ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, 

<

...>, тел. 

<

***> 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

27 августа 2025 года Дело А65-2926/2023

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 августа 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания Богуславским Е.С., 

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2025, вынесенное по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 о признании недействительной цепочки сделок и применении последствий их недействительности а рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>; 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) и ФИО3 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.03.2023 ФИО2, ФИО3 признаны несостоятельными (банкротами) и в отношении их имущества введена процедура реализации. Финансовым управляющим утвержден ФИО1.

В суд поступило заявление финансового управляющего имуществом ФИО2 и ФИО3 - ФИО1 о признании недействительной цепочки сделок по передаче судебным приставом - исполнителем Ново-Савиновского ФИО4 Ильдаровичу (далее – ответчик) квартиры, состоящей из двух комнат, площадью 50,2 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, к/н 16:50:110802:4505, и договор купли - продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 29.12.2022, заключенный между ФИО5 и ФИО6 (далее - ответчик), применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2025 в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 и ФИО3 - ФИО1 о признании недействительной цепочки сделок отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый управляющий имуществом ФИО2 и ФИО3 - ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2025 отменить, удовлетворив заявленные требования финансового управляющего в полном объеме.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2025 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 13.08.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От финансового управляющего ФИО1 поступили дополнения к апелляционной жалобе. Дополнения приобщены к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции руководствовался следующим обстоятельствами дела. 

Решением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 13.05.2019 по делу №2-2021/19 удовлетворены исковые требования Банка ВТБ (ПАО) к должникам о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскании на заложенное имущество, расторгнут кредитный договор №623/2064-0002951, заключенный 31.01.2014 г. между Банком ВТБ 24 и ФИО2, с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору в размере 1 136 254, 88 руб. и 25 811, 27 руб. государственной пошлины, обращено взыскание на предмет залога - квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, путем продажи с публичных торгов с установлением начальной продажной стоимости в размере 2 566 400, 00 руб.

Определением Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 30.01.2020 по делу № 2-2021/2019 частично удовлетворено заявление ФИО5 о процессуальном правопреемстве по делу № 2-2021/2019, произведена замена истца на ФИО5 в части требований о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 1 136 254, 88 руб. и 25 811, 27 руб. государственной пошлины.

Впоследствии 15.06.2020 Банк ВТБ (ПАО) передал права по закладной ФИО5, что установлено определением Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 19.10.2021 по делу № 2-2021/2019, которым произведена замена стороны в исполнительном производстве, возбужденного на основании решения от 13.05.2019 г., - Банка ВТБ на его правопреемника - ФИО5, учитывая факт передачи права требования банком по закладной.

В дальнейшем решением Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 17.02.2022 г. по делу № 2-783/2022 с ФИО2, ФИО3 в солидарном порядке в пользу ФИО5 взысканы 130 000 руб. в счет неустойки на просроченные проценты по состоянию на 17.02.2022 г., неустойку на просроченные проценты, начиная с 18.02.2022 г. по день исполнения обязательства, взыскивать в размере 0,1% за каждый день просрочки от суммы 382 657, 54 руб.

Из материалов дела также следует, что 25.01.2022 г. Ново-Савиновским районным судом г.Казани по делу № 2-544/2022 принято следующее решение: «ФИО7 Ильдаровича к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности, удовлетворить. Взыскать с ФИО2, ФИО3 в солидарном порядке в пользу ФИО5 проценты за пользование займом, начисленные на сумму просроченного займа, за период с 21.02.2019 по 05.02.2021 в размере 252 505,66 рублей; проценты за пользование займом, начисленные на сумму просроченного займа в размере 1 324 578,88 рублей, из расчета 12,3% годовых за период, начиная с 06.02.2021 по день фактического исполнения обязательств по договору; неустойку, начисленную на сумму просроченного займа за период с 21.02.2019 по 05.02.2021 в размере 250 000 рублей; неустойку, начисленную на сумму просроченного займа в размере 1 324 578,88 рублей, из расчета 0,1% за каждый день просрочки за период, начиная с 06.02.2021 по день фактического исполнения обязательств по договору; проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 106835,28 рублей за период с 20.06.2019 по 05.02.2021; проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленные на общую сумму задолженности 1162136,15 руб., за период с 06.02.2021 по день фактического исполнения обязательства по погашению задолженности, расходы по государственной пошлине в размере 13748 руб.».

На основании решения Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 13.05.2019 г. по делу № 2-2021/2019 Ново-Савиновским РОСП г.Казани УФССП по РТ 01.03.2022 возбуждено исполнительное производство № 356744/22/16006-ИП.

В рамках указанного исполнительного производства произведен арест имущества должников, в частности, вышеуказанной квартиры, на которую обращено взыскание, согласно акту о наложении ареста от 10.03.2022 г.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 06.04.2022 г. вышеуказанная квартира передана на торги, при этом стоимость квартиры указана в размере 2 566 499, 00 руб., то есть в соответствии с решением Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 13.05.2019 г. по делу № 2-2021/2019.

Имущество передано на торги на основании поручения МТУ Росимущества по Республике Татарстан и Ульяновской области от 24.05.2022 г. № 1098, проведение торгов поручено ООО «Вендер».

Ввиду того, что повторные торги признаны несостоявшимися (протокол ООО «Вендер» от 22.08.2022 г.), взыскатель ФИО5 выразил намерение по оставлению имущества за собой (заявление от 24.08.2022 г.). 

На основании акта о передаче нереализованного имущества должника взыскателю, постановления о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю, вынесенного судебным приставом-исполнителем от 24.08.2022 г., ФИО5 передана квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, стоимость которой определена в размере 1 924 800,00 руб.

Данные обстоятельства следуют из истребованных судом у Ново-Савиновского РОСП г.Казани УФССП по Республике Татарстан материалов исполнительного производства.

Судом первой инстанции констатировано, что 05.10.2022 за ФИО5 зарегистрировано право собственности на спорную квартиру, что следует из копии выписки из ЕГРН.

Указано, что 29.12.2022 между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли – продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств, в соответствии с которым покупатель за счет средств, предоставляемых Банком ВТБ (ПАО) покупателю в кредит согласно кредитному договору от 29.12.2022 покупает у продавца квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>. Объект недвижимости продается по цене 2000000 руб.

В материалы дела также представлена копия кредитного договора от 29.12.2022, заключенного ответчиком ФИО6 и Банком ВТБ (ПАО). На запрос суда представлены документы, подтверждающие выдачу кредита. Также в деле имеется копия расписки от 29.12.2022, по которой ФИО5 получил от ФИО6 денежные средства в размере 1110000 руб. за неотделимые улучшения. ФИО6 пояснил, что получил денежные средства у ФИО8, которой внесены наличные денежные средства на его счет.

Констатировано, что переход права собственности по сделке от 29.12.2022 зарегистрирован 09.01.2023, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Как указано финансовым управляющим, разница между ценой полученного имущества и суммой задолженности ФИО5 должнику не возмещена (сделка является безденежной), соответственно, причинен вред иным кредиторам должника, которые имелись на момент совершения сделки. Из судебного акта Ново-Савиновского районного суда города Казани от 30.01.2020 следует, что иные права требования, кроме суммы задолженности в отношении должников, ФИО5 не перешли. Таким образом, квартира передана ФИО5 в отсутствие на то правовых оснований.

Ссылаясь на положения ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий обратился в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением. 

Разрешая обособленный спор, суд первой инстанции, исходил из того, что в данном случае ФИО5 прибрел спорную квартиру в ходе исполнительного производства в результате оставления за собой предмета залога. ФИО6 же приобрел имущество по договору купли-продажи, при этом использовал кредитные средства. Заинтересованность ответчиков судом не установлена. ФИО6 принимались меры по прекращению права пользования должником спорной квартирой в судебном порядке, что следует из копии судебного акта. Доказательства, в том числе косвенные, указывающие на нахождение имущества под контролем должников либо аффилированных с ними лиц после его отчуждения, также отсутствуют. Оснований полагать, что оспариваемые сделки направлены на создание видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому, не имеется. Указанные в совокупности обстоятельства свидетельствуют о реальном отчуждении имущества должника, приобретении его ФИО5, а в последующем ФИО6 Таким образом, не имеется оснований для признания оспариваемых сделок притворными, заключенными с целью прикрыть другую сделку.

В указанной связи правомерен вывод суда первой инстанции относительно того, что в рамках дела о банкротстве подлежит оспариванию только сделка по отчуждению имущества должника, заключенная с ФИО5

Также суд первой инстанции обосновано не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указав на следующее.

Оспариваемая сделка (акт о передаче нереализованного имущества) совершена 24.08.2022, в то же время переход права собственности зарегистрирован 05.10.2022, то есть в течение одного года до принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом - 09.02.2023.

Возражая против доводов заявления, ответчик указывал на фактически произведенный зачет в счет покупной цены своих требований, обеспеченных ипотекой имущества, установленных решениями суда по делу №2-544/2022 и №2-783/2022.

Ответчик указывал, что общая сумма обязательств должников перед ФИО5 на основании указанных судебных актов, а также решения суда по делу №2-2021/2019 по состоянию на 24.08.2022 составляет 3127570,11 руб., что значительно превышает стоимость спорной квартиры, по которой она оставлена ответчиком за собой.

 Судом первой инстанции установлено, что апелляционными определениями Верховного Суда Республики Татарстан от 13.03.2025 решения суда от 25.01.2022 по делу №2-544/2022 и от 17.02.2022 по делу №2-783/2022 изменены. Однако, как отметил суд первой инстанции, в любом случае сумма взысканных денежных средств с должника в пользу ФИО5 значительно превышает стоимость квартиры, оставленной им за собой.

Арбитражный суд также примерно отклонил довод финансового управляющего относительно того, что ответчику не переданы иные права требования, обеспеченные залогом, указав на то, что решениями суда установлено, что к ФИО5 перешло право требования к должникам, возникшее из обязательств по кредитному договору, исполнение которых обеспечено ипотекой. Определениями Ново-Савиновского районного суда г.Казани от 19.10.2021 и от 30.01.2020 по делу № 2-2021/2019 произведена замена взыскателя в исполнительном производстве в полном объеме.

Также судом первой инстанции установлена передача закладной от Банка ВТБ (ПАО) к ответчику, что в силу ч. 2 ст. 48 Закона об ипотеке означает передачу тем самым этому лицу всех удостоверяемых ею прав в совокупности. Владельцу закладной принадлежат все удостоверенные ею права, в том числе права залогодержателя и права кредитора по обеспеченному ипотекой обязательству, независимо от прав первоначального залогодержателя и предшествующих владельцев закладной.

Таким образом законен вывод суда первой инстанции относительно того, что при наличии у должников встречных обязательств по кредитному договору перед ответчиком в результате передачи ему спорной квартиры не произошло уменьшение имущества должников, соответственно, причинение вреда отсутствует.

Таким образом, суд первой инстанции не установил оснований для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ввиду чего отказал в удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия соглашается с обоснованными выводами суда первой инстанции и не находит оснований для отмены судебного акта. Доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию заявителя в суде первой инстанции и не содержат каких-либо новых доводов, которым судом первой инстанции не дана правовая оценка. 

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

В данном случае имущество ФИО5 прибрел спорную квартиру в ходе исполнительного производства в результате оставления за собой предмета залога. ФИО6 же приобрел имущество по договору купли – продажи, доказательства заинтересованности между лицами не установлено, оснований считать их притворными, прикрывающими вывод имущества должника из конкурсной массы не имеется. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

Доказательств аффилированности сторон сделки, либо доказательств осведомленности ответчика о наличии признаков неплатежеспособности по иным основаниям не имеется.

Доказательств того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, не представлено.

Как выше уже было указано, сделка по продажи квартиры ФИО6 не является сделкой должника. 

Сделка по передаче имущества ФИО5 осуществлена в рамках принудительного исполнения судебного акта по взысканию долга должника в пользу кредитора с обращением взыскания на его имущество.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018 при определении признаков осведомленности о цели причинения вреда сделкой, недобросовестности контрагента, следует руководствоваться критерием кратности, носящим явный и очевидный характер для любого участника рынка.

В рассматриваемом случае, даже исходя из соотношения сумм, непосредственно взысканных Решением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 13.05.2019 по делу №2-2021/19 (задолженность по кредитному договору в размере 1 136 254, 88 руб. и 25 811,27 руб. государственной пошлины), и стоимости имущества оставленного за собой кредитором (1 924 800,00 руб.) соблюдение критерия кратности не усматривается.

Между тем, установленная упомянутым решением сумма долга не является всем объемом долга перед кредитором, в рамках отдельных судебных разбирательств к взысканию также подлежат проценты по кредитному обязательству и штрафные санкции за последующий период. 

Несмотря на неопределенность конкретных сумм подлежащих взысканию (с учетом отмены состоявшихся судебных актов с направлением спора на новое рассмотрение), наличие такого долга сомнений не вызывает, тогда как финансовый управляющий, возражая против размера таких обязательств, собственный расчет их предполагаемого размера не представил. В любом случае, по вступлении соответствующих судебных актов в законную силу, упомянутое соотношение не изменится в пользу должника.

Необходимо отметить, что из имеющегося в материалах дела постановления судебного пристава-исполнителя Ново-Савиновского РОСП г.Казани от 24.08.2022 о передаче не реализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю (л.д.84 т.1), не следует возложение на взыскателя обязанности по внесению в депозит РОСП разницы в стоимости передаваемого имущества и причитающейся взыскателю суммы.

Спорное имущество получено ответчиком как залоговым кредитором, в связи с чем не имеется оснований для оценки спорной сделки как преференциальной. Передача совершена за пределами сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при этом в соответствии с абзацем 5 пункта 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» получение кредитором исполнения в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, с учетом недоказанности цели причинения вреда кредиторам совершением упомянутой сделки, осведомленности ответчика о такой цели.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2025 по делу № А65-2926/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиЮ.А. Бондарева

Я.А. Львов