ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-57601/2023

Дело № А40-156937/21

г. Москва

20 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей О.В. Гажур, Е.А. Скворцовой 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2023 по делу №А40-156937/21 о признании недействительными сделками по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО2 на общую сумму 21 992 810 руб., применении последствия недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Хоумстрой»,

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО2: ФИО3 по дов. от 20.07.2023

от к/у ООО «Хоумстрой»: ФИО4 по дов. от 16.05.2023

от ООО «Производители нерудных материалов»: ФИО5 по дов. от 01.06.2023

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 в отношении ООО «Хоумстрой» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО6 (является членом СРО ААУ «Евросиб», ИНН 

<

***>). В арбитражный суд 17.05.2023 (в электронном виде) поступило заявление кредитора ООО «Производители нерудных материалов» о признании сделок по перечислению должником в пользу ИП ФИО2 денежных средств на сумму 21 992 810 руб. недействительными и применении последствий недействительности сделок.

 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2023 г. суд удовлетворил заявление кредитора ООО «Производители нерудных материалов»; признал недействительными сделками по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО2 на общую сумму 21 992 810 руб.; применил последствия недействительности сделок - взыскал с ИП ФИО2 в конкурсную массу ООО «Хоумстрой» денежные средств в размере 21 992 8100 руб. Не согласившись с указанным определением, ИП ФИО2 подана апелляционная жалоба. 

 

В судебном заседании представитель ИП ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представители конкурсного управляющего ООО «Хоумстрой» и ООО «Производители нерудных материалов» полагают определение суда обоснованным и правомерным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. Отзыв на апелляционную жалобу представлен.

 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

 

Заявителем апелляционной жалобы заявлено ходатайство о приобщении дополнений к апелляционной жалобе и дополнительных доказательств. В удовлетворении указанных ходатайств отказано, поскольку дополнения к апелляционной жалобе направлены в адрес суда за пределами срока на обжалование определения суда первой инстанции. также отказано в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, поскольку заявителем не приведены уважительные причины непредставления этих доказательств в суд первой инстанции.

 

Рассмотрев дело в отсутствие иных лица, участвующие в деле, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

 

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

 

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с вышеуказанными лицами конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

 

Судом первой инстанции установлено, что размер требований заявителя в реестре требований кредиторов должника на дату подачи настоящего заявления составляет 24 191 048 руб. 40 коп., из которых 6 491 165 руб. 20 коп. – основной долг, 17 699 883 руб. 20 коп. – финансовые санкции. Размер требований кредитора по основному долгу составляет 60,23% соответствующих требований кредиторов общества «ХОУМСТРОЙ».

 

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

 

В настоящем обособленном споре конкурсный кредитор обратился в суд с заявлением о признании сделок по перечислению должником в пользу ИП ФИО2 денежных средств на сумму 21 992 810 руб. 

 

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» содержатся разъяснения о том, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

 

В рассматриваемом случае решением от 03.11.2022 введена процедура конкурсного производства, в связи с чем срок оспаривания сделок не пропущен.

 

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

 

В силу пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

 

Следовательно, для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, либо трех лет (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота), неравноценное встречное исполнение обязательств, или совокупность обстоятельств, квалифицирующих договоры как недействительные сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 

Предметом проверки судом явились обстоятельства действительного наличия встречного предоставления по отношению к перечислению денежных средств, наличие вреда и осведомленность ответчика о соответствующем причинении вреда.

 

Судом установлено, что ответчик являлся руководителем должника, представленные документы подписаны ответчиком как со своей стороны, так и со стороны контрагента, в связи с чем ответчик признается заинтересованным к должнику лицом применительно к критериям статьи 19 Закона о банкротстве.

 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о мнимости договора аренды оборудования № б/н от 01.07.2018. Судом первой инстанции также установлено, что ответчиком представлены надлежаще оформленный договор и акты, документы оформлены верно и формируют внешние атрибуты обычной хозяйственной сделки.

 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

 

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

 

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

 

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - Постановление № 25) разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

 

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 по делу № А41-36402/2012 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

 

Кроме того, суд по аналогии принимает во внимание разъяснения, изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, и в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу которых, если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

 

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

 

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

 

ИП ФИО2 в качестве оснований для получения от должника денежного исполнения в сумме 21 992 810 руб. в составе приложений к отзыву предоставлены:

- договор аренды оборудования № б/н от 01.07.2018 года, в ред. Дополнительного соглашения б/н от 01.02.2019, дополнительного соглашения б/н от 01.10.2019; - Акт приема-передачи оборудования от 01.07. 2019;

- договор субаренды № 2/2018 от 01.07. 2019;

- инвентаризационная опись за 2019 год;

- 19 Актов об оказанных услугах,

- договор купли-продажи оборудования № 4/16 от 16.04.2017, акт приема-передачи от 16.04.2017;

- договор купли-продажи оборудования № 11/16-О от 20.11.2016, акт приема-передачи от 20.11.2016.

 

Вместе с тем, из содержания договора аренды оборудования № б/н от 01.07.2018 не следует, что ИП ФИО2 должнику предоставлено какое-либо оборудование (имущество), которое возможно использовать в производственной деятельности ООО «ХОУМСТРОЙ» для производства бетона. Отдельные механизмы/элементы, определенные условиями договора аренды от 01.07.2018, самостоятельно (без их сбора и монтажа с другими элементами/механизмами) производить бетон не могут. Акты № 1-5 содержат абсолютно одинаковые исправления в виде зачеркнутой печати должника от имени ИП ФИО2 Денежные средства перечислялись ответчику бессистемно, по 19 актам осуществлено 87 расходных операций.

 

Согласно инвентаризационной ведомости основных средств №1 от 01.11.2019, представленной ответчиком в составе приложений к отзыву под номером 6, в бухгалтерском учете ООО «ХОУМСТРОЙ» оборудование, продублированное из текста Договора от 01.07.2018, также было учтено как отдельные элементы. На дату проведения инвентаризации (01.11.2019) какого-либо производственного оборудования, в том числе РБУ, которое может быть использовано должником в своей производственной деятельности для извлечения прибыли не значится.

 

Оборудование было приобретено ИП ФИО2 по двум договорам купли продажи:

- договор купли-продажи оборудования №11/16-О от 20.11.2016 (с ФИО7);

- договор купли-продажи оборудования №4/16 от 16.04.2017 (с ФИО8). Сведений о фактическом исполнении договоров  суду не представлено,  отсутствуют и доказательства наличия оборудования у ответчика в натуре в настоящий момент, принимая во внимание отсутствие и сведений об иных составляющих производственного комплекса, принадлежащих должнику. Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии действительного встречного предоставления по отношению к перечислению должником в пользу заинтересованного лица ИП ФИО2 денежных средств на сумму 21 992 810 руб.

 

Также суд пришел к выводу о причинение вреда кредиторам должника с учетом возникновения обстоятельств недостаточности денежных средств именно в связи с их безвозмездной передачей заинтересованному лицу. При этом суд первой инстанции установил, что в рассматриваемом случае определением суда от 02.05.2023 по настоящему делу установлен факт уклонения руководителя должника, о родственных связях которого с ответчиком заявлено в настоящем обособленном споре, от передачи документации должника, указанное обстоятельство не может быть принято судом как освобождающее ответчика от доказывания его добросовестности с учетом существенного уменьшения объема имущества должника в результате заключения оспариваемой безвозмездной сделки.

 

Доводы ответчика о том, что отсутствие неплатежеспособности на стороне должника подтверждается определениями Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2021 и от 02.05.2023 по настоящему делу в порядке статьи 69 АПК РФ, не принимаются судом, поскольку при проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом предметом исследования являются именно обязательства должника перед заявителем, но не перед всеми иными кредиторами, в то время как в рамках привлечения к субсидиарной ответственности дата наступления неплатежеспособности не установлена именно в связи с отсутствием соответствующих документов и сведений.

 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности сделки по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО2 на общую сумму 21 992 810 руб. по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

 

В соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. Таким образом, применимым последствием недействительности сделки является взыскание с ИП ФИО2 в конкурсную массу ООО «Хоумстрой» денежных средств в размере 21 992 810 руб.

 

Что касается доводов апелляционной жалобы, то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Относительно мнимости договора от 01.07.2018 б/н, заключенного между ООО «Хоумстрой» и предпринимателем ФИО2 суд апелляционной инстанции полагает следующее.

 

Исходя из оценки совокупности доказательств, представленных ответчиком, кредитором-заявителем и конкурсным управляющим при рассмотрении спора в суде первой инстанции, о заключенности взаимозависимыми должником и ответчиком, контролирующим его, 01.07.2018 договора б/н аренды оборудования, а именно:

- содержания и условий договора, спецификации № 1 к нему, содержания акта приема-передачи оборудования от 01.07.2018 к договору от того же дня (Приложение № 1),

- дополнительных соглашений от 01.02.2019, 01.10.2019 к договору от 01.07.2018 (последовательное увеличение обязательств должника перед контролирующим его лицом – ФИО2 в статусе индивидуального предпринимателя),

- актов №№ 1-5, датированных 31.07.2018, 31.08.2018, 30.09.2018, 31.10.2018, 30.11.2018, имеющих однотипные ошибки при оформлении, не свидетельствующие о своевременном и правильном их оформлении (ч.1 ст.9 Закона о бух.учете от 06.12.2011 № 402-ФЗ), предметом аренды в которых указано «аренда РБУ»,

- в совокупности с актами №№ 10 от 28.02.2019, 12 от 31.03.2019, 11 от 30.04.2019, 13 от 31.05.2019, 14 от 30.06.2019, 15 от 30.09.2019, 16 от 30.12.2019, б/н от 31.03.2020, б/н от 30.06.2020, б/н от 30.09.2020, предметом аренды по которым указано «договор б/н от 01.07.2018 аренда оборудования»

- несистемного (произвольного) характера совершения ФИО2, как его генеральным директором, со счета должника на свой счет индивидуального предпринимателя оспариваемых платежей по своему усмотрению и своем интересе при том обстоятельстве, что на протяжении всего периода рассмотрения спора ФИО2, как предприниматель-ответчик и как бывший руководитель должника (КДЛ), совпадая в одном лице, последовательно проявлял отсутствием заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика-предпринимателя и действительный оборот: документы должника в порядке ст.126 Закона о банкротстве и по исполнение решения Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 по делу № А40-156937/2021 (о признании должника банкротом), а также в ходе исполнительного производства и судебного разбирательства данного обособленного спора, конкурсному управляющему не переданы, в том числе и в порядке ст.131 АПК РФ,

 

Арбитражным судом города Москвы был сделан обоснованный вывод о мнимости договора от 01.07.2018 б/н с учетом положений статьи 168, 170 ГК РФ, 61.2 Закона о банкротстве.

 

Обстоятельства, приведенные кредитором-заявителем в требовании об оспаривании сделки и конкурсным управляющим в отзыве и возражениях, заслуживали внимания и свидетельствовали о возможном наличии у сделки пороков, которые могут повлечь ее недействительность, принимая во внимание специфику рассмотрения отдельных споров в рамках дела о банкротстве, судом первой инстанции обоснованно были применены повышенные стандарты доказывания при рассмотрении спора. К иному выводу при оценке совокупности представленных в дело доказательств суд первой инстанции прийти не мог.

 

Что касается размера платы, предусмотренного в пункте 3.1 договора, то первоначальными условиями договора от 01.07.2018 б/н размер обязательств должника перед контролирующим его лицом был установлен в размере 1 500 000,00 рублей ежеквартально. Дополнительным соглашением от 01.02.2019 размер обязательств должника перед контролирующим его лицом по воле ФИО2 и в его интересах был повышен до 2 400 000,00 рублей (+900 000,00) к первоначальному размеру квартального обязательства. Дополнительным соглашением от 01.10.2019 размер обязательств должника перед контролирующим его лицом по воле ФИО2 и в его интересах был повышен уже до 3 600 000,00 рублей ежеквартального обязательства (+1 200 000,00 рублей к размеру предшествующего обязательства или + 2 100 000,00 рублей к размеру первоначального обязательства). Указанное свидетельствует о регулируемом выводе активов должника в пользу контролирующего его лица: увеличение в годовом периоде обязательственных отношений должника в пользу контролирующего его предпринимателя ФИО2 в 2,4 раза само по себе является подозрительным. В совокупности с бессистемными платежами должника в пользу предпринимателя ФИО2 указанное свидетельствует об отсутствии деловой цели и нарушении интересов должника.

 

Относительно содержания инвентаризационной описи № 1 от 01.11.2019. и неправильной оценки судом ее содержания, а также дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

 

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

 

Таким образом, инвентаризационная опись № 1 от 01.11.2019, представленная ответчиком ФИО2 в материалы дела подлежала оценке во взаимной связи с другими доказательствами, имеющимися в деле. Из буквального содержания инвентаризационной описи № 1 от 01.11.2019 не следует, что с 01.07.2018 по 01.11.2019 состояние инвентаризуемого по описи было изменено: произведен монтаж оборудования, произведено объединение отдельных наименований оборудования во взаимосвязанное друг с другом состояние, понесены затраты на монтаж и наладку оборудования. Напротив, инвентаризационная опись № 1 от 01.11.2019 отразила отсутствие иного состояния указанного в ней оборудования, чем указано в акте приема-передачи от 01.07.2018 к договору аренды оборудования б/н от 01.07.2018. 

 

Несогласие ответчика ФИО2 с выводами суда, не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 

Взаимная связь инвентаризационной описи № 1 от 01.11.2019 актами (с их пороками и разногласиями), представленными ответчиком в составе отзыва при рассмотрении дела в суде первой инстанции, свидетельствуют о формировании обязательств должника исходя из «договора б/н от 01.07.2018, аренда оборудования». В инвентаризационной описи № 1 от 01.11.2019 иного, кроме как 22 наименования отдельного оборудования, не указано, что

 

- соотносится полностью с актами №№ 10 от 28.02.2019, 12 от 31.03.2019, 11 от 30.04.2019, 13 от 31.05.2019, 14 от 30.06.2019, 15 от 30.09.2019, 16 от 30.12.2019, б/н от 31.03.2020, б/н от 30.06.2020, б/н от 30.09.2020, и

- находится в противоречии с актами №№ 1-5, датированных 31.07.2018, 31.08.2018, 30.09.2018, 31.10.2018, 30.11.2018.

 

Кроме того, в инвентаризационной описи № 1 от 01.11.2019 по столбцу «год выпуска, постройки, приобретения» по всем 22 позициям оборудования указан 2017 год. Между тем представленный ФИО2 в составе отзыва на заявление об оспаривании сделки порочный договор о приобретении такого оборудования находится в противоречии с содержанием описи - договор купли-продажи оборудования № 11/16-О, подписанный ФИО2 (покупатель) и ФИО7, о которой подробно изложено в возражениях конкурсного управляющего на отзыв ФИО2, датирован 20.11.2016 (позиции 21-22 описи № 1). Доказательства реальности исполнения договора от 16.04.2017 № 4/16, подписанного ФИО2 (покупатель) и ФИО8 также отсутствуют (поз.1-20 описи № 1): вывоз товара с территории продавца, оплата товара, иные доказательства реальности договора. На указанные обстоятельства конкурсный управляющий ссылался в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции. Такие обстоятельства и содержание письменных доказательств, представленных участниками дела, не могло привести суд к иному выводу, чем изложенному в определении от 21.07.2023 по делу № А40-156937/2021.

 

Что касательно дополнительных доказательств, представленных с нарушением положений ст.268 АПК РФ,то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

 

Акты технического состояния оборудования, датированные 30.06.2019, 30.06.2020, 30.06.2021, 20.10.2021 не опровергают выводов суда, приведенных в определении от 21.07.2023 по делу № А40-156937/2021, содержат сходный перечень отдельного оборудования, заверены с обеих сторон одним и тем же лицом в разном статусе: ФИО2, как предпринимателем и ФИО2, как контролирующим должника лицом. При том обстоятельстве, что печать должника в нарушение ст.126 Закона о банкротстве конкурсному управляющему не передана, а объем документации должника перед конкурсным управляющим не раскрыт, ФИО2, имеющему высшую степень заинтересованности в удержании неосновательно полученного в свою пользу за счет должника, не представляет труда изготовлять и представлять в суд любые документы, направленные на оправдание причиненного вреда должнику и кредиторам, следствием которых явилось уменьшение конкурсной массы должника и невозможность удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

 

Подозрительные пороки названных актов (дополнительных доказательств) подробно описаны конкурсным кредитором-заявителем в отзыве на апелляционную жалобу ФИО2, конкурсный управляющий с указанными пороками согласен: не может продолжаться нумерация «выявленных в ходе осмотра оборудования» позиций 1 и 2 до позиций 3-4 в акте от 30.06.2020, позиций 5-6 в акте от 30.06.2021, позиций 7-8 в акте от 21.010.2021 на протяжении 3,5 лет.

 

Реальность и возможность исполнения Договора аренды оборудования от 01.02.2018 между ИП ФИО9 и ООО «СпецТех», содержание которого идентично содержанию договора от 01.07.2018 б/н, ответчиком даже в составе дополнительных документов не доказана:

- доказательства монтажа оборудования отсутствуют

- доказательства перевозки оборудования (его перемещения) применительно к представленным в суд первой инстанции сомнительным договорам купли-продажи оборудования от 20.11.2016 № 11/16-О и от 16.04.2017 № 4/16 отсутствуют

- доказательства расчета по договорам отсутствуют.

 

Договор от 01.02.2018 между ИП ФИО2 и ООО «СпецТех» к спорному периоду не относится, предметом оценки при рассмотрении дела в суде первой инстанции не являлся, поскольку не был представлен в дело по усмотрению ФИО2 Реальность отношений между ФИО2 и ООО «СпецТех» предметом судебного исследования не является. ООО «Производители нерудных материалов» дана подробная материально-правовая и поведенческая оценка отношениям сторон по договору от 01.02.2018 б/н, конкурсный управляющий с ней согласен, оценка подкреплена соответствующими доказательствами в порядке ст.65 АПК РФ.

 

В период с 23.11.2017 в ООО «СпецТех» сменилось несколько директоров:

- полномочия ФИО10, сведения о подписании которым договора аренды от 01.02.2018 с ФИО2 содержатся в названном договоре, прекращены 19.07.2018

- ФИО11 выполняла функции единоличного исполнительного органа с 19.07.2018 по 09.08.2018

- ФИО12 выполняла функции единоличного исполнительного органа с 09.08.2018 по 08.11.2018

- ФИО13 числился лицом, исполняющим функции единоличного исполнительного органа с 08.11.2018 по момент исключения организации из ЕГРЮЛ по основаниям недостоверности сведений о нем, включенных в ЕГРЮЛ. По сведениям ЕГРЮЛ ФИО13 являлся директором 15 ликвидированных по недостоверности организаций, обладает признаками номинального руководителя.

 

Публикация в Вестнике гос.регистрации в отношении предстоящего исключения ООО «СпецТех» из ЕГРЮЛ осуществлена 03.06.2020 (журнал № 22(789)) на основании решения № 74245 от 01.06.2020. Исключение ООО «СпецТех» из ЕГРЮЛ произведено 17.09.2020, о чем внесена запись ГРН-2207709443621 (строка 21 выписки из ЕГРЮЛ, представленной в составе отзыва ООО «ПНМ» на апелляционную жалобу ФИО2). Арбитражным судом города Москвы в рамках дела № А40-156937/2021 рассматривается обособленный спор о взыскании с ФИО2 убытков, связанных с оплатами ООО «Хоумстрой» за содержание зарегистрированных на имя ФИО2 доменных имен, в том числе доменного имени cpec-teh.ru (сведения предоставлены регистратором доменных имен).

 

На странице интернет по указанному адресу во вкладке «контакты» на странице https://cpec-teh.ru/kontakty/ указаны сведения об ООО «СПЕЦТЕХ» ИНН 

<

***> с адресом 117105, 

<

...>, договор с которым заключен ФИО2 01.02.2018. Договор от 01.02.2018 б/н, размещение в сети Интернет на доменном имени cpec-teh.ru, зарегистрированном на имя ФИО2 страницы компании ООО «СпецТех» ИНН 

<

***> свидетельствует о наличии взаимосвязанности ФИО2 и исключенного из ЕГРЮЛ ООО «СпецТех». При совокупности указанных обстоятельств конкурсный управляющий критически относится к реальности исполнения договора от 01.02.2018 б/н (ИП ФИО2 и ООО «СпецТех»), полностью идентичного спорному договору от 01.07.2018 б/н (ИП ФИО2 и ООО «Хоумстрой»).

 

Договор подряда № СМР/07-2019 от 01.05.2019, подписанный со стороны ООО «Хоумстрой» ФИО2, со стороны исполнителя – от имени ИП ФИО14 представлен в двух идентичных вариантах, отличающихся только ценой: на 1 700 000,00 рублей и на 1 350 000,00 рублей. Какой именно имеет отношение к спорным отношениям, и в чем оно выражается, ФИО2 не раскрывает. Анализ соответствия признаков заключенности договора приведен конкурсным кредитором-заявителем в своем отзыве. По мнению конкурсного управляющего доказательства заключенности какого-либо варианта из представленных договоров отсутствуют.

 

Вместе с тем конкурсный управляющий обращает внимание суда на пороки договоров, датированных 01.05.2019, в части указания адресных реквизитов ООО «Хоумстрой» «117218, 

<

...>». Согласно сведений ФНС, представленных конкурсному управляющему письмом от 08.02.2023 № 06-13/002627@ из материалов регистрационного дела ООО «Хоумстрой», решение № 3 от 19.06.2019 единственного участника ООО «Хоумстрой» ФИО2 (в действительности НИКОГДА единственным участником общества не являвшимся, запись в ЕГРЮЛ о его участии в Обществе отсутствует), местом нахождения ООО «Хоумстрой» определено 117218, 

<

...>, антресоль 2, помещение I, комната № 1.

 

Договор аренды помещения по указанному адресу между ООО «Фитнет-Инвест» и ООО «Хоумстрой» заключен 14.06.2019 Гарантийное письмо по месту требования собственником помещения (ООО «Фитнес-Инвест») на аренду указанного адреса дано письмом от 19.06.2019 № 182/19ФИ-исх. Запись в ЕГРЮЛ об изменении места нахождения ООО «Хоумстрой» внесена 27.06.2019 ГРН-8197747507103. 

 

Таким образом, указание в договоре подряда № СМР/07-2019 от 01.05.2019 адресных реквизитов ООО «Хоумстрой» является преждевременным и свидетельствует о недостоверности договора.

- у исполнителя ИП ФИО15 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) вообще никаких контактных данных не указано, адрес для направления корреспонденции не установлен, способ передачи документов договором не предусмотрен, организация ведения деловой переписки невозможна.

 

Доказательства исполнения договора подряда отсутствуют. Согласно выписки из ЕГРИП деятельность предпринимателя ФИО14 прекращена 27.11.2021 как недействующего предпринимателя (РГН-421774604171993). При регистрации ИП ФИО14 заявил следующие совершенно разнородные виды деятельности, позиционируя себя в предпринимательской среде крайне разносторонним специалистом во всех отраслях экономической деятельности: он и строитель-железнодорожник (ОКВЭД 42.12), и строитель тоннелей (ОКВЭД 42.13), энергетик-коммунальщик (ОКВЭД 42.21, 42.22), бурильщик (ОКВЭД 43.13), электромонтажник (ОКВЭД 43.21), сантехник-монтажник (ОКВЭД 43.22), штукатур (ОКВЭД 43.31), столяр и плотник (ОКВЭД 43.32), маляр и стекольщик (ОКВЭД 43.34), кровельщик (ОКВЭД 43.91), продавец ковров (весьма редкая специальность (ОКВЭД 43.57), автоперевозчик (ОКВЭД 49.41, 49.42), кладовщик (ОКВЭД 52.10), связист (ОКВЭД 61.10), правовед-юрист (ОКВЭД 69.10), бухгалтер-учетчик и аудитор (ОКВЭД 69.20), консультант (наверное, как в романе «Мастер и Маргарита», (ОКВЭД 70.22), рекламщик (ОКВЭД 73.11), фотограф (ОКВЭД 74.20), лизингодатель и, вероятно, лизингобратель (ОКВЭД 77.11, 77.12, 77.31, 77.32), кадровый агент (ОКВЭД 78.10, 78.20, 78.30). Словом, совершенно многогранный специалист! Все виды деятельности предпринимателя ФИО14 приведены в выписке из ЕГРИП в отношении него, прилагаемой в порядке ст.262 АПК РФ).

 

Налоговым органом в рамках дела № А40-227659/2020 предпринимались действия по признанию предпринимателя ФИО14 несостоятельным (банкротом) из-за налоговой задолженности. Определением от 01.04.2022 по делу № А40-227659/2020 в связи с уменьшением ФИО14 размере своего долга перед бюджетной системой Российской Федерации дело о банкротстве прекращено, обстоятельства неполного погашения задолженности предпринимателем изложены в определении суда. Очень печально, что такого разносторонне предприимчивого субъекта предпринимательской деятельности налоговый орган счел недействующим и исключил его из ЕГРИП.

 

Совокупность указанных обстоятельств, отсутствие доказательств реальности заключения и исполнения как отдельного экземпляра договора, так и обоих в их совокупности исходя из отсутствия различий, кроме суммы, невозможность определить род деятельности предпринимателя ФИО14, признание налоговым органом предпринимателя ФИО14 недействующим, отсутствие у ФИО2 заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика и действительный оборот на протяжении всего периода конкурсного производства и обособленных споров в рамках дела о банкротстве, не позволяют признать представленные ФИО2 доказательства достаточными для опровержения доводов конкурсного кредитора-заявителя и конкурсного управляющего о состоятельности сделок должника с ФИО14

 

В части дополнительных доказательств, представленных в нарушение ст.268 АПК РФ в отношении дизель-генераторов и аффилированной ФИО2 организации – ООО «Ирбис-С» ИНН 

<

***> суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

 

В пункте 4 письменных пояснений ФИО2 к его к апелляционной жалобе содержится отсылка к дополнительным доказательствам, не представлявшимся в суд первой инстанции:

- договор от 21.08.2021 № 3 аренды дизельного генератора, заключенного предпринимателем ФИО2 и ООО «БиЭФ» с приложениям №№ 2, 3 и 4 к нему по цене согласно актов для модели AKSA AC 350 – 1 375 000,00 рублей в месяц, для модели OLYMPIAN GEP 440 – 1 500 000,00 рублей в месяц.

- актов за период с 30.09 по 31.12.2021

- платежных поручений на сумму 10 000 000,00 рублей за период с 10.02 по 24.02.2022 с назначением платежа «за аренду дизельного генератора». 

 

ФИО2 скрыта неотъемлемая часть договора № 3 – спецификация к нему, устанавливающее согласно пунктов 1.1 и 2.2. договора неизменную стоимость услуг, сроки и порядок оплаты по нему, перечень оборудования и адрес объекта. Представленные доказательства отношения к деятельности ООО «Хоумстрой» не имеют, к спорному периоду (31.08.2018 – 09.02.2021) не относятся, реальность исполнения сделки, наличие у нее деловой цели предметом судебной проверки по специальным нормам Закона о банкротстве не являются. Подписи на странице 3 договора от имени арендатора и актах приема-передачи (приложения 2-4 к договору), очевидно различны. Представленные дополнительные доказательства также выводов суда первой инстанции не опровергают.

Проведение оценки совокупности доказательств, имеющихся в деле (договор от 20.11.2016 № 11/16-О, сторонами по которому являются ФИО2 и ФИО7) и вышеуказанных дополнительных доказательств свидетельствует об иной цели совершенной ФИО2 и ООО «БиЭФ» сделки, чем та, документы о которой впервые представлены в суд апелляционной инстанции:

- совокупная стоимость двух продекларированных ФИО2 дизель-генераторов, выпуска не позднее 2016 года составляет 1 845 000,00 рублей

- уплаченные ООО «БтЭФ» ФИО2 10 000 000,00 рублей за «аренду генераторов» за 2,5 месяца явно избыточны.

 

В частности, на доменном имени houmstroi.ru, принадлежащем ФИО2, размещена страница сайта некой несуществующей компании «Торгово-производственная компания «Хоумстрой», под которой скрывается ООО «Ирбис-С» (https://www.houmstroi.ru/kontakty), зарегистрированная, предположительно, на отца супруги ФИО2 – ФИО16, где во вкладках «Аренда дизель-генераторов» (https://www.houmstroi.ru/stroitelnye-uslugi/arenda-dizelgeneratorov) указана текущая (даже при нынешнем курсе доллара, стоимости топлива) стоимость суточной аренды:

- дизель-генератора AKSA POWER AC 350 в размере 9 400 рублей в сутки для периода аренды от 1 до 3 месяцев, что составляет 282 000 рублей в месяц, 

- OLYMPIAN GEP 440 (США) в размере 10 500 рублей в сутки для периода аренды от 1 до 3 месяцев, что составляет 315 000 рублей в месяц.

 

Таким образом, представленные дополнительные доказательства о взаимоотношениях ФИО2 и ООО «БиЭф» не соответствуют критериям достоверности и достаточности, к спору отношения не имеют, оценке в соответствии с нормами ст.268, 71 АПК РФ на стадии апелляционного рассмотрения жалобы на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2023 по делу №А40-156937/2021 не подлежат.

 

В пункте 4 письменных пояснений ФИО2 к его к апелляционной жалобе содержится отсылка к дополнительным доказательствам, не представлявшимся в суд первой инстанции:

- договор от 02.11.2021 аренды оборудования б/н, предпринимателем ФИО2 и ООО «Ирбис-С» с приложениями №№ 1-2 и доп.соглашением № 1 от 01.04.2022 к нему

- актов за период с 30.11.2021 по 31.12.2022 по «аренде имущества».

 

Представленные доказательства отношения к деятельности ООО «Хоумстрой» не имеют, к спорному периоду (31.08.2018 – 09.02.2021) не относятся, реальность исполнения сделки, наличие у нее деловой цели предметом судебной проверки по специальным нормам Закона о банкротстве не являются.

 

Такая оценка сделки ФИО2 и ООО «Ирбис-С» может быть осуществлена на стадии привлечения дополнительных лиц к субсидиарной ответственности при доказанности перевода ФИО2 бизнеса на иное лицо, находящееся в родственной связи с ним, в данном случае – ООО «Ирбис-С», сознанное 19.10.2020 после прекращения фактической деятельности ООО «Хоумстрой» и при трудоустройстве у должника матери супруги ФИО2 – ФИО17. Представленные дополнительные доказательства также выводов суда первой инстанции не опровергают.

 

Проведение оценки совокупности доказательств, имеющихся в деле (договор от 01.07.2018 б/н аренды оборудования, сторонами по которому являются ФИО2 и ООО «Хоумстрой») и вышеуказанных дополнительных доказательств свидетельствует о правильном выводе суда по результатам оценки представленных в дело доказательств: причинение вреда должнику и кредиторам, с учетом недостаточности денежных средств в связи с их передачей заинтересованному лицу.

 

Так, по договору от 01.07.2018 размер обязательственных отношений должника формировался ФИО2 в явно избыточных размерах с наращением обязательств на протяжении годичного периода:

- с 01.07.2018 по 31.01.2019 – 1 500 000,00 рублей в квартал или 500 000,00 р/мес.

- с 01.02.2019 по 30.09.2019 – 2 400 000,00 рублей в квартал или 800 000,00 р/мес.

- с 01.10.2019 – 3 600 000,00 рублей в квартал или 1 200 000,00 р/мес.

 

Между тем, договором с ООО «Ирбис-С», контролируемым отцом супруги ФИО2 (ФИО18) – ФИО16, установлены существенно меньшие цены и иной объем «оборудования». Соглашением от 01.04.2022 размер первоначальных обязательств ООО «Ирбис-С» перед ФИО2 уменьшен с 300 000,00 рублей в месяц до 200 000,00 рублей в месяц. Доказательства реальности исполнения договора в материалы дела не представлены.

 

Иные доводы апелляционной жалобы ФИО2 и его письменных объяснений к ней выводов суда не опровергают, доказательств незаконности судебного акта и нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении спора в первой инстанции не содержат.

 

Определением от 31.05.2023 по делу № А40-156937/2021 Арбитражный суд города Москвы обязал ответчика ФИО2 «в срок до 29.06.2023 представить в материалы дела мотивированный отзыв в порядке ст.131 АПК РФ., разъяснив лицам, участвующим в деле, что в соответствии со статьей 131 АПК РФ, лица, участвующие в деле, обязаны направить или представить в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, отзыв на заявление с указанием возражений относительно предъявленных требований по каждому доводу, содержащемуся в заявлении».

 

В соответствии с статьей 131 АПК РФ, ответчик обязан направить или представить в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, отзыв на исковое заявление с указанием возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении. Такой отзыв и прилагаемые к нему документы могут быть представлены в арбитражный суд на бумажном носителе или в электронном виде, в том числе в форме электронного документа. Отзыв на исковое заявление направляется в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания. О направлении отзыва и сроке, в течение которого лица, участвующие в деле, должны представить отзыв, может быть указано в определении о принятии искового заявления к производству арбитражного суда.

 

В силу положений частей 5, 7 ст.131 АПК РФ В отзыве на исковое заявление указываются: возражения относительно каждого довода, касающегося существа заявленных требований, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, а также на доказательства, обосновывающие возражения; перечень прилагаемых к отзыву документов. К отзыву на исковое заявление прилагаются документы, которые подтверждают доводы и (или) возражения относительно иска, а также документы, которые подтверждают направление копий отзыва и прилагаемых к нему документов истцу и другим лицам, участвующим в деле.

 

Из положений статьи 68 АПК РФ следует, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. В соответствии со статьей 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

 

У ответчика предпринимателя ФИО2 и бывшего руководителя должника ФИО2 при признанной взаимозависимости предпринимателя ФИО2 и ООО «Хоумстрой», наличии у ФИО2 статуса контролирующего должника лица (ст.61.10 Закона о банкротстве) последовательно реализуется и демонстрируется отсутствие заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика и действительный оборот. Именно такими обстоятельствами вызвано уклонение предпринимателя ФИО2 от предоставления предусмотренных ст.126 Закона о банкротстве и ст.131 АПК РФ документов о деятельности должника, корпоративных и иных документов.

 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

 

При этом приобретенная ответчиком ФИО2 выгода от последовательно реализуемого процессуального поведения, связанного с отсутствием заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика и действительный оборот, сопоставима или превышает закономерно возникшие риски совершения или несовершения ответчиком процессуальных действий (ст.9 АПК РФ). Доказательств того, что судом нарушены принципы независимости, объективности и беспристрастности при рассмотрении обособленного спора (ч.3 ст.9 АПК РФ), апеллянтом в суд апелляционной инстанции не представлено.

 

Презумпция цели причинения вреда интересам должника и кредиторов предпринимателем ФИО2 представленными в суд апелляционной инстанции новыми доводами со ссылками на новые доказательства, не представлявшиеся в суд первой инстанции, не опровергнута.

 

В данном случае ФИО2 не представлено убедительных доказательств невозможности представления в суд первой инстанции по независящим от предпринимателя ФИО2 обстоятельствам дополнительно представляемых в апелляционную инстанцию доказательств (ст.268 АПК РФ).

 

Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ. Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2023 по делу №А40-156937/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП ФИО2 - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                  Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                                           О.В. Гажур 

                                                                                                                       Е.А. Скворцова 

 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.