ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А61-2719/2021

10.01.2023

Резолютивная часть постановления объявлена 27.12.2022

Постановление изготовлено в полном объёме 10.01.2023

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2: ФИО3 (доверенность от 07.02.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22.07.2022 по делу № А61-2719/2021, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5, принятое по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 76 728 075,61 руб., 

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 (далее – должник, ФИО5) ФИО2 (далее – ФИО2, заявитель) обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 76 728 075 руб. 61 коп., из которых: 71 990 755 руб. - основной долг; 4 677 320 руб. 61 коп. – проценты, 60 000 руб. – государственная пошлина, подтвержденной вступившим в законную силу решением Ардонского районного суда Республики Северная Осетия-Алания 02.12.2021 по делу № 2-1074/2021. 

Определением суда от 22.07.2022 заявление удовлетворено, требования                   ФИО2 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Судебный акт мотивирован тем, что требования заявителя подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, доказательства обжалования данного судебного акта финансовым управляющим и погашения задолженности не представлены. Наличие у должника на момент заключения договоров займа признаков неплатежеспособности также не подтверждено. 

В апелляционной жалобе финансовый управляющий должника просит определение суда первой инстанции отменить, отказать кредитору во включении требований в реестр требований кредиторов в полном объеме. Жалоба мотивирована тем, что договоры займа, на которых основан судебный акт общей юрисдикции, являются недействительными. Кроме того, иск в суд общей юрисдикции подан уже после возбуждения производства по делу о банкротстве должника, в связи с чем, данные требования подлежали рассмотрению в деле о банкротстве с применением повышенного стандарта доказывания. По мнению финансового управляющего, со стороны заявителя и должника имеется злоупотребление правом, поскольку должником признаны исковые требования, предъявленные заявителем. Также апеллянт ссылается на нецелесообразность заключения договоров займа, поскольку первый договор займа заключен в 2014 году, а последующий - в 2019 году при наличии уже имеющейся значительной просроченной суммы задолженности и процентов по первому договору. Наличие денежных средств, в том числе и в иностранной валюте, фактическое их предоставление должнику, доказательства траты поступивших заемных денежных средств в материалы дела не представлено.

С целью всестороннего исследования обстоятельств и проверки доводов апелляционной жалобы, судебное заседание откладывалось. Суд обязывал ФИО2 представить письменные пояснения, со ссылкой на доказательства, имеющиеся в материалах дела, на которых основаны требования заявителя; письменное обоснование экономической целесообразности данных действий по заключению договоров займа (раскрыть применяемую модель с ее обоснованием), информацию о правоотношениях сторон, является ли одним из видов деятельности кредитора - предоставление займа (под проценты); обоснование экономической целесообразности повторной выдачи займа, в отсутствие исполнения первоначальных обязательств.

В свою очередь, у финансового управляющего должника запрошена информация о судьбе денежных средств полученных по договору займа, а также указано на необходимость представления  выписок банка о движении соответствующих денежных средств по счетам.

От ФИО2 поступили письменные объяснения, в которых указал, что договор займа 2014 года заключен за пределами срока, установленного положениями пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть оспорен по данным основаниям недействительности. Доказательств недействительности договора займа 2019 года, по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в материалы дела также не представлено. На момент заключения договора займа в 2019 году у должника имелось имущество на сумму более 100 млн. руб., что свидетельствует об отсутствии у него признаков неплатежеспособности. Также заявитель не является аффилированным лицом по отношению к должнику, в связи с чем, не знал и не мог знать о наличии у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Оснований для признания договоров займа недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. В подтверждение наличия у заявителя достаточных денежных средств для предоставления займов должнику ФИО2 представлены выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 22.04.2013 по 09.06.2014; выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 28.10.2019 по 16.04.2020; договор купли-продажи имущества от 24.12.2012; договор купли-продажи имущества от 20.06.2019; договор купли-продажи имущества от 23.08.2019; справка о наличии у ФИО2 счетов в банке от 12.07.2022, которые ранее представлены им в суд первой инстанции.

Финансовый управляющий пояснил, что им получены выписки по счетам должника, в ходе анализа которых установлено отсутствие поступления денежных средств по договорам займа. О дальнейшей судьбе денежных средств финансовому управляющему также не известно, запросы в адрес должника и ФИО2 о предоставлении письменных доказательств и пояснений по займам оставлены без ответа.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил определение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, заслушав представителя лица, участвующего в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22.07.2022 по делу № А61-2719/2021 подлежит отмене, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Закон о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу пункта 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что требования ФИО2 к должнику подтверждены решением Ардонского районного суда Республики Северная Осетия-Алания от 02.12.2021 по делу № 2-1074/2021. 

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Данная норма освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 № 2528-О).

С учетом повышенного стандарта доказывания, суду, рассматривающему дело о банкротстве, следует установить фактические правоотношения сторон по поводу возникновения задолженности, которая предъявлена  для включения в реестр требований кредиторов.

В том, случае если судом будут установлены иные фактические обстоятельства, чем те которые послужили основанием для принятия судебного акта, на основе которого лицо просит включить его требования в реестр требований кредиторов, суд вправе отказать такому лицу во включении его требований.

Следовательно, распространяя приюдициальность данного судебного акта на заявленные требования в рамках обособленного спора, суд должен с учетом содержания части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исходить из обстоятельств, которые суд установил, рассматривая данный спор и достаточности данных обстоятельств, для благополучного включения данных требований в реестр. Поскольку преюдиция предъявленного судебного акта распространяется и на отношения лиц, не участвовавших при рассмотрении данного спора, соответственно, в случае если указанные обстоятельства не были установлены при рассмотрении спора, необходимо установить их в рамках обособленного спора, и уже по их результатам суд вправе прийти к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, обязательно указав соответствующие мотивы.

Подобная правовая позиция высшей судебной инстанции, приведена в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств». 

В силу положений части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. В то же время, правовая оценка (квалификация) отношений, данная судом общей юрисдикции, не исключает возможности иной правовой оценки тех же отношений арбитражными судами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553). 

Кроме того, в силу специфики и особенностей дел о банкротстве (часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) арбитражный суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле о банкротстве, оценить действительность заявленного кредитором требования (усиленный стандарт доказывания). Формальный подход при разрешении данного вопроса может повлечь включение в реестр несуществующих требований, и, как следствие, нарушение прав и законных интересов независимых конкурсных кредиторов должника.

Наличие вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции не исключает рассмотрение в рамках дела о банкротстве вопроса о соответствии договоров займа специальным нормам Закона о банкротстве и нормам Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии сомнений в реальности договора займа (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) арбитражный суд может потребовать от заемщика представления документов, подтверждающих реальность получения денежных средств, в том числе в части операций с этими денежными средствами и их расходования.

Как усматривается из текста решения Ардонского районного суда Республики Северная Осетия-Алания от 02.12.2021 по делу № 2-1074/2021, суд исходил из того, что факт предоставления займов подтвержден расписками заемщика о получении денежных средств и основной долг признан должником.

То есть, действительные обстоятельства по договорам займа судом общей юрисдикции не устанавливались, в связи с чем, в рамках настоящего дела суд апелляционной инстанции полагает необходимым применить повышенный стандарт доказывания с целью установления факта предоставления займа, наличия у займодавца финансовой возможности для предоставления должнику денежных средств и их последующего расходования должником.

В пункте 26 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35) указано, что силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником. Рассматривая вопрос относительно правомерности и обоснованности требований кредитора, основанных на сделке (договоре), суд обязан оценить сделку на предмет соответствия ее закону.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Лица, участвующие в деле, согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 по делу № А40-235730/2016, следует, что в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу.

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

Обращаясь с заявлением в суд, кредитор должен представить неопровержимые доказательства подтверждения задолженности, обосновать экономическую целесообразность требований, реальность договорных отношений, а также добросовестность совершаемых действий.

В абзацах 2, 3 пункта 26 постановления Пленума № 35 указано, что связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Как было указано выше, апелляционным судом неоднократно откладывалось судебное заседание, с целью получения от ФИО2 письменных пояснений, со ссылкой на доказательства, имеющиеся в материалах дела, на которых основаны требования заявителя; письменного обоснования экономической целесообразности данных действий по заключению договоров займа (раскрыть применяемую модель с ее обоснованием), информации о правоотношениях сторон, является ли одним из видов деятельности кредитора - предоставление займа (под проценты); обоснование экономической целесообразности повторной выдачи займа, в отсутствие исполнения первоначальных обязательств. В свою очередь, у финансового управляющего должника запрошена информация о судьбе денежных средств полученных по договору займа, а также указано на необходимость представления  выписок банка о движении соответствующих денежных средств по счетам.

В качестве доказательств, подтверждающих источник наличия у кредитора денежных средств, переданных по договорам займа, в материалы дела представлены следующие документы: выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 22.04.2013 по 09.06.2014; выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 28.10.2019 по 16.04.2020; договор купли-продажи имущества от 24.12.2012; договор купли-продажи имущества от 20.06.2019; договор купли-продажи имущества от 23.08.2019; справка о наличии у ФИО2 счетов в банке от 12.07.2022.

Исследовав представленные заявителем документы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что они достоверно не свидетельствуют о наличии у заявителя на момент заключения договоров займа необходимых денежных средств. Реальность получения денежных средств по договорам займа не подтверждена иными документами, помимо расписок, которые сами по себе не могут быть признаны достоверными доказательствами, а потому проверить факт передачи кредитором денежных средств не представляется возможным.

Так, по договору купли-продажи № 1 от 21.12.2012 ООО «Тамал» (директор   ФИО2) приобрело у ФИО6 товар на сумму 515 645 руб. 78 коп. (т. 1, л. д. 67-69).

Вместе с тем, данный договор о наличии у кредитора данного товара никоим образом не подтверждает его финансовую возможность по предоставлению займа должнику в 2014 году.

Согласно выписке из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 22.04.2013 по 09.06.2014 (т. 1, л. д. 44-47) по данному счету произведены выдачи денежных средств на общую сумму 11 271 475 руб. При этом, первая операция по снятию денежных средств со счета произведена 30.04.2013, то есть более чем за 1 год и 2 месяца до заключения договора займа от 30.06.2014, а последняя операция - за несколько недель до заключения договора займа.

Также судом установлено, что по договору от 30.06.2014 сумма займа составляла 22 600 000 руб., в связи с чем, представленная выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 22.04.2013 по 09.06.2014 не может быть признана достоверным доказательств предоставления займа должнику.

Поскольку кредитор является физическим лицом, в связи с чем, предполагается, что он должен обладать не только спорными денежными средствами, но и средствами для несения расходов на личные потребности (нужды) к моменту предоставления займа.

В целях доказывания наличия финансовой возможности предоставить займ должнику заявитель не представил относимые доказательства.

Однако, ФИО2 в подтверждение полученных доходов мог представить сведения о заработной плате, задекларированном доходе, об участии в акционерных и иных обществах и получении доходов от участия в таких обществах, доказательства получения наследства, накопления на банковских счетах и т.п., однако указанные документы не представлены ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО2 пояснил, что ее доверитель занимается приобретением валюты, предоставлением займов и иных финансовых операций. 

Вместе с тем, данные обстоятельства с достоверностью не раскрыты, не представлены договоры займа иным лицам, в связи с чем, учитывая данные пояснения, суд апелляционной инстанции полагает, что выписка из лицевого счета по вкладу                       ФИО2 за период с 22.04.2013 по 09.06.2014 не может являться достоверным доказательств предоставления займа в размере 22 600 000 руб. именно должнику, поскольку данные денежные средства могли быть израсходованы на личные и иные нужды ФИО2 или предоставлены в займ иным лицам.

Оценив представленные заявителем выписку из лицевого счета по вкладу                 ФИО2 за период с 28.10.2019 по 16.04.2020; договор купли-продажи имущества от 20.06.2019; договор купли-продажи имущества от 23.08.2019; справку о наличии у      ФИО2 счетов в банке от 12.07.2022, в качестве возможности предоставления займа по договору займа от 26.12.2019, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

По договору купли-продажи имущества № 1 от 20.06.2019 ФИО2 продал недвижимое имущество на сумму 16 млн. руб. (т. 1, л. д. 63-66), а по договору купли-продажи имущества от 23.08.2019 - на сумму 20 млн. руб.

Апелляционным судом установлено, что по договору купли-продажи имущества от 23.08.2019 предусмотрено поэтапное внесение денежных средств, из которых только 12 000 000 руб. должны были быть переданы до заключения договора займа от 26.12.2019, а не вся сумма 20 000 000 руб.

Данные договоры также не могут быть приняты судебной коллегией в качестве достоверных доказательств предоставления должнику денежных средств, поскольку не представлены доказательства, что полученные по данным договорам купли-продажи денежные средства были сохранены (а не потрачены на иные цели) и впоследствии переданы должнику в качестве займа.

Кроме того, заявителем не представлено доказательств фактической передачи ему денежных средств по данным договорам купли-продажи.

Согласно выписке из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 28.10.2019 по 16.04.2020 (т. 1, л. д. 48-49) по данному счету произведены выдачи денежных средств на общую сумму 4 380 000 руб. При этом, операции по снятию денежных средств со счета на сумму 1 700 000 руб. произведены за 1 месяц до заключения договора займа от 26.12.2019, а остальные операции по выдаче денежных средств уже после заключения договора займа от 26.12.2019.

Также судом установлено, что по договору от 26.12.2019 сумма займа составляла 19 000 000 руб., в связи с чем, представленная выписка из лицевого счета по вкладу ФИО2 за период с 28.10.2019 по 16.04.2020 не может быть признана достоверным доказательств предоставления займа должнику в заявленном размере.

Справка о наличии у ФИО2 счетов в банке от 12.07.2022, согласно которой остаток денежных средств на счетах составляет более 23 млн. руб. также не может являться достоверным доказательств наличия у ФИО2 достаточных денежных средств в 2014 и 2019 году и их фактического предоставления должнику в сумме более 40 млн. руб.

Более того, апелляционный суд приходит к выводу о неразумности поведения сторон и отсутствии экономической целесообразности при заключении договора займа от 26.12.2019, поскольку займ предоставлялся под незначительный процент, на момент его заключения у должника имелись неисполненные обязательства по уплате процентов и сама существенная сумма невозвращенного долга. Однако, вместо принятия мер по истребованию у должника уплаты процентов по договору займа 2014 года, стороны спустя 5 лет заключают новый договор займа на сумму 19 000 000 руб.

При этом, на момент заключения договора займа от 26.12.2019 у должника имелись неисполненные обязательства перед АО «Россельхозбанк», что свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Доказательств того, что денежные средства по договору займа от 26.12.2019 потрачены на погашение задолженности перед банком или иные цели, способствующие восстановлению платежеспособности, в материалы дела не представлены.

Кроме того, из условий договоров займа следует, что суммы займа должны использоваться заемщиком для приобретения недвижимости или иных законных целях, а заемщик обязан обеспечить возможность осуществления займодавцем контроля за целевым использованием займа. Однако, доказательства целевого расходования займа и его контроля со стороны займодавца, в материалах дела также отсутствуют.

Следует также отметить, что по условиям договоров сумма процентов за пользование займом составляет 3% годовых, что существенно ниже ставок в банках в спорный период, и являлось экономически неэффективным для займодавца с учетом инфляции.

Соответствующие доказательства, раскрывающие экономическую целесообразность, стороны не представили и уклонились от раскрытия истинных причин своего поведения при заключении договоров займа и их исполнении, которое носит явно неразумный характер. Кредитор не обосновал причин, послуживших основанием для заключения нового договора займа при наличии задолженности по первому договору, не обосновал своего бездействия в части понуждения должника к исполнению своих обязательств в том числе в судебном порядке. 

В свою очередь должник, согласившийся с наличием неисполненных обязательств, не обосновал экономической необходимости в получении как первого займа, так и последующего займа.

В материалы дела также не представлены доказательства расходования должником денежных средств. Как пояснил финансовый управляющий должника в ходе анализа выписок по счетам должника установлено отсутствие поступления денежных средств по договорам займа. О дальнейшей судьбе денежных средств финансовому управляющему также не известно, запросы в адрес должника и ФИО2 о предоставлении письменных доказательств и пояснений по займам оставлены без ответа.

Несмотря на неоднократное отложение судебного заседания с требованиями раскрыть экономическую целесообразность данных действий по заключению договоров займа (раскрыть применяемую модель с ее обоснованием), информацию о правоотношениях сторон, является ли одним из видов деятельности кредитора - предоставление займа (под проценты); обоснование экономической целесообразности повторной выдачи займа, в отсутствие исполнения первоначальных обязательств, определения апелляционного суда ни кредитором, ни должником не исполнены.

Совокупность таких обстоятельств, как отсутствие разумной экономической целесообразности заключения договора займа, его заключение договоров в условиях неудовлетворительного финансового состояния должника (значительного объема неисполненных обязательств), предоставление должнику нового финансирования при наличии у него задолженности по ранее выданным займам, свидетельствует о недобросовестном поведении участвующих в сделках лиц, действия которых направлены не на достижение разумных хозяйственных целей, а на создание ситуации контролируемого банкротства.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в материалы дела не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие обоснованность требования кредитора, а потому заявление ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника не надлежит удовлетворению.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22.07.2022 по делу № А61-2719/2021, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с не соответствием выводов, изложенных в определении, фактическим обстоятельствам дела, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22.07.2022 по делу № А61-2719/2021 отменить, принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов, отказать.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                    Н.Н. Годило

 

Судьи                                                                                                                               З.А. Бейтуганов

 

                                                                                                                  Д.А. Белов