АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2418/24 

Екатеринбург

10 апреля 2025 г.

Дело № А07-38800/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 апреля 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Шершон Н.В., Плетневой В. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.09.2024 по делу № А07-38800/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

В судебном заседании 31.03.2025 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), был объявлен перерыв до 07.04.2025; после окончания перерыва судебное заседание было продолжено в прежнем составе суда, в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.12.2022 по заявлению ФИО1 возбуждено дело о признании его банкротом. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.02.2023 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2. 

Определением суда от 26.06.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация ТРАСТ» (далее – общество «ПКО ТРАСТ», кредитор) по кредитному договору от 16.05.2022 № PILPAA3CGX2205161039 в размере 1 069 914 руб. 84 коп., из которых 976 532 руб. 40 коп. – основной долг, 93 382 руб. 44 коп. – проценты. 

В дальнейшем 28.02.2024 общество ПКО «ТРАСТ» обратилось в арбитражный суд с заявлением к ФИО1 и ФИО3 (далее – ФИО3, супруга должника) о признании требования кредитора общим обязательством супругов. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.09.2024 заявление удовлетворено, требование общества «ПКО ТРАСТ» признано общим обязательством супругов. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024 вышеуказанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, должник обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 04.09.2024 и постановление от 27.11.2024 отменить, принять новый судебный акт об отказе удовлетворении требований кредитора.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды ненадлежащим образом дали оценку доказательствам, имеющимся в деле.

Кассатор указывает, что им во исполнение определения суда первой инстанции была представлена выписка по счету, открытому в акционерном обществе «Альфа-Банк» (далее – Банк), за период с 16.05.2022 по 11.01.2023, из которой следует, что денежные средства в сумме 1 млн. руб. была распределена по внутрибанковским счетам самого должника, а также были представлены пояснения о том, что иные выписки сотрудник Банка должнику не смог представить, поскольку, как устно пояснил сотрудник Банка, права требования по кредитному договору уступлены обществу «ПКО ТРАСТ», соответственно от доказывания данного обстоятельства должник освобожден в силу пункта 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), поскольку по кредитному договору в реестр требований кредиторов включен цессионарий – общество «ПКО ТРАСТ»; заявитель жалобы полагает, что в силу заключенного между Банком и обществом «ПКО ТРАСТ» договора уступки прав требований от 20.04.2023 № 47/397ДГ доступ к единственным допустимым доказательствам по данному обособленному спору был и остается у заявителя, в связи с этим, общество «ПКО ТРАСТ» не только не предоставил суду доказательства, но и уклонился от их предоставления.

Как указывает податель жалобы, сам ФИО1 и тем более его супруга лишены возможности получить доказательства о дальнейшем движении денежных средств; после перенесенных операций ФИО1 не смог и не может вспомнить, как происходило дальнейшее движение денежных средств по счетам, о чем он дал понять суду в своем письменном пояснении; супруга также не может представить доказательства о движении денежных средств должника, где она не является созаемщиком.

Далее, должник в своей кассационной жалобе отмечает, что доводы кредитора о том, что с 2020 года и по настоящее время супруги ведут строительство дома, что полученные кредитные средства были израсходованы должником на строительство дома, полностью опровергаются вступившим в законную силу постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024, которым установлено, что строительство дома осуществлено на денежные средства, вырученные от продажи квартиры.

Вдобавок, кассатор обращает внимание на то, что согласно заключению эксперта по состоянию на 31.08.2020 в пределах границы земельного участка по адресу: Республика Башкортостан, Уфимский р-н, с/с Жуковский, 

<

...> дом *, с кадастровым номером 02:47:050501:*, расположены объекты капитального строительства (гараж и фундамент под жилой дом), таким образом, все имеющиеся на территории земельного участка благоустройства возникли до заключения кредитного договора, а не после.

Представленные должником в день судебного заседания дополнения к кассационной жалобе, поименованные как «письменная позиция в прениях», не приобщены к материалам кассационного производства, поскольку отсутствуют доказательства их направления лицам, участвующим в деле. 

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при получении дополнений, письменных пояснений к кассационной жалобе суд проверяет соблюдение лицом, их направившим, положений пунктов 3 и 4 части 4 статьи 277 Кодекса. В случае несоблюдения указанных требований представленные документы судом кассационной инстанции не принимаются.

Поскольку указанные документы поданы кассатором в электронной форме, на материальном носителе они не возвращаются (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»).

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, с 07.08.1987 должник состоит в официальном браке с ФИО3 

Обосновывая заявленные требования, кредитор указал, что в период брака (16.05.2022) между ФИО1 и Банком заключен кредитный договор № PILPAA3CGX2205161039 на сумму 1 000 000 руб. 

Целью получения кредитных средств при обращении в кредитную организацию должником указаны «потребительские цели», не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности. 

Поскольку семейные отношения в указанный период не прекращались, супруги проживают совместно и ведут общее домашнее хозяйство, заявитель предположил, что кредитные денежные средства были использованы на общие нужды семьи, в связи с чем просил признать задолженность по вышеназванному кредитному договору общим обязательством супругов. 

В частности, заявитель указывал, что с 2020 года и по настоящее время супруги ведут строительство дома; на текущую дату дом представляет собой одноэтажный блочный дом, на участке есть скважина для водоснабжения, построено шамбо (канализационная яма), к участку подведено электричество, территория огорожена. 

На основании изложенного, кредитор предположил, что полученные кредитные средства были израсходованы должником на строительство дома, поскольку доказательств иного расходования полученных денежных средств, как и доказательств наличия у супругов в спорный период свободных денежных средств, достаточных для строительства дома, в материалы дела не представлено; сведений о заключении между супругами брачного договора, разделе общего совместного имущества не имеется; доказательств, свидетельствующих о ведении раздельного хозяйства должником и его супругой, в материалы дела также не представлено. 

Должник в ходе рассмотрения данного обособленного спора указывал, что денежные средства по кредитному договору от 16.04.2022 № PILPAA3CGX2205161039 были распределены ФИО1 между банковскими счетами, открытыми в Банке. Согласно условиям указанного договора, супруга должника не является созаемщиком, поручителем или залогодателем по заемному обязательству. 

Должник также пояснял, что 14.09.2020 супругами была продана квартира, расположенная по адресу: Челябинская обл., Сосновский р-н., п. Западный, ул. Лазурная (мкр. Белый хутор), д. 1, кв. *; вырученные денежные средства распределены в следующем порядке: сумма в размере 721 773 руб. 52 коп. направлена на погашение остатка долга по ипотеке, что подтверждается справкой и выпиской по счету из Банка ВТБ (ПАО); сумма в размере 1 590 598 руб. 88 коп. потрачена на строительство будущего единственного жилого дома. 

Супруга должника также дала пояснения о том, что о существовании кредитного обязательства ФИО1 перед Банком ей не было известно; Банк согласия на оформление кредитного договора от 16.05.2022 № PILPAA3CGX2205161039 не запрашивал. ФИО3 также указала, что на земельном участке, расположенном по адресу: Республика Башкортостан, Уфимский р-н, с/с Жуковский, 

<

...> д. *, действительно возведены внешние стены строящегося жилого дома; указанное строение возведено за счет денежных средств, вырученных от продажи квартиры. 

Удовлетворяя заявленные кредитором требования, суды руководствовались следующим.

В первом и втором абзацах пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума № 48) разъяснено следующее.

В деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

В пункте 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

В силу пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Как разъяснено в пункте 5 раздела III «Разрешение споров, связанных с семейными отношениями» Обзора судебной практики от 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга (в спорах из семейных правоотношений). Юридически значимым обстоятельством по такому спору является установление цели получения кредита (займа), а также траты этих средств на нужды семьи.

Таким образом, согласно выработанной судебной правоприменительной практике, исходя из норм действующего законодательства отсутствует презумпция наличия совместного долга супругов. Напротив, долг считается индивидуальным, пока не будет доказано, что денежные средства по нему были потрачены на нужды семьи. При этом бремя доказывания возлагается на лицо, требующее признания долга общим.

Вместе с тем настоящий спор рассматривается в деле о банкротстве одного из супругов.

Учитывая специфику данной категории споров (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренцию кредиторов, высокую вероятность злоупотребления правом) в правоприменительной практике изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания в делах о несостоятельности (банкротстве).

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Приняв во внимание, что кредиторы объективно ограничены в процессе доказывания обстоятельств наличия совместных обязательств супругов, равно как и возможности доказать расход денежных средств на нужды семьи, тогда как для супругов не составляет сложности представить прямые доказательства расходования полученных по договорам займа денежных средств, суды первой и апелляционной инстанций правомерно возложили на супругов К-вых бремя доказывания личного характера спорного обязательства.

Такие доказательства супруги в суд не представили.

Материалами дела подтверждается и судами установлено, что кредитные обязательства получены должником в период брака.

При этом доказательств ведения раздельного хозяйства, раздельного проживания длительное время и отсутствие взаимных отношений между супругами представлено не было.

Из позиции должника следует, что денежные средства, полученные по кредитному договору от 16.05.2022 № PILPAA3CGX2205161039, не были потрачены на строительство дома, как на то указывал кредитор. 

Действительно, как следует из содержания постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024, вынесенного по результатам рассмотрения спора об исключении имущества из конкурсной массы должника, принадлежавшая ранее супругам ФИО4 квартира, расположенной по адресу: Челябинская область, 

<

...>, кв. *, была продана по договору купли-продажи от 14.09.2020 по цене 2 250 000 руб.; вырученная от продажи квартиры сумма 721 773 руб. 52 коп. была направлена на погашение остатка долга по кредитному договору от 23.12.2016 № 623/4849-0005162 (на приобретение этой квартиры), оставшаяся сумма в размере более 1 500 000 руб. направлена на строительство жилого дома по адресу: Республика Башкортостан, Уфимский район, с/с Жуковский, 

<

...> д. *.

При рассмотрении указанного выше спора было представлено заключение эксперта, в котором эксперт установил, что по состоянию на 31.08.2020 в пределах границы земельного участка по адресу: Республика Башкортостан, Уфимский район, с/с Жуковский, 

<

...> д. *, с кадастровым номером: 02:47:050501:*, расположены объекты капитального строительства (гараж и фундамент под жилой дом); на момент проведения исследования (19.05.2023) на указанном земельном участке также имеются внешние стены жилого дома из керамзитобетонного блока, внутренние стены из красного кирпича, деревянные перекрытия между первым и мансардным этажами.

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего спора должник, отрицая факт направления денежных средств на продолжение строительства и обустройство жилого дома (при том условии, что объективных сведений о текущем состоянии жилого дома и иных построек на земельном участке на момент рассмотрения спора, спустя более чем год с момента проведения исследования, - представлено не было), в принципе не раскрыл перед судами первой и апелляционной инстанций, для каких целей им были получены кредитные средства в столь значительной сумме, при том, что кредит был обозначен как потребительский, а также куда были израсходованы эти денежные средства.

Согласно пояснениям должника, данным в суде первой инстанции, кредитные денежные средства были распределены между счетами в Банке, но их дальнейшее движение – раскрыто не было, сведений о сохранении указанной суммы на счетах должника – не имеется.

При этом документально подтвержденных сведений об обращении в Банк с запросом о предоставлении документов, об отказе Банка в предоставлении информации о движении денежных средств – должником представлено не было, в связи с чем соответствующий довод ФИО1 не был признан судами первой и апелляционной инстанций правомерным и влекущим иные выводы по спору.

Таким образом, учитывая заявленные кредитором доводы, которые во взаимосвязи позволили признать убедительными его аргументы о предоставлении и расходовании денежных средств на нужды семьи при одновременно пассивной правовой позиции должника и его супруги, которые не раскрыли действительные цели получения потребительского кредита и назначения переводов денежных средств, суды пришли к верному выводу об удовлетворении заявленных требований.

Принимая во внимание, что в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.

В данном случае доказательства и доводы К-вых о том, что денежные средства не были направлены на строительство дома, с учетом занятой супругами позиции, в силу которой они в принципе не раскрывали судьбу кредитных средств, полученных от Банка, судами оценены, суды изложили мотивы, по которым пришли к итоговому выводу о том, что обязательства должника перед обществом «ПКО ТРАСТ» как правопреемником Банка подлежат признанию общим обязательством супругов. 

При этом суд апелляционной инстанции справедливо обратил внимание на то, что обращение с требованием о признании обязательства гражданина общим с его супругом не равноценно требованию о взыскании задолженности с последнего; определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. 

Последствием признания обязательства общим в силу положений пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации является возникновение у кредитора права на обращение взыскания на общее имущество супругов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2022 № 309-ЭС22-16470).

Суд округа соглашается с выводами судов и не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как правило, судебное разбирательства по подобной категории споров строится по модели, предполагающей истребование судом у ответчика как лица, обладающего исчерпывающей информацией о собственных расходах, дополнительных доказательств в обоснование своих возражений, которые способны развеять соответствующие сомнения иных участников процесса и суда, и в таком случае непредставление ответчиком дополнительных доказательств презюмирует уклонение с его стороны от опровержения доводов и обстоятельств, на которые мотивированно указывает процессуальный оппонент, вследствие чего ответчик должен нести риск наступления негативных последствий от собственного пассивного процессуального поведения.

В рассматриваемом случае суды, правильно распределив бремя доказывания, пришли к выводу о том, что обязательство перед обществом «ПКО ТРАСТ» является общим обязательством ФИО1 и ФИО3, исходя фактически из нераскрытия должником и его супругой судьбы денежных средств, полученных от Банка, отсутствия доказательств, опровергающих разумные сомнения кредитора о том, что денежные средства, полученные от Банка в качестве потребительского кредита, были потрачены именно в интересах и во благо семьи, а также отсутствия сведений об объективном расхождении целей и интересов супругов К-вых, проживающих вместе и ведущих общее хозяйство. 

Суд округа соглашается с выводами судов нижестоящих инстанций, поскольку доводы кассационной жалобы, повторяющие изложенную в ходе рассмотрения дела позицию по спору, основаны на иной, отличной от содержащейся в судебных актах оценки судами представленных в материалы дела доказательств и обстоятельств дела, и при этом уже были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и им дана надлежащая оценка, в связи с чем, их повторение в кассационных жалобах представляет собой требование о переоценке доказательств и обстоятельств дела, что выходит за предусмотренные частью 2 статьи 287 АПК РФ пределы компетенции суда кассационной инстанции.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.09.2024 по делу № А07-38800/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова

Судьи                                                                                    Н.В. Шершон

                                                                                              В.В. Плетнева