ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

25.05.2023

Дело № А41-40650/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.05.2023

Полный текст постановления изготовлен  25.05.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Перуновой В.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 25.10.2020,

от ФИО3 - ФИО2 по доверенности от 22.08.2020,

от конкурсного управляющего ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» - ФИО4 по доверенности от 06.02.2023,

от УФНС России по Московской области – ФИО5 по доверенности от 17.01.2023,

рассмотрев 22.05.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО3

на определение Арбитражного суда Московской области от 14.11.2022

и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками соглашения об отступном от 31.08.17, заключенного между ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» и ФИО1, договора дарения от 10.08.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО3, в части нежилого здания с кадастровым номером 50:09:0000000:60145, площадью 759,5 кв.м., расположенного по адресу: Московская область, Клинский район, г.п. Клин, п. Чайковского, д. 27, применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АСТ-Колхоз «Клинский»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 10.04.2019 ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.06.2019 арбитражный управляющий Домино И.Н. был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АСТ-Колхоз «Клинский», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.08.2019 арбитражный управляющий ФИО7 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АСТ-Колхоз «Клинский», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО8

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.11.2022 было признано недействительным соглашение об отступном от 31.08.2017, заключенное между ФИО1 и ООО «АСТ-Колхоз «Клинский», применены последствия недействительности сделки в виде восстановления прав и обязанностей сторон, существовавших до заключения соглашения об отступном от 31.08.2017, признан недействительным договор дарения от 10.08.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО3, в части нежилого здания с кадастровым номером 50:09:0000000:60145, площадью 759,5 кв. м, расположенного по адресу: Московская область, Клинский район, г.п. Клин, п. Чайковского, д. 27, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» нежилое здание с кадастровым номером: 50:09:0000000:60145, площадью 759,5 кв. м, расположенное по адресу: Московская область, Клинский район, г.п. Клин, п. Чайковского, д. 27.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 14.11.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просят обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв ИФНС по городу Клину Московской области на кассационную жалобу.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы, представители конкурсного управляющего должника и УФНС России по Московской области против удовлетворения кассационной жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве, полагали обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции по заявленным в кассационной жалобе доводам ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами, 31.08.2017 между ФИО1 и ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» было заключено соглашение об отступном, по условиям которого стороны договорились о прекращении всех обязательств, вытекающих из договоров займа от 26.10.2015, от 16.11.2015, от 23.11.2015, от 21.12.2015, от 07.12.2015, от 18.01.2016, от 01.02.2016, от 08.02.2016, заключенных между сторонами, в связи с предоставлением должником взамен исполнения этих обязательств отступного в соответствии с условиями соглашения.

В соответствии с пунктом 1.2 соглашения об отступном в связи с невозможностью заемщиком исполнить свои обязательства по договорам займа, в том числе в части уплаты процентов и возврата суммы займов, заемщик путем подписания настоящего соглашения предоставляет заимодавцу взамен исполнения обязательств по договорам займа принадлежащее ему по праву собственности недвижимое имущество - двухэтажное здание торгового центра общей площадью 1 052,9 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 50:09:0000000:60145.

Из раздела 2 соглашения следует, что стоимость здания была оценена сторонами в размере 6 008 286,91 руб., равном сумме задолженности ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» перед ФИО1

Переход права собственности на вышеназванное здание к ФИО1 был зарегистрирован в установленном законом порядке 15.09.2017.

Впоследствии ФИО1 по договору дарения от 10.08.2018 передал ФИО3 недвижимое имущество, в том числе, здание, назначение объекта недвижимости: нежилое здание, виды разрешенного использования объекта недвижимости: данные отсутствуют, кадастровый номер 50:09:0000000:60145, расположенное по адресу: Московская область, Клинский район, г.п. Клин, п. Чайковского, д. 27, площадью 759,5 кв. м.

Переход права собственности на указанное здание к ФИО3 был зарегистрирован в установленном законом порядке 24.09.2018 (номер записи в ЕГРН 50:09:0000000:60145-50/050/2018-9).

Конкурсный управляющий оспорил указанные сделки как подозрительные на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как неравноценные, направленные на причинение имущественного вреда кредиторам.

Удовлетворяя заявленные требования, суды пришли к выводу, что конкурсным управляющим представлены достаточные доказательства наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте  2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Принимая во внимание время возбуждения дела о банкротстве, суды правомерно отнесли оспариваемые сделки  к подозрительным в силу пунктов  1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды установили, что на момент заключения соглашения об отступном у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, задолженность перед которыми возникла ранее совершенной сделки, то есть, на момент совершения спорной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Также суды установили, что ФИО1 являлся руководителем и единственным участником ООО «Фактория», которое, в свою очередь, является участником ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» с долей участия в уставном капитале в размере 99,939%, а также является генеральным директором ООО «КБФ АСТ», которое входит в одну группу компаний с ООО «АСТ-Колхоз «Клинский», то есть, должник и ответчик являются заинтересованными лицами.

Проверяя реальность заемных правоотношений между должником и ответчиком суды первой и апелляционной инстанции указали на отсутствие доказательств, подтверждающих предоставление ответчиком должнику займов по договорам от 26.10.2015, от 16.11.2015, от 23.11.2015, от 21.12.2015, от 07.12.2015, от 18.01.2016, от 01.02.2016, от 08.02.2016, отметив, что в нарушение положений абзаца 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» ФИО1 не подтвердил наличие у него финансовой возможности выдать должнику заем в данном размере, а также экономическую целесообразность выдачи займа с учетом наличия на счете общества денежных средств, полученных от ООО «Научно-производственная компания «ФаворитЪ» по договору купли-продажи.

Кроме того, суды оценили критично доводы ФИО1 о том, что денежные средства частично были направлены на оплату товаров, работ, услуг за должника, указав, что представленные ответчиком платежные поручения не содержат указания на исполнение обязательств ФИО1 по просьбе ООО «АСТ-Колхоз «Клинский» в рамках договоров займа.

При этом, суд кассационной инстанции учитывает изложенный в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Однако, в данном случае, ответчиком не представлено достаточных, допустимых и относимых доказательств наличия у должника обязательств перед ним, во исполнение которых было заключено оспариваемое соглашение об отступном.

Указанные установленные судами обстоятельства свидетельствуют о заинтересованности должника и ответчика и направленности их действий на вывод имеющихся у должника активов во избежание обращения взыскания на них.

Дальнейшие действия ФИО1 по безвозмездной передаче полученного от должника по недействительной сделке объекта недвижимости своему сыну ФИО3 также нельзя признать добросовестными, в связи с чем, договор дарения правомерно признан судами недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Доводы кассационной жалобы о невозможности оспаривания договора, заключенного между физическими лицами в рамках дела о банкротстве  должника, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела, а  также учитывая, что требования были заявлены как об оспаривании единой цепочки сделок направленных на вывод ликвидного имущества должника.

Таким образом, исследовав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, и представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций, правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, пришли к правомерному и обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленного требования.

Между тем, судебная коллегия отмечает, что в ином обособленном споре ФИО1 ссылался на факт погашения должником обязательств перед ним по указанным договорам займа путем перечисления ему 31.12.2015  денежных средств в сумме 7 000 000 руб., что также свидетельствует о недобросовестности при заключении спорного соглашения, с учетом осуществленного ранее, по утверждению ответчика, погашения должником перед ним задолженности по договорам займа. Данный платеж также признан недействительной сделкой.

Приведенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, сводятся к несогласию с оценкой судов обстоятельств по делу и доказательств, представленных в материалы дела, а потому не могут быть положены в основу отмены обжалуемых судебных актов, так как заявлены без учета норм части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исключивших из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом первой или апелляционной инстанции.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14.11.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2023 по делу № А41-40650/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      В.Л. Перунова

 

                                                                                              В.З. Уддина