﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3787/19 

Екатеринбург

03 февраля 2021 г.

 

Дело № А50-8595/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 февраля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Новиковой О. Н., Соловцова С. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы финансового управляющего Буслаева Василия Сергеевича, публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» (далее – Банк «Санкт-Петербург»)на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2020 по делу № А50-8595/2018 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Буслаева В.С. – Лунева А.М. (доверенность от 03.08.2020);

Банка «Санкт-Петербург» - Карпушенко О.В. (доверенность от 13.01.2020);

Трефиловой Ирины Николаевны – Сон П.Б. (доверенность от 13.06.2019);

Трефилова Олега Анатольевича – Радощекин Д.А. (доверенность от 04.12.2018).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2018 по заявлению Банка «Санкт – Петербург» возбуждено производство по делу о признании Трефиловой И.Н. (далее – должник) несостоятельной (банкротом).

Определением от 07.06.2018 в отношении Трефиловой И.Н. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден Буслаев В.С. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2018 Трефилова И.Н. признана банкротом, в отношении ее имущества ведена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден Буслаев В.С.

Финансовый управляющий Буслаев В.С. 05.12.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного 06.03.2017 между Трефиловой И.Н. и Трефиловой Кариной Олеговной в лице Трефилова О.А. договора дарения квартиры № 256 с кадастровым номером: 77:09:0005007:14276 общей площадью 140,3 кв.м., расположенной по адресу: г. Москва, Ходынский б-р, д. 19 (далее – спорная квартира), и применении последствий его недействительности.

Определением суда от 07.08.2020 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Трефилов О.А.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.08.2020 признан недействительным договор дарения от 17.02.2017 между Трефиловой И.Н. и Трефиловой К.О., применены последствия его недействительности в виде обязания Трефиловой К.О. возвратить в конкурсную массу должника спорную квартиру.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 17.11.2020 определение суда первой инстанции от 21.08.2020 отменено, в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

В кассационной жалобе и дополнении к ней финансовый управляющий Буслаев В.С. просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции, ссылаясь на то, что апелляционный суд, сделав вывод о пропуске финансовым управляющим годичного срока исковой давности, не учел, что Буслаевым В.С. было заявлено ходатайство о восстановлении срока на подачу настоящего заявления, которое фактически судом первой инстанции, рассмотревшим его требование по существу, было удовлетворено, при этом суд первой инстанции верно исходил из того, что, ввиду непредставления Росреестром запрашиваемых управляющим сведений и неисполнения должником обязанности по предоставлению сведений, в отсутствие обоснования непередачи финансовому управляющему сведений и документов, финансовый управляющий не мог узнать о наличии оснований для оспаривания сделки ранее 29.11.2019, полагает, что апелляционному суду для определения момента начала течения срока исковой давности надлежало оценить добросовестность и разумность поведения сторон, учесть непредставление должником, являющимся основным источником сведений, документации финансовому управляющему и установить, когда управляющий узнал либо не мог не узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. Заявитель также отмечает, что им указывалось наличие оснований для признания спорной сделки недействительной по статям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенной должником, осведомленным о наличии у него просроченной задолженности, осознававшим свою ответственность как поручителя по погашению задолженности основного заемщика – акционерного общества «Объединенные газопромышленные технологии «Искра-Авиагаз» (далее – общество «Искра-Авиагаз»), располагая сведениями о финансовом состоянии последнего, при этом намеренно заключившим договоры дарения дорогостоящего недвижимого имущества в целях вывода его из конкурсной массы, в отсутствие экономической целесообразности таких безвозмездных сделок, не направленных на частичное погашение задолженности перед кредиторами, при том, что ввиду совершения сделки с несовершеннолетней дочерью должника, это имущество фактически осталось в распоряжении должника, и направленной на причинение вреда и причинившей вред кредиторам должника в виде уменьшения конкурсной массы и невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет данного имущества.

В кассационной жалобе Банк «Санкт-Петербург» просит постановление суда апелляционной инстанции от 17.11.2020 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 21.08.2020, ссылаясь на то, что апелляционный суд, делая вывод о пропуске финансовым управляющим срока обращения с настоящим требованием ввиду непринятия им достаточных мер для получения сведений об оспариваемой сделке, не дал оценку процессуальному поведению лиц, участвующих в деле, не принял во внимание первоначальное непредоставление информации по запросу финансового управляющего должником, заявившем при этом о пропуске срока исковой давности, а также последующее непредставление сведений Управлением Росреестра по г. Москве в связи с отсутствием оплаты за их предоставление, при этом, указав на наличие у управляющего возможности оплатить пошлину за счет конкурсной массы либо собственных средств, не учел, что управляющий был не вправе осуществлять за счет конкурсной массы запрошенную регистрирующим органом плату за истребуемые сведения, которые в силу статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) подлежат представлению управляющему без взимания платы. 

Трефилова И.Н. в отзывах по доводам кассационных жалоб возражает, просит в их удовлетворении отказать, обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, спорная квартира принадлежала Трефиловой И.Н. на основании инвестиционного контракта от 23.03.2020№ 3/МЖС-1, акта приемки законченного производством строительно-монтажных работ жилого дома от 23.12.204, распоряжения префекта САО г. Москвы от 24.12.2004 №10604, правового акта на эксплуатацию объекта от 01.03.2005 № 2005/25, акта от 06.10.2006 о результатах частичной реализации инвестиционного проекта, договора уступки права требования от 06.10.2005 № Хор-М-6(6б)/1-12-3.

Между Трефиловой И.Н. (даритель) и Трефиловой К.О. (одаряемый) в лице Трефилова О.А. 17.02.2017 заключен договор дарения, согласно которому безвозмездно отчуждена спорная квартира.

Договор подписан сторонами и зарегистрирован в Управлении Росреестра по г. Москве, что подтверждается соответствующим штампом на договоре дарения.

Между тем, определением Арбитражного суда Свердловской областиот 06.04.2018 возбуждено производство по делу о банкротствеТрефиловой И.Н., в отношении которой определением от 07.06.2018 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Буслаев В.С. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2018 Трефилова И.Н. признана банкротом с введением в отношении ее имущества процедуры реализации, финансовым управляющим утвержден Буслаев В.С.

Ссылаясь на то, что вышеуказанная сделка совершена безвозмездно в пользу заинтересованного лица, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, при этом на момент ее совершения Трефилова И.Н. была осведомлена о неудовлетворительном состоянии платежеспособности общества «Искра-Авиагаз», по обязательствам которого, основанным на договореот 05.03.2014 № 278-2014, Трефилова И.Н. выступала поручителем, и, следовательно, предполагала, что соответствующие обязательства, не исполненные основным заемщиком будут предъявлены банком непосредственно к ней как к поручителю, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Возражая против требований управляющего, Трефилова И.Н. ссылалась на пропуск им срока исковой давности.

По заявлению должника о пропуске срока исковой давности управляющий указал, что о спорной сделке ему стало известно только 27.11.2019 при получении выписки из Росреестра, при том, что до этого им трижды делались запросы в Росреестр, но были получены отказы, и только при поступлении денежных средств в конкурсную массу была оплачена выписка и получены полные сведения об отчужденном объекте недвижимости.

Суд первой инстанции, признавая договор дарения от 17.02.2017 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, исходил из доказанности материалами дела того, что данная сделка совершена в период подозрительности, закрепленный названной нормой, при наличии у должника на момент ее совершения признаков неплатежеспособности, в отношении заинтересованного лица – дочери должника, привела к безвозмездному отчуждению имущества должника и, следовательно, к уменьшению конкурсной массы, за счет которой возможно удовлетворение требований кредиторов, во вред интересов иных кредиторов и в целях уклонения от погашения задолженности. При этом суд признал обращение финансового управляющего поданным в пределах срока исковой давности, исходя из того, что должником по запросу управляющего не были предоставлены сведения о его имущественном положении, в отсутствие пояснений относительно непередачи соответствующих документов управляющему, а также непредоставлением запрошенных сведений Управлением Росреестра по г. Москве, ввиду чего финансовый управляющий не мог узнать о совершении оспариваемой сделки ранее 29.11.2019.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции относительно наличия в данном случае всей совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемой сделки недействительной.

Между тем, отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в признании спорного договора дарения недействительным, апелляционный суд исходил из пропуска срока исковой давности Буслаевым В.С., обязанного предпринять действия по получению информации о составе имущества должника и сделках с ним еще в процедуре реструктуризации долгов, то есть с 07.06.2018, обратившегося 25.06.2018 в Росреестр с запросом о предоставлении информации о спорной квартире, принадлежащей третьему лицу, что свидетельствует о его осведомленности о том, что ранее данная квартира находилась в собственности должника, а также представившего при обращении в суд 10.07.2018 с требованием о признании недействительным брачного договора с участием должника выписку из Единого государственного реестра недвижимости, из которой усматривается факт отчуждения должником спорной квартиры по договору дарения, и при таких обстоятельствах, в случае разумного и добросовестного исполнения своих обязанностей, имевшего возможность получить необходимые и достаточные сведения для оспаривания сделки еще в августе – октябре 2018 года, при этом обратившегося с настоящим заявлением лишь 04.12.2019. Доводы финансового управляющего о том, что ему было отказано Росреестром в предоставлении сведений о спорной квартире отклонены апелляционным судом со ссылкой на то, что получив по первому запросу отказ от 27.06.2018, финансовый управляющий в течение двух последующих месяцев мог получить сведения о лице, являющемся приобретателем спорной квартиры, при этом также мог оплатить пошлину за получение таких сведений за счет конкурсной массы, собственных средств, обратившись к конкурсному кредитору за финансированием такого запроса либо к суду в рамках дела о банкротстве с заявлением о направлении соответствующего судебного запроса, однако таких мер не принял, отказы Росреестра в предоставлении сведений не обжаловал.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, оценив изложенные в кассационной жалобе доводы, суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что спорный договор дарения от 17.02.2017 заключен в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (06.04.2018), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у должника на момент его совершения признаков неплатежеспособности, что установлено вступившим в законную силу определением суда от 29.01.2019 по настоящему делу и никем не опровергнуто, установив, что данная сделка дарения является безвозмездной (статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации) и направлена на отчуждение имущества без получения встречного предоставления в пользу заинтересованного лица – дочери должника Трефиловой К.О., исходя из того, что такая сделка привела к уменьшению конкурсной массы должника, за счет которой было возможно удовлетворение требований кредиторов, совершена во вред законным интересам кредиторов и в целях уклонения от погашения задолженности, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всей совокупности обстоятельств для признания спорного договора дарения недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при том, что доказательства обратного, опровергающие выводы суда, не представлены.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции относительно наличия в данном случае всей совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной,  однако, отказал  в  удовлетворении требования  в связи  пропуском    управляющим срока исковой  давности. 

Между тем, проверив обоснованность заявления должника о пропуске управляющим срока исковой давности обращения с настоящим требованием, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац 3 пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, но при рассмотрении вопроса о том, должен ли был управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько он мог, действуя разумно, и, проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что определением от 07.06.2018 по настоящему делу финансовым управляющим имуществом Трефиловой И.Н. в процедуре реструктуризации долгов утвержден Буслаев В.С., который в последующем решением суда от 05.12.2018 утвержден финансовым управляющим и в процедуре реализации имущества должника, принимая во внимание процессуальное поведение финансового управляющего Буслаева В.С., направившего 15.06.2018 в адрес должника запрос о предоставлении информации об имущественном положении, по которому должник указанные сведения управляющему не представил, а также обратившегося по этой причине с запросами в Управление Росреестра по г. Москве, в предоставлении которым запрашиваемых сведений было отказано 27.06.2018, 17.04.2019, 17.09.2018, и такие сведения в отношении оспариваемой сделки были предоставлены финансовому управляющему только 29.11.2019, исходя из того, что при таких обстоятельствах финансовый управляющий по объективным причинам, ввиду непредставления сведений Росреестром и неисполнения обязанности по представлению сведений должником, в отсутствие обоснования невозможности их передачи управляющему, не мог узнать об условиях совершения оспариваемой сделки ранее 29.11.2019, при этом уде 04.12.2019 обратился в суд с заявлением о признании спорного договора дарения недействительным, суд первой инстанции признал срок исковой давности в данном случае непропущенным. 

Таким образом, удовлетворяя требования управляющего, суд первой инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности материалами дела наличия оснований для признания спорного договора дарения недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недоказанности пропуска управляющим срока исковой давности обращения с заявлением об оспаривании данной сделки, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Отменяя судебный акт суда первой инстанции и признавая срок исковой давности обращения с настоящим требованием пропущенным, апелляционный суд исходил из того, что Буслаев В.С. был утвержден финансовым управляющим имуществом должника еще в процедуре реструктуризации долгов - 07.06.2018 и с указанного момента был обязан предпринять действия по получению информации о составе имущества должника и сделках с ним, при этом его обращение 25.06.2018 в Росреестр с запросом о предоставлении информации об основных характеристиках и зарегистрированных правах на спорную квартиру, которая принадлежит третьему лицу, а также представление при обращении в суд 10.07.2018 с требованием о признании недействительным брачного договора с участием должника выписки из Единого государственного реестра недвижимости, из которой усматривается факт отчуждения должником спорной квартиры по договору дарения, свидетельствуют об осведомленности Буслаева В.С. о том, что ранее спорная квартира находилась в собственности должника, и при таких обстоятельствах, в случае разумного и добросовестного исполнения своих обязанностей, финансовый управляющий имел возможность получить необходимые и достаточные сведения для оспаривания сделки еще в августе – октябре 2018 года, тогда как обратился с настоящим заявлением лишь 04.12.2019.

Отклоняя доводы финансового управляющего о том, что ему было отказано Росреестром в предоставлении сведений о спорной квартире, апелляционный суд исходил из того, что получив от Росреестра по первому запросу отказ от 27.06.2018, финансовый управляющий в течение двух последующих месяцев могу получить сведения о лице, являющемся приобретателем спорной квартиры, при этом мог оплатить пошлину за получение таких сведений за счет конкурсной массы, собственных средств либо обратившись к конкурсному кредитору за финансированием такого запроса, а также мог обратиться к суду в рамках дела о банкротстве с заявлением о направлении соответствующего судебного запроса, однако таких мер не принял, отказы Росреестра в предоставлении сведений не обжаловал.

Между тем апелляционным судом не учтено, что Буслаев В.С., утвержденный финансовым управляющим имуществом должника в процедуре реструктуризации долгов определением от 07.06.2018, уже 15.06.2018 обратился к должнику с запросом о предоставлении информации об имущественном положении, по которому должник в нарушение пункта 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве запрошенные сведения не предоставил, и при таких обстоятельствах финансовому управляющему был необходим, по крайней мере, разумный срок, в течение которого он должен был принять меры для получения сведений об имуществе должника и сделках с ним, а также для получения сведений, из которых представляется возможным установить наличие (отсутствие) оснований для оспаривания таких сделок, в частности договора дарения от 17.02.2017.

 Суд также не учел, что, в связи с непредставлением должником запрошенных сведений, не дожидаясь истечения 15-дневного срока, установленного пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве для исполнения должником требования управляющего, Буслаев В.С. 25.06.2018 обратился в Управление Росреестра по г. Москве с запросом в отношении спорной квартиры, на который получил отказ от 27.06.2018, мотивированный отсутствием доказательств оплаты за предоставление сведений об объекте недвижимости, принадлежащем третьему лицу, а не должнику, в связи с чем повторно обратился с запросами в Управление Росреестра по г. Москве 14.09.2018 и 15.04.2019, на которые получил аналогичные отказы от 17.09.2018 и 17.04.2019, соответственно, и, получив, наконец, сведения о совершении должником оспариваемой сделки 29.11.2019, то есть в пределах разумного срока с момента последнего отказа регистрирующего органа, который мог бы быть обжалован им в суд в течение тех же шести месяцев, оперативно 04.12.2019 обратился в суд с заявлением о признании договора дарения от 17.02.2017 недействительным.

Таким образом, с учетом всех процессуальных действий, совершенных Буслаевым В.С. для обоснованного оспаривания договора даренияот 17.02.2017, исходя из недобросовестного поведения должника, сначала скрывшего от  финансового управляющего документы  по спорной сделке, а впоследствии   воспользовавшись результатом своего поведения, заявившего  о необходимости  защиты своего недобросовестного поведения  посредством применения к должнику института срока исковой давности, в отсутствие обоснования Трефиловой  И. Н. невозможности предоставления таких сведений  управляющему, непредставления запрашиваемых управляющим сведений регистрирующим органом, а также необходимости финансового управляющего Буслаева В.С. осуществить поиск, получение и анализ сведений относительно спорного имущества должника, финансовый управляющий Буслаев В.С., получивший такую информацию 29.11.2019, подал рассматриваемое заявление об оспаривании сделки уже 04.12.2019, тогда как апелляционный суд данные обстоятельства не учел, и, признавая срок исковой давности пропущенным, фактически переложил на управляющего негативные последствия неправомерного бездействия должника, выразившегося в непредставлении сведений о составе его имущества и сделках с ним.

Таким образом, выводы апелляционного суда о пропуске финансовым управляющим Буслаевым В.С. срока исковой давности обращения с настоящим требованием не обоснованы и не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций является нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. При этом нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений (пункт 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, и то, что выводы апелляционного суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, сделаны без исследования и оценки всех обстоятельств данного спора, а судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в материалы дела доказательств правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, все доказательства исследованы и оценены, в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом первой инстанции верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены определения суда первой инстанции, судом округа не установлено, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 17.11.2020 подлежит отмене, определение Арбитражного суда Пермского края от 21.08.2020 – оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 17.11.2020по делу № А50-8595/2018 Арбитражного суда Пермского края отменить.

Определение  Арбитражного суда Пермского края от 21.08.2020 по делу № А50-8595/2018  оставить в силе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                                            О.Н. Новикова 

 

                                                                                                      С.Н. Соловцов