ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-14032/2022, 10АП-13871/2022, 10АП-14034/2022

Дело № А41-78842/15

27 сентября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  20 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 сентября 2022 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

 от ООО «Олтэр» - ФИО2 по доверенности от 17.03.2022;

от ГК «АСВ» - ФИО3 по доверенности №77 АГ8769178 от 15.12.2021;

конкурсный управляющий АО «МОССИТИГРУПП» - ФИО4;

ФИО5 лично ;

от остальных лиц не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном  заседании апелляционные  жалобы ФИО5, АО «РМБ Банк», АО «Мосситигрупп» на определение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2022 по делу  № А41-78842/15, 

 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Московской области 06.10.2015  поступило заявление Департамента городского имущества города Москвы о признании ООО «ОЛТЭР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.10.2015 г. указанное заявление принято к производству суда, назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Определением суда от 03.04.2019 г. к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен КОМИТЕТ ГОРОДА МОСКВЫ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ РЕАЛИЗАЦИИ ИНВЕСТИЦИОННЫХ ПРОЕКТОВ В СТРОИТЕЛЬСТВЕ И КОНТРОЛЮ В ОБЛАСТИ ДОЛЕВОГО СТРОИТЕЛЬСТВА (МОСКОМСТРОЙИНВЕСТ).

Решением суда от 14.11.2019 г. (резолютивная часть оглашена 07.11.2019 г.) ООО «ОЛТЭР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 1 год, до 07.11.2020 г. При банкротстве должника применены правила параграфа 7 «Банкротство Застройщиков» главы IX Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим должника утвержден член АССОЦИАЦИИ «СРО «МЕРКУРИЙ» ФИО6.

Указанные сведения в установленном порядке опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 221 от 30.11.2019 г, а 14.11.2019 г. размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве.

13.11.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО6, в котором он с учетом принятого судом уточнения просил признать договор участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7-(450)/2013 между ООО «ОЛТЭР» и АО «МОССИТИГРУПП» недействительной сделкой и применить последствия её недействительности, в виде признания отсутствующим обязательство должника по передаче АО «МОССИТИГРУПП» 142 машино-мест, расположенных по адресу: 

<

...>, взыскании с АО «МОССИТИГРУПП» в пользу должника 427 981 869,00 руб., признании отсутствующим обременения в пользу АО «РМБ» БАНК в виде залога имущественных прав (требований) о передаче 411 машино-мест по договору участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7-(450)/2013.

Кроме того, конкурсный управляющий просил обязать УПРАВЛЕНИЕ РОСРЕЕСТРА ПО Г. МОСКВЕ погасить записи от 26.11.2013 г. № 77-77-11/038/2013-100 о регистрации вышеуказанного договора участия в долевом строительстве, а также от 26.11.2013 г. № 77-77-11/034/2013-637 и от 13.03.2015 г. № 77-77/011-11/011/022/2015-174/1 о регистрации договора залога.

05.11.2020 г. АО «МОССИТИГРУПП» посредством системы «Мой арбитр» заявило возражения на отказ конкурсного управляющего во включении в реестр требований участников строительства должника его требования о передаче следующих 450 машиномест, расположенных по адресу: 

<

...>.

Определением суда от 14.01.2021 г. данные обособленные споры объединены в одно производство.

Определением суда от 18.02.2021 г. к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, допущена ФИО7.

03.12.2020 г. ФИО7 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении её требования о передаче машино-мест № 560 и № 561 в реестр требований участников строительства должника.

Определением суда от 28.04.2021 г. обособленные споры по заявлениям ФИО7 о включении её требования о передаче машино-мест № 560 и № 561 в реестр требований участников строительства, конкурсного управляющего должника о признании договора участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7-(450)/2013 недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности, а также АО «МОССИТИГРУПП» о включении его требования о передачи 450 машино-мест в реестр требований участников строительства должника объединены в одно производство.

Определением суда от 08.06.2021 г. ООО «БЭТТА» в порядке процессуального правопреемства заменено по делу на ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙ РЕСУРС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.06.2022 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "ОЛТЭР" № А41-78842/15 удовлетворено требование конкурсного управляющего должника в части:

-  признания недействительным договора участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7 (450)/2013, заключенного между ООО "ОЛТЭР" и АО "Мосситигрупп";

- признания отсутствующим  обременение в пользу АО "РМБ" в виде залога имущественных прав  (требований) о передаче 411 машино-мест по договору участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7-(450)/2013.  

Не согласившись с оспариваемым судебным актом, АО "Русский международный банк" в лице конкурсного управляющего, ФИО5, конкурсный управляющий  АО "Мосситигрупп" обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 14.11.2013 между должником и АО «МОССИТИГРУПП» был заключен договор участия в долевом строительстве № 7-(450)/2013 в отношении 450 машино-мест в корпусе № 7 подземной автостоянки жилого комплекса, площадь машино-мест составляет 11,5 и 13,5 кв.м соответственно. Государственная регистрация договора осуществлена 26.11.2013.

В соответствии с пунктом 5.1 договора цена одного машино-места составляет 677 777,78 руб.

10.02.2014 г. должник и АО «МОССИТИГРУПП» заключили дополнительное соглашение к договору, согласно которому цена за одно машино-место составила 1 130 750,00 руб., а всего за 450 машино-мест – 508 837 500,00 руб.

По платежным поручениям № 46 от 26.11.2013 г. на сумму 100 000 000,00 руб., № 47 от 27.11.2013 г. на сумму 45 500 000,00 руб., № 48 от 28.11.2013 г. на сумму 7 400 000,00 руб., № 49 от 17.12.2013 г. на сумму 30 470 000,00 руб., № 50 от 17.12.2013 г. на сумму 95 194,00 руб., № 52 от 24.12.2013 г. на сумму 120 977 376,00 руб., № 54 от 26.12.2013 г. на сумму 1 598 856,00 руб., № 4 от 27.02.2014 г. на сумму 103 782 300,00 руб., № 5 от 03.03.2014 г. на сумму 851 440,00 руб., № 12 от 11.03.2014 г. на сумму 41 672 895,00 руб., № 35 от 01.04.2014 г. на сумму 6 220 000,00 руб., № 36 от 02.04.2014 г. на сумму 46 500 000,00 руб., № 37 от 02.04.2014 г. на сумму 7 800 000,00 руб. в общей сложности было перечислено 512 868 061,00 руб.

17.03.2015 г. права требования 450 машино-мест, вытекающие из указанного договора долевого участия, АО «МОССИТИГРУПП» передало в залог АО «РМБ» БАНК по договору залога прав требования участника долевого строительства № 259/22-ЗН/15.

Согласно п. 3.1 договора залога его предмет оценивается сторонами в 1 204 000 000,00 руб.

Залоговая стоимость одного машино-места составила 2 675 555,55 руб.

Существо, размер и срок обеспечиваемых ипотекой обязательств заемщика возникают из кредитного договора № 

<

***> от 25.11.2013 г. (действует в редакции дополнительного соглашения № 1 от 10.02.2014 г. и дополнительного соглашения № 2 от 08.05.2014 г.) и кредитного договора № 

<

***> от 10.02.2014 г. (действует в редакции дополнительного соглашения № 1 от 08.05.2014 г.), заключенных между залогодержателем (КБ «РМБ» ЗАО) и заемщиком (АО «МОССИТИГРУПП»).

10.03.2015 г. между ФИО7 и АО «МОССИТИГРУПП» был заключен договор №1/461/462/П частичной уступки прав требований по договору участия в долевом строительстве от 14.11.2013 г. №7-(450)/2013, согласно условиям которого АО «МОССИТИГРУПП» уступил, а участник строительства приняла права требования, а также связанные с ними обязанности принадлежащие АО «МОССИТИГРУПП» на основании договора участия, заключенного с ООО «ОЛТЭР», после исполнения которых у участника строительства возникает право собственности на машино-места № 461 и № 462, площадью 13,5 кв.м, расположенные в 7 корпусе на нижнем уровне (-1), в составе многофункционального жилого комплекса с объектами инфраструктуры по строительному адресу: 

<

...>, на земельном участке с кадастровым номером 77:010006007:1003.

Вместе с тем, 21.11.2016 г. УПРАВЛЕНИЕМ РОСРЕЕСТРА ПО МОСКВЕ было отказано в регистрации вышеуказанного договора частичной уступки в связи с тем, что в отношении машино-места 462 уже был зарегистрирован договор уступки в пользу третьего лица.

В связи с указанными обстоятельствами стороны прекратили взаимные обязательства по договору №1/461/462/П частичной уступки прав требований по договору участия в долевом строительстве от 14.11.2013 г. №7-(450)/2013 в связи с неисполнением обязательств и 10.04.2015 г. заключили два новых предварительных договора № 2/560/П и № 2/561/П частичной уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 14.11.2013 № 7 - (450)/2013 в отношении машиномест № 560 и № 561, расположенных на -2 этаже, площадь 13,5 кв.м и цена уступки – 2 000 000,00 руб. каждое.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)".

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционных жалоб подлежащими отклонению.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

При этом неравноценность встречного исполнения в силу п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 имеет место в тех случаях, когда:

- цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки;

- осуществлена любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Таким образом, для признания сделки недействительной по указанным основаниям необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом заключена спорная сделка и имело ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,

документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В п. 5-7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 даны следующие разъяснения в части применения ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Так для признания сделки недействительной в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (сделка совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка)) необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные указанной нормой Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные понятия: недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

С учетом изложенного, квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, являются совершение сделки в течение периода подозрительности (в течения трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления), ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Как установлено арбитражным судом, в отношении должника последовательно возбуждались два дела о банкротстве.

Первое дело о банкротстве № А41-34164/2013 возбуждено 26.07.2013 по заявлению АО «МОСКАПСТРОЙ» и АО «МОСКАПСТРОЙ-ТН» в связи с наличием задолженности по мировым соглашениям на сумму 5,6 млрд руб., подтвержденной определениями Арбитражного суда города Москвы от 24.07.2012 по делу № А40-66127/12, от 30.08.2012 по делу № А40-66366/12, от 01.08.2012 по делу № А40-66364/12, от 30.08.2012 по делу № А40- 71358/12, от 24.07.2012 по делу № А40-66115/12, от 27.08.2012 по делу № А40-77845/12.

Производство по данному делу о банкротстве было прекращено определением суда от 04.03.2014 г. в связи с трансформацией денежных обязательств должника в обязательства по передаче объектов недвижимости на основании договоров долевого участия в строительства. Должник эти требования также не исполнил, в связи с чем требования АО «МОСКАПСТРОЙ», АО «МОСКАПСТРОЙ-ТН» и их правопреемников в настоящее время включены в реестр требований участников строительства должника.

Со вторым заявлением о признании должника банкротом 06.10.2015 г. обратился ДЕПАРТАМЕНТ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА Г. МОСКВЫ, в связи с наличием задолженности по инвестиционному контракту от 01.07.2008 г. № 13-052868-5001-0012-00001-08. При этом Департамент предъявил в суд исковое заявление о взыскании этой задолженности еще до возбуждения первого дела о банкротстве 10.07.2013 г. Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2014 г. по делу № А40-90253/13 с должника взысканы 28 907 537,90 долларов США основного долга и неустойка в размере 6 720 039 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на день исполнения судебного акта.

Таким образом, требования Департамента существовали в период рассмотрения первого дела о банкротстве должника, но не могли были быть заявлены в рамках данного дела из-за того, что в тот период еще не вступил в силу судебный акт, подтверждающий задолженность должника перед Департаментом.

Тот факт, что по первому делу о банкротстве процедура не вводилась, не влияет на вывод суда о наличии у должника в указанный период задолженности перед ДЕПАРТАМЕНТОМ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА Г. МОСКВЫ. Следовательно, если бы производств по первому делу не было бы прекращено, заявитель по настоящему делу был бы включен в реестр требований кредиторов по нему.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2) по делу № А40-188168/2014, от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21) по делу № А41-1022/2016 отражена правовая позиция, о том что, в случае последовательного возбуждения в отношении должника нескольких дел о банкротстве, периоды подозрительности для оспаривания сделок отсчитываются с даты возбуждение первого дела о банкротстве. Данная позиция применяется, если в обоих делах о банкротстве должнику были предъявлены одни и те же требования кредиторов, а также если требования, предъявленные в первом деле о банкротстве, погашались, чтобы создать видимость платежеспособности должника.

С учетом изложенного дело о банкротстве № А41-78842/2015 является продолжением первого дела о банкротстве № А41-34164/2013, поскольку ни требования заявителя по первому делу о банкротстве, ни обязательства перед другими кредиторами должника, существовавшие на момент рассмотрения первого дела о банкротстве, в рамках него реально исполнены не были и в настоящий момент включены в реестр требований кредиторов должника.

Следовательно, периоды подозрительности для целей оспаривания сделок в настоящем деле о банкротстве необходимо отсчитывать от 26.07.2013 – даты возбуждения первого дела о банкротстве № А41-34164/2013.

Оспариваемый договор долевого участия был заключен после возбуждения первого дела о банкротстве должника и менее чем за три года до возбуждения настоящего дела о банкротстве должника.

Несмотря на то, что указанная сделка подпадает в трехлетний период подозрительности от второго дела о банкротстве, суд полагает необходимым отсчитывать такой период с даты возбуждения первого дела о банкротстве, следовательно, при разрешении вопроса о наличии цели причинения вреда необходимо применять пониженный стандарт доказывания.

Суд первой инстанции установил, что с 2010 г. должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждается представленным конкурсным управляющим должника в материалы дела отчетом аудиторской фирмы «Про-Аудит», согласно которому, начиная с 31.12.2009, имела место отрицательная динамика финансовых показателей. При этом структура финансовой отчетности должника, составляющейся в процессе его деятельности, была искажена и не отражала действительных сведений о его финансовом состоянии и о финансовом результате от его деятельности.

Ежегодный рост величины активов должника в бухгалтерской отчетности был связан с ростом отдельных позиций бухгалтерского баланса (в частности, дебиторская задолженность). При этом, задолженность не погашалась, не имела обеспечения, то есть являлась сомнительной, в связи с чем на нее подлежал начислению резерв по сомнительным долгам. Кроме того, при прекращении деятельности дебиторов данная задолженность не списывалась, в бухгалтерской отчетности должника в нарушение законодательства о бухгалтерском учете.

Кроме того, с 2010 г. должник стал допускать просрочки исполнения обязательств перед кредиторами и у должника возникла задолженность перед Департаментом городского имущества г. Москвы по инвестиционному контракту № 13-052868-5001-0012-00001-08 от 01.07.2008, по условиям которого должник обязался ежеквартально равными частями до конца 2011 г. перечислять в бюджет г. Москвы денежные средства в общем размере 101 176 384 долларов США (п. 3.1.1 контракта).

Данный факт был установлен решением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2014 по делу № А40-130441/14, которым суд взыскал с должника задолженность по инвестиционному контракту в размере 292417 долларов США и неустойку в размере 18919,41 долларов США и решением Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2014 по делу № А40-90253/13, в рамках которого с должника взыскано 28 907 537,90 долл. США основного долга и неустойка в размере 6 720 039 долл. США в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на день исполнения судебного акта.

В 2010 году у должника также возникла просрочка исполнения обязательств перед АО «МОСКАПСТРОЙ» по договорам займа, неисполнение обязательств по которым подтверждено вступившими в силу определениями Арбитражного суда города Москвы от 24.07.2012 по делу № А40-66127/12, от 30.08.2012 по делу № А40-66366/12, от 01.08.2012 по делу № А40-66364/12, от 30.08.2012 по делу № А40-71358/12, от 24.07.2012 по делу № А40-66115/12, от 27.08.2012 по делу № А40-77845/12 об утверждении мировых соглашений.

Обязательства по мировым соглашениям также не были исполнены, в связи с чем АО «МОСКАПСТРОЙ» и АО «МОСКАПСТРОЙ-ТН» в июле 2013 года обратились с заявлением о банкротстве должника.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В обоснование своих доводов об аффилированности должника и АО «МОССИТИГРУПП» конкурсный управляющий указал, что в период с 18.02.2010 по 31.12.2010 генеральным директором должника являлся ФИО8, а генеральным директором АО «МОССИТИГРУПП» в период с 27.02.2009 по 25.09.2014 – его дочь ФИО9. Согласно данным ФНС России ФИО10 с 05.10.2006 по настоящее время обладает 50% долей в капитале АО «МОССИТИГРУПП». При этом его брат, ФИО11, являющийся совладельцем ряда крупных компаний, также был учредителем должника в 2010-2013 годах. ООО «ОЛТЭР» нередко упоминалось в СМИ как компания, входящая в АО «МОССИТИГРУПП», либо как компания, основным владельцем которой до 2014 года был ФИО11. Затем учредителем должника стал ФИО12, возглавлявший одновременно ООО «СВТ-строй», которое принадлежит ФИО11. Кроме того, конкурсный управляющий сослался на нетипичное для участников гражданского оборота поведение АО «МОССИТИГРУПП», которое не предпринимало действий по судебному истребований от должника сумму 10 176 120 долларов США, которую последнее должно было возвратить ввиду многочисленных изменений договора участия в долевом строительстве от 19.09.2011 № 19.09.11-ДДУ.

Из доводов апелляционных жалоб следует, что суд первой инстанции неверна была установлена аффилированность участников спорного правоотношения. 

Вместе с тем, приведенные в жалобах доводы подлежат отклонению в связи со следующим. 

Как следует из позиции Верховного Суда РФ, общность экономических интересов может следовать не только исходя из юридической аффилированности (напр., через прямое корпоративное участие), но и фактической аффилированности, при которой структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

При этом о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка .

Вопреки доводам апелляционных жалоб, несмотря на отсутствие юридической аффилированности между должником и ответчиком, материалами дела подтверждается фактическая аффилированность указанных лиц. Так, о вхождении должника и ответчика в одну группу лиц, подконтрольную ФИО10 свидетельствуют следующие обстоятельства.

ФИО9 (генеральный директор ответчика, подписавшая спорный Договор) и являлась дочерью ФИО8 (генеральный директор Должника с 18.02.2010 по 31.12.2010), что установлено судом первой инстанции на основании представленного в материалы дела ответа ЗАГСа.

Факт владения ФИО11 в 2010-2013 гг. 100% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «СВТ-Строй» подтверждается материалами из информационной системы СПАРК.

Факт нахождения ФИО12 на должности генерального директора общества с ограниченной ответственностью «СВТ-Строй» подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Факт владения ФИО12 100% доли в уставном капитале Должника подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Факт вхождения должника и ответчика в одну группу лиц также подтверждается материалами из СМИ.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что ответчик и должник состояли в договорных отношениях, на условиях, нетипичных для независимых участников гражданского оборота. Ответчик не предпринимал никаких действий по судебному взысканию с Должника денежных средств на сумму более 10 000 000 долларов США. Кроме того, Ответчик неоднократно заключал договоры поручительства по обязательствам Должника и совершал за него платежи перед контрагентами, в том числе по оспариваемым сделкам с АО «Москапстрой».

Учитывая изложенные обстоятельства, в отсутствие обоснованных возражений со стороны ответчика, судом первой инстанции полноценно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, и сделан верный вывод об аффилированности оветчика с должником.

Согласно заключению эксперта разница между рыночной стоимость права требования передачи 450 машино-мест по спорному договору составляет 610 733 000,00 руб., что превышает 20,03% от цены договора.

Из обжалуемого определение следует, что залоговая стоимость указанных машино-мест составляла 1 204 000 000,00 руб., что на 136 % превышает цену оспариваемого договора. Кроме того, в указанный период должником был заключен аналогичный договор с АО «МОСКАПСТРОЙТН», стоимость машино-мест по которому более чем на 30 % превышало стоимость машиномест по оспариваемому договору.

Каких-либо обоснованных причин экономической необходимости заключения соответствующего договора с аффилированным лицом по цене ниже рыночной в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации, при определении соответствия цены товаров, работ или услуг рыночным условиям, цена признается соответствующей рыночным условиям, если ее отклонение составляет не более 20 процентов от рыночной цены аналогичных (идентичных) товаров, работ или услуг.

Суд первой инстанции счел указанное отклонение цены существенным.

 

Позиция Верховного Суда от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018 о банкротстве ООО «Региональное развитие», приведенная в апелляционных жалобах АО «РМБ Банк» и ФИО5, не свидетельствует об отсутствии у договора признаков неравноценности. 

При этом, арбитражный суд полагает, что заинтересованному лицу, ввиду аффилированности, было известно, как о наличии цели в причинении вреда имущественным правам кредиторов, так и о его фактическим причинении.

Таким образом, требование АО «МОССИТИГРУПП» о включении его требования о передаче 450 машино- мест в реестр требований участников строительства не подлежит удовлетворению.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что изъято у должника по сделке, признанной недействительной подлежит возврату в конкурсную массу.

В силу п. 3.1 оспариваемого договора должник обязан построить объекты недвижимости – 450 машино-мест, и передать их участникам долевого строительства, а участники долевого строительства с свою очередь уплатить цену и принять объекты недвижимости.

В связи с заключением данного договора у АО «МОССИТИГРУПП» возникли права требования передачи машино-мест, которые впоследствии были уступлены в пользу ООО «БЭТТА» и физических лиц.

В результате произведенных уступок у АО «МОССИТИГРУПП» сохранились права требования лишь 142 машино-места. Следовательно, в качестве последствий применения недействительности сделки суд первой инстанции привомерно признал отсутствующим обязательство ООО «ОЛТЭР» по передаче АО «МОССИТИГРУПП» 142 машино-мест, а также взыскал с последнего в пользу должника 427 981 869,00 руб. рыночной стоимости 308 отчужденных машино-мест (610 773 000,00 - 182 791 131,00 (рыночная стоимость 142 машино-мест) = 427 981 869,00).

При этом в обжалуемом судебном акте сделан вывод о прекращении обременения залогом прав требования машино-мест.

Действующий правопорядок защищает добросовестного залогодержателя в случае признания сделки по обеспечиваемому обязательству недействительной.

Вместе с тем, учитывая сроки заключения договора залога, суд приходит к выводу о том, что банк не может быть признан добросовестным залогодержателем, так как был осведомлен обо всех признаках недействительности договора долевого участия, в том числе о наличии на момент его заключения возбужденного дела о банкротстве должника, о нерыночном характере цены отчуждения машино-мест, поскольку, как было указано выше, залоговая стоимость машино-мест более чем в два раза превышает их цену по договору участия в долевом строительстве.

Кроме того, залог прав требований является частным случаем залога обязательственных прав (ст. 358.1 ГК РФ). Залог права возникает с момента заключения договора залога, а при залоге будущего права с момента возникновения этого права (п. 1 ст. 358.5 ГК РФ). Залог прекращается в случае гибели заложенной вещи или прекращения заложенного права (подп. 3 п. 1 ст. 352 ГК РФ). Залог прав требования напрямую связан с наличием (отсутствием) правоотношений между участником долевого строительства и застройщиком. Таким образом, признание недействительным договора участия в долевом строительстве влечет за собой прекращение залога права требования по такому договору.

Участник строительства по недействительному договору не может обладать правом требования от застройщика передачи помещений в собственность, а значит, не может передать такое право в залог банку. Поскольку объектом залога обязательственных прав является не вещь, а требование одного лица к другому, основанное на обязательстве, то залог не может быть сохранен при недействительном обязательстве.

Согласно п. 5 ст. 5 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» к залогу имущественных прав (требования), вытекающих из договора участия в долевом строительстве, применяются правила об ипотеке недвижимого имущества. В силу п. 1 ст. 358.1 ГК РФ предметом залога могут быть имущественные права (требования), вытекающие из обязательства залогодателя. Залогодателем права может быть лицо, являющееся кредитором в обязательстве, из которого вытекает закладываемое право (правообладатель). ГК РФ одним из оснований прекращения залога устанавливает гибель заложенной вещи или прекращение заложенного права (пп. 3 п. 1 ст. 352 ГК РФ). 

Исходя из изложенного, признание Договора недействительной сделкой означает, что такая сделка не влечет юридических последствий с момента ее совершения, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью (п. 1 ст. 167 ГК РФ). Соответственно, Ответчик по недействительному договору не может обладать правом требования к Должнику о передаче машино-мест в собственность, а значит, не может передать такое право в залог Банку. Залог обязательственных прав означает, что залогодержатель имеет приоритет перед другими кредиторами залогодателя при обращении взыскания на заложенное требование. Однако признание Договора недействительным влечет невозможность обращения взыскания на права участника долевого строительства из этого договора для всех кредиторов, в том числе залогового. Позиция о признании залога отсутствующим вследствие признания недействительным договора участия в долевом строительстве распространена и поддерживается арбитражными судами .

При этом, даже если признание Договора недействительным не влекло бы за собой прекращение залога прав требования, такой залог в любом случае подлежит прекращению в связи с недобросовестностью Банка, который был осведомлен обо всех признаках недействительности Договора, в том числе поскольку на момент его заключения в отношении Должника уже было возбуждено дело о банкротстве, а залоговая стоимость машино-мест более чем в 2 раза превышала их цену по Договору. Перечисленные обстоятельства правомерно учтены судом первой инстанции (абз. 2 стр. 25 Определения).

Таким образом, судом первой инстанции правильно применены нормы материального права и сделан верный вывод о том, что залог Банка не может быть сохранен при признании Договора недействительным, а права требования передачи машино-мест подлежат возвращению в конкурсную массу без соответствующего обременения.

В отношении требования ФИО7 о включении её требований о передаче машино-мест № 560 и № 561 в реестр требований участников строительства судом установлено, что она полностью оплатила приобретенные ею права требования.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционные жалобы не содержат.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2022 по делу  №А41-78842/15 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Московского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

С.Ю.  Епифанцева

А.В.  Терешин