ее и бизнес- партнера ФИО1 входили полномочия по строительству (в т.ч. выполнение функций генподрядчика, текущая работа и контроль выполненной работы подрядчиками, осуществление платежей по договорам, подготовка отчетов и документации, выполнение иных технических условий).

Таким образом, из совокупности приведенных обстоятельств усматривается, что организация, контроль и полная реализация проекта по строительству торгового центра  «Медведица», т.е. единственного проекта взаимосвязанных организаций ООО «ТЦ Орион» и ООО «Строительная компания будущего», находилось в сфере компетенций и зоне контроля именно ФИО7 и подконтрольных ей лиц (в частности, ответчиков по спору). 

В этой связи доводы апелляционной жалобы ФИО7 являются  несостоятельными и подлежат отклонению по вышеприведенным основаниям.

Довод ФИО1 о привлечении его к двойной ответственности со ссылкой на тот факт, что с ФИО1 уже взыскали убытки по всем оспоренным сделкам, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в рассматриваемом случае судом не определен размер субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции также считает указанный довод подлежащим отклонению, исходя из следующего.

Действительно, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, то размер требований носит зачетный характер, однако, на момент рассмотрения кассационной жалобы определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.02.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Следовательно, при определении размера субсидиарной ответственности суду надлежит учесть и принять во внимание факт взыскания с ФИО1 убытков в целях недопущения возложения на него двойной ответственности.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.08.2023 по делу № А65-16231/2021.

Иные доводы апелляционных жалоб по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению апелляционной коллегии, выводов суда первой инстанции, они не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Несогласие апеллянтов с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений гражданского законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены или изменения обжалуемого определения суда. 

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 февраля 2024 года по делу                №А12-6674/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                                                     Н.В. Судакова

 

Судьи                                                                                                                                          О.В. Грабко

 

Е.В. Романова