Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-3785/2018

Дело № А40-118288/17

г. Москва

25 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2018 г.

Полный текст постановления изготовлен 25 апреля 2018 г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи: Комарова А.А., 

Судей: Тетюка В.И., Бодровой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО "31 ГПИСС" на решение Арбитражного суда г.Москвы от 18.12.2017 по делу №А40-118288/17, принятое судьей Лихачевой О.В. (-14-973)

по иску МИНОБОРОНЫ РОССИИ (ИНН 

<

***>) к ответчику АО "31 ГПИСС" (ИНН 

<

***>) третье лицо: ФЕДЕРАЛЬНОЕ КАЗЕННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ "УПРАВЛЕНИЕ ЗАКАЗЧИКА КАПИТАЛЬНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" (ОГРН 

<

***>) о взыскании 2 008 292,15 руб.

при участии:

от истца: ФИО2 по доверенности от  16.10.2017,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от  09.01.2018( до перерыва), ФИО4 по доверенности от  09.01.2018

от третьего лица: не явился, извещен.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

У С Т А Н О В И Л:

Министерство обороны Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АО «31 ГПИСС» о взыскании суммы неустойки в размере 2 008 292,15 руб.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2017 исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

Не согласившись с принятым по делу решением, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить судебный акт и принять по делу новый судебный акт. 

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, выслушав доводы сторон, Девятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отмене обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между Министерством обороны Российской Федерации (государственный заказчик) и АО «31 ГПИСС» (генпроектировщик, исполнитель) был заключен государственный контракт № 1314187375842090942000000/ДГЗ-57 от 05 ноября 2013 г. на выполнение работ по инженерным изысканиям и комплексному обследованию для проектирования реконструкции объекта 57 (шифр объекта 57).

Согласно п. 2.1 контракта, генпроектировщик осуществляет выполнение обмерных работ, инженерных изысканий, обследование строительных конструкций объекта в соответствии с условиями контракта.

В соответствии с п. 3.2 контракта, установлены следующие сроки окончания этапов работ:

- обследование, обмерные работы, инженерные изыскания - 30 июня 2014 г.;

- подписание Итогового акта приемки выполненных работ — 15 июля 2014 г.

Истец указывает, что генпроектировщиком обследование, обмерные работы, инженерные изыскания выполнены и сданы государственному заказчику 24 ноября 2014 г. (п. 1 Итогового акта приемки выполненных работ от 31.12.2015 г.).

Все обязательства по контракту выполнены 31 декабря 2015 г. в соответствии с Итоговым актом приемки выполненных работ от 31.12.2015 г.

В соответствии с п. 10.4 контракта, за невыполнение обязательств по срокам выполнения работ, установленных контрактом, генпроектировщик уплачивает государственному заказчику неустойку в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ от цены контракта за каждый день просрочки до фактической передачи заказчику каждого из этапов работ, установленных контрактом.

Цена контракта составляет 10 723 759,97 руб. (п. 4.1 контракта в редакции дополнительного соглашения № 4 от 16.09.2016 г. к контракту).

По расчету истца:

- неустойка за нарушение срока выполнения работ по обследованию, обмерным работам, инженерным изысканиям составляет 433 508 руб.;

- неустойка за нарушение срока подписания Итогового акта составляет 1 574 784,15 руб.

Общий размер неустойки составляет 2 008 292,15 руб.

Ответчик указал, что причинами нарушения срока выполнения работ по контракту явились задержка в допуске сотрудников на объект, длительное согласование программы выполнения инженерных изысканий, отсутствие согласованной программы выполнения работ по комплексному обследованию объекта и непредставление в срок исходных данных.

Суд первой инстанции не согласился с доводами ответчика на основании следующего.

Указывая на задержку в допуске сотрудников на объект для проведения работ, ответчик ссылается на своё письмо от 18.12.2013 г. исх. № 26/1554дсп, которым направлен список сотрудников для допуска.

При этом, согласно акту о приемке выполненных работ КС-2 и справке о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 18.12.2014 г. к выполнению инженерных изысканий генпроектировщик фактически приступил 06.11.2013 г.

Кроме того, п. 4 Положения о выполнении инженерных изысканий для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 19.01.2010 г. № 20 определено, что основанием для выполнения инженерных изысканий является заключаемый в соответствии с гражданским законодательством РФ договор между заказчиком (застройщиком) и исполнителем, к которому прилагаются техническое задание и программа исполнения инженерных изысканий.

Обращений об ограничении доступа к земельному участку в адрес заказчика от ответчика не поступало и в материалы дела не представлено.

Таким образом, у ответчика имелся доступ к земельному участку для выполнения работ по контракту, начиная с ноября 2013 г.

Относительно доводов ответчика о длительном согласовании программы выполнения инженерных изысканий, представленной генпроектировщиком письмом от 14.04.2014 г. исх. № 26/450, суд указал, что в результате рассмотрения данной программы генпроектировщику были выданы замечания.

Откорректированная с учетом указанных замечаний программа представлена генпроектировщиком в адрес заказчика в сентябре 2014 г. в рабочем порядке. Согласованная программа выполнения инженерных изысканий направлена генпроектировщику письмом от 05.09.2014 г. исх. № ФКП/12/12877дсп.

В то же время, как было указано выше, к выполнению инженерных изысканий ответчик фактически приступил 06.11.2013 г., в отсутствие согласованной программы выполнения инженерных изысканий.

Ответчик указывает, что согласованная заказчиком программа выполнения работ по комплексному обследованию объекта, направленная заказчику на согласование письмом от 28.03.2014 г. исх. № 26/359, в его адрес не поступала.

Однако данная программа заказчиком была рассмотрена, откорректирована и направлена в адрес ответчика письмом от 18.12.2014 г. исх. № 3474.

Согласованная со стороны ответчика программа выполнения работ по комплексному обследованию объекта до настоящего времени в адрес заказчика не поступила, что свидетельствует о невыполнении ответчиком своих обязательств, предусмотренных разделом 16 контракта.

При этом, технические заключения по результатам обследования строительных конструкций, а также по обследованию линии защиты и защитно-герметических устройств сооружений объекта представлены ответчиком по накладным от 19.11.2014 г. № 158, от 24.11.2014 г. № 162, что указывает на то, что отсутствие согласованной программы выполнения работ по комплексному обследованию объекта, в действительности, для ответчика препятствием не являлось.

Доводы ответчика о неполучении от заказчика исходных данных, запрошенных письмом от 18.12.2013 г. исх. № 26/1543, также признаны судом первой инстанции несостоятельными.

Согласно п. 8.2.2 контракта, генпроектировщик осуществляет сбор необходимых исходных данных для выполнения работ, которые не вошли в состав данных, представленных заказчиком.

Подготовка к проведению обследования, включающая получение материалов, указанных в п. 5.1.9 ГОСТ 31937-2011 «Межгосударственный стандарт. Здания и сооружения. Правила обследования и мониторинга технического состояния» (введен в действие Приказом Росстандарта от 27.12.2012 г. № 1984-ст), согласно пунктам 4.1 и 5.1.7 данного ГОСТ, является этапом обследования технического состояния здания (сооружений) и осуществляется генпроектировщиком.

При этом, запрошенные технические условия на присоединение объекта к инженерным сетям, а также градостроительный план земельного участка для выполнения работ по инженерным изысканиям и комплексному обследованию объекта не требуются.

Следовательно, отсутствие у генпроектировщика указанных документов на сроки выполнения работ по инженерным изысканиям и комплексному обследованию влияние не оказывало.

Учитывая изложенное, нарушение сроков выполнения работ по контракту не связано с обстоятельствами, на которые ссылается ответчик.

Кроме того, в нарушение ст. 716, 719 ГК РФ, генпроектировщик не предупредил заказчика об обстоятельствах, создающих невозможность своевременного завершения работ по контракта и не приостановил выполнение работ.

Статьей 329 ГК РФ предусмотрены способы обеспечения исполнения обязательств, в том числе такой способ, как неустойка.

В рассматриваемом случае, истцом исчислена неустойка в размере 2 008 292,15 руб.

С учетом изложенного, по мнению суда первой инстанции, ответчиком не представлено в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в нарушении срока выполнения работ, в связи с чем начисление неустойки соответствует условиям договора и положениям ст. 330 ГК РФ.

На основании изложенного, суд первой инстанции признал исковые требования обоснованным и подлежащими удовлетворению. 

Суд апелляционной инстанции признает выводы суда первой инстанции не верными, в связи с чем решение от 18.12.2017 подлежит отмене.

В отзыве на исковое заявление Ответчик указал, что несоблюдение сроков выполнения работ произошло вследствие нарушения со стороны ФКП «УЗКС МО РФ» (Заказчик, Третье лицо) своего обязательства об обеспечении допуска специалистов Генпроектировщика на объект (п. 7.1.5. Контракта), в связи с чем полевые работы на объекте начались лишь в мае 2014 года.

Суд первой инстанции не согласился с доводами Ответчика в этой части, посчитав, что представленные Третьим лицом в материалы дела копии Акта выполненных работ (форма КС-2) и Справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 18.12.2014 доказывают, что Генпроектировщик приступил к выполнению работ 06.11.2013 г.

Между тем, в соответствии с указаниями по применению и заполнению унифицированных форм первичной учетной документации по учету работ в капитальном строительстве и ремонтно-строительных работ форма № КС-2 «Акт о приемке выполненных работ», утвержденная постановлением Госкомстата России от 11.11.99 N 100, применяется для приемки заказчиком выполненных подрядных строительно-монтажных работ производственного, жилищного, гражданского и других назначений. Для расчетов с заказчиком за выполненные работы применяется унифицированная форма № КС-3 «Справка о стоимости выполненных работ и затрат», утвержденная вышеуказанным постановлением.

Предметом Контракта является выполнение обмерных и обследовательских работ, а также работ по проведению инженерных изысканий, которые к строительно-монтажным работам не относятся.

Согласно информации Минфина России № ПЗ-10/2012 «О вступлении в силу с 1 января 2013 г. Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» с 1 января 2013 г. формы первичных учетных документов, содержащиеся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, не являются обязательными к применению.

Таким образом, оформление Акта выполненных работ по форме № КС-2, а также Справки по форме КС-3 является неправомерным. Контрактом оформление таких документов не предусмотрено.

Тем более, что в материалы дела представлены Акты о приемке выполненных работ № 108-14 от 18.12.2014, № 3-15 от 21.01.2015, № 10-15 от 03.03.2015 и № 120-15 от 15.12.2015, оформленные в соответствии с условием Контракта и подтверждающие выполнение и приемку работ по Контракту, а также суммы выполненных работ.

Следует отметить, что сами по себе Акт выполненных работ по форме № КС-2 и Справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 не могут являться документами, доказывающими факт нахождения на объекте сотрудников Генпроектировщика с 06.11.2013 г., поскольку указанные документы не фиксируют фактическое выполнение работ на объекте, а содержат сведения об отчетном периоде, который не соответствует периоду фактического выполнения работ.

В силу п. 3.1 Контракта дата начала работ - следующий день после подписания Контракта. Контракт подписан сторонами 05.11.2013 г., в связи с чем Заказчик требует указывать в качестве начала отчетного периода для оформления актов по форме КС-2 - 06.11.2013 г., что никак не связано с фактическим нахождением работников Генпроектировщика на объекте.

Иных доказательств, подтверждающих, что работы по обследованию обмерам и инженерным изысканиям на объекте были начаты Генпроектировщиком 06.11.2013, ни Истцом, ни Третьим лицом суду не представлено.

Как указал ответчик, работы по обмерам, обследованию и инженерным изысканиям предполагают первоначально выполнение полевых работ непосредственно на объекте, а затем камеральную обработку результатов, полученных при проведении полевых работ.

Суд первой инстанции при принятии оспариваемого решения не принял во внимание доводы Ответчика о том, что согласно пункту 14 раздела 16 Контракта объект, на котором проводились работы по обследованию, обмерам и инженерным изысканиям, является особо режимным, и допуск на него осуществляется в соответствии с требованиями законодательства в области защиты государственной тайны.

Учитывая, что согласованные представителем ФСБ России списки сотрудников Генпроектировщика были направлены для осуществления допуска 18.12.2013 года, вывод суда о том, что Генпроектировщик фактически приступил к выполнению работ 06.11.2013, не подтверждается материалами дела.

Разрешение на фактический допуск сотрудников Генпроектировщика на объект было получено в мае 2014 года после обращения в адрес командира войсковой части 33877-2 (исх. № 26/595 от 12.05.2014), в ведении которого фактически и находится объект.

Вынося оспариваемое решение, суд не учел различие понятий «допуск на объект» и «доступ к земельному участку», указав, что «у Ответчика имелся доступ к земельному участку для выполнения работ по Контракту, начиная с ноября 2013 г.».

Вместе с тем, сам по себе земельный участок, на котором располагается объект с шифром 57, не является предметом обследования, обмера и инженерных изысканий.

Работы по обследованию и обмерам проводились в помещениях специального фортификационного сооружения (СФС), а инженерные изыскания на площадке расположения и зоне посадки СФС (п. 7, п. 12 раздела 16 Контракта).

Понятие «допуск на объект» означает получение разрешения командования воинской части на проход в СФС для проведения работ, а также проход на техническую территорию (площадку расположения объекта), имеющую соответствующую пропускную систему и охрану.

Таким образом, принципиальное значение для начала проведения работ имеет именно получение допуска на объект, а не доступ к земельному участку, на котором помимо СФС и технической территории имеется также парковая, хозяйственная, административная и жилая зоны, организация пропускного режима на которые существенно отличается от режима пропуска на техническую территорию и в СФС.

Ответчиком в материалы дела представлены копии обращений Генпроектировщика об обеспечении допуска сотрудников для проведения работ на объекте (исх. № 26/1554дсп от 18.12.2013 и исх. № 26/595 от 12.05.2014), которые свидетельствуют о нарушении Заказчиком своих обязательств, предусмотренных п. 7.1.5 Контракта.

Просрочка исполнения обязательств со стороны Заказчика по обеспечению допуска сотрудников Генпроектировщика на объект составила более 5-ти месяцев, в то время как просрочка исполнения обязательств Генпроектировщика по срокам выполнения работ составляет менее 5-ти месяцев.

При таких обстоятельствах нарушение сроков выполнения работ по Контракту произошло не по вине Генпроектировщика, следовательно, в соответствии со ст. 401 ГК РФ он не может нести ответственность за такие нарушения.

В мотивировочной части оспариваемого решения суд первой инстанции указал, что по Программе выполнения инженерных изысканий, направленной Генпроектировщиком на согласование Заказчику 14.04.2014 г. (исх. № 26/450), Заказчиком были выданы замечания, после устранения которых Программа была им согласована и направлена Генпроектировщику письмом от 05.09.2014 № ФКП/12/12877 дсп.

Однако ни самих замечаний, ни каких-либо иных доказательств направления таких замечаний Генпроектировщику в материалы дела не представлено. В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем, письменными доказательствами, представленными в материалы дела Ответчиком, подтверждено, что согласованная Заказчиком Программа выполнения инженерных изысканий поступила Генпроектировщику спустя 5,5 месяцев с момента ее направления на согласование. При этом объективных оснований нарушения разумных сроков согласования Программы ни Истцом, ни Третьим лицом в материалы дела не представлено.

Таким образом, просрочка исполнения обязательств Генпроектировщика по срокам выполнения работ по инженерным изысканиям составляет менее 5-ти месяцев, что не превышает сроков просрочки исполнения Заказчиком своих обязательств, связанных с рассмотрением и согласованием Программы выполнения инженерных изысканий.

Разработка и согласование с Заказчиком программы выполнения инженерных изысканий предусмотрена п. 21 раздела 16 Контракта, а также п. 4.16 СП 47.13330.2012. «Свод правил. Инженерные изыскания для строительства. Основные положения. Актуализированная редакция СНиП 11-02-96» (утв. и введен в действие приказом Минстроя России от 10.12.2012 N 833/ГС, действовавшем в период выполнения работ по Контракту.

Вывод суда о том, что отсутствие согласованной Программы не являлось для Генпроектировщика препятствием к выполнению работ, основан только на основании заявления Истца и не подтвержден никакими доказательствами.

Вместе с тем, согласно СП 47.13330.2012 Программа, согласованная техническим заказчиком является основным и обязательным организационно-руководящим, техническим и методическим документом при выполнении инженерных изысканий.

В программе определяются и обосновываются состав и объемы работ, методы их выполнения с учетом сложности природных условий, степени их изученности, вида градостроительной деятельности, этапа выполнения инженерных изысканий, вида и назначения сооружения.

Обязательность разработки, согласования и утверждения Программы выполнения инженерных изысканий предусмотрена и упомянутым в решении суда Положением о выполнении инженерных изысканий для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного постановлением Правительства РФ от 19.01.2006 г. (в тексте решения ошибочно указано «19.01.2010 г.») № 20.

Исходя из анализа приведенных нормативно-правовых документов, следует, что Программа выполнения инженерных изысканий является одним из основных документов при выполнении изыскательских работ и ее отсутствие ставит под вопрос законность и обоснованность проведения таких работ.

При таких обстоятельствах нарушение сроков выполнения работ по инженерным изысканиям произошло не по вине Генпроектировщика, следовательно, в соответствии со ст. 401 ГК РФ он не может нести ответственность за такие нарушения.

В оспариваемом решении суд первой инстанции признал несостоятельными доводы Ответчика о неполучении от Заказчика исходных данных по запросу от 18.12.2013 исх. № 26/1543, сославшись на п. 8.2.2. Контракта, согласно которому Генпроектировщик осуществляет сбор необходимых исходных данных для выполнения работ, которые не вошли в состав данных, предоставленных Заказчиком.

Однако сложившаяся судебная практика свидетельствует об обратном. Так, Арбитражный суд Московского округа, рассматривая кассационную жалобу АО «31 ГПИСС» по делу № А40-42262/2015 в своем постановлении от 28.07.2016 поддержал позицию заявителя и указал, что в соответствующем пункте Контракта речь идет о недостающей документации с учетом добросовестного выполнения Заказчиком своих обязательств по предоставлению исходных данных в соответствии с требованиями законодательства и нормативно-правовых актов Российской Федерации. При этом переложение выполнения контрактных обязательств в этой части с Заказчика на Генпроектировщика суд кассационной инстанции посчитал недопустимым.

Обязанность Заказчика передать Генпроектировщику необходимые исходные данные предусмотрена:

-п. 7.1.8. Контракта;

-п. 1 ст. 759 ГК РФ;

-ГОСТ 31937-2011 (введен в действие приказом Госстандарта от 27.12.2012 № 1984-ст);

-Регламентом подготовки и реализации организациями Министерства обороны Российской Федерации инвестиционных проектов по созданию (модернизации) объектов специального назначения.

Таким образом, к моменту заключения Контракта Заказчик должен был предоставить Генпроектировщику необходимые исходные данные, однако, свою обязанность не исполнил, в связи с чем Генпроектировщик не мог исполнить свои обязательства по разработке документации в установленный Контрактом срок.

В случае если Заказчик на момент получения запроса полагал, что запрошенные исходные данные должны были быть собраны Генпроектировщиком самостоятельно, то соответствующая позиция Заказчика в любом случае должна была быть доведена до Генпроектировщика, чего сделано не было - запрос был оставлен без ответа Заказчиком. Кроме того, условиями Контракта не может быть изменена императивная норма п. 1 ст. 759 ГК РФ, возлагающая обязанность по предоставлению исходных данных на Заказчика.

Суд первой инстанции, пришел к неверному выводу о том, что отсутствие у Генпроектировщика запрашиваемых в качестве исходных данных документов на сроки выполнения работ по инженерным изысканиям и комплексному обследованию влияние не оказывало.

В силу п. 2 ст. 330 ГК РФ «Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства». Таким образом, невыполнение Заказчиком взятых на себя обязательств в оказании содействия Генпроектировщику в ходе выполнения им работ и своевременном представлении Генпроектировщику исходных данных и документов, необходимых для выполнения им изыскательских и проектных работ, не только нарушает условия Контракта, но и противоречит положениям статей 718, 759, 762 ГК РФ, кредитор при таких условиях в силу ст. 406 ГК РФ считается просрочившим, а должник на основании ст. 405 ГК РФ таковым не считается.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328, 406 ГК РФ).

При этом срок выполнения Ответчиком работ по Контракту после получения всех необходимых исходных данных не превышает срок, установленный Контрактом для выполнения этих работ.

Суд первой инстанции при определении размера неустойки согласился с расчетом, представленным Истцом, и взыскал с Ответчика неустойку в размере 2 008 292,15 руб., из которых:

-неустойка за нарушение срока выполнения работ по обследованию, обмерным работам, инженерным изысканиям составляет 433 508 руб.;

-неустойка за нарушение срока подписания Итогового акта - 1 574 784,15 руб.

Судом первой инстанции установлено, что работы по обследованию, обмерам и инженерным изысканиям выполнены Генпроектировщиком и сданы Заказчику 24 ноября 2014 г.

Кроме того суд первой инстанции в оспариваемом решении указал, что «все обязательства по контракту выполнены 31 декабря 2015 г. в соответствии с Итоговым актом приемки выполненных работ от 31.12.2015 г.».

Вместе с тем в соответствии с условиями Контракта никаких иных обязательств, кроме собственно выполнения работ по обследованию, обмерам и инженерным изысканиям у Генпроектировщика по отношению к Заказчику и Государственному заказчику не имеется. В оспариваемом решении также не приводится перечень обязательств Генпроектировщика, которые исполнялись бы им в период с 24 ноября 2014 по 31 декабря 2015 года, т.е. в течение 1 года и 1 месяца с момента окончания работ и представления их результатов Государственному заказчику.

В материалах дела отсутствуют доказательства направления Заказчиком претензий Генпроектировщику о некачественном выполнении работ, а также иные доказательства, свидетельствующие о невыполнении контрактных обязательств Генпроектировщика в период с 24 ноября 2014 по 31 декабря 2015 года.

Судебная коллегия приходит к выводу, что несвоевременное подписание итогового акта не может быть поставлено в вину Генпроектировщику, поскольку согласно п. 10.4. Контракта неустойка подлежит начислению только за невыполнение обязательств по срокам выполнения работ (работы по инженерным изысканиям, обследованиям и обмерам), а не до даты подписания акта Заказчиком (Государственным заказчиком).

Необходимо также отметить, что термин «Работы» указан в п. 10.4 Контракта с заглавной буквы, а его определение содержится в п. 2.1 Контракта - это выполнение обмерных работ, инженерные изыскания и обследование строительных конструкций. Подписание Итогового акта к работам не относится, следовательно, неустойка за сроки его подписания Контрактом не предусмотрена.

Вопрос своевременного подписания Государственным заказчиком Итогового акта приемки выполненных работ находится вне компетенции Генпроектировщика, и он не может нести ответственности за описанные обстоятельства.

В обоснование своей позиции по данному вопросу Ответчик исходит еще из того, что акты выполненных работ, в том числе и Итоговый акт, хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, в то же время не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Законом не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ (ст. 68 АПК РФ).

Принимая во внимание п. 1.7. Контракта, следует сделать вывод о том, что подписание Государственным заказчиком Итогового акта является лишь основанием для окончательного расчета с Генпроектировщиком.

Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.07.2017 по делу № А40-110297/2019, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 10.08.2017 по делу № А40-46471/2014.

Взыскивая неустойку за несвоевременное подписание Итогового акта суд первой инстанции не учел, что Контрактом (п. 10.4) предусмотрено начисление неустойки до даты фактической передачи результатов работ, а не до даты подписания акта. Судом не дана оценка обязанности Заказчика в 5-дневный срок принять работы (п. 9.4), а также не учтено положение п. 8.2.8 Контракта о том, что при отсутствии в течение 10 рабочих дней замечаний по переданной документации она считается принятой и подлежит оплате. Замечаний к разработанной документации не было. При таких обстоятельствах дата подписания Итогового акта не имеет правового значения для определения периода начисления неустойки.

Обосновывая принятое решение, суд первой инстанции также указал, что в нарушение ст. 716, 719 ГК РФ, Генпроектировщик не предупредил Заказчика об обстоятельствах, создающих невозможность своевременного завершения работ по Контракту, и не приостановил выполнение работ.

Между тем продолжение работ Генпроектировщиком при наличии оснований для их приостановления в силу ст. 719 ГК РФ само по себе не исключает возможности применения судом положений ст. 404 ГК РФ для определения размера ответственности при наличии вины кредитора.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе:

2) отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт;

На основании изложенного, решение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2017 подлежит отмене, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы за подачу иска и за подачу апелляционной жалобы распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2017  по делу № А40-118288/17 отменить. В удовлетворении исковых требований отказать. 

Взыскать с МИНОБОРОНЫ РОССИИ (ИНН 

<

***>) в пользу АО "31 ГПИСС" (ИНН 

<

***>) 3 000 руб. судебных расходов. 

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судья А.А. Комаров

СудьиВ.И. Тетюк

Е.В. Бодрова