ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А55-5716/2023

г. Самара

12 июля 2024 года

11АП-5925/2024

Резолютивная часть постановления оглашена 09 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 июля 2024 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ястремского Л.Л.,

судей Коршиковой Е.В., Романенко С.Ш.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кистановой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Самарской области от 01 марта 2024 года по делу № А55-5716/2023 (судья Шаруева Н.В.)

по иску акционерного общества «Тольяттиазот»

к  ФИО1,

к Компании ФИО2 (Ameropa AG)

третье лицо: ликвидатор АО «Корпорация «Тольяттиазот» ФИО3,

о взыскании убытков в размере 3 844 793 832 руб.,

при участии представителей до перерыва:

от истца – представитель ФИО4 по доверенности от 21.11.2023, представитель ФИО5 по доверенности от 21.11.2023,

от ответчика ФИО1 – представитель ФИО6 по доверенности от 13.03.2023, представители ФИО7 и ФИО8 по доверенности от 13.03.2023,

от ответчика - Компания ФИО2 (Ameropa AG) - не явились, извещены надлежащим образом,

от третьего лица - не явились, извещены надлежащим образом,

после перерыва:

от истца – представитель ФИО4 по доверенности от 21.11.2023, представитель ФИО5 по доверенности от 21.11.2023,

от ответчика ФИО1 – представитель ФИО6 по доверенности от 13.03.2023, представители ФИО7 и ФИО8 по доверенности от 13.03.2023,

от ответчика - Компания ФИО2 (Ameropa AG) – представитель ФИО9 по доверенности от 11.07.2023,

от третьего лица - не явились, извещены надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Тольяттиазот» обратилось в арбитражный суд Самарской области с иском о взыскании солидарно с ФИО1 и с компании ФИО2 (Швейцария) убытков в размере 3 844 793 832 руб.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 01.03.2024 по делу № А55-5716/2023 (далее - решение) ходатайство компании ФИО2 (Ameropa AG) об оставлении иска без рассмотрения оставлено без удовлетворения; исковые требования удовлетворены в полном объеме, взыскано солидарно с ФИО1 и компании ФИО2 (Ameropa AG) Швейцария, СН-4102, 

<

...> (Schweiz, Rebgasse, 108, СН- 4102 Binningen), регистрационный номер: СНЕ -101.223.224 в пользу акционерного общества «Тольяттиазот» убытки в размере 3 844 793 832 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. в равных долях.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой прocил отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об отказе в иске, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, недоказанность имеющих для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, неполное исследование обстоятельств дела, а также на неправильное применение норм материального права. 

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором прocил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители ФИО1 и компании ФИО2 поддержали доводы жалобы.

Представители истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, полагая обжалуемое решение законным и обоснованным. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд апелляционной инстанции пришел к вывoду об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции. 

Как следует из материалов дела 06.10.2022 АО «ТОАЗ» в лице генерального директора ФИО10 стало известно, что должностными лицами Управления трансфертного ценообразования Федеральной налоговой службы России (далее - Налоговый орган) в отношении АО «ТОАЗ» была проведена проверка полноты исчисления и уплаты налога на прибыль организаций за 2016 год в связи с совершением сделок АО «ТОАЗ» с взаимозависимым (аффилированным) лицом - с иностранной компанией ФИО2 (Швейцария).

В ходе проверки было установлено, что в 2016 году АО «Тольяттиазот» осуществляло контролируемые сделки на экспорт аммиака и карбамида (Далее - Сделки) с взаимозависимой (аффилированной) иностранной компании ФИО2 (Швейцария) (входящей в холдинг Амеропа Холдинг АГ (Ameropa Holding AG) (Швейцария), которые были оформлены:

- в части аммиака договором от 01.01.2014 № 643/00206492/14011 (далее - Договор) и дополнительными соглашениями к нему № 45 от 31.12.2015, № 48 от 20.01.2016, № 50 от 01.02.2016, № 52 от 02.03.2016, № 55 от 01.04.2016, № 57 от 29.04.2016, № 59 от 01.06.2016, № 62 от 01.07.2016, № 64 от 01.08.2016, № 66 от 01.09.2016, № 67 от 12.09.2016, № 70 от 30.09.2016, № 72 от 01.11.2016, № 76 от 01.01.2017;

- в части карбамида контрактом от 09.02.2015 № 643/00206492/15023 (далее -Контракт) и приложениями к нему № 19 от 29.12.2015, № 20 от 26.01.2016, № 21 от 01.02.2016, № 22 от 01.03.2016, № 23 от 01.04.2016, № 24 от 29.04.2016, № 25 от 03.06.2016, № 26 от 08.06.2016, № 27 от 05.07.2016, № 28 от 03.10.2016.

Исходя из пункта 2.5.2 «Расчет налоговой базы и суммы налога» Акта Налогового органа № 13-1-07/0093 от 03.10.2022 по итогам налоговой проверки за 2016 год был установлен факт неуплаты АО «Тольяттиазот» суммы налога на прибыль организаций в результате неправомерного применения Обществом в целях налогообложения в контролируемых сделках коммерческих и (или) финансовых условий, не сопоставимых с коммерческими и (или) финансовыми условиями сделок между лицами, не являющимися взаимозависимыми.

Налоговым органом также установлено, что АО «Тольяттиазот» и ФИО2 (Швейцария) всегда были взаимозависимы (аффилированы) между собой, в том числе и в проверяемый период - 2016 год.

В результате неправомерных, совершенных с единым умыслом действий руководителя АО «ТОАЗ» в лице ФИО1 (Ответчик №1) в обозначенный период и аффилированной компании ФИО2 (Швейцария) (Ответчик №2) по итогам 2016 года Налоговым органом было установлено занижение налоговой базы по налогу на прибыль организаций на сумму 3 844 793 823 руб.

При этом, в ноябре 2019 года (в период вхождения ФИО1 в состав совета директоров) бывшее руководство АО «ТОАЗ» признало то, что расчет налогооблагаемой базы по поставкам аммиака и карбамида в 2016 году АО «ТОАЗ» был произведен с грубыми нарушениями действовавшего налогового законодательства России.

23.12.2022 по итогам представленного АО «ТОАЗ» возражения на приведенный Акт Налогового органа - было вынесено соответствующее Решение Налогового органа от 23.12.2022 г. № 13-1-07/0120дсп, которое вступило силу 29.12.2022.

Налоговым органом установлено занижение налоговой базы на сумму 3 844 793 823 руб., которое составляет убыток Общества, который и был взыскан с Ответчиков солидарно, поскольку вред причинен их совместными неправомерными действиями под видом заключения и исполнения Сделок на заведомо невыгодных для истца условиях по существенно заниженной стоимости, при сокрытии информации об аффилированности Общества и ответчика 2, обстоятельства чего установлены вступившем в силу решением Налогового органа от 23.12.2022 № 13-1-07/0120дсп, а также признано Обществом в период руководства его деятельностью ответчиком 1.

С 01.01.2016 по 31.12.2016 ответчиком 1, в качестве единоличного исполнительного органа истца, были заключены сделки с ответчиком 2, признанные Налоговым органом впоследствии контролируемыми, при наличии взаимозависимости между обществом и ответчиком 2, с неправомерным применением в них коммерческих и (или) финансовых условий, не сопоставимых с коммерческими и (или) финансовыми условиями сделок между лицами, не являющимися взаимозависимыми.

В результате Налоговым органом постановлено, что выявленные неправомерные действия повлекли занижение налоговой базы по налогу на прибыль организаций на общую сумму 3 844 793 823 руб., в связи с занижением стоимости продукции в Сделках в указанном размере.

Письмом от 14.11.2019 исх. № И-2019-ФЭБ/140-7822 Общество, в том числе в период вхождения в его Совет директоров ответчика 1, сообщило в Налоговой орган о производстве самостоятельной корректировки и уточнения налоговой декларации по налогу на прибыль на основании п. 6 ст. 105.3 Налогового кодекса РФ (далее - НК РФ), по сути признав указанное занижение стоимости реализованной продукции по сделкам в пользу ответчика 2 на сумму 3 844 793 823 руб.

Исследовав представленные в материалы дела сторонами доказательства, применив нормы спи 10, 15, 53.1, 1064, 1080 ГКРФ, ст.71 Федерального закона № 208-ФЗ от 26.12.1995 г. «Об акционерных обществах» и учитывая разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» Арбитражный суд Самарской области принял решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Довод ФИО1 о том, что он не является надлежащим ответчиком по настоящему делу в силу передачи полномочий по управлению Обществом в обозначенный период иному юридическому лицу - Корпорации, не основан на положениях законодательства и не опровергает выводов суда о неправомерности его действий и причинно-следственной связи между ними и наступившими последствиями в виде убытков.

В соответствии с договором от 28.01.2000 № 12 передачи полномочий исполнительного органа открытого акционерного общества «Тольяттиазот» управляющей организации Закрытому акционерному обществу «Корпорация «Тольяттиазот» (далее - Корпорация) функции единоличного исполнительного органа АО «ТОАЗ» были переданы Корпорации, которые, в свою очередь, прекращены в соответствии с решением внеочередного общего собрания акционеров Общества от 27.11.2021.

С 2015 по 2019 год, работая в должности генерального директора Корпорации, функции единоличного исполнительного органа АО «Тольяттиазот» выполнял ФИО1, одновременно являвшийся членом совета директоров АО «Тольяттиазот» с 31.03.2011 до 29.06.2020.

В соответствии с ч. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу п.п. 1, 2 ст. 71 Закона об Акционерных обществах единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно, в противном случае несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с ч. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу ч. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Статьей 1064 ГК РФ регламентировано, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Частью 4 ст. 53.1 ГК РФ установлено, что в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно. Аналогичное по своей сути правило установлено ст. 1080 ГК РФ.

Предусмотренная вышеприведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии совокупности условий: противоправность поведения ответчиков, как причинителей вреда, в том числе наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействий) лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, наличие и размер причиненных убытков, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями ответчиков и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее -Постановление Пленума ВАС РФ № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Согласно п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В пункте 5 Постановления Пленума ВС РФ № 53 указано, что если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа; далее - руководитель) должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1 ГК РФ, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

При этом положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ № 53). 

Из материалов дела следует, что между АО «ТОАЗ» и ответчиком 2 были заключены в 2016 году сделки по продаже продукции истца, в которых решением Налогового органа от 23.12.2022 № 13-1-07/0120дсп установлено, занижение налоговой базы на общую сумму 3 844 793 823 руб.

Приведенное решение Налогового органа не оспорено и вступило в силу. Ответчиками в ходе рассмотрения дела доказательств, опровергающих приведенные выводы Налогового органа, не представлено.

Возможность использования материалов мероприятий налогового контроля в качестве средств доказывания фактических обстоятельств при рассмотрении дел обоснована и разъяснена п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 г.).

По смыслу положений ст. 274 НК РФ в ее системной связи с положениями ст. 247 НК РФ следует, что установленное Налоговым органом в решении от 23.12.2022 г. № 13-1-07/0120дсп занижение налоговой базы - является занижением стоимости продукции Общества.

Согласно ч. 3 ст. 105.3 НК РФ цена сделки признается рыночной, если федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, не доказано обратное либо если налогоплательщик не произвел самостоятельно корректировку сумм налога.

Письмом от 14.11.2019 исх. № И-2019-ФЭБ/140-7822 общество, в том числе в период вхождения в его Совет директоров ответчика 1, самостоятельно произвело корректировку налога на прибыль и его оплату, чем по сути признало установленное впоследствии занижение продажных цен продукции, определенных в сделках.

При таких обстоятельствах, оснований не согласится с выводами решения Налогового органа от 23.12.2022 № 13-1-07/0120дсп о занижении стоимости продукции, не имеется, как в силу приведенных разъяснений Обзора и согласия Общества с занижением продажной цены продукции, так и в силу установленного ст. 101.3 Налогового кодекса РФ императивного правила об обязательности вступившего в силу решения налогового органа.

Очевидно, что реализация продукции по заниженной стоимости не отвечает основополагающей установленной ч. 1 ст. 50 ГК РФ цели деятельности коммерческих организаций, к которым относится истец, - извлечению прибыли.

В совокупности изложенного, судом установлено, что продукция истца по внешнеторговым сделкам была отчуждена по стоимости ниже рыночной на 3 844 793 823 руб., что по сути свидетельствует о незаконном выводе средств истца и составляет убыток Общества в соответствии со ст. 15 ГК РФ, являясь одним из элементов, подлежащих доказыванию по делам о возмещении ущерба.

Общество в спорный период времени было аффилировано с ответчиком 2, что подробно изложено в Решении Налогового органа от 23.12.2022 г. № 13-1 -07/0120дсп на основе анализа документов и информации, полученной от Следственного комитета РФ, из открытых источников информации - официальных данных Главного торгового реестра Базель-Ландшатт Швейцарии (baselland.ch), из информационных агентств СПАРК-Интерфакс и OrbisBureauVanDjik, а также подтверждается вступившем в законную силу приговором Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 05.07.2019 г. по делу № 1-1/2019 в отношении ФИО11, ФИО12. и других.

Кроме того, определениями Конституционного Суда РФ от 20.12.2016 № 2673-0, от 25.05.2017 № 961-0, решениями Арбитражного суда Самарской области от 06.09.2018 по делу № А55-1621/2018, от 18.09.2018 по делу № А55-1618/2018, от 09.10.2018 по делу № А55-1622/2018 установлены в сущности непрерывная взаимозависимость Общества и ответчика 2, а также реализация продукции истца по внешнеторговым сделкам по заниженным ценам на постоянной основе.

Указанные судебные акты приняты в период исполнения ответчиком 1 полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании, что подтверждает, как намеренность его действий по занижению цен на продукцию при заключении сделок, так и осознании им последствий в виде причинения ущерба Общества.

Вопреки позиции заявителя, обстоятельства причинения вреда от сделок по настоящему делу установлены вступившем в силу решением Налогового органа от 23.12.2022 г. № 13-1-07/0120дсп и признаны Обществом.

Изложенное в совокупности подтверждает неправомерность действий ответчика 1 с наличием в них признаков недобросовестности и неразумности.

Как разъяснено в абз. 4, 5, п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

ФИО1 являлся генеральным директором Корпорации и членом совета директоров Общества, то есть лицом, определяющим деятельность АО «ТОАЗ» в обозначенный период, а также лицом, непосредственно заключившим сделки на невыгодных для истца условиях, и как следствие является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Довод ФИО1 о том, что он не может нести ответственность по делу, поскольку в обществе ценовую политику определял Ценовой комитет, а руководство Обществом якобы осуществлялось им и Правлением, отклоняется судом апелляционной инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В подп. 5 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой»и т.п.).

Таким образом, в силу ч3 ст.53.1 ГК РФ и разъяснений, руководитель управляющей компании несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им.

ФИО1 в ходе рассмотрения настоящего дела не представлялось каких-либо пояснений относительно причин и условий заключения им сделок на заведомо невыгодных для Общества условиях. Лицо, исполняющее обязанности исполнительного органа общества, имеет самостоятельную обязанность действовать разумно и добросовестно в интересах юридического лица и осуществлять контроль за подчиненными (ст. 53 ГК РФ).

Указанный вывод корреспондирует с разъяснениями, содержащимися в п. 5 ПП ВАС РФ № 62, а также в определении ВС РФ от 30 мая 2022 года № 305-ЭС22-2095, в силу которых делегирование полномочий не исключает ответственности генерального директора при причинении Обществу ущерба (убытков).

Пунктом 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 отмечено, что не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Наряду с этим, Приговором Комсомольского районного суда от 05.07.2019 установлено, что Ценовой комитет АО «ТОA3», в обозначенный период, являлся органом по сути номинальным, не способным влиять на решения, в том числе ФИО1, о ценообразовании.

Судом принято во внимание, что 05.07.2019 Приговором Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от по уголовному делу №1-1/2019 (далее - Приговор), вступившем в законную силу, ФИО13, ФИО14 Рупрехт Ведемайер, а также бенефициарные владельцы АО «Тольяттиазот», компании «ФИО2» (Ameropa AG) ФИО12., ФИО11, ФИО15 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, и установлено, что, как на период времени с 2007 по 2011 годы, так и в момент причинения ущерба АО «Тольяттиазот», ФИО2 (Швейцария), входят в одну группу и, соответственно, являются аффилированными между собой лицами.

Тождественные выводы о том, что компания ФИО2 (Швейцария) и АО «Тольяттиазот» являются аффилированными (взаимозависимыми) между собой лицами, а стоимость продукции по заключенным ими контрактам занижалась на постоянное основе, подтверждается решениями Арбитражного суда Самарской области от 06.09.2018 по делу № А55-1621/2018, от 18.09.2018 по делу № А55-1618/2018, по делу № А55-1622/2018 от 09.10.2018.

При этом, судом отмечается, что в рамках приведенных уголовного дела№ №1-1/2019 и гражданских дел №№ А55-1621/2018, А55-1618/2018, А55-1622/2018, установлены взаимозависимость истца и ФИО2 (Швейцария) вплоть до момента постановления приговора (2019 год), а также схема и системность причинения убытков, представляющее собой вывод средств истца.

Доводы о наличии Ценового комитета не могут подтверждать обоснованность действий ФИО1, поскольку Ценовой комитет являлся органом номинальным, не способным влиять на решения ответчиков о стоимости продукции, что подтверждается Приговором и корреспондирует с отсутствием каких-либо документов, регламентирующих его деятельность.

Более того, генеральный директор имеет самостоятельную обязанность действовать разумно и добросовестно в интересах возглавляемого юридического лица и осуществлять контроль за подчиненными (ст. 53 ГК РФ), в случае нарушение этой обязанности директор подлежит привлечению к гражданской ответственности, что императивно установлено ст. 53 ГК РФ.

Пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 также предписывается, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Сложившаяся устойчивая судебная практика по аналогичном спорам подтверждает вывод, что делегирование полномочий подчинённым не освобождает от ответственности генерального директора Общества (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30 мая 2022 ггода № 305-ЭС22-2095)

ФИО1, являясь единоличным руководителем управляющей компании АО «Тольятти азот», членом Совета директоров АО «Тольяттиазот» и, соответственно, лицом, обязанным в силу требований п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1, 2, 5 ст. 71 ФЗ от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» действовать добросовестно и разумно по отношению к Обществу, исполнять свои обязанности в интересах Общества, в нарушение указанных требований заключил от имени Общества заведомо невыгодные для ПАО «Тольяттиазот» дополнительные соглашения к контрактам, что повлекло причинение Обществу убытков в виде утраты денежных средств в размере 3 844 793 823 рублей, которые подлежат возмещению ответчиками в порядке ст.15 ГК РФ, 53.1 ГК РФ и ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах».

В этой связи, доводы ФИО1 об отсутствии у него возможности контролировать взаимоотношения между Обществом и ответчиком 2 не обоснованы, противоречат названным законоположениям и разъяснениям, заявления ФИО1 о том, что он не является надлежащим ответчиком по делу со ссылками на Корпорацию, на наличие Ценового комитета Общества и Правления Корпорации, не освобождают его от гражданско-правовой ответственности за совершенные им действия обществу.

ФИО1 полагает, что выводы, изложенные в Приговоре Комсомольского районного суда от 05.07.2019 года, не могут свидетельствовать о его противоправном поведении.

Между тем, как следует из Приговора, ФИО12., ФИО15 являются лицами, контролирующими деятельность всех лиц, являющихся сторонами сделок между данным юридическим лицами, в силу чего вышепоименованные сделки отвечают признакам сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

ФИО1 не раскрывал информацию об этом, что подтверждается подписанными истцом отчетами о деятельности Общества за 2016 год, в нарушение требований ст.92 "Закона об Акционерных обществах» о раскрытии информации.

В противном случае, раскрытие данной информации в соответствии с требованиями законодательства, равно как и вынесение данных сделок на одобрение в соответствии со ст. 81 "Закона об Акционерных обществах", исключило бы их заключение на приведенных невыгодных для Общества условиях, учитывая также то обстоятельство, что цены на продукцию истца размещаются в специализированных источниках, к которым имеют доступ профессиональные участники рынка.

Убыток в виде реализации продукции по существенно заниженной стоимости не возник бы в случае правомерного поведения ответчиков, учитывая опыт их профессиональной деятельности, позволяющий им с достоверностью определить коммерчески выгодную стоимость продукции, а значит, между противоправным умышленными действиями ответчиков и ущербом, причиненным истцу, имелась прямая причинно-следственная связь.

Доводы заявителя о том, что реализация продукции осуществлялось экономически целесообразным для истца способом, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, каких-либо доказательств этому не представлено.

Приведенные фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу Приговором, неизменны вне зависимости от периода рассмотренного в рамках уголовного дела, равно как и выводы судов по вышеприведенным делам, в том числе Конституционного суда, прямо свидетельствующие о сложившимся и многолетнем механизме вывода средств истца путем реализации продукции по заниженным ценам, то есть под видом исполнения гражданских сделок, что само по себе предопределяет вывод о намеренности таких действий ответчиков.

Ссылки ФИО1 на показания свидетелей ФИО16, ФИО5 не свидетельствуют о незаконности вынесенного решения, поскольку как установлено приговором: (лист 132 Приговора), следует, что высшие руководители АО ТОАЗ, в том числе ФИО1, отчитывались о своей работе и получали указания от подсудимых, (листе 178 Приговора) установлено, что на момент вынесения Приговора и АО «Тольяттиазот» и Корпорация находятся под контролем подсудимых, в результате чего ФИО1 находится в зависимости от них, (лист 114 Приговора) получение и исполнение указаний от подсудимых подтверждено и непосредственно самим ФИО1

Более того, на листе 151 Приговора отмечено, что показания свидетелей, в том числе ФИО1 о коллегиальном формировании цен и непричастности к этому подсудимых и иных руководителей предприятия, судья расценивает как их желание помочь подсудимым в силу служебной зависимости, а также их желание исключить возможность возникновения подозрения об их собственной причастности к противоправным действиям.

Довод заявителя о том, что суд не определил природу взысканных средств – являются ли они упущенной выгодой либо ущербом, а также о том, что размер убытков не доказан материалами дела, суд апелляционной инстанции находит необоснованным. 

В соответствии с п.2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как было указано выше, из акта и Решения налогового следует, что общая сумма неуплаченного вовремя ПАО «Тольяттиазот» налога на прибыль организаций составила 768 958 765 рублей, что, в свою очередь, указывает на то, что общая сумма денежных средств, изначально не попавших под налогообложение по ставке по налогу на прибыль (20 процентов), а, значит и незаконно выбывших из владения ПАО «Тольяттиазот» составила 3 844 793 823 рублей.

В результате этого произошло уменьшение активов ПАО «Тольяттиазот» и Обществу был причинен реальный ущерб в размере 3 844 793 823 рублей.

В соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, за исключением случаев, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1080 ГК РФ предписано, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абз. 1 п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Согласно ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласованность, скоординированность и направленность действий ФИО2 (Швейцария) и ФИО1 на реализацию общего намерения на вывод средств истца, установлены непосредственно решением Налогового органа от 23.12.2022 № 13-1-07/0120дсп, которым определено, что в 2016 году по средствам передачи продукции ФИО2 (Швейцария) осуществлялся вывод средств, а целью сделок являлось лишь придание видимости законности этим неправомерным действиям ответчиков, что свидетельствует о злоупотреблении правом, повлекшим за собой многомиллиардный ущерб для Общества.

При этом, Налоговым органом проанализированы показатели и критерии, способные влиять на стоимость (разделы 2.3. и 2.4. Решения), и установлено отсутствие как оснований для реализации продукции на условиях, отличных от рыночных, так и каких-либо доказательств, подтверждающих реальное фактическое предоставление скидок.

Кроме того, учитывая изложенное и разъяснения, данные в Определении ВС РФ от 11.04.2016 по делу № А63-11506/2014, само по себе признание Налоговым органом в приведенном случае нарушений свидетельствует о согласованных действиях ФИО2 (Швейцария) и ФИО1, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

Наряду с этим, согласованность и противоправность действий ответчиков установлена вступившими в законную силу Приговором и решениями Арбитражного суда Самарской области от 06.09.2018 по делу № А55-1621/2018, от 18.09.2018 по делу № А55-1618/2018, от 09.10.2018 по делу № А55-1622/2018.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО1 заявлено ходатайство о назначении экспертизы по делу в части определения соответствия цены продукции ее рыночной стоимости и определения величины отклонения при его установлении.

Суд, рассмотрев данное ходатайство, мотивированно отказал в его удовлетворении, поскольку рыночная стоимость продукции установлена вступившем в силу решением Федеральной налоговой службы РФ от 23.12.2022 № 13-1-07/0120дсп. Данным решением, на основе сведений информационно-ценовых агентств методом сопоставления, установлено отличие в меньшую сторону цен продукции от «рыночных цен» (занижение стоимости продукции).

В силу ст. 101.3 НК РФ выводы данного решения являются обязательными, создают определенные права и обязанности, приняты в установленной законом процедуре, в связи с чем не могут произвольно игнорироваться, тогда как ходатайство Ответчика 1 направлено на его переоценку в нарушение установленной процедуры обжалования и при согласии ранее с ее выводами. Так, в силу подп. 4 ч. 1 ст. 105.6 и ч. 3 ст. 105.7 НК РФ при проведении налогового контроля используются данные информационно-ценовых агентств, а приоритетным методом является метод сопоставления.

При этом, Налоговым кодексом РФ не допускается произвольное определение цены, а устанавливается необходимость исследования различные критериев, перечень которых установлен ч. 4 ст. 105.5 НК РФ. Решение Налогового органа принято с учетом анализа всех указанных критериев, что отражено в разделах 2.3.1. и 2.4.1., а именно проанализированы характеристики: товаров (п.п. 2.3.1.1 и 2.4.1.1); функций (п.п. 2.3.1.3 и 2.4.1.3); условий договоров (п.п. 2.3.1.2 и 2.4.1.2); экономических условий деятельности (п.п. 2.3.1.4. и 2.4.1.4); рыночных стратегий (п.п. 2.3.1.5. и 2.4.1.5).

Таким образом, по делу доказаны обстоятельства подписания ответчиками сделок в целях реализации устоявшегося противоправного механизма вывода средств истца, вина ответчиков в солидарном причинении обществу убытков и причинно-следственная связь между действиями ответчиков и наступившими последствиям в виде убытков, причинённых истцу, в размере 3 844 793 823 руб., в связи с чем исковые требования об взыскании в пользу истца обоснованно удовлетворены, доводы ФИО1 о необходимости проведения экспертизы надлежащим образом исследованы судом и обоснованно отклонены.

ФИО1 необоснованно заявляет о необходимости применении судом положений ст. 195,196, 200 ГК РФ о сроке исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса РФ.

На основании пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Таким образом, если генеральный директор действовал с заинтересованностью и допустил незаконную передачу имущества общества третьим лицам, он может быть привлечен к имущественной ответственности на основании п. 1 ст. 53.1 ГК РФ в форме возмещения убытков, поскольку такое поведение нарушает интересы Общества (его участников), не отвечая критерию (требованию) добросовестного ведения дел Общества.

При этом, согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 разъяснено, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

27 ноября 2021 года на внеочередном общем собрании акционеров ПАО «Тольяттиазот» был прекращены полномочия единоличного исполнительного органа:

а) был расторгнут договор между ПАО «Тольяттиазот» и управляющей компанией ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» от договора № 12 от «28» января 2000 года передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Тольяттиазот» управляющей организации ЗАО Корпорация «Тольяттиазот».

б) был избран новый исполнительный орган - генеральный директор ФИО10, выполняющий функции генерального директора и в настоящее время.

Довод заявителя о том, что срок исковой давности следует исчислять с даты подачи налоговой декларации от 14.12.2019 новым директором управляющей компании ФИО17, суд апелляционной инстанции находит несостоятельным.

В силу ч. 1 ст. 196 и ч. 1 ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало о нарушении своего права.

В соответствии в п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении.

Материалы дела свидетельствуют о том, ФИО17, так же как и ФИО1, был зависим от руководства АО «Тольяттиазот». Приговором (лист 178) установлено, что на момент его вынесения АО «Тольяттиазот» и Корпорация (управляющая компания) находились под контролем подсудимых. 

см  доп. отзыв от 05.07. 

Кроме того, Верховным Судом РФ сформирована устойчивая практика, о том, что срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца, во-первых, права на иск, во-вторых, возможности для его реализации (определения от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 №305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 19.11.2018 №301-ЭС18-11487).

Подача 14.12.2019 налоговой декларации не свидетельствует о том, что независимому лицу, имеющему фактическую возможность определять действия общества, стало известно о всех обстоятельствах, позволяющих прийти к выводу об ответственности ответчика за причиненные обществу убытки. 

С учетом изложенных выше обстоятельств довод заявителя о пропуске срока исковой давности является необоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на заявителя. 

 Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 01 марта 2024 года по делу           № А55-5716/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                           Л.Л. Ястремский

Судьи                                                                                                               Е.В. Коршикова

    С.Ш. Романенко