﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6136/2019

09 января 2020 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 25 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 января 2020 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Кушнаревой И.Ф., Лазаревой И.В.

при участии:

от публичного акционерного общества «Дальневосточный банк» Трифонов С.В., по доверенности от 15.10.2019

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Дальневосточный банк», общества с ограниченной ответственностью «СК МЕРКУРИЙ»

на определение от 16.08.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019

по делу №  А51-29670/2016

Арбитражного суда Приморского края

по заявлению Федеральной налоговой службы (ОГРН: 1047707030513, ИНН: 7707329152, адрес: 127381, г. Москва, ул. Неглинная, д. 23)

к публичному акционерному обществу «Дальневосточный банк»                       (ОГРН: 1022500000786, ИНН: 2540016961, адрес: 690990, Приморский край, г. Владивосток, ул. Верхнепортовая, д. 27-а)

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «НИКО БУНКЕР» (ОГРН: 1122540010317, ИНН: 2540186699, адрес: 690003, Приморский край, г. Владивосток, ул. Нижнепортовая, д. 4, оф. 6) несостоятельным (банкротом)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «НИКО-ОЙЛ ДВ» (ОГРН: 1022501281780, ИНН: 2536092800, адрес: 690001, Приморский край, г. Владивосток, ул. Светланская, д. 167, оф. 318), общество с ограниченной ответственностью «СК МЕРКУРИЙ» (ОГРН: 1102536001446, ИНН: 2536225070, адрес: 690005, Приморский край, г. Владивосток, ул. Новоивановская, д. 10, оф. 29)  

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Приморского края от 12.01.2017 по заявлению Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «НИКО БУНКЕР» (далее – ООО «НИКО БУНКЕР», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 27.12.2017 в отношении ООО «НИКО БУНКЕР» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден Терский Александр Александрович.

Решением суда  от 12.11.2018 ООО «НИКО БУНКЕР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден Горнаков Евгений Владимирович.

В рамках дела о банкротстве в Арбитражный суд Приморского края обратилась Федеральная налоговая служба с заявлением о признании недействительными следующих сделок должника, заключенных с публичным акционерным обществом «Дальневосточный банк» (далее – ПАО «Дальневосточный банк», Банк):

- договора залога от 29.04.2016 № КО-14-1и;

- договора поручительства от 29.04.2016 № КО-14-1.

Определением суда от 14.03.2019 к участию в обособленном споре привлечены общество с ограниченной ответственностью «НИКО-ОЙЛ ДВ» (далее – ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ») и общество с ограниченной ответственностью «СК МЕРКУРИЙ» (далее – ООО «СК МЕРКУРИЙ»).

Определением суда от 16.08.2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019 заявление удовлетворено, оспариваемые договоры признаны недействительными.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, считая их необоснованными и незаконными, принятыми с нарушением норм материального права, ПАО «Дальневосточный банк» обратилось в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 16.08.2019 и апелляционное постановление от 22.10.2019 отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФНС России.

В обоснование своей позиции заявитель кассационной жалобы указывает, что суды обеих инстанций неправомерно признали оспариваемые сделки недействительными, применив статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), кроме того, не установили сговор с должником, направленный на причинение в будущем вреда конкурсным кредиторам. Напротив, принятие в обеспечение нескольких поручительств, входящих в одну группу лиц, имущества каждого из которых недостаточно для исполнения обязательства, но в совокупности покрывающего сумму задолженности, является обычной практикой для кредитора, подтверждающей проведенную Банком оценку кредитных рисков посредством анализа совокупного финансового состояния заемщика и лиц – поручителей.  Кроме того, Банком при заключении оспариваемых договоров было установлено, что должник являлся платежеспособным. Считает, что судами не принято во внимание, что ранее подобные сделки уже заключались Банком и ООО «НИКО БУНКЕР».

ООО «СК МЕРКУРИЙ» также обратилось в арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит вышеназванные судебные акты отменить, в обоснования приводя доводы, аналогичные доводам Банка. Третье лицо ссылается на то, что для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя (залогодателя), но и со стороны Банка. Кроме того, по мнению заявителя  кассационной жалобы, суды вышли за рамки заявленных ФНС России требований, давая оценку поведению сторон при заключении и в последующем исполнении договора цессии.

В материалы обособленного спора поступил отзыв конкурсного управляющего должником, в котором поддержана позиция заявителей кассационных жалоб.

В судебном заседании окружного суда представитель Банка доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным в рамках обособленного спора фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, с учетом доводов кассационных жалоб, судебная коллегия Арбитражного суда Дальневосточного округа приходит к следующему.

Из материалов обособленного спора следует, что 29.04.2016 между ПАО «Дальневосточный банк» (заимодавец) и ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» (заемщик) заключен договор кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности, по условиям которого кредитор открыл заемщику кредитную линию с лимитом задолженности 375 000 000 руб. с начислением процентов в порядке, урегулированном в пункте 3.1 договора, сроком транша 180 календарных дней в течение действия договора на пополнение оборотных средств.

Заемщик обязан погасить полученный кредит 29.10.2017 в полном объеме с начисленными процентами и иными неуплаченными платежами (пункт 4.1 договора).

Пунктом 2.4 кредитного договора предусмотрено условие об обеспечении исполнения обязательств заемщика посредством нескольких поручительств входящих в одну группу лиц, в том числе, поручительством ООО «НИКО БУНКЕР» по договору поручительства № КО-14-1 от 29.04.2016, и залогом недвижимого имущества ООО «НИКО БУНКЕР»: здания учебного корпуса.

Заемщиком и Банком согласован график снижения лимита задолженности по договору кредитной линии № КО-14 от 29.04.2016, являющийся приложением № 1 к кредитному договору, согласно которому лимит ссудной задолженности подлежит поэтапному снижению с 312 500 000 руб. 25.05.2017 до 62 500 000 руб. 25.09.2017.

Во исполнение договоренностей, достигнутых в пункте 2.4 договора кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности от 29.04.2016, между ПАО «Дальневосточный банк» (заимодавец, кредитор, банк) и ООО «НИКО БУНКЕР» (поручитель) заключен договор поручительства № КО-14-1 от 29.04.2016, предусматривающий солидарную ответственность основного заемщика ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» и его поручителя ООО «НИКО БУНКЕР» перед банком за надлежащее исполнение обязательств по договору кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности от 29.04.2016 (пункты 1.1 и 1.2 договора поручительства).

Также, 29.04.2016 между ПАО «Дальневосточный банк» (заимодавец) и ООО «НИКО БУНКЕР» (залогодатель) заключен договор залога № КО-14-1и, по условиям которого в целях надлежащего и своевременного исполнения заемщиком ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» обязательств по договору кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности от 29.04.2016 залогодатель закладывает следующее имущество: здание учебный корпус института механики, автоматики и передовых технологий площадью 1602,2 кв.м, кадастровый номер 25:28:010015:24, расположенный по адресу: Приморский край, г. Владивосток, ул. Пушкинская, д. 41 (далее – учебный корпус), залоговой стоимостью 61 481 000 руб. (пункт 1.2 договора залога); залог обеспечивает требования залогодержателя в том объеме, какой они могут иметь к моменту удовлетворения, в частности проценты, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, неустойку, а также возмещение расходов по взысканию (пункт 3.1 договора залога).

В соответствии с пунктом 2.2 договора залога на срок до полного погашения кредитных обязательств залогодатель не вправе без согласия залогодержателя совершать уступку заложенного имущества третьим лицам, а также передавать данное имущество в залог другим лицам, сдавать заложенное имущество в аренду, передавать его во временное безвозмездное пользование и по соглашению с другими лицами предоставлять им право ограниченного пользования этим имуществом (сервитут).

Ипотека зарегистрирована в установленном порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 10.05.2016.

Обязательства по возврату кредита и уплате процентов исполнялись ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» надлежащим образом.

В ПАО «Дальневосточный банк» 24.10.2017 поступило письмо ООО «СК МЕРКУРИЙ» с предложением приобретения задолженности ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» по кредиту в размере 62 500 000 руб., а также по начисленным, но неуплаченным процентам за пользование кредитом.

Между Банком (цедент) и ООО «СК МЕРКУРИЙ» (цессионарий) 24.10.2017 заключен договор цессии № КО-14, по условиям которого цессионарию переданы все принадлежащие цеденту права требования к ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ», возникшие из договора кредитной линии с лимитом задолженности № КО-14 от 29.04.2016, в том числе, право по обеспечительным сделкам – по договору залога № КО-14-1и от 29.04.2016, договору поручительства №КО-14-1 от 29.04.2016 (поручитель, залогодатель ООО «НИКО БУНКЕР»).

Платежными поручениями № 61 и № 62 от 24.10.2017 ООО «СК МЕРКУРИЙ» перечислило ПАО «Дальневосточный банк» 63 013 698 руб. по договору цессии № КО-14 от 24.10.2017, указанный размер предусмотрен пунктом 3.1 договора.

Выпиской по счету № 45205810900410000005 подтверждается полное погашение задолженности ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» по договору кредитной линии с лимитом задолженности № КО-14 от 29.04.2016.

Федеральная налоговая служба 05.12.2016 обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании ООО «НИКО БУНКЕР» несостоятельным (банкротом); определением суда от 12.01.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве № А51-29670/2016.

Определением суда от 03.08.2018 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «НИКО БУНКЕР» требования ООО «СК МЕРКУРИЙ» в размере         63 489 136,63 руб. основной задолженности, в том числе 61 481 000 руб. основной задолженности как требования, обеспеченные залогом следующего недвижимого имущества должника: учебный корпус по договорам поручительства № КО-14-1 от 29.04.2016, залога № КО-14-1 и от 29.04.2016, договору цессии № КО-14 от 24.10.2017.

Федеральная налоговая служба, полагая, что ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ», ООО «НИКО БУНКЕР» и ПАО «Дальневосточный банк» злоупотребили правом при заключении и исполнении договора поручительства № КО-14-1 от 29.04.2016 и договора залога № КО-14-1и от 29.04.2016, в результате их согласованных действий неплатежеспособный должник принял на себя дополнительное заведомо неисполнимое обязательство – отвечать перед Банком за надлежащее исполнение обязательств «дружественного» общества, на имущество должника возложено дополнительное обременение в целях недопущения его выбытия для погашения задолженности перед реальным кредитором, сохранения за ним контроля внутри группы аффилированных лиц, обратилась в суд с рассматриваемым заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В рассматриваемом случае уполномоченный орган обладает необходимым для оспаривания сделок должника процентом кредиторской задолженности.

По правилам пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

При этом исходя из разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Из смысла статьи 10 ГК РФ, учитывая разъяснения пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, которая изложена в постановлении от 13.09.2011 № 1795/11, для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Таким образом, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки.

Вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 и др.).

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой. Поэтому само по себе получение кредитной организацией обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении и в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.

Как разъяснено в пункте 12.2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие у юридического лица статуса кредитной организации, не может рассматриваться как единственное и достаточное обоснование того, что оно знало или должно была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Как верно установлено судом первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, и участвующими при рассмотрении настоящего заявления лицами не оспорено, что обеспечение, предоставленное ООО «НИКО БУНКЕР» Банку, является частью совместного обеспечения группы компаний «НИКО», что подтверждено, в частности, в пункте 7.14.1.1. договора кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности от 29.04.2016.

В связи с чем, исследовав состав участников, а также позицию руководителя организаций, суды обоснованно пришли выводу об аффилированности  ООО «НИКО», ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ», ООО «НИКО БУНКЕР».

Из материалов обособленного спора следует, что группа компаний «НИКО» являлась клиентом ПАО «Дальневосточный банк» с 2015 года с положительной кредитной историей, регулярно приносящей кредитной организации доход в виде процентов, выплачиваемых по кредитам.

В частности, ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» надлежащим образом исполняло обязательства по кредитному договору № КО-14 от 29.04.2016, своевременно погашало кредит, выплачивало проценты за пользование кредитом.

По состоянию на 24.10.2017 (дата уступки права требования) лимит задолженности по кредитному договору был снижен до 62 500 000 руб., как это предусмотрено приложением № 1 к кредитному договору.

Учитывая указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, обоснованно указал, что Банк и должник не раскрыли разумных экономических мотивов привлечения ООО «НИКО БУНКЕР» в качестве поручителя и залогодателя по обязательствам ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» по договору кредитной линии с лимитом задолженности № КО-14 от 29.04.2016.

В обоснование заявленных требований Федеральная налоговая служба указала, что по состоянию на 12.01.2016 Федеральной таможенной службой был выявлен факт неполной уплаты обществом таможенных платежей, подтвержденный соответствующими актами проверки.

В связи с неисполнением требований об уплате таможенных платежей, Центральная энергетическая таможня вынесла решение № 15 от 29.02.2016 о приостановлении операций по счетам должника на сумму 290 807 878,31 руб., которое направило в ПАО «Дальневосточный банк» вместе с инкассовыми поручениями, выставленными к счетам ООО «НИКО БУНКЕР».

Центральная энергетическая таможня получила уведомление Банка о принятии 15.03.2016, то есть до заключения оспариваемых сделок, к исполнению решения № 15 от 29.02.2016 о приостановлении операций по счетам плательщика таможенных пошлин, налогов, предъявленное к счетам ООО «НИКО БУНКЕР», из которого следует, что остаток денежных средств общества составляет 0 долларов США по валютному счету и 17 648,27 руб. по рублевому счету № 40702810700020000481; инкассовые поручения оплачены на сумму 11 648,27 руб. и оприходованы в картотеку № 2 «Распоряжения, не оплаченные в срок» в связи с недостаточностью денежных средств на расчетном счете должника.

На основании постановления от 05.05.2016 № 10006000-2/2016 о взыскании таможенных платежей, процентов и пени за счет имущества плательщика в размере 290 789 717,42 руб. 27.05.2016 в отношении ООО «НИКО БУНКЕР» возбуждено исполнительное производство № 14283/16/25037-ИП.

Указанная задолженность по заявлению ФНС России включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «НИКО БУНКЕР».

Исходя из бухгалтерского баланса ООО «НИКО БУНКЕР», по состоянию на 31.03.2017 размер его активов составлял 185 362 000 руб.

Единственным активом общества, выявленным в конкурсном производстве, является недвижимое имущество – учебный корпус, оценочной стоимостью 61 481 000 руб., являющееся предметом залога в пользу ООО «СК МЕРКУРИЙ», что подтверждается материалами банкротного дела.

Таким образом, задолженность перед бюджетом в январе 2016 года составляла 156,88 процентов от балансовых активов предприятия, должник не имел имущества для погашения данной задолженности, то есть имелись признаки банкротства ООО «НИКО БУНКЕР».

Банк, принявший в марте 2016 года к исполнению решение таможенного органа о приостановлении операций по счетам ООО «НИКО БУНКЕР», на дату заключения оспариваемых сделок знал о наличии значительной задолженности перед бюджетом, а также о недостаточности денежных средств должника и его имущества для ее погашения.

В случае ненадлежащего исполнения ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» обязательств по договору кредитной линии № КО-14 с лимитом задолженности от 29.04.2016, ООО «НИКО БУНКЕР» не было способно погасить задолженность по кредиту ни полностью, ни частично, в том числе в пределах суммы первого транша в размере 130 000 000 руб. от 29.04.2016.

Являясь профессиональным участником отношений по кредитованию, проявляя должную осмотрительность, Банк понимал данный риск. Учитывая удовлетворительные сведения о платежеспособности основного заемщика и иных участников группы «НИКО», положительный опыт кредитования группы, привлечение неплатежеспособного ООО «НИКО БУНКЕР» в качестве сопоручителя и залогодателя не позволяло обеспечить основное обязательство заемщика ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ».

Ввиду изложенного представляются обоснованными выводы суда первой инстанции, с которыми согласился суд апелляционной инстанции, о том, что заключение договоров поручительства и залога с ООО «НИКО БУНКЕР» явно выходило за пределы стандартного характера поведения банка-кредитора, стремящегося обеспечить свои законные интересы, не соответствует принципу добросовестности и разумности хозяйственного оборота; заключение этих договоров преследовало цель создания искусственной кредиторской задолженности ООО «НИКО БУНКЕР», обременения имущества должника залоговыми правами в целях недопущения (затруднения) возможности обращения на него взыскания независимыми кредиторами, Банк содействовал должнику в осуществлении данной цели.

Судами также обоснованно приняты во внимание следующие обстоятельства.

В рамках исполнительного производства, возбужденного в мае 2016 года в целях погашения задолженности по таможенным платежам, вынесено постановление о наложении ареста на имущество должника: учебный корпус.

Группа компаний «НИКО», противодействуя взысканию, принимала меры по формальному выводу данных активов из имущественной сферы ООО «НИКО БУНКЕР» в пользу иных участников группы; при этом Банк был осведомлен о таком поведении заемщика и сопоручителей, залогодателя, оказывал им содействие, что подтверждается материалами дела                      № А51-7358/2016 Арбитражного суда Приморского края (24.05.2016 Банк привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора).

Далее, 31.03.2017 Управление Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю обратилось в арбитражный суд к ООО «НИКО БУНКЕР» об обращении взыскания на обремененное договором залога № КО-14-1И от 29.04.2016 имущество.

ООО «НИКО» 14.06.2017 обратилось в арбитражный суд Приморского края с заявлением к Центральной энергетической таможне, Межрайонному отделу по особым исполнительным производствам УФССП по Приморскому краю, в котором просило отменить запрет УФСС по ПК на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра, а также регистраций ограничений и обременений, прочих ограничений на указанное имущество.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 07.02.2018 в удовлетворении требований отказано.

ПАО «Дальневосточный банк» также являлось по данным спорам третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора.

21.06.2017 ПАО «Дальневосточный банк» самостоятельно обратилось в Арбитражный суд Приморского края с иском к ООО «НИКО БУНКЕР», Центральной энергетической таможне об освобождении от ареста имущества, находящегося в залоге. Решением Арбитражного суда Приморского края от 22.09.2017, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2017, исковые требования ПАО «Дальневосточный банк» удовлетворены. Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.03.2018 решение Арбитражного суда Приморского края от 22.09.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2017 по делу                   №А51-14911/2017 Арбитражного суда Приморского края отменены. Поскольку основной заемщик ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» надлежащим образом исполнял обязательства по кредитному договору от 29.04.2016, суд не усмотрел интереса Банка к освобождению имущества от ареста, наложенного в целях обеспечения исполнения требования таможенного органа по уплате обязательных платежей.

Кроме того, исходя из поведения сторон после заключения оспариваемых сделок, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, верно установил, что передача новому кредитору ООО «СК МЕРКУРИЙ» права требования к ООО «НИКООЙЛ ДВ», поручителю, залогодателю ООО «НИКО БУНУКЕР» по уплате остатка задолженности по кредитному договору совершена 24.10.2017, то есть за пять дней до планового погашения кредита и уплаты процентов, после возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «НИКО БУНКЕР» (12.01.2017), направлена на сохранение контроля над имуществом и процедурой банкротства должника за группой «НИКО».

Принимая обеспечение от ООО «НИКО БУНКЕР» 29.04.2016, передавая ООО «СК МЕРКУРИЙ» 24.10.2017 права требования к ООО «НИКО-ОЙЛ ДВ» и к ООО «НИКО БУНКЕР», ПАО «Дальневосточный банк» доподлинно знало о наличии неисполненных денежных обязательств перед бюджетом в размере 290 807 878,31 руб., об отсутствии активов для погашения задолженности и о нарушении прав Центральной энергетической таможни обременением имущества должника залогом, установленным в пользу кредитора, заинтересованного по отношению к группе «НИКО».

Поскольку Банк был осведомлен о наличии группы лиц, включающей должника, ее деятельности по выдаче взаимных поручительств и залогов, учитывая формальность привлечения должника в качестве поручителя, залогодателя, наличие признаков его банкротства, проявив лояльность к группе компаний «НИКО» при заключении договора поручительства от 29.04.2016 № КО-14-1 и договора залога от 29.04.2016 № КО-14-1и, ПАО «Дальневосточный банк» намеренно, либо по неосторожности, не характерной для кредитной организации, стало участником схемы, направленной на создание искусственной кредиторской задолженности ООО «НИКО БУНКЕР» и выводу имущества должника из-под обращения на него взыскания.

В результате этих действий единственный актив должника обременен залоговыми правами ООО «СК МЕРКУРИЙ», являющегося в настоящее время залоговым кредитором в деле о банкротстве, претендующим на получение денежных средств от реализации недвижимого имущества –  предмета залога по договору залога от 29.04.2016 № КО-14-1и, что нарушает права независимых кредиторов ООО «НИКО  БУНКЕР», требования которых установлены к должнику.

Отношения Банка и ООО «НИКО БУНКЕР» по заключению и исполнению оспариваемых сделок представляют собой действия в обход закона с противоправной целью, создавшие условия для неполучения бюджетом значительных сумм обязательных платежей, противоречащие соображениям разумности и справедливости.

Оценив представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств по правилам главы 7 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок должника ничтожными на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Апелляционный суд верно отметил, что оспариваемые договоры заключены в период подозрительности – в течение одного года до даты возбуждения дела о банкротстве ООО «НИКО БУНКЕР» (12.01.2017) и в соответствии с разъяснениями, данными в абзаце шестом пункта 8 Постановления № 63, могут быть оспорены по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В рассматриваемом случае материалами обособленного спора подтверждается как причинение ущерба кредиторам должника ввиду обременения залогом ликвидного имущества ООО «НИКО БУНКЕР», так и осведомленность Банка о цели причинения должником вреда его кредиторам ввиду получения Банком решения таможенного органа о приостановлении операций по счетам ООО «НИКО БУНКЕР» на сумму 290 807 878,31 руб.

Судебная коллегия кассационного суда соглашается с выводами судов обеих инстанций и считает доводы заявителей кассационных жалоб подлежащими отклонению также ввиду следующего.

Совокупность доказательств, представленных в материалы дела, подтверждает недобросовестное поведение сторон при заключении оспариваемых договоров в отсутствие обоснованной экономической выгоды от их заключения. Вопреки доводам кассационных жалоб, Банк, как профессиональный участник финансового рынка, был осведомлен о неплатежеспособности должника, о наличии значительной задолженности по обязательным платежам, а длительность договорных отношений с группой компаний «НИКО» и заключение иных договоров поручительства и залога не исключало проверку финансового состояния поручителя и залогодателя при заключении оспариваемых сделок.

Оценка договора цессии, заключенного между Банком и ООО «СК «Меркурий», хоть он и не был предметом оспаривания в рамках настоящего обособленного спора, правомерно дана судами обеих инстанций, поскольку данный договор, заключенный с аффилированным лицом, являлся частью схемы, направленной на создание искусственной кредиторской задолженности ООО «НИКО БУНКЕР», вывод имущества из-под обращения на него взыскания, а также невозможность удовлетворения требований независимых кредиторов должника в процедуре банкротства.

Кроме того, суд округа считает необходимым отметить, что наличие договора залога приведет к тому, что отдельному кредитору - ООО «СК МЕРКУРИЙ» в результате совершения сделок будет оказано предпочтение в отношении удовлетворения требований, что выражается в изменении очередности удовлетворения требований кредитора за счет реализации предмета залога; в отсутствие спорных сделок требование ООО «СК МЕРКУРИЙ» подлежит пропорциональному удовлетворению наряду с другими требованиями кредиторов, включенными в реестр требований кредиторов ООО «НИКО БУНКЕР».

Доводы заявителей кассационных жалоб повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

В связи с тем, что в материалы обособленного спора не представлены доказательства, подтверждающие уплату государственной пошлины ООО «СК МЕРКУРИЙ», с заявителя кассационной жалобы на основании статьи 110 АПК РФ и подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 16.08.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019 по делу № А51-29670/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СК МЕРКУРИЙ» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3 000 (трех тысяч) рублей.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           А.Ю. Сецко

 

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева

И.В. Лазарева