ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-40657/2021

Дело № А40-10513/18

г.Москва

20 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июля 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Н.В.Юрковой,  

судей А.С.Маслова и О.И.Шведко,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу 

ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.05.2021 по делу № А40-10513/18,вынесенное судьей Бубновой Н.Л.о признании недействительными договора купли-продажи квартиры от 25.02.2019, заключённый между ФИО3 и ФИО4, а также договора купли-продажи квартиры от 18.03.2019, заключённый между ФИО4 и Главаком Ильей Михайловичемв рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2- ФИО5, дов. от 16.10.2020

от ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие»- ФИО6, дов. от 14.05.2019 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2018 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 100 от 09.06.2018, стр. 151.

            Решение Арбитражного суда города Москвы от 20.03.2019 ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедуру реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

            В Арбитражный суд г.Москвы 29.10.2019 в электронном виде от финансового управляющего поступило заявление о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 25.02.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки.

            Определением суда от 27.05.2021 признан недействительной сделкой договор купли-продажи квартиры от 25.02.2019, заключённый между ФИО3 и ФИО4, а также договор купли-продажи квартиры от 18.03.2019, заключённый между ФИО4 и ФИО2; применены последствии недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ФИО3 денежных средств в сумме 43 451 100 руб., обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>.

            Не согласившись с определением суда,  ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, указав на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела. По мнению Заявителя, выводы суда первой инстанции о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки не соответствуют действительности, указанной сделкой не был причинен вред имущественным правам кредиторов, а причинение вреда является недоказанным.

В судебном заседании представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить. 

В суд поступил письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых финансовый управляющий возражает против доводов апелляционной жалобы и просит определение суду оставить без изменения. 

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения арбитражного суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из материалов дела следует, что между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор куплипродажи квартиры от 25.02.2019.

В соответствии с предметом договора, указанным в п. 1.1, ФИО3 передала ФИО4 в собственность квартиру расположенную по адресу: г. Москва, р-н Ломоносовский, ул. Гарибальди, д.3, кв.128.

Стоимость квартиры в соответствии с п.2.1 договора составила 18 500 000 рублей.

Согласно п.2.2 договора покупатель оплачивает стоимость квартиры путем перечисления денежных средств на счет залогодержателя ООО «Блотро Проперти Груп».

Согласно выписке из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 08.10.2019, государственная регистрация прекращения права собственности ФИО3 на указанный объект недвижимости осуществлена 06.03.2019.

Согласно данным по выписке из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 17.10.2019, право на указанное недвижимое имущество, отчужденное ФИО3 по договору купли-продажи квартиры от 25.02.2019 ФИО4, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке.

Как установлено судом, между ФИО4 (продавец, первоначальный приобретатель) и ФИО2 (покупатель, последующий приобретатель) был заключен договор купли-продажи квартиры от 18.03.2019.

Правообладателем указанного недвижимого имущества в настоящее время является ФИО2.

Финансовый управляющий оспаривает указанную сделку на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и ст. 10 и ст.168 ГК РФ.

Положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В силу указанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно, а также совершение сделки в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 7 Постановления № 63 с даты публикации в установленном порядке сообщения о введении в отношении должника процедуры банкротства предполагается, что любое лицо должно знать о факте введения процедуры банкротства и о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.05.2018 (резолютивная часть от 15.05.2018) в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» (09.06.2018 №100) и включены в ЕФРСБ (сообщение №2744353 от 31.05.2018).

            Как установлено судом, должник, вопреки запретам, установленным Законом о банкротстве, в ходе процедуры реструктуризации долгов, совершила сделку по отчуждению недвижимого имущества в адрес ФИО4 без согласия финансового управляющего.

            С учетом изложенного суд приходит к выводу об осведомленности ответчика ФИО4 о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении ФИО3 и отсутствии согласия финансового управляющего на совершение оспариваемой сделки.

            Пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки или несколько взаимосвязанных сделок по приобретению, отчуждению или в связи с возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более чем пятьдесят тысяч рублей, недвижимого имущества, ценных бумаг, долей в уставном капитале и транспортных средств.

            В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», сделки, совершенные в нарушение запрета, установленного пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

            Согласно пункту 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия.

            Последствия введения в отношении гражданина процедуры реструктуризации долгов предусмотрены в ст. 213.11 Закона о банкротстве, пунктом 5 которой установлены ограничения относительно заключаемых должником сделок.

            Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

            На основании изложенного договор купли-продажи квартиры от 25.02.2019 является недействительным по статье 173.1 ГК РФ.

            Кроме того, спорная сделка совершена в отсутствие получения равноценного встречного исполнения в пользу должника. 

            Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

            Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9 Постановления №63).

            Поскольку оспариваемый договор купли-продажи квартиры от 25.02.2019 заключен после принятия заявления о признании должника банкротом (01.02.2018), рассматриваемая в рамках настоящего обособленного спора сделка подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            В материалы дела 14.04.2021 поступило экспертное заключение №39.021.193.5/04-21, в соответствии с которым рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: г.Москва, ул. Гарибальди, д.3. кв. 128, по состоянию на 25.02.2019 и на 18.03.2019 составляет 43 451 100 (сорок три миллиона четыреста пятьдесят одну тысячу сто) рублей.

            При таких обстоятельствах, с учетом существенной разницы между рыночной стоимостью (43 451 100 руб.) и стоимостью, определенной оспариваемым договором (18 500 000 руб.), отчужденного должником объекта недвижимости, суд приходит к выводу о доказанности факта неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки (покупателем).

            К тому же, в нарушение требований ст. 65 АПК РФ, ни должником, ни ответчиком ФИО4, ни ООО «Блотро Проперти Груп» не представлено доказательств оплаты по договору купли-продажи квартиры от 25.02.2019. У финансового управляющего соответствующие сведения отсутствуют.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В настоящем случае справки о доходах физического лица – ФИО4 за период, предшествующий заключению спорного договора купли-продажи, в материалы дела не представлены.

Кроме того, судом установлено, что оплата по оспариваемому договору купли-продажи квартиры от 25.02.2019 предусмотрена в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица.

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2019 (резолютивная часть от 21.02.2019) по настоящему делу суд признал требования ООО «БЛОТРО ПРОПЕРТИ ГРУП» необоснованными и не подлежащими включению в реестр требования кредиторов ФИО3, установив, что у договора №23052016-1 купли-продажи закладной от 23.05.2016 (на котором заявитель основывал свои требования) присутствуют признаки притворности, он совершен с целью прикрыть сделку, направленную на преимущественное удовлетворение требований одного кредитора ООО «БЛОТРО ПРОПЕРТИ ГРУП» перед другими. Действия кредитора и должника по существу направлены на наращивание кредиторской задолженности ФИО3 перед ООО «БЛОТРО ПРОПЕРТИ ГРУП».

Указанным судебным актом также было установлено, что ООО «БЛОТРО ПРОПЕРТИ ГРУП» и ФИО3 входят в одну группу лиц.

Таким образом, оспариваемая сделка, по сути, направлена на преимущественное погашение требований кредитора в обход установленного законом порядка, более того, кредитора чьи требования по данному обязательству признаны судом необоснованными, о чем не мог не знать покупатель ФИО4, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность.

При таких обстоятельствах являются правомерными выводы суда имущество – квартира по адресу  

<

...> отчуждено ФИО4 безвозмездно и целью вывода из конкурсной массы и невозможности дальнейшей продажи имущества с целью погашения кредиторской задолженности.

Действиями ответчиков кредиторам гражданина причинен имущественный вред, поскольку без равноценного встречного предоставления со стороны ответчика из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество (квартира), от реализации которых, конкурсная масса могла пополниться значительно. 

Далее, между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор куплипродажи квартиры от 18.03.2019.

Правообладателем спорной квартиры в настоящее время является ФИО2.

В соответствии с пунктом 16 Постановления №63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с пунктами 8, 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» (далее по тексту также - Информационное письмо №126), разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд в свою очередь учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности. Кроме того, суд учитывает совмещение одним лицом должностей в организациях, совершивших такие сделки, а также участие одних и тех же лиц в уставном капитале этих организаций, родственные и иные связи между ними.

При этом, если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества), то суд может прийти к выводу, что приобретатель не является добросовестным.

По общему правилу истец, заявляющий виндикационный иск, доказывает недобросовестность приобретения имущества ответчиком (пункты 1 и 133 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту также – Постановление №25), пункты 37 и 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (дал далее по тексту также – Постановление №10/22).

Для этого, в частности, необходимо доказать: - либо что приобретение ответчиком имущества не являлось возмездным; - либо осведомленность ответчика о том, что лицо, у которого он приобрел имущество, не имело право это имущество отчуждать.

Из материалов дела следует, что по условиям договора купли-продажи квартиры от 18.03.2019 (п. 2.1), заключенного между ФИО4 и ФИО2, стоимость квартиры составила 20 500 000 рублей.

В подтверждение полной оплаты по договору ФИО2 представил в материалы дела расписку ФИО4 от 08.04.2019 в получении от ФИО2 денежных средств в размере 20 500 000 рублей, в которой также указано, что расчет произведен в полном объеме, претензий по оплате не имеется.

В данном случае, ФИО2 не представил надлежащих доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки обладал необходимыми денежными средствами для оплаты.             При этом приобщенные ответчиком в материалы обособленного спора договоры купли-продажи недвижимого имущества о получении денежных средств в заем у ФИО8 не являются в нарушение ст.68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, которые должны подтверждать факт владения ФИО2 денежных средств в размере 20 500 000 рублей в предшествующие спорной сделке периоды. 

Представленная в материалы дела расписка от 08.04.2019 на сумму 20 500 000 руб. в отсутствие доказательств, свидетельствующих о движении денежных средств, сама по себе не подтверждает факт возмездности отношений.

В силу положений ч. 1 ст. 167 ГК РФ, лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.     

При таких обстоятельствах ФИО2 не может быть признан добросовестным приобретателем жилого помещения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Действия ответчиков по выводу актива в виде квартиры с действительной стоимостью 43 451 100 руб. из конкурной массы с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов подпадает под понятие злоупотребление правом.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

На основании изложенного апелляционный суд приходит к выводу о законности принятого судом определения и отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 266 - 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г.Москвы от 27.05.2021 по делу № А40-10513/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                                Н.В.Юркова 

Судьи:                                                                                                                      А.С.Маслов

                                                                                                                      О.И.Шведко