АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 июня 2020 года

Дело №

А66-4283/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Богаткиной Н.Ю., Яковца А.В.,

при участии от закрытого акционерного общества «Осташковский кожевенный завод» ФИО1 (доверенность от 14.01.2020), от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Осташковский кожевенный завод» ФИО2 представителя ФИО1 (доверенность от 14.01.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Ритм-Холдинг» ФИО3 (доверенность от 19.04.2019), от акционерного общества «Верхневолжский кожевенный завод» ФИО4 (доверенность от 14.02.2019), от Федеральной налоговой службы ФИО5 (доверенность от 12.02.2020) и ФИО6 (доверенность от 06.12.2019),

рассмотрев 27.05.2020 в открытом судебном заседании кассационные жалобы акционерного общества «Верхневолжский кожевенный завод», конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Осташковский кожевенный завод» ФИО2,  общества с ограниченной ответственностью «Ритм-Холдинг» и Федеральной налоговой службы на определение Арбитражного суда Тверской области от 14.11.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 по делу № А66-4283/2014,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 08.04.2014 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Осташковский кожевенный завод», адрес: 172735, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Завод). 

Решением от 06.10.2014 Завод признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7. 

Определением от 19.08.2016 арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО8. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2018 арбитражный управляющий ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Завода. 

Определением от 30.11.2018 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС) 25.09.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными (ничтожными) сделками договора на сервисное обслуживание производственного оборудования от 01.11.2011 № 01/11, а также договора от 29.03.2012 № 4/12 на оказание услуг по ремонту оборудования, заключенных закрытым акционерным обществом «Осташковская генерирующая компания» (далее – Компания) и Заводом.

Определением от 14.11.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий и ФНС, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявления ФНС в полном объеме.

Податели кассационных жалоб полагают, что в данном случае начало течения срока исковой давности подлежит исчислению не с момента начала исполнения сделки, а с момента, когда заинтересованное лицо узнало о нарушении своих прав, но не ранее включения требования Компании в реестр требований кредиторов Завода, то есть 30.06.2016.

ФНС ссылается на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2016 по делу № А66-2853/2015, которым установлено, что у должника отсутствовала техническая возможность для реального осуществления финансово-хозяйственной деятельности, поскольку исполнение договоров на поставку запасных частей с указанной организацией не сопровождалось фактическим движением товара от поставщика к покупателю, а сводилось к оформлению документов, которые формально свидетельствовали о получении должником товара. По мнению уполномоченного органа, на основании установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств можно сделать вывод о том, что представленные налогоплательщиком документы по сделкам с указанным контрагентом содержат недостоверные сведения, реальные хозяйственные отношения по поставке товара отсутствовали, действия направлены на создание видимости осуществления хозяйственных отношений посредством фиктивного документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды путем включения сумм налога в налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) и в затраты для уменьшения налога на прибыль организаций.

Общество с ограниченной ответственностью «Ритм-Холдинг», адрес: 197341, Санкт-Петербург, Коломяжский пр., д. 27, лит. А, пом. 13-Н, кабинет № 21, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Ритм-Холдинг») и акционерное общество «Верхневолжский кожевенный завод», адрес: 172735, 

<

...>, лит. Ж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - АО «ВКЗ»), в своих кассационных жалобах просят изменить мотивировочную часть определения и постановления. Податели жалоб указывают на то, что выводы судов об отсутствии оснований для применения сокращенного годичного срока исковой давности противоречат разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации и сформированной судебной практике в вопросе применения срока исковой давности к рассматриваемым отношениям. По мнению ООО «Ритм-Холдинг» и АО «ВКЗ», действия уполномоченного органа по оспариванию данных сделок на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ направлены исключительно на обход  сокращенного срока исковой давности, установленного по оспоримым сделкам.

Представители ФНС и (конкурсного управляющего) должника поддержали доводы своих кассационных жалоб и возражали против удовлетворения жалоб ООО «Ритм-Холдинг» и АО «ВКЗ», а последние возражали против удовлетворения жалоб ФНС и конкурсного управляющего должника и поддержали свои кассационные жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Завод (заказчик) и Компания (подрядчик) 01.11.2011 заключили договор на сервисное обслуживание производственного оборудования № 01/11, в соответствии с которым подрядчик принял обязательство  осуществлять сервисное обслуживание оборудования заказчика, находящегося в производственных корпусах по адресу: 

<

...>., а заказчик – оплатить указанную работу (пункт 1.1 договора). 

В соответствии с пунктом 1.2 договора под сервисным обслуживанием понимается периодический осмотр и своевременный ремонт оборудования, обеспечивающие его надежное функционирование, устранение возникающих неисправностей оборудования в течение суток с момента получения об этом сообщения заказчика. 

Пунктом 1.4 договора предусмотрено, что не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным, стороны подписывают акт выполненных работ и калькуляции, в которых указаны наименование работ и затрат по сервисному обслуживанию и ремонту оборудования, выполненных подрядчиком, и их стоимость. 

Порядок расчетов по договору определен разделом 3 по фактически произведенным работам подрядчика по сервисному обслуживанию и ремонту оборудования. 

Между Заводом (заказчиком) Компанией (исполнителем) 29.03.2012 заключен договор на оказание услуг по ремонту оборудования № 4/12.  

Согласно пункту 1.1 договора № 4/12  исполнитель принял на себя обязательства оказать услуги по ремонту оборудования заказчика по его заявкам, а заказчик обязался создать необходимые условия для выполнения работ. 

В соответствии с пунктом 3.1 договора № 4/12 цена каждого вида работ устанавливается в сметах. 

Порядок оплаты работ сторонами определен в пункте 3.2 договора. 

В силу пункта 4.1 договора работы считаются принятыми с момента подписания сторонами акта приемки выполненных работ (формы КС-2, КС-3). 

Определением суда от 30.06.2016 требование Компании, возникшее из  неисполнения Заводом обязательств по оплате работ и услуг, оказанных должнику в соответствии с условиями договоров от 01.11.2011 № 01/11 и от 29.03.2012 № 4/12, признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника в сумме 131 147 952 руб. 96 коп. 

Определением от 28.11.2017 произведена замена кредитора -                          Компании на процессуального правопреемника – АО «ВКЗ». 

Уполномоченный орган, полагая, что договоры от 01.11.2011 № 01/11  на сервисное обслуживание производственного оборудования и от 29.03.2012 № 4/12 на оказание услуг по ремонту оборудования являются недействительными (ничтожными), обратился в суд с настоящим заявлением. 

На момент обращения уполномоченного органа (25.09.2018) с настоящим заявлением Компания, являющаяся стороной в оспариваемых договорах, прекратила деятельность юридического лица в связи с ее ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц 16.05.2018 внесена соответствующая запись. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые уполномоченным органом сделки обладают признаками ничтожных сделок, однако отказал в удовлетворении заявления ввиду пропуска ФНС срока давности для обращения с настоящим заявлением.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения (абзац второй пункта 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – Постановление № 25). 

В соответствии с абзацем первым пункта 84 Постановления № 25 допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным Федеральным законом.

Заявление о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной может быть подано в течение трехлетнего срока исковой давности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

При оспаривании совершенных должником сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о банкротстве (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве), не применяются. 

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В рассматриваемом случае уполномоченный орган, оспаривая сделки, ссылался на их ничтожность и отсутствие реального исполнения по договорам. 

Как следует из материалов дела, по итогам выездной налоговой проверки по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов по всем налогам и сборам за период с 01.01.2010 по 31.12.2012 налоговым органом вынесено решение от 09.10.2014 № 2 о привлечении                  Завода к ответственности за совершение налогового правонарушения.  Решением Управления федеральной налоговой службы по Тверской области от 22.12.2014 № 08-11/314 решение Инспекции о привлечении к налоговой ответственности от 09.10.2014 № 2 частично отменено.  

Решением Арбитражного суда Тверской области от 18.12.2015 по делу                 № А66-2853/2015 признано недействительным решение Инспекции от 09.10.2014 № 2 в части доначисления 164 436 109 руб. 53 коп. НДС и начисления соответствующих сумм пеней и штрафа, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ); доначисления 27 326 727 руб. налога на имущество, начисления 2 384 157 руб. пеней за нарушение срока уплаты этого налога и привлечения к ответственности на основании пункта 1 статьи 122 НК РФ в виде взыскания 861 649 руб. штрафа; предложения перечислить 35 621 439 руб. удержанного налога на доходы физических лиц, начисления 527 702 руб. 56 коп. пеней за несвоевременное перечисление этого налога; привлечения к ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде взыскания 9800 руб. штрафа. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.  

Постановлениями апелляционной и кассационной инстанций решение от 18.12.2015 по делу № А66-2853/2015 оставлено без изменения.  

В рамках указанной налоговой проверки Завод признан недобросовестным налогоплательщиком, а также установлено, что хозяйственные отношения должник с Компанией фактически не осуществлял, поскольку они не имеют реального экономического содержания, имел место фиктивный документооборот между указанными организациями, который был направлен на совершение операций, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды. 

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу, что обстоятельства, устанавливаемые в настоящем споре, выходят за рамки диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Оспариваемые сделки правомерно расценены судами как мнимые. Доказательства, опровергающие доводы заявителя о мнимости спорных договоров, и подтверждающие реальность хозяйственных отношений, суду не представлены.  

Суд округа также признает правомерным вывод судов о пропуске заявителем срока исковой давности. 

Требование уполномоченного органа признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 12.03.2015. 

С заявлением о признании спорных сделок недействительными уполномоченный орган обратился 24.09.2018. 

Поскольку в качестве оснований недействительности спорных сделок уполномоченный орган ссылался на обстоятельства, установленные в рамках выездной налоговой проверки, завершившейся решением от 09.10.2014 № 2, с даты включения его требования в реестр требований кредиторов должника, у него в силу пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» возникло право на самостоятельное обращение в суд с заявлением об оспаривании сделок должника по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. 

О соответствующих основаниях уполномоченный орган безусловно узнал не позднее 09.10.2014, следовательно суды пришли к обоснованному выводу о том, что заявителем в данном случае пропущен срок исковой давности. 

Суды правильно исходили из того, что нарушение прав ФНС и иных кредиторов должника связано с обращением Компании в суд с заявлением о включении требования, основанного на ничтожных сделках, в реестр требований кредиторов должника (10.11.2014). 

При рассмотрении спора о включении требований Компании в реестр ФНС, как реестровый кредитор, могла и должна была ссылаться на ничтожность оспариваемых в настоящем споре договоров, однако данные доводы не заявила. 

С учетом данных обстоятельств суды правомерно указали, что начало срока исковой давности  - это дата включения требования ФНС в реестр требований кредиторов Завода, то есть 12.03.2015. 

Поскольку с заявлением о признании спорных сделок недействительными уполномоченный орган обратился 24.09.2018, суды сделали правильный вывод о пропуске срока исковой давности и отказали в удовлетворении заявления ФНС. 

Доводы конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа о необходимости исчисления срока исковой давности с 30.06.2016 – даты включения требования Компании в реестр требований кредиторов должника  задолженности в сумме 231 347 501 руб. 38 коп.  правомерно отклонен судами как противоречащий статье 181 ГК РФ. 

Доводы ООО «Ритм-Холдинг» и АО «Верхневолжский кожевенный завод» о необходимости применения к заявленному требованию сокращенного годичного срока исковой давности не может быть принят, поскольку годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, распространяется на оспоримые сделки по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. 

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалоб.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 14.11.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 по делу № А66-4283/2014 оставить без изменения, а кассационные жалобы акционерного общества «Верхневолжский кожевенный завод», общества с ограниченной ответственностью «Ритм-Холдинг», конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Осташковский кожевенный завод» ФИО2 и Федеральной налоговой службы – без удовлетворения.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.04.2020 по настоящему делу. 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

Н.Ю. Богаткина

 А.В. Яковец