﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-25629/2019

20 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена  19 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 октября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Е.В. Будариной, Е.А. Герасимовой

при ведении протокола судебного заседания секретарем Р.А. Федорук

при участии: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32062/2021) А.А. Балабанова на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 г. по делу № А56-25629/2019/суб.1, принятое

по заявлению конкурсного управляющего Шаранова Александра Николаевича 

 

о привлечении к субсидиарной ответственности 

 

ответчики: Балабанов Артем Александрович и Шлыкова Ольга Николаевна 

 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Металл-Ресурс» (место нахождения (адрес): 191144, Санкт-Петербург, ул. 9-я Советская, д. 32/26, л. А, пом. 4-Н; ОГРН 1137847395179, ИНН 7842506009)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 01.07.2019 г. (резолютивная часть объявлена 26.06.2019 г.), вынесенным по заявлению кредитора - ООО Производственно-коммерческая фирма «Эпсилон» (принято к производству суда определением от 16.04.2019 г.), в отношении общества с ограниченной ответственностью «Металл-Ресурс» (далее – должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Шаранов Александр Николаевич, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 13.07.2019 г. № 122, а решением арбитражного суда от 22.11.2019 г. (резолютивная часть объявлена 13.11.2019 г.) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника также утвержден А.Н.Шаранов, сведения чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 216 от 23.11.2019 г. 

В ходе последней процедуры, а именно – 15.06.2020 г. – управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника Балабанова Артема Александровича и Шлыковой Ольги Николаевны (с приостановлением производства в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с конкурсными кредиторами), и определением суда от 19.11.2020 г., остановленным в обжалуемой (удовлетворенной) части без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2021 г., данное заявление удовлетворено частично: к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суд привлек О.Н. Шлыкову; производство по обособленному спору приостановлено до момента окончания расчетов с конкурсными кредиторами; в удовлетворении остальной части заявленных требований (т.е. предъявленных к А.А. Балабанову) судом отказано. 

Однако, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.06.2021 г. указанные определение и постановление апелляционного суда были отменены в части отказа в удовлетворении заявления управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника А.А.Балабанова, дело в отмененной части направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, который определением от 30.08.2021 г. также привлек А.А.Балабанова (далее также – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника также с приостановлением производства по настоящему обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности данного ответчика до момента окончания расчетов с конкурсными кредиторами и с оставлением без удовлетворения заявление ответчика об отмене обеспечительных мер, принятых определением арбитражного суда от 24.06.2021 г.

Определение от 30.08.2021 г. обжаловано ответчиком в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит определение отменить, в удовлетворении предъявленных к нему требований отказать (с отменой также обеспечительных мер, принятых определением суда от 24.06.2021 г.), мотивируя жалобу неполным выяснением судом первой инстанции имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствием изложенных в определении выводов обстоятельствам дела и недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, и полагая, в частности, не нарушающими какие-либо императивные нормы его действия по назначению 28.06.2019 г. директором Общества О.Н.Шлыковой с последующей продажей ей же 100 % доли в уставном капитале должника, а также передачей (направлении) ей 28.06.2019 и 05.10.2019 г. документации Общества, ввиду чего именно на О.Н. Шлыковой лежала обязанность по передаче той документации временному управляющему, а передача же части этой документации управляющему непосредственно самим А.А. Балабановым было обусловлено возвратом ему соответствующего почтового отправления (с этой документации), направленного О.Н. Шлыковой 05.10.2019 г.

Кроме того, ответчик оспаривает выводы суда (управляющего) о недоказанности экономической целесообразности продажи им доли Обществе уже после введения в отношении него процедуры банкротства и наличии неустранимых недостатков в переданной управляющему документации, с учетом того, что подавляющая часть имеющейся у Общества дебиторской задолженности состояла из долга АО «Уралтрубмаш», уже подтвержденного судебным актом и превышающего размер кредиторской задолженности самого Общества, при том, что отраженные в его балансе активы состояли только из дебиторской задолженности, а при недостаточности у управляющего подтверждающих эту задолженность документов, он мог получить (запросить) их в ином порядке (путем истребования у дебиторов, банков, уполномоченного органа и т.д.).

В этой связи апеллянт ссылается на неликвидность иной (помимо АО «Уралтрубмаш») дебиторской задолженности (в т.ч. в силу истечения срока исковой давности по ней) и недоказанность управляющим связи отсутствия соответствующей документации с невозможностью формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов должника, как с учетом изложенного выше – наличия у Общества ликвидной дебиторской задолженности (АО «Уралтрубмаш», значительно превышающей его кредиторскую задолженность, и, соответственно, отсутствия у должника как признаков неплатежеспособности, так и недостаточности имущества - ответчик полагал отсутствующей у него обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), как, вне зависимости от этого, считает он недоказанным и размер его ответственности по указанному основанию, подлежащий определению в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

В заседание апелляционного суда стороны не явились; однако, о месте и времени судебного разбирательства считаются извещенными в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ - с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (апелляционная жалоба) рассмотрено без их участия при отсутствии также с их стороны каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание, и - в то же время – поступлении от управляющего отзыва на жалобу с возражениями против ее удовлетворения.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), а статья 61.11 Закона о банкротстве предусматривает возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего должника лица, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия такого лица.

При этом, в силу пункта 2 данной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

В данном случае судом установлено, что А.А. Балабанов являлся генеральным директором Общества до 28.06.2019 г., и таким образом, в силу пунктов 1, 2 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, он являлся контролирующим должника лицом, так как основной период хозяйственной жизни должника совпадает с временным промежутком исполнения ответчиком обязанностей его руководителя; кроме того, с учетом статуса ответчика он несет ответственность за обеспечение ведения должником в соответствии с положениями федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерского учета и формирования бухгалтерской отчетности, в т.ч. сохранность соответствующих документов бухгалтерского учета.

В этой связи суд также отметил, что согласно решению № 6 единственного участника Общества и приказа № 6 от 28.06.2019 г. Балабанов А.А. снял с себя полномочия генерального директора и главного бухгалтера и назначил на эти должности О.Н. Шлыкову; в последующем - 01.07.2019 г. -  ответчик продал О.Н.Шлыковой долю в размере 100 % участия в Обществе, о чем свидетельствует нотариально удостоверенный договор купли-продажи доли; вместе с тем, передавая 28.06.2019 г. О.Н. Шлыковой полномочия генерального директора и главного бухгалтера, а также продавая через два дня долю должника ей же, А.А.Балабанов документацию новому генеральному директору в разумные сроки не передал, а указанная обязанность была им исполнена спустя три месяца (05.10.2019 г.) - путем направления документов посылкой по почте, что подтверждается как почтовым идентификатором № 14308740001848, так и описью вложения, при том, что смена генерального директора и главного бухгалтера, а также участника должника с А.А. Балабанова на О.Н. Шлыкову произошла в короткие сроки и после введения в отношении Должника процедуры наблюдения (определение от 26.06.2019 г.). 

Ввиду этого, экономические мотивы совершения сделки по купле-продаже доли после введения в отношении должника процедуры банкротства, по мнению суда, ответчиком не раскрыты, а сами эти обстоятальства суд оценил критически, поскольку формальная передача управления Обществом в период, соответствующий нахождению общества-должника в очевидном предбанкротном состоянии, свидетельствует об уклонении от ответственности, которая может наступить по результатам выявления конкурсным управляющим оснований для оспаривания сделок и рассмотрении вопроса о снятии корпоративной вуали с конечного бенефициара с возложением бремени ликвидации последствий неплатежеспособности общества; кроме того,  из материалов спора следует, что при рассмотрении заявления об истребовании документации от А.А. Балабанова в адрес конкурсного управляющего поступила документация должника; проанализировав поступившую документацию, управляющим было установлено, что А.А. Балабановым не была представлена первичная документация, подтверждающая дебиторскую задолженность Общества; в частности, как указал конкурсный управляющий, по контрагенту АО «Уралтрубмаш» (задолженность в сумме 76 567 317 руб.) первичная документация, подтверждающая наличие задолженности, была представлена; вместе с тем, по контрагенту ООО «Инмет» (долг - 3 209 920 руб.) первичная документация не представлена; по контрагенту ООО «ДСИ» (2 008 298 руб.) представлен договор № 17 от 20.03.2014 г. с приложением спецификации, без предоставления документов, подтверждающих наличие долга (товарно-транспортных накладных или иных документах по поставке); по ООО «РМК» (1 330 614 руб.) представлен только договор № ПР 20/14/1 от 20.04.2014 г. без каких-либо приложений, подтверждающих наличие задолженности, а по контрагенту ООО «Ямалвтормет» (34 503 руб.) первичная документация не представлена.

Таким образом, как признал суд, документация по числящейся дебиторской задолженности представлена А.А. Балабановым с недостатками, которые не являются устранимыми и не позволяют провести мероприятия по ее взысканию; кроме того, им представлен бухгалтерский баланс на 31.12.2018 г., согласно которому, в составе активов должника числятся финансовые и другие оборотные активы на сумму 41 540 000 руб.; однако, какой-либо первичной документации, подтверждающей наличие данного имущества, А.А. Балабановым так и не было представлено, и данное обстоятельство не позволяет конкурсному управляющему установить наличие имущества должника, идентифицировать его и принять соответствующие меры к его оценке и последующей реализации, при том, что факт передачи А.А. Балабановым, как он ссылается, всей первичной документации О.Н. Шлыковой опровергается самим ответчиком, который после вынесенных судебных актов о понуждении бывшего руководителя передать доказательства о финансово-хозяйственной жизни должника, направляет в адрес конкурсного управляющего документацию характерного содержания, и такое поведение А.А. Балабанова арбитражным судом не признано соответствующим требованиям разумности и добросовестности, как не смог ответчик документально подтвердить и тот факт, что он передал О.Н. Шлыковой или конкурсному управляющему доказательства по финансовым и другим оборотным активам на общую сумму 41 540 000 руб. (данные по бухгалтерскому балансу за 2018 г., который составлен А.А. Балабановым); таким образом, суд посчитал, что А.А.Балабанов преднамеренно затягивает процесс передачи документации должника в порядке управленческой преемственности, и уклоняется на данный момент от передачи документации по активам на общую сумму 41 540 000 руб.

В этой связи судом отклонены ссылки ответчика на то, что имеется вступивший в законную силу судебный акт по настоящему делу, подтверждающий передачу конкурсному управляющему всей необходимой документации (определение суда от 19.11.2020 г. и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2021 г., которыми в удовлетворении заявления управляющего об истребовании дополнительных документов у А.А. Балабанова отказано со ссылкой на установление всех фактических обстоятельств передачи необходимой документации), поскольку в постановлении кассационной инстанции 01.06.2021 г. по указанному спору отмечено, что управляющий не лишен возможности повторно обратиться в суд с заявлением, указав конкретный перечень истребуемых документов и обстоятельства получения информации о наличии в распоряжении ответчика такой документации, как отклонен и довод ответчика о том, что бухгалтерский баланс должника состоит в основном из дебиторской задолженности АО «Уралтрубмаш», подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, поскольку ее размер значительно превышает балансовую стоимость активов, что не позволяет с разумной степенью достоверности определить ее процентное соотношение применительно к общей массе активов должника на соответствующий отчетный период, а кроме того, у должника имелся ряд иных дебиторов, документы в отношении которых А.А.Балабановым не раскрыты, и задолженность которых перед Обществом является значительной в сравнении с общей суммой кредиторской задолженности общества. 

 При таких обстоятельствам, и поскольку до настоящего времени ответчиком не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему первичных документов в отношении дебиторов должника, то суд признал его подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для пересмотра изложенных выводов, отклоняя доводы апелляционной жалобы в этой части, исходя из недоказанности ответчиком факта надлежащей передачи управляющему, а равно как и О.Н. Шлыковой (как последующему руководителю и участнику Общества), документации последнего в полном объеме, а именно – в том составе, который позволял бы однозначно идентифицировать все активы должника, включая их размер и контрагентов должника, проинвентиризировать и оценить их, включить в конкурсную массу, реализовать (или принять меры к осуществлению вытекающих из них прав, в частности – взыскать дебиторскую задолженность) и т.д.

В этой связи суд отмечает, что возможность у управляющего получить соответствующие документы у других лиц (самих контрагентов, банков, уполномоченного органа и т.д.), на что ссылается податель жалобы, сама по себе не исключает необходимость исполнения обязанности по передаче документов управляющего самим ответчиком и – как следствие – наступление ответственности за неисполнение этой обязанности, как не доказано им и сама возможность самостоятельного получения управляющим необходимой документации вне рамок указанной обязанности, а также неликвидность (например, в силу истечения срок исковой давности) той или иной дебиторской задолженности (в силу, в частности, того, что исковая давность применяется только по заявлению ответчика, о чем он может и не заявить), а равно как и не обоснована недоказанность связи между отсутствием (непередачей) этой документации и невозможностью формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов – с учетом, при этом, того, что общий размер приведенной дебиторской задолженности (даже за минусом долга АО «Уралтрубмаш») составляет более 6,5 млн.руб., а размер включенных в реестр требований кредиторов согласно представленной управляющим (в соответствии с последним уточнением управляющим своих требований в суде первой инстанции - л.д. 53-54 т. 2 (том 13 основного дела)) информации составляет чуть более 4 млн. руб. (вместе с текущими обязательствами – чуть более 5 млн.руб.), т.е. в сумме, которая могла бы быть полностью погашена за счет указанной дебиторской задолженности в случае наличия подтверждающих ее документов и – соответственно – ее взыскания или продажи, а ссылаясь на передачу документации вновь назначенному директору и последующему участнику – О.Н.Шлыковой, ответчик надлежаще перечень якобы переданных ей 28.06.2019 г. и направленных по почте 05.10.2019 г. документов (включая документацию по активам (и в частности – дебиторской задолженности) Общества) не раскрыл, как не обосновал он и невозможность передачи О.Н. Шлыковой всей документации непосредственно при смене директора и участника.

Также суд обращает внимание на несоответствие суммы отраженных в бухгалтерской отчетности должника активов (41 540 000 руб.) и общего размер выявленной управляющим (числящейся за должником) дебиторской задолженности (в размере более 83 млн.руб.), что (данное несоответствие) ответчиком надлежаще не раскрыто и что, как правильно указал суд первой инстанции, влечет обоснованные сомнения в достоверности данных указанного баланса и/или сведений о составе и размере дебиторской задолженности Общества, а равно как нельзя не учитывать, что сделки, на которых основано требование Общества к АО «Уралтрубмаш», были признаны недействительными в соответствии с вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) последнего определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2021 г. № А40-57699/17-71-72Б (л.д. 143-146 т. 1 (том 7 основного дела)), доказательств обжалования/отмены которого сторонами не представлены – как ничтожные (фиктивные/мнимые) и оформленные без их реального хозяйственного наполнения (не только без фактического выполнения Обществом работ в интересах АО «Уралтрубмаш», но и без реальной возможности их выполнения), что – формальное оформление таких сделок – явно было невозможно было без участия А.А. Балабанова.

Применительно к этому нельзя не принимать во внимание в целом поведение ответчика по настоящему спору – непоследовательное, (противоречивое) и немотивированное (не обусловленное реальными экономическими целями с учетом должной степени разумности и осмотрительности), что с достаточной вероятностью влечет вывод о его (ответчика) недобросовестности и направленности его воли на последующее уклонение от ответственности за неправомерные действия должника в лице ответчика, как его руководителя, поскольку смена руководителя должника и отчуждение ответчиком своей доли в его уставном капитале, как и якобы имевшая место передача документации новому директору и участнику произошли фактически сразу же вынесения судом определения (оглашения его резолютивной части) о введении в отношении должника процедуры наблюдения, с учетом чего и даже если признать, что такие действия ответчика не носили характер злоупотребления правом, он не только не мог, но и должен был понимать их неблагоприятные для себя последствия – в виде критического отношения к этим действиям и их мотивам, возможного привлечения – вне зависимости от формальной смены статуса руководителя и участника – к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и т.д.

Кроме того, в качестве основания для привлечения А.А. Балабанова к ответственности по обязательствам Общества управляющий сослался на неисполнение данным ответчиком обязанности в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) – при возникновении у последнего признаков банкротства, а именно - неплатежеспособности/недостаточности имущества, что влечет ответственность, установленную пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, оценивая что (позицию управляющего в этой части), суд исходил из правовых позиций, отраженных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 за 2016 г., утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 г., в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в пунктах 2, 4, 9 и 12 постановления Верховного суда РФ № 53 от 21.12.2017 г. «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.12.2015 г. № 307-ЭС15-5270 по делу № А21-337/2013, и установил, что как указал суд кассационной инстанции, из судебного акта по делу № А60-59671/2015 следует, что Общество перестало исполнять обязательства перед кредитором с 05.09.2014 г., а соответственно -  ответчик должен был подать заявление о признании его не позднее 05.10.2014 г., однако, данная обязанность им исполнена не была; вместе с тем, как следует из материалов дела, задолженность по налогу на прибыль организаций, кроме конс.групп, зачисляемый в федеральный бюджет, возникла в связи с неоплатой задолженности, начисленной по результатам подачи в налоговый орган расчетов налога от фактической прибыли за 6 месяцев 2016 г. и 2016 г.; задолженность по налогу на прибыль организаций в бюджеты субъектов РФ за искл.конс.групп возникла в связи с не полной оплатой задолженности, начисленной по результатам подачи в налоговый орган расчетов налога от фактической прибыли за 6 месяцев 2016 г., 2016 и 2015 г.г., а задолженность по налогу на добавленную стоимость на товары (работы, услуги), реализуемые на территории РФ, возникла у должника в связи с подачей в налоговый орган декларации по НДС за 4 квартал 2015 г., 2 квартал 2016 г. и 4 квартал 2016 г. 

При этом, указанные требования налогового органа признаны судом обоснованными включены в реестр требований кредиторов должника в общем размере 273 625 руб. 07 коп., о чем вынесено определение арбитражного суда от 17.06.2020 г. по обособленному спору № А56-25629/2019/тр.2; кроме того, впоследствии налоговым органом были также доначислены пени на сумму 7 016 руб. 02 коп. - в связи с неисполнением должником обязательство по уплате обязательных платежей, и данные требования судом в определении от 14.04.2021 г. по обособленному спору № А56-25629/2019/тр.2 учтены в качестве подлежащих удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и несмотря на то, что налоговый орган пропустил срок на включение в реестр требований кредиторов, указанное требование носит реестровый характер, поскольку она не могла возникнуть позднее возбуждения дела о банкротстве и не раньше выявления недоимок по налогам и страховым взносам. 

Таким образом, как признал суд, задолженность перед налоговым органом, возникшая после наступления обязанности бывшего руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества, составляет в сумме 280 641 руб. 09 коп.; вместе с тем, доказательств наличия иных обязательств, возникших в перид с 06.10.2014 г. по дату возбуждения дела о банкротстве, материалы спора не содержат, а учитывая изложенное, суд признал доказанным наличие оснований для привлечения А.А. Балабанова к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

Апелляционный суд также не находит оснований для переоценки изложенных выводов в этой части, отклоняя доводы рассматриваемой жалобы, поскольку указанную дату возникновения у должника признаков банкротства (неплатежеспособности) ответчик надлежаще (документально) не опроверг, а суд в этой связи – для целей констатации наличия этих признаков именно в силу наличия у должника неисполненных обязательств перед кредитором согласно судебному акту по делу № А60-59671/2015 – учитывает длительность этой просрочки, а равно как опять же обращает внимание суд, что право требования Общества к АО «Уралтрубмаш», на наличие которого (его размер) ссылается ответчик в обоснование довода об отсутствии у должника признаков банкротства (и – в частности – недостаточности имущества), было основано, как указано выше (признано в определении Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2021 г. по делу № А40-57699/17-71-72Б), на фиктивных документах, при том, что размер ответственности А.А. Балабанова на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве правомерно определен судом первой инстанции ив соответствии с правилами пункта 2 этой статьи (в сумме обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника), и правомерность соответствующего расчета ответчик в своей жалобе не оспаривает (доводы, опровергающие установленный судом размер ответственности, не приводит).

При таких обстоятельствах, требования конкурсного управляющего удовлетворены судом правомерны; кроме того, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, суд обоснованно приостановил рассмотрение заявления в части определения размера ответственности А.А. Балабанова до окончания расчетов с кредиторами, а также, исходя из положений части 1 статьи 97 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом пункта 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2006 г. № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер», отказал в удовлетворении ходатайства ответчика об отмене обеспечительных мер, принятых определением суда от 24.06.2021 г., поскольку основания для принятия (сохранения) этих мер не отпали (опровергающие эти выводы доводы в апелляционной жалобе также не содержатся).

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое определение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а также принятым с учетом указаний суда кассационной инстанции при отмене первоначальной принятых судебных актов по настоящему спору, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению с возвратом также ее подателю излишне уплаченной государственной пошлины за ее подачу, поскольку оплата пошлиной жалобы на рассматриваемое определение законом не предусмотрена.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 104, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 г. по делу № А56-25629/2019/суб.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу А.А. Балабанова - без удовлетворения. 

Возвратить Балабанову Артему Александровичу из бюджета РФ излишне уплаченную госпошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Е.В. Бударина 

Е.А. Герасимова