АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А29-14217/2019  

25 июля 2024 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Ионычевой С.В., судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А. 

при участии представителей  конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Усинскгеонефть»  

ФИО1: ФИО2 по доверенности от 01.11.2023 и ФИО3: ФИО4 по доверенности от 06.05.2024 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Усинскгеонефть»  ФИО1  

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 29.01.2024 и  на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024  

по делу № А29-14217/2019, 

по заявлению конкурсного управляющего  

ФИО1 к ФИО3 

о признании сделок недействительными и  о применении последствий их недействительности  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

общества с ограниченной ответственностью «Усинскгеонефть»  

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Усинскгеонефть» (далее – ООО «Усинскгеонефть», должник) в  Арбитражный суд Республики Коми обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными  сделками трудового договора от 01.10.2016 № 64, заключенного должником с ФИО3, и банковских операций по перечислению в адрес ответчика в  период с 08.11.2016 по 02.12.2020 денежных средств в качестве заработной платы в общей  сумме 20 595 973 рубля 09 копеек, а также о применении последствий недействительности  указанных сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу  ООО «Усинскгеонефть» указанной суммы.  

Требования основаны на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10,  168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы совершением  должником оспоренных сделок с аффилированным лицом в целях вывода денежных  средств и причинения имущественного вреда своим кредиторам.  

Суд первой инстанции определением от 29.01.2024, оставленным без изменения  постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024, отказал  конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился  в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их  отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.  

По мнению заявителя жалобы, суды не приняли во внимание его доводы о  специфическом статусе ФИО3, который не только осуществлял трудовую  деятельность в ООО «Усинскгеонефть», но и являлся его мажоритарным участником (доля  участия в уставном капитале должника 74 процента). Конкурсный управляющий считает,  что в условиях возможности ФИО3 назначить руководителя ООО  «Усинскгеонефть» и подотчетности директора общему собранию участников общества, на  котором большинство голосов принадлежит ФИО3, отношения ответчика и  должника нельзя квалифицировать как трудовые, поскольку нарушается принцип  подчиненности работника работодателю. Податель жалобы отмечает, что если исходить из  полной штатной единицы и региональных надбавок, то размер заработной платы ответчика  превышает размер заработной платы руководителя ООО «Усинскгеонефть», что  свидетельствует о нетипичном характере отношений должника и ответчика. Заявитель  считает, что в силу специфического статуса ФИО3 к нему подлежал применению  повышенный стандарт доказывания, суды не вправе ссылаться на отсутствие у него  документации по выполнению трудовых обязанностей в связи с положением слабой  стороны трудовых отношений. На конкурсного управляющего не может быть возложена  обязанность доказывать отрицательный факт, а именно, невыполнение ФИО3  трудовых обязанностей. По мнению лица, обратившегося с кассационной жалобой,  участие ФИО3 в деятельности ООО «Усинскгеонефть» связано с отношениями по  его участию в уставном капитале должника.  

В судебном заседании окружного суда представитель заявителя поддержал более  подробно доводы, изложенные в кассационной жалобе.  

ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в  судебном заседании возразили относительно приведенных в жалобе доводов и просили  оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и  обоснованные.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и  месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в  силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не  является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом  Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в  кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, а также заслушав лиц, явившихся  в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных  актов в силу следующего.  

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Усинскгеонефть»  (работодатель) в лице генерального директора ФИО5 заключило с ФИО3  (работник) трудовой договор от 01.10.2016 № 64, по условиям которого ответчик принял  на себя обязательство выполнять трудовые обязанности на должности советника  генерального директора в течение неопределенного срока с 01.10.2016.  

По условиям трудового договора ФИО3 осуществляет трудовую деятельность  в ООО «Усинскгеонефть» на условиях совместительства, ему установлена ставка в размере  0,5 штатной единицы с выплатой за полностью отработанное время (пятидневная 20-и  часовая рабочая неделя с двумя выходными; режим рабочего времени и времени отдыха  устанавливается работником по своему усмотрению с учетом необходимости  взаимодействия с работодателем по вопросам, связанным с выполнением рабочих  обязанностей; работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск  продолжительностью 28 календарных дней – основной и 24 календарных дня –  дополнительный за работу в районах Крайнего Севера), оклад в размере 350 000 рублей в  месяц (работнику устанавливаются районный коэффициент в размере 50 процентов и  процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера в размере 80 процентов).  Местом работы является город Усинск Республики Коми, однако работа, выполняемая  работником, является дистанционной.  

Впоследствии стороны подписали к договору дополнительное соглашение  от 31.12.2020, согласно которому работнику с 01.01.2020 по 31.01.2020 установлена  пятидневная десятичасовая рабочая неделя с двумя выходными днями.  

ФИО3 принят на работу приказом руководителя ООО «Усинскгеонефть»  от 01.10.2016 № 122 и уволен по инициативе работника приказом от 04.06.2021 № 2.  

Согласно выписке по расчетному счету должника за период с 08.11.2016 по  02.12.2020 ответчику выплачена заработная плата и компенсация за задержку заработной  платы в общей сумме 20 595 973 рубля 09 копеек.  

Девонский судебный участок города Усинска Республики Коми судебным приказом  от 06.11.2020 по делу № 2-3581/2020 взыскал с ООО «Усинскгеонефть» в пользу  

ФИО3 900 000 рублей задолженности по заработной плате за сентябрь 2020 года.  На основании указанного исполнительного документа возбуждено исполнительное  производство.  

Арбитражный суд Республики Коми определением от 08.11.2019 возбудил настоящее  дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Усинскгеонефть»; решением от 09.06.2021  признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру  конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО1  

Конкурсный управляющий, посчитав, что трудовой договор и выплаты по  заработной плате являются недействительными сделками в связи с наличием пороков,  подпадающих под диспозицию пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также в  

связи с их совершением без намерения создать соответствующие правоотношения, с  противоправной целью (статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию  действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в  соответствии с гражданским, трудовым законодательством, законодательством о налогах и  сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством  Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством  Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в  том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной  платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым  законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К  действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов  государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой  (пункт 3 статьи 61.1 закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление   № 63) разъяснено, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных  пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о  признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств.  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Из пункта 5 Постановления № 63 следует, что для признания сделки  недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки  был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала  или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В  случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании  сделки недействительной по данному основанию.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе  при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления   № 63).  

В силу пунктов 1 и 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются.  

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» (далее – Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет,  установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в  зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом  недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением  пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение  вреда третьим лицам.  

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются  при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении  сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при  осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с  намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным  хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок  

по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими  правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и  необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по  требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка  должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом,  отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки  недействительной.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения  заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их  внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное  создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего  инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы,  но создать реальные правовые последствия не стремятся. Следует учитывать, что стороны  мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86  Постановления № 25). Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей  устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих  реальность намерений сторон. Такие обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168 и 170  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо  доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые  указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение  суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о  включении в реестр требований кредиторов).  

Согласно части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная  плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости  от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой  работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного  характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в  особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному  загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты  (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные  выплаты).  

По общему правилу, предусмотренному в статье 132 Трудового кодекса Российской  Федерации, заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности  

выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным  размером не ограничивается.  

Исходя из статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации, под компенсациями  понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат,  связанных с исполнением ими трудовых или иных предусмотренных Федеральным  законом обязанностей. Указанные выплаты не входят в систему оплаты труда и  производятся работнику в качестве компенсации его затрат, связанных с выполнением  трудовых обязанностей.  

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном статьей 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и  апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для признания  оспоренного договора и платежей недействительными сделками.  

Суды установили, что должность советника генерального директора предусмотрена  штатным расписанием ООО «Усинскгеонефть», утвержденным приказом руководителя от  30.09.2016. Судебные инстанции приняли в качестве надлежащих доказательств в порядке  части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  объяснения генерального директора должника ФИО5 относительно обстоятельств  ввода в штатное расписание указанной должности и трудовой деятельности ФИО3 в  ООО «Усинскгеонефть», а также протоколы допроса бывших работников должника,  подтвердивших, что ответчик реально исполнял трудовые обязанности. Суды оценили  документальные доказательства, представленные ответчиком в подтверждение  осуществления им обязанностей по трудовому договору: протоколы совещаний,  проведенных с участием ФИО3, выступающего в качестве советника генерального  директора должника; факты предоставления ответчику отпусков, отчислений должником  как налоговым агентом ответчика налога на доходы физических лиц. Судебные инстанции  обратили внимание, что на стороне ООО «Усинскгеонефть» в спорном периоде  образовалась задолженность по заработной плате перед ФИО3 (равно как и перед  иными работниками должника), впоследствии взысканная в судебном порядке. При этом с  01.10.2019 ответчик находился в отпуске без сохранения заработной платы, получая лишь  выплаты и компенсации в связи с задержкой заработной платы за предыдущие периоды.  

В рамках настоящего спора не имеется доказательств того, что полномочия  советника генерального директора ООО «Усинскгеонефть» в спорном периоде выполняло  иное лицо, либо что ФИО3 получал необоснованные преференции по выплате  заработной платы или увеличению ее размера по отношению к иным работникам.  Суды приняли во внимание документально подтвержденные сведения об образовании  ответчика и опыте его работы в области, соответствующей основному виду деятельности  должника. Проанализировав данные сведения, судебные инстанции пришли к верному  выводу о наличии у ФИО3 достаточного опыта и компетенции для выполнения  трудовых обязанностей с учетом должности, занимаемой в ООО «Усинскгеонефть».  Суды не усмотрели оснований для вывода о завышенном размере заработной платы  ответчика, регламентированной условиями трудового договора, принимая во внимание  конъюнктуру рынка. К доводам конкурсного управляющего о превышении размера  заработной платы ФИО3 относительно размера оплаты труда генерального  директора должника судебные инстанции отнеслись критически, поскольку ответчик  выполнял трудовые обязанности, находясь на 0,5 ставки советника генерального  директора, и в абсолютном значении получил меньшую сумму, чем за тот же период было  получено ФИО5 согласно справкам по форме 2-НДФЛ.  

Суды также учли, что на дату заключения трудового договора (2016 год)  ООО «Усинскгеонефть» являлось платежеспособной организацией и вплоть до начала  

процедуры банкротства (до 2020 года) получало выручку от хозяйственной деятельности.  Подтверждений тому, что финансовое положение ООО «Усинскгеонефть» ухудшилось в  результате выплат ответчику, либо уменьшилась стоимость его активов, увеличился  размер его обязательств, при этом не имеется.  

При таких обстоятельствах судебные инстанции правомерно отказали конкурсному  управляющему в удовлетворении заявления о признании трудового договора,  заключенного должником с ответчиком, а также совершенных в его рамках платежей  недействительными сделками по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Наличие у сторон оспоренных сделок намерений причинить вред имущественным  правам должника и его кредиторам, а также признаков недобросовестности и  злоупотребления права в их действиях судами не установлено.  

Обстоятельства заключения трудового договора и совершения оспоренных платежей  не выходят за рамки признаков подозрительной сделки, что исключает их квалификацию  по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Доводы заявителя о нетрудовом характере правоотношений ФИО3 и  ООО «Усинскгеонефть» в связи с аффилированностью ответчика, имеющего в  собственности долю в уставном капитале должника, не принимаются во внимание.  Аффилированность по отношению к должнику сама по себе не является обстоятельством,  исключающим возможность трудовых отношений с ответчиком. Реальность исполнения  ФИО3 трудовых обязанностей в ООО «Усинскгеонефть» в рамках настоящего  спора доказана. Конкурсный управляющий не подтвердил бесспорными доказательствами,  что характер деятельности ответчика свидетельствует о ее корпоративной природе. В  равной степени в доказательственную базу по спору не входят доказательства того, что  стороны, заключая трудовой договор в 2016 году, преследовали какие-либо иные цели,  нежели вступить в трудовые правоотношения, в связи с чем оснований для вывода о  недействительности сделки в связи с мнимостью также не имелось.  

Доводы заявителя кассационной жалобы по существу направлены на переоценку  установленных судами предыдущих инстанций обстоятельств, что в силу статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы  рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.  

Вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается  судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из  обстоятельств спора и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к  компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.  

Материалы обособленного спора исследованы судами двух инстанций полно,  всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая  оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим  обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по  приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского  округа  

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Коми от 29.01.2024 и постановление Второго  арбитражного апелляционного суда от 28.03.2024 по делу № А29-14217/2019 оставить без  изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Усинскгеонефть» ФИО1 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  С.В. Ионычева  

 Судьи  Л.В. Кузнецова  

В.А. Ногтева