444/2017-41811(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-26542/2017

Дело № А65-198/2017

г. Казань

21 ноября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2017 года. Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2017 года. 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Галиуллина Э.Р.,  

судей Королевой Н.Н., Смоленского И.Н., при участии представителя: 

ответчика – Ганиева С.Б., доверенность от 22.03.2017,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом,  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Алиса»  

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2017 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  04.08.2017  

по делу № А65-198/2017 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Алиса» к акционерному обществу «Казанское межотраслевое  предприятие промышленного железнодорожного транспорта» об  урегулировании разногласий и заключении договора  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Алиса» обратилось в  Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к акционерному  обществу «Казанское межотраслевое предприятие промышленного  железнодорожного транспорта» об урегулировании разногласий и  заключении договора на подачу и уборку вагонов и других видов услуг.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2017,  оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 04.08.2017, исковые требования удовлетворены.  

Обжалуя принятые судебные акты в кассационном порядке, истец  просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции, мотивируя кассационную жалобу нарушением судебными  инстанциями норм материального и процессуального права.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов по правилам  главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  изучив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит  правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы.  

Как следует из материалов дела, 29.06.2016 АО «КМП  Промжелдортранс» был передан для подписания ООО «Алиса» проект  договора № б/н оказания услуг от 27.09.2016.  

Истец, не согласившись с проектом договора, 31.10.2016 направил в 

адрес ответчика Протокол разногласий к договору, с новой редакцией в  отношении существенных условий договора, а именно наименования  договора, пунктов 1, 1.2., 1.З., 1.4.,7, 9,20, 22, 23, 32, пункты 4, 10, 11, 12,  17, 19.2., было предложено исключить из текста проекта договора, договор  было предложено дополнить пунктом 34.  

По результатам рассмотрения предложенного истцом Протокола  разногласий к договору, истцу ответчиком вместе с сопроводительным  письмом за № 669/16 от 30.11.2016, был направлен протокол  урегулирования разногласий от 27.10.2016 к проекту договора № б/н на  оказание услуг от 27.09.2016.  

Указанным Протоколом ответчиком были приняты наименование  договора, п.п. 1.2., 32, 34 (по протоколу урегулирования пункт 35)  договора в редакции истца, а также принято решение об исключении п.п.  11, 12.  

В отношении пунктов 1, 1.З., 1.4., 4, 7, 9, 10, 17, 19,2., 20, 22, 23  договора стороны прийти к соглашению не смогли, что явилось  основанием дл обращения истца с иском в суд.  

Удовлетворяя исковые требования, суд первой и апелляционной  инстанции правомерно руководствовались следующим.  

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 10.01.2003 № 18- ФЗ «Устав железнодорожного транспорта РФ» (далее-18-ФЗ), владельцем  инфраструктуры признается юридическое лицо, имеющее инфраструктуру  на праве собственности или на ином праве и оказывающее услуги по ее  использованию.  

Указанной статьей определено, что инфраструктурой ж/д транспорта  общего пользования (далее в законе 18-ФЗ обозначенная, как  инфраструктура) признается технологический комплекс, включающий в  себя ж/д пути общего пользования и другие сооружения, ж/д станции,  устройства электроснабжения, сети связи, системы сигнализации,  централизации и т.д.  

Владельцем инфраструктуры, с целью применимости положений  статьи 56 закона 18-ФЗ, признается только владелец ж/д пути общего  пользования. Таковым признается ОАО «РЖД». Технологически, владелец  пути общего пользования (ОАО «РЖД»), также имеет на праве  собственности и пути необщего пользования.  

Также в статье 2 закона 18-ФЗ дано определение владельца ж/д пути  необщего пользования. К таким субъектам относится юридическое лицо,  имеющее на праве собственности ж/д путь необщего пользования, а также  строения, сооружения и т.д.  

В данном случае ответчик является владельцем ж/д пути необщего  пользования.  

Законодатель разграничивает два самостоятельных субъекта:  владелец инфраструктуры и владелец пути необщего пользования.  Расширительное толкование понятий, определенных законодателем,  является недопустимым.  

Кроме того, истец не имеет складов и погрузочно-разгрузочных  площадок на ж/д путях необщего пользования, принадлежащих владельцу  инфраструктуры. В случае установления данного обстоятельства, истец  имел бы право на заключение договора, с целью получения услуг по  подаче и уборке вагонов, именно с владельцем инфраструктуры, то есть  

ОАО «РЖД». В данном случае истец является владельцем собственных  ж/д путей необщего пользования и, расположенных на них, складов.  

Истцом не представлены доказательства того, что оказываемая  ответчиком услуга не является перевозкой.  

Разногласия по п. 4 договора в редакции ответчика: Истец просил  исключить в полном объеме. Предложенная ответчиком редакция связана с  необходимостью защиты интересов ответчика, третьих лиц и самого истца,  с точки зрения безопасности и сохранности подвижного состава ответчика  и подвижного состава третьих лиц и груза. Ответчик осуществляет  перевозку грузов, прибывших в адрес истца, в том числе по путям,  принадлежащим истцу и примыкающим стрелкой № 301 к путям  ответчика. С целью недопущения негативных последствий, которые могут  быть выражены в форме схода подвижного состава и иных происшествий,  ответчик, как профессиональный участник рынка перевозок ж/д  транспортом, имеющий соответствующие допуски и разрешения, в том  числе по ремонту ж/д путей, посчитал правомерным включение условий,  предусмотренных настоящим пунктом. Ж/д пути истца должны  соответствовать техническим нормам, обеспечивающим безопасность  движения локомотива и вагонов. Данная обязанность установлена  Правилами технической эксплуатации ж/д путей (Приказ Министерства  транспорта России от 21.12.10 № 286).  

Кроме того, статьей 19 Закона 18-ФЗ установлено, что перевозчики  несут ответственность за убытки, возникшие в процессе перевозки в связи  с произошедшими по их вине аварийными ситуациями. Недопущение  аварийных ситуаций на путях истца возможно только путем контроля за  данными путями.  

Пункт договора в редакции ответчика не нарушает права истца и не  налагает дополнительных обязанностей, за исключением обязанности  содержания путей необщего пользования в надлежащем состоянии.  

Истцом обоснование собственной позиции не представлено. 

Разногласия по пункту 7 договора в редакции ответчика  обеспечивает экономическую целесообразность работ и порядок  функционирования перевозчика. В случае отсутствия подтверждения со  стороны истца о наличии ответственных за приемку вагонов лиц, ответчик  не может подать вагон под разгрузку. Кроме того, в случае исключения  данного положения, у ответчика могут возникнуть дополнительные  

затраты по перевозке до мест погрузки-выгрузки и обратно, которые  соответственно будут возложены на истца. Указанное положение  направлено на обеспечение интересов обеих сторон.  

Разногласия по пункту 9 договора в редакции ответчика, в части  предоставления уведомления в письменной форме, продиктована  порядком документооборота ответчика с учетом аналогии права,  регулирующей взаимоотношения клиентов с ОАО «РЖД». Инструкцией  по ведению станционной коммерческой отчетности установлено, что  предприятие дает письменное уведомление с указанием наименования  предприятия о времени окончания грузовых операций. При этом время  окончания грузовых операций подтверждается письменным уведомлением  предприятия. При приеме уведомления от предприятия указывается дата и  время приема уведомления.  

Кроме того, способ уведомления определен в Правилах перевозок  грузов ж/д транспортом. С целью обеспечения оперативности  документооборота ответчик в договоре предусмотрел возможность  предварительного уведомления по телефону при этом, не исключив  обязательное письменное уведомление. Указанное положение договора не  нарушает права истца. Доказательств иного истцом не представлено.  

Разногласия по пункту 10 договора в редакции ответчика направлена  на защиту интересов ответчика, но при этом не нарушает права истца.  Необходимость предоставления заявки обусловлена технологическим  процессом ответчика. Так ответчик формирует ежегодный бюджет  доходов и расходов исходя из предполагаемого объема перевозок.  Формирование годового бюджета зависит от количества планируемого  объема грузов, прибывших в адрес заказчиков ответчика. Ответчику  необходимо формировать запас дизельного топлива, масел и иного  расходного материала с целью содержания тепловозов, которыми и  осуществляется перевозка, формировать фонд оплаты труда работников  станции обслуживания, косвенные и прямые расходы предприятия. Кроме  того, в связи с тем, что ответчик является владельцем нескольких ж/д  станций размещенных на территории г. Казань, то соответственно  необходимо формировать график распределения тепловозов по станциям  именно исходя из планируемого объема перевозок конкретно по станциям.  Более того, истцу предоставлено право изменения поквартального плана  перевозок в разумный срок. Настоящим положением права истца не  

нарушаются, а лишь формируется порядок работы локомотивов ответчика,  а также ответственность сторон за соблюдения режима работы ответчика.  Доказательств нарушения прав истцом не представлено.  

Разногласия пункта 17 договора в редакции ответчика является  продолжением пунктов 15,16 договора. В данном пункте идет речь о  необходимости сопровождения некоторой категории грузов. По  информации, представленной истцом, планируется осуществление  перевозки сахара. Руководствуясь статьей 17 УЖТ РФ, ответчик  предусмотрел обязательность сопровождения грузов в отношении  неопределенного круга клиентов. В соответствии с Правилами перевозок  грузов ж/д транспортом, утвержден Перечень грузов, требующих  обязательного сопровождения и охраны (совмести. МПС России и МВД  России 11.06.2013). В числе прочих грузом поименован сахар. При  отсутствии сопровождения перевозка указанных в перечне грузов  запрещена, что и нашло свое отражение в пункте 17 договора.  

При этом ответчик обратил внимание на то, что если грузы не  подлежат обязательному сопровождению и охране, то настоящее  положение договора в отношении сторон применяться не будет. Договор  имеет стандартную форму для всех категорий клиентов.  

Каких либо данных, что ответчик препятствует перемещению  товаров не имеется. Споров относительно действующего договора нет.  

Также истец указывал на то, что спор ведется в отношении ж/д путей  необщего пользования, принадлежащих ответчику, протяженностью 300  метров. Довод носит предположительный характер. Во-первых,  необходимо отметить, что спора относительно ж/д путей нет и быть не  может. Пути находятся в собственности ответчика. Во-вторых, истец  приводил свои данные относительно протяженности пути ответчика с  целью формирования мнения суда о том, что ответчик фактически не  может выполнять услугу по перевозке грузов, прибывших в адрес истца, в  связи с малой протяженностью пути. Ответчик указал, что протяженность  пути, не может являться основанием для признания того, что услуга не  оказывается. Законодатель не устанавливает лимит, в виде метража ж/д  путей, с целью определения существа той или иной услуги. Кроме того,  заявление истца, относительно физических параметров ж/д путей, не  соответствует действительности. Согласно схеме расположения  железнодорожных путей ответчика, с учетом примыкания к станции  

Вахитова (ОАО «РЖД»), ж/д пути, принадлежащие ответчику, имеют  иную протяженность.  

Также, с целью определения существа взаимоотношений,  необходимо учитывать, что принятие, формирования и расформирование  состава происходит на станции ответчика. Технологически, на ответчика  возлагается обязанность принять ж/д состав на станции Вахитова (ОАО  «РЖД»), затем данный состав, в числе которого присутствуют вагоны с  грузами, прибывающими не только в адрес истца, но и в адрес иных  контрагентов, в полном объеме доставляется до станции Обгонная (АО  «КМП «Промжелдортранс»). Далее, состав подлежит расформированию с  учетом назначения каждого вагона, и только потом, часть вагонов,  доставляется до мест погрузки выгрузки истца. Данный процесс является  сложным, включает множество операций, формирует множество затрат  ответчика. Указанные затраты являются предметом изучения  Государственного комитета РТ по тарифам и ложатся в основу  формирования предельных максимальных тарифов на перевозку грузов на  подъездных путях ответчика. Тарифы на перевозку грузов утверждаются  органом исполнительной власти субъекта. Доказательства протяженности  ж/д пути необщего пользования, принадлежащего ответчику,  доказательства утвержденных тарифов на перевозку грузов, ответчиком  представлены. При этом доказательств, опровергающих доводы ответчика,  истцом не представлены, что является нарушением статьи 65 АПК РФ.  

Истец ссылался на нормы статьи 56 УЖТ РФ с точки зрения  обязанности ответчика заключить договор на подачу и уборку вагонов.  Ответчик считал, что применение данной нормы с точки зрения  формальных норм закона невозможно, так как данная статья, путем  системного толкования (иной способ противоречил бы самой сути  законодательства), разъясняет процедуру подачи и уборки вагонов, то есть  именно если складываются отношения по сути своей относящиеся к  подаче и уборке. Так если грузоотправитель (грузополучатель) имеет  склады на ж/д путях необщего пользования, принадлежащих владельцу  инфраструктуры (с точки зрения ст. 2 УЖТ не кто иной, как ОАО «РЖД»),  заключается договор на подачу и уборку. Если грузоотправитель  (грузополучатель) не имеет складов на не принадлежащих ему путях  необщего пользования, то подача и уборка вагонов осуществляется по  

договору, заключаемому между грузополучателем, грузоотправителем,  перевозчиком и владельцем пути необщего пользования.  

В данном случае идет речь о транзитном перемещении вагонов, так  как в связи с отсутствием складов на путях необщего пользования, не  принадлежащих грузополучателю, товары подлежат перемещению далее,  на места погрузки, выгрузки контрагента. В ином случае поставка не имела  бы смысла. Согласно первой части статьи 56 УЖТ, истец не имеет складов  на путях, принадлежащих владельцу инфраструктуры, согласно второй  части имеет место быть иной субъектный состав взаимоотношений. С  одной стороны выступают грузоотправитель, грузополучатель, перевозчик  с другой владелец пути необщего пользования.  

Данные положения УЖТ свидетельствует о том, что без согласия  владельца пути необщего пользования не одно лицо не может пользоваться  данными путями и данное положение закона направлено именно на  регулирование взаимоотношений, возникающий в этом случае.  

Указанный вывод подтверждается абз.11 п.2.1 Правил эксплуатации  иобслуживания ж/д путей необщего пользования (утв. Приказом МПС РФ  от 18.06.2013 № 26), который устанавливает, что договоры на подачу и  уборку вагонов заключаются между перевозчиком и контрагентом при  обслуживании его локомотивом перевозчика. В этом случае договор может  быть заключен только с согласия основного пользователя ж/д пути  необщего пользования на подачу и уборку вагонов к местам погрузки  выгрузки контрагента.  

Кроме того, если руководствоваться положениями указанного  пункта то, в данном пункте перечислены все формы договоров на подачу и  уборку вагонов, в которых субъектом является именно перевозчик ОАО  «РЖД».  

Также истцом сделана неверная ссылка на абзац 4 пункта 2.1 Правил  (далее - Правил абз.7 п. 2.1). Так, данная норма регулирует отношения,  возникающие в случае наличия у контрагента складов и погрузочно- разгрузочных площадок в пределах ж/д пути владельца инфраструктуры  (ОАО «РЖД») или иного владельца пути необщего пользования.  Доказательств того, что истец имеет склады на путях, принадлежащих  ответчику, не представлено.При наличии у ответчика обязанности  осуществлять перевозку, с учетом монопольного положения на рынке  перевозок ж/д транспортом, нет обязанности заключать договоры именно  

на подачу и уборку вагонов. Кроме того, в рамках предложенного  ответчиком договора на оказание услуг, одной из услуг является услуга по  подаче и уборке порожних вагонов. Услуга по перевозке соответствует  всем нормам законодательства. Ответчик включен в реестр  хозяйствующих субъектов занимающих доминирующее положение на  рынке услуг промышленного железнодорожного транспорта по виду  услуги «Перевозка грузов по подъездным путям предприятия» (ОКВЭД  60.10.2), что не отрицается истцом. При этом иные виды, услуг,  оказываемые ответчиком являются вспомогательными и проходят по  ОКВЭД 63.21.1. Попытка истца признать услугу по перевозки грузов,  услугой подачи и уборки, противоречит фактическим обстоятельствам  дела, существу оказываемой услуги. Кроме того, необходимо указать, что  поскольку услуга по перевозке грузов является монопольной,  исполнительный орган власти РТ принял постановление об установлении в  отношении именно перевозки грузов ж/д транспортом по путям необщего  пользования, регулируемой цены. Попытка истца, признать услугу по  перевозке грузов, услугой по подаче и уборке вагонов, повлечет за собой  применение иной стоимости к данной услуге, в отношении конкретного  лица, и, соответственно, предоставит истцу преимущественное право,  относительно иных контрагентов, на предоставление данной услуги по  иной стоимости, что противоречит нормам законодательства о равных  правах на доступ к монопольной услуге. Наряду с указанной услугой,  ответчик оказывает услугу по подаче и уборке порожних вагонов. Кроме  того, ни УЖТ, ни Правилами не установлено, что обязанность по  заключению именно договора на подачу и уборку вагонов, является  обязанностью ответчика. Нормы не носят императивный характер. В  статье 56 УЖТ, на основании которой строит свою позицию истец, лишь  указано, что подача и уборка вагонов осуществляется на основании  договора. При этом указанный договор устанавливает порядок подачи и  уборки. Одновременно с этим, на ответчика императивно возложена  обязанность по перевозке грузов с учетом особенностей правил перевозки.  Ответчик не отказывался от заключения данного договора с условием  оказания монопольной услуги и сопутствующих услуг. Суть договора  отражается его предметом, а не наименованием.  

Также, в своих дополнениях к исковому заявлению истец сделал  ссылку на статью 60 УЖТ. При этом данной статьей установлено, что  

между участниками указанных правоотношений отношения регулируются  на основании заключенного договора. Как можно убедиться, законодатель  не определил статус договора. Одновременно с этим, напоминаем, что  договор подготовлен стороной ответчика, доказательств намерения не  заключать договор с истцом, суду не представлено. Статус договора  определен по фактическому преобладанию услуги перевозки над иными  услугами. Однако в предмет договора включены все виды сопутствующих  услуг, в том числе и услуга по подаче и уборке порожних вагонов.  

Ссылка истца на Постановление Пленума ВАС РФ от 6.10.2005 № 30  (далее - Постановление) не совсем корректна, так как абзац 2 пункта 2  постановления регулирует взаимоотношения грузополучателя  (грузоотправителя), имеющего склады на ж/д путях необщего пользования,  принадлежащих владельцу инфраструктуры. Владельцем инфраструктуры,  с точки зрения понятий данных в ст. 2 УЖТ может быть признан только  ОАО «РЖД» (об этом подробно описывалось в отзыве ответчика). Однако,  системное толкование положений настоящего Постановления, указывает,  что к владельцу инфраструктуры, приравниваются и владельцы путей  необщего пользования, которые не являются владельцами  инфраструктуры, такие как ответчик. Но при этом, тот же принцип  системного толкования норм права, дает основания полагать, что, как и в  отношении владельца инфраструктуры, в отношении владельца пути  необщего пользования, не являющегося владельцем инфраструктуры,  действует разъяснение относительно того, что грузополучатель также  должен иметь свои склады на путях владельца ж/д пути необщего  пользования.  

Материалами дела подтверждается, что истец не имеет складов на  путях ответчика. Доказательств обратного истцом не представлено.  

Также постановлением установлена обязанность по заключению  договора в принципе и запрете отказа от его заключения, при наличии  обстоятельств, свидетельствующих о монопольном положении стороны  договора.  

С учетом этого ответчик заявлял о том, что договор подлежит  заключению безусловно. Однако у ответчика имеются возражения  относительно требований истца по условиям договора.  

Суд первой инстанции правомерно счел, что ссылка на пункт 3  Постановления некорректна, так как данным пунктом устанавливается  

обязанность в отношении перевозчика (ОАО «РЖД»), который  обслуживает ж/д путь необщего пользования своим локомотивом. Кроме  того, как указывалось выше, в Постановлении идет речь о заключении  договора на подачу и уборку, то есть договор с ограниченным предметом.  Предложенный истцу договор имеет более расширенный предмет.  

Истец настаивал на исключении из условий договора пункта 4 в  редакции ответчика, положения которого устанавливают возможность  проведения обследования ж/д путей истца, после их реконструкции и  ремонта, совместно с представителями ответчика. Данный условие  договора сформулировано с точки зрения того, что ответчик является  

профессиональным участником процесса ж/д перевозок, а также  профессионально занимается ремонтом и восстановлением ж/д на  протяжении срока существования предприятия, имеет соответствующие  лицензии. Право ответчика на осмотр ж/д пути не корреспондирует с  обязанностью истца по оплате данной процедуры, права истца не  нарушаются. Смысл указанного пункта, в редакции ответчика, а именно  осмотр ж/д путей, позволит истцу избежать возможных негативных  последствий в случае обнаружения дефектов пути. Кроме того, как указано  в договоре, ответчик анализирует состояние пути только с точки  требований нормативов и требований, предъявляемых к ж/д путям,  соответствующими ГОСТами. До момента заключения договора стороны  провели аналогичное обследование путем составления акта обследования.  Сторона истца не возражала относительно предварительного  обследования.  

Истец мотивировал свое требование относительно исключения  редакции ответчика, положениями Приказа МТ России от 21.12.10 № 286.  Однако настоящий приказ действует в отношении вновь вводимых  объектов в эксплуатацию. Ж\д пути необщего пользования,  принадлежащие истцу, имеют место быть в натуре и вводится в  эксплуатацию повторно не будут. Соответственно контроля со стороны  министерства транспорта производиться не будет. Ссылка, на п.1.10  Правил эксплуатации и обслуживания железнодорожный путей необщего  пользования, также носит гипотетический характер, так как указанными  нормами уполномоченный представитель МПС России имеет право, но не  обязан, проверять техническое состояние ж/д путей. Учитывая характер  выборочности проверки и проведения ее не регулярно, возможно  

предположить о том, что таких проверок не будет. Доказательств того, что  объект введен в эксплуатацию, либо проверялся истцом не представлено.  Данные обстоятельства, а также фактическая обязанность ответчика  перемещать грузы собственным локомотивом по чужим путям постоянно,  налагает на ответчика обязательства по контролю за состоянием ж/д путей  с целью недопущения аварий, схода локомотива и вагонов.  

Доводы истца относительно пункта 7 договора в редакции ответчика  о том, что ответчик формирует условия договора с одной единственной  целью желанием злоупотреблять правом, основаны на домыслах и носят  предположительный характер.  

Фактических данных о злоупотреблении со стороны ответчика,  истцом не представлено. Гражданское законодательство презюмирует  добросовестность участников гражданского оборота. Как было указано в  отзыве на исковое заявление, положение пункта 7 договора в редакции  ответчика, имеет целью недопущение дополнительных расходов, как у  ответчика, в виде расходования горючего, амортизации подвижного  состава, несение прямых и косвенных затрат, так и у истца, в виде  дополнительной платы за «холостую» перевозку грузов по установленным  тарифам. Кроме того, любое движение локомотивов регулируется  диспетчерской службой с учетом графика перевозки для иных  контрагентов.  

Отстой, который может возникнуть ввиду невозможности принятия  груза истцом, оформляется актом общей формы ГУ-23, которая  подписывается в присутствии представителя истца. То есть, истец,  активными действиями, может влиять на данный процесс. Предложение  истца о дублировании информации по электронной почте не  представляется возможным с точки зрения фактического исполнения, так  как данный способ передачи информации практически будет сводить на  нет принцип оперативности передачи и получения информации с точки  зрения того, что речь идет о подаче вагонов и противоречит положениям  Правил эксплуатации и обслуживания путей необщего пользования. При  этом способ передачи информации посредством телефонной связи  предусмотрен разделом 3 Правил эксплуатации и обслуживания ж/д путей  необщего пользования. Кроме того, факт исправности либо неисправности  телефонной связи возможно доказать с точки зрения получения  подтверждающей информации от служб городской телефонной сети.  

Доводы истца о том, что положения пункта 9 договора в редакции  ответчика не соответствуют нормам права, несостоятельны. Так  соответствующие положения указаны в пункте 3.7 раздела 3 Правил  эксплуатации и обслуживания ж/д путей необщего пользования.  

Истец предлагал исключить редакцию ответчика пункт 10 в полном  объеме, ссылаясь на то, что ответчик не может быть признан  перевозчиком. В то же время процесс оказания услуг ответчиком  приравнивается к перевозочному процессу. Указанным договором, с  учетом технологических особенностей оказания услуги, возможно  предусмотреть условия, которые приближены к существу оказываемых  услуг и которые будут максимально регулировать складывающиеся  отношения.  

Необходимость формирования на осуществление перевозки  продиктовано следующими обстоятельствами. Так, ответчик формирует  собственный график работ с учетом ограниченного количества  локомотивов, необходимости передислокации локомотивов с учетом того,  что у ответчика в собственности несколько ж/д станций на каждой из  которых находится по несколько десятков клиентов. Кроме того, работа  локомотива - сложный технологический процесс, который учитывает  диспетчерское регулирование, планируемый объем расхода топлива,  работу локомотивной бригады, составительского состава работников  ответчика. Данный процесс невозможно выстроить без формирования  плана работы ответчика, который формируется на основании  предварительно плана поставки грузов контрагентам.  

Также, в обосновании отказа от редакции, предложенной  ответчиком, истец указывает, что не имеет отношений с перевозчиком  (ОАО «РЖД») и соответственно не может контролировать сроки отгрузки  и объемы поставок. Данный факт не подтверждается материалами дела,  кроме того, не выдерживает критики с точки зрения того, что истец  является получателем грузов, а, следовательно, заключая договор с  поставщиком, планирует количество грузов и сроки его поставки. На  основании указанных сведений, истец может формировать количество  планируемого груза. Также необходимо обратить внимание, что истцу  предоставлено право осуществлять корректировку собственных планов и  соответственно осуществлять корректировку заявок.  

Учитывая изложенное, суды правомерно признали редакцию  спорного договора, предложенную ответчиком, законной, обоснованной и  приняли её в качестве редакции условий договора, регулирующей  отношения сторон.  

Доводы заявителя кассационной жалобы были предметом  рассмотрения в судах, где им была дана надлежащая правовая оценка,  оснований для переоценки приведённых доводов у суда кассационной  инстанции нет.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2017 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  04.08.2017 по делу № А65-198/2017 оставить без изменения, кассационную  жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий судья Э.Р. Галиуллин  

Судьи Н.Н. Королева  

 И.Н. Смоленский