Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-236159/17-94-2123

г. Москва

21 февраля 2018 года

Резолютивная часть объявлена 14 февраля 2018 года

Решение изготовлено в полном объеме 21 февраля 2018 года

Арбитражный суд в составе судьи Лапшиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассматривает в предварительном судебном заседании дело по заявлению АО «Архангельский опытный водорослевый комбинат» (ОГРН 

<

***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (107078, 

<

...>)

третье лицо: ООО «Водорослевая компания»

о признании незаконным решения от 20.09.2017 № ЕП/47809/17 и обязании устранить допущенные нарушения прав и обязанностей

при участии:

от заявителя – ФИО2, доверенность от 17.02.2017 № 01-01/01;

от ответчика – не явился, извещён;

от третьего лица – ФИО3, доверенность от 22.01.2018 № Д-22/01/2018;Камалян Л.Л., на основании полномочий генерального директора (решение № 3 от 18.11.2014);

УСТАНОВИЛ:

АО «Архангельский опытный водорослевый комбинат» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Московскому УФАС России (далее – ответчик, антимонопольный орган) об оспаривании решения от 20.09.2017 № ЕП/47809/17 и об обязании устранить допущенные нарушения Закона о защите конкуренции, возбудив дело о нарушении антимонопольного законодательства по обращению АО «Архангельский опытный водорослевый комбинат» от 14.06.2017г. №01-01/209.

В обоснование заявленных требований заявитель указывает на незаконность оспариваемых действий как совершенных без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Указывает на отсутствие у административного органа правовых оснований к отказу в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании недостаточности документов, позволяющих сделать вывод о наличии либо отсутствии признаков нарушения упомянутого законодательства. Ссылается на заведомую незаконность заключенного с третьим лицом Договора как направленного на разделение товарного рынка по территориальному принципу. Указывает на намеренное заключение им такого Договора с целью ограничения конкуренции на соответствующем товарном рынке, ввиду чего полагает необходимым выдачу третьему лицу обязательного к исполнению предписания о расторжении Договора по собственной инициативе.

Московское УФАС России по заявлению возражает, ссылаясь на законность, обоснованность оспариваемого решения, отсутствие правовых оснований для удовлетворения требований заявителя.

В судебное заседание ответчик, извещенный надлежащим образом, не явился. Суд рассматривает дело в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ без его участия.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основаниями для принятия арбитражным судом решения о признании акта государственного органа и органа местного самоуправления недействительным (решения или действия - незаконным) являются одновременно как несоответствие акта закону или иному правовому акту (незаконность акта), так и нарушение актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Учитывая изложенное, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя

Согласно ч.1 ст.65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Как следует из материалов дела, между Обществом и третьим лицом — ООО «Водорослевая компания» заключен дистрибьюторский договор № 06-07/41 от 14.04.2014, согласно которому заявитель предоставляет, а общество «Водорослевая компания» принимает на себя исключительное право по продаже продукции Комбината согласно приложению к упомянутому договору на территории, оговоренной в п. 1.2 договора (далее — Договор).

В соответствии с п. п.п. 3 и 5 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков) или отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Ссылаясь на факт разделения в п. 1.2 Договора товарного рынка по территориальному принципу, Общество обратилось в антимонопольный орган с заявлением (вх. № 94286 от 21.06.2017) в отношении самого себя и третьего лица с требованием о выдаче третьему лицу обязательного к исполнению предписания о расторжении Договора со своей стороны.

Письмами от 19.07.2017 (исх. № НП/35821) и от 20.07.2017 (исх. № НП/36219) у заявителя и третьего лица соответственно были запрошены дополнительные документы и сведения.

Согласно п. 2.20 Административного регламента Федеральной антимонопольной службы от 25.05.2012 № 339 общий срок рассмотрения заявления или материалов составляет три месяца и исчисляется со дня их представления в антимонопольный орган.

Учитывая факт поступления заявления Комбината в антимонопольный орган

21.06.2017, крайним сроком рассмотрения контрольным органом поступившего заявления являлось 21.09.2017.

В соответствии с ч. 8 ст. 44 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; о выдаче предупреждения в соответствии со ст. 39.1 упомянутого закона.

В этой связи, на основании приведенной нормы права антимонопольный орган письмом от 20.09.2017 (исх. № ЕП/47809) отказал заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в связи с отсутствием документов и сведений, позволяющих сделать вывод о наличии либо отсутствии в действиях третьего лица признаков нарушения антимонопольного законодательства.

По результатам рассмотрения заявления антимонопольный орган решением от 20.09.2017 № ЕП/47809 отказал заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, в связи с отсутствием документов и сведений, позволяющих сделать вывод о наличии либо отсутствии в действиях третьего лица признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Не согласившись с оспариваемым решением, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи 201 АПК РФ, ненормативный правовой акт может быть признан недействительным, а решения и действия незаконными при одновременном их несоответствии закону и нарушением их изданием прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Судом проверено и установлено соблюдение срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего заявление и совершившего оспариваемые действия, определены ст.ст. 23, 39.1 Закона о защите конкуренции, п. 6.1.1 Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы, утвержденного приказом ФАС России от 23.07.2015 №649/15.

Таким образом, оспариваемое решение Московского УФАС России вынесено в пределах предоставленных полномочий.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Как видно из материалов дела, Общество обратилось в антимонопольный орган с заявлением о заключении им недопустимого картельного соглашения — Договора — способного повлечь за собой ограничение конкуренции на товарном рынке по реализации косметической, фармацевтической, пищевой продукции и биологически активных добавок.

Письмом от 20.09.2017 (исх. № ЕП/47809) антимонопольный орган отказал заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации, мотивировав свои действия нехваткой документов и сведений, необходимых для вывода о наличии либо отсутствии в действиях Общества и третьего лица нарушения требований Закона о защите конкуренции.

Ссылаясь на незаконность оспариваемых действий, заявитель настаивает на отсутствии у контрольного органа правовых оснований к отказу в возбуждении дела с приведенной последним мотивировкой таких действий. Исчерпывающий перечень оснований для отказа со стороны антимонопольного органа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства приведен в ч. 9 ст. 44 Закона о защите конкуренции. Ссылаясь на то обстоятельство, что избранная административным органом мотивировка отказа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства не попадает ни под одно из оснований, закрепленных в упомянутой норме права, Общество настаивает на незаконности действий контрольного органа по такому отказу.

Между тем, заявителем не учтено следующее.

Так, согласно п. 2 ч. 9 ст. 44 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в случае, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют.

В целях устранения правовой неопределенности в положении подателя заявления, а также антимонопольного органа, рассматривающего такое заявление, нехватку антимонопольному органу документов и сведений, необходимых для вывода о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства, надлежит приравнивать к отсутствию признаков нарушения антимонопольного законодательства, поскольку возможности сделать обратный вывод контрольный орган в отсутствие испрашиваемых им документов лишен.

Вместе с тем, в целях соблюдения баланса частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П), стабильности публичных правоотношений, а также принципа неотвратимости наказания за допущенное нарушение административный орган после принятия решения об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в связи с нехваткой документов не вправе ограничиваться констатацией формального рассмотрения поданного заявления в установленный законом срок, а обязан обеспечить сбор и изучение всех необходимых ему документов и сведений и сделать вывод о действительном наличии или отсутствии в оспариваемых действиях нарушения требований антимонопольного законодательства, о чем в обязательном порядке проинформировать подателя жалобы.

Как следует из материалов дела, испрашиваемые антимонопольным органом документы и сведения были представлены обществом «Водорослевая компания» в адрес контрольного органа лишь 14.12.2017 (вх. № 61930). По результатам рассмотрения представленных документов административный орган письмом от 09.02.2017 (исх. № ЕП/6609) повторно отказал заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, поскольку пришел к выводу об отсутствии в действиях Общества и третьего лица упомянутого нарушения, способного повлечь за собой ограничение конкуренции на товарном рынке.

При таких обстоятельствах оспариваемый заявителем отказ антимонопольного органа № ЕП/47809 от 20.09.2017 в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации не только полностью соответствует требованиям упомянутого законодательства, но и не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, поскольку по существу приведенные заявителем доводы о допущенных с его стороны и со стороны третьего лица нарушениях были рассмотрены уполномоченным органом, однако не нашли своего документального подтверждения.

В этой связи приведенные заявителем в указанной части доводы направлены не на защиту своих нарушенных прав и законных интересов, а исключительно на изыскание всевозможных способов отмены принятого контрольным органом решения.

Также, в обоснование заявленного требования заявитель указывает на необоснованность вывода административного органа об отсутствии в его действиях нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации. Ссылаясь на наличие в Договоре оговорки об осуществлении сторонами торговой деятельности на разной территории, заявитель настаивает на отнесении этого Договора к числу соглашений, способствующих разделению товарного рынка по территориальному признаку. Между тем, указанные доводы отклоняются судом по следующим основаниям.

Нормоположения п.п. 3 и 5 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции устанавливают запрет на заключение соглашений между хозяйствующими субъектами в случае, если такие соглашения приводят или могут привести к разделу товарного рынка по территориальному принципу либо к отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями.

С учетом специфики собственных полномочий антимонопольный орган вправе реагировать на подобные действия исключительно в случае ограничения такими действиями конкуренции на товарном рынке, поскольку обратное приведет к несоблюдению принципа предоставления административным органом правовой защиты исключительно в рамках предоставленных полномочий.

Согласно п. 17 ст. 4 Закона о защите конкуренции к числу признаков ограничения конкуренции отнесены следующие: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 4 ст. 4 Закона о защите конкуренции, под товарным рынком понимается сфера обращения товара (в том числе товара иностранного производства), который не может быть заменен другим товаром, или взаимозаменяемых товаров, в границах которой (в том числе географических) исходя из экономической, технической или иной возможности либо целесообразности приобретатель может приобрести товар, и такая возможность либо целесообразность отсутствует за ее пределами.

Таким образом, сам по себе товарный рынок характеризуется наличием на нем товара, который не может быть приобретен за пределами этого рынка (даже при наличии у этого товара взаимозаменяемых).

В то же самое время, согласно п. 1.1 Договора третье лицо принимает на себя исключительное право по продаже продукции Общества согласно приложениям к Договору на территории, оговоренной в п. 1.2 Договора. В свою очередь, упомянутую территорию составляют вся Российская Федерация, за исключением города Архангельска и Архангельской области, страны бывшего СНГ и другие зарубежные страны.

Предложенный заявителем в настоящем случае правовой подход сведен к тому, что наличие в Договоре положения о распределении между его сторонами территории реализации товаров априори свидетельствует о разделении рынка по территориальному принципу в нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

Вместе с тем, применение приведенной нормы права допустимо лишь в случае наличия на товарном рынке иных хозяйствующих субъектов, чьи права и законные интересы могут быть ущемлены путем заключения такого Договора.

В то же время, как верно установлено контрольным органом и не оспаривается заявителем, на рынке реализации продукции Комбината осуществляют деятельность лишь два хозяйствующих субъекта: сам заявитель и его дистрибьютор — общество «Водорослевая компания».

Иных лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность на спорном товарном рынке, такой рынок в принципе не содержит, что свидетельствует об отсутствии такого неотъемлемого признака ограничения конкуренции, как сокращение количества иных участников рынка либо их полное с него устранение.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о создании другим хозяйствующим субъектам препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка либо навязывания контрагентам условий договора невыгодных для него или не относящихся к предмету договора. Также, отсутствуют в материалах дела и доказательства осуществленных заявителем отказов от заключения с иными хозяйствующими субъектами договоров продажи продукции Общества, что могло бы обусловить выявление в действиях последнего нарушения требований п. 5 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с выводом административного органа о том, что спорный Договор представляет собой обычный договор в рамках гражданских правоотношений, складывающихся в ходе реализации продукции Комбината, и об отсутствии в действиях сторон этого Договора нарушения требований антимонопольного законодательства при его заключении.

Таким образом, выводы антимонопольного органа в указанной части являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

В свою очередь, приведенные заявителем в указанной части доводы представляют собой не что иное, как попытку любой ценой разорвать договорные отношения со своим дистрибьютором, минуя штрафные санкции.

Так, согласно п. 10.2 Договора он вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует по 31.12.2018. Между тем, в случае досрочного расторжения Договора по инициативе Общества последний возмещает дистрибьютору понесенные им убытки и выплачивает дистрибьютору штраф в размере 5 000 000 руб.

При таких данных, действия заявителя по направлению в антимонопольный орган соответствующего заявление и оспариванию отказа контрольного органа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства направлены исключительно на причинение вреда своему контрагенту по Договору — обществу «Водорослевая компания».

Согласно ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Следовательно, предъявление любого иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав теми способами, которые указаны в ст. 12 Кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом.

Способ защиты права, применяемый истцом, должен соответствовать характеру и последствиям нарушения права и обеспечивать его восстановление.

Избрание конкретного способа защиты предопределяется правовой нормой, регулирующей спорное правоотношение.

Из приведенных положений следует, что поскольку судебная защита нарушенного или оспариваемого права направлена на его восстановление, избранный способ защиты должен соответствовать такому праву и должен быть направлен на его восстановление.

На основании ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 198 и ч. 1 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны судом незаконными.

При этом решение может быть признано незаконным лишь при одновременном несоответствии его закону или иному нормативному акту и нарушение прав и законных интересов организации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как было указано судом выше, по результатам рассмотрения представленных документов административный орган письмом от 09.02.2017 (исх. № ЕП/6609) повторно отказал заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, оценив по существу доводы заявителя. Вместе с тем, решение антимонопольного органа, изложенное в  письме от 09.02.2017 (исх. № ЕП/6609) предметом настоящего спора не является. 

Заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не доказано, каким именно нормативным актам не соответствует оспариваемое решение и какие права и законные интересы Общества нарушены оспариваемыми действиями, поскольку указанные действия не создают заявителю никаких препятствий в осуществлении им своей экономической деятельности и не возлагают на него никаких обязанностей.

На вопрос суда заявитель пояснил, что гражданско-правовые отношения по дистрибьюторскому договору от 14.04.2014г. № 06-07/42 в спорный период между сторонами отсутствовали. 

В настоящем случае удовлетворение заявленных Обществом требований не вызывается необходимостью, не порождает правовых последствий для сторон спорных правоотношений и не несёт в себе каких-либо правовосстановительных функций.

Избранный заявителем способ защиты не приводит к восстановлению его субъективных прав, а материальный интерес заявителя к принятому решению имеет абстрактный характер, поскольку отсутствует неопределенность в сфере правовых интересов заявителя

С учетом изложенного,  в данном случае отсутствуют основания, предусмотренные статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которые одновременно необходимы для удовлетворения заявленных требований.

Согласно ч. 3 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.  

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что оспариваемое решение, вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с тем, у суда отсутствуют правовые основания для признания его незаконным в судебном порядке.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителей в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 4, 8, 9, 41, 64, 65, 66, 68, 71, 110, 123, 156, 167-170, 176, 198, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления АО «Архангельский опытный водорослевый комбинат» к Московскому УФАС России отказать полностью.

Проверено на соответствие требованиям антимонопольного законодательства.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

В.В.Лапшина