ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

28.10.2019

Дело № А41-53059/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21.10.2019

Полный текст постановления изготовлен  28.10.2019

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего судьи – Кручининой Н.А., 

судей: Петровой Е.А., Холодковой Ю.Е.,

при участии в заседании: 

ФИО1 (паспорт, лично),

рассмотрев 21.10.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 17.05.2019,

принятое судьей Морхата П.М.,

и на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2019,

принятое судьями Мизяк В.П., Муриной В.А., Катькиной Н.Н.,

по заявлению ФИО1 о включении задолженности в реестр требований кредиторов

в рамках дела о признании ООО «СК «ДОМСТРОЙ» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 10.05.2018 в отношении ООО «СК «ДОМСТРОЙ» введена процедура банкротства- наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2

Решением Арбитражного суда Московской области от 20.03.2019 в отношении ООО «СК «ДОМСТРОЙ» открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО3

В Арбитражный суд Московской области 15.05.2018 поступило заявление ФИО1 о включении задолженности в реестр требований кредиторов в размере 14 031 345,19 руб.

Определением Арбитражного суда города Московской области от 17.05.2019 в удовлетворении требования ФИО1 отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 17.05.2019 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, ненадлежащую оценку представленных доказательств, просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы указывается, что договоры о выдаче займов, на основании которых кредитор основывает свои требования, заключены до возникновения аффилированности между кредитором и должником.

Как полагает заявитель, им была обоснована экономическая целесообразность заключенных договоров займа, займы предоставлены задолго до начала процедуры банкротства, отсутствует злоупотребление правом с целью причинения вреда имущественным правам других кредиторов должника.

Отзыв на кассационную жалобу суду не представлен.

В судебном заседании ФИО1 поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Выслушав ФИО1, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, ФИО1 указал, что обязательства должника перед кредитором возникли в связи с неисполнением обязательств по договорам процентного займа от 22.03.2010, от 22.04.2010, от 13.06.2010, от 22.07.2011, от 11.10.2011, от 07.12.2011, от 20.06.2012, от 12.09.2013, от 24.06.2014, от 15.08.2014, от 04.09.2014, от 22.09.2014, от 29.10.2014, от 13.04.2015, от 28.04.2016, от 18.05.2016.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что заявитель, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не обосновал экономическую целесообразность заключения указанных сделок, что не позволило установить реальность существующего обязательства должника перед ФИО1

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

При рассмотрении настоящего спора суды обоснованно руководствовались положениями главы 42 ГК РФ.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (статья 808 ГК РФ).

В качестве доказательств обоснованности требования кредитором в материалы дела представлены приходные кассовые ордера.

В пункте 1 статьи 810 ГК РФ закреплено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Судами установлено, что в период заключения и исполнения договоров займа кредитор является единственным учредителем и участником должника, в связи с чем, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО1 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Требование, основанное на факте передачи денежных средств, должно подтверждаться не только распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру (что свойственно обычному спору), но и доказательствами, подтверждающими финансовые возможности кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, а также сведениями о дальнейшем движении денежных средств.

Как следует из пункта 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Это правило применяется для требований по текущим обязательствам.

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015).

Действительно, сама по себе аффилированность должника и кредитора не свидетельствует о необоснованности заявленных требований, однако в этом случае для включения требований в реестр должны быть представлены надлежащие, достоверные и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии долга.

Как верно указали суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание заинтересованность кредитора по отношению к должнику, доказательств экономической целесообразности совершения сделок по выдаче займов в материалы дела не представлено.

Судами установлено и следует из материалов дела, что спорные договоры займа подписаны от имени должника указанные генеральным директором должника – ФИО4 (супруга кредитора), то есть заинтересованным лицом.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что должником и кредитором не раскрыты действительные мотивы совершения сделок, которые соответствовали ли бы стандартам разумности и добросовестности, предъявляемым к обычным участникам хозяйственного оборота, при наличии общности экономических интересов в силу аффилированности указанных лиц, выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов должника являются обоснованными.

            Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, выяснили с достаточной полнотой имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к правомерному и обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 14 031 345,19 руб.

Доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, что не является основанием для отмены законных судебных актов. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств не входит в компетенцию и полномочия арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции также не установлено.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального      кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17.05.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2019 по делу № А41-53059/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                              Н.А. Кручинина                    

 

Судьи:                                                                                             Е.А. Петрова

 

                                                                                                          Ю.Е. Холодкова