АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А43-37941/2019

28 ноября 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

при участии представителей

публичного акционерного общества «ТРАНСКАПИТАЛБАНК»:

ФИО1 по доверенности от 11.07.2022 № 01-06/720,

акционерного общества «Инвестиционная Строительная Компания «Перспектива»:

ФИО2 по доверенности от 23.08.2022 и

конкурсного управляющего ФИО3:

ФИО4 по доверенности от 01.09.2022

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего ФИО3 и

публичного акционерного общества «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 18.04.2022 и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022

по делу № А43-37941/2019,

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3

к акционерному обществу «Инвестиционная Строительная Компания «Перспектива»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) и

ФИО5 

о признании сделок недействительными и

о применении последствий их недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

акционерного общества 

«Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (далее – АО НПСХ «Нефтехиммаш», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО3 с заявлением о признании недействительными сделками платежа, произведенного должником 29.12.2018 в пользу третьих лиц за акционерное общество «Инвестиционная Строительная Компания «Перспектива» (далее – ПО «ИСК «Перспектива»), на сумму 553 095 рублей 02 копейки, а также о применении последствий недействительности сделок. 

Заявление основано на пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции определением от 18.04.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022, отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратились конкурсный управляющий ФИО3 и публичное акционерное общество «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» (далее – ТКБ БАНК ПАО). Заявители просят отменить определение и постановление, принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

ТКБ БАНК ПАО и конкурсный управляющий не согласны с выводами судов об отсутствии в действиях АО «ИСК «Перспектива» признаков злоупотребления правом. По мнению подателей жалоб, в настоящей ситуации суды не применили положения пункта 15 Обзора судебной практики № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, и пункт 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020. Заявители указывают, что должник и ответчик являются аффилированными лицами, подконтрольными одному центру, при этом АО НПСХ «Нефтехиммаш» на момент перечисления денежных средств находилось в состоянии имущественного кризиса, поэтому выданный заем надлежало квалифицировать в качестве компенсационного финансирования. Заявители обращают внимание, что займы являлись целевыми и выдавались должнику в целях расчетов с кредиторами и продолжения хозяйственной деятельности. Данное обстоятельство ТКБ БАНК ПАО и конкурсный управляющий трактуют как свидетельствующие о попытке контролирующего лица (конечного бенефициара обеих организаций) вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования производился не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки АО НПСХ «Нефтехиммаш», что, по мнению подателей жалоб, является злоупотреблением правом.

Конкурсный управляющий также отмечает, что судебные инстанции не дали оценки порокам оформления документации по сделке, а также неотражению в декларации по налогу на добавленную стоимость процентов по договору займа. В связи с изложенным заявитель считает сделку совершенной в отсутствие встречного исполнения. 

Ответчик в письменном отзыве на кассационные жалобы возразил относительно приведенных в них доводов и просил оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

В судебном заседании окружного суда представители заявителей поддержали доводы кассационных жалоб, представитель ответчика – возражения, изложенные в отзыве на них.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационных жалоб. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационных жалобах, ознакомившись с отзывом на них, а также заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Нижегородской области определением от 11.09.2019 возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) АО НПСХ «Нефтехиммаш», решением от 09.09.2020 (резолютивная часть объявлена 01.09.2020) признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО3

Конкурсный управляющий в ходе проведения в отношении должника процедуры конкурсного производства выявил факт перечисления АО НПСХ «Нефтехиммаш» денежных средств наличным платежом от 29.12.2018 на сумму 553 095 рублей 02 копейки в пользу третьих лиц за АО ИСК «Перспектива».

Посчитав, что данный платеж является недействительной сделкой на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям, которые указаны в Законе о банкротстве.

В подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) указано, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, Закон о банкротстве понимает уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (статья 2).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).

Таким образом, существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон (пункт 86 Постановления № 25).

Дело о банкротстве АО НПСХ «Нефтехиммаш» возбуждено 11.09.2019, оспоренная сделка совершена 29.12.2018, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате перечисления должником денежных средств.

В ходе рассмотрения указанного вопроса суды установили, что на момент совершения сделок у АО НПСХ «Нефтехиммаш» имелись неисполненные обязательства перед ТКБ БАНК ПАО по договорам об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 27.03.2014 № 07-2014/Л и от 05.06.2014 № 21-2014/Л. Кроме того, должник и ответчик, исходя из сведений Единого государственного реестра юридических лиц, являются аффилированными лицами применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Вместе с тем в рассмотренном случае конкурсному управляющему необходимо было доказать факт причинения вреда имущественным интересам кредиторов АО НПСХ «Нефтехиммаш».

В рассмотренном случае оспоренные платежи обоснованы исполнением денежного обязательства по заключенным с АО «ИСК «Перспектива» договорам процентного займа от 19.09.2018 (целевой денежный заем для возврата кредита с процентной ставкой 8,6 процента годовых) и от 08.08.2018 (целевой денежный заем для оплаты услуг связи с процентной ставкой 8,35 процента годовых).

Из материалов обособленного спора следовало, что должник в письмах от 08.08.2018, 13.08.2018, 16.08.2018 и 19.09.2018 просил ответчика перечислить денежные средства по договорам займа по указанным в письмах реквизитам, в том числе в счет оплаты основного долга и процентов по кредитным договорам от 29.11.2013 № КС-724000/2013/00117 и от 12.08.2016 № 4 и в счет оплаты услуг связи.

АО «ИСК «Перспектива» платежными поручениями от 08.08.2018 № 1, от 13.08.2018 № 6, от 16.08.2018 № 7 и от 19.09.2018 № 9 перечислило денежные средства в сумме 309 000 рублей в пользу в пользу публичного акционерного общества «МТС» и в сумме 250 000 рублей – на счет должника, открытый в Банке ВТБ (публичное акционерное общество) в качестве оплаты по кредитному договору от 12.08.2016 ДС № 4 и от 29.11.2013 № КС-724000/2013/00117.

Таким образом, суды установили факт наличия между сторонами реальных заемных правоотношений, в том числе, исходя из представленных ответчиком документальных доказательств (договоров займа, писем, платежных поручений), а также из имеющихся в материалах дела налоговых деклараций по налогу на прибыль ответчика за III и IV квартал 2018 года, в которых в качестве операции, не подлежащей налогообложению, отражены сведения о прибыли, полученной им в качестве процентов по упомянутым договорам займа в размере 4114 рублей за III квартал и 15 907 рублей за IV квартал 2018 года (нарастающим итогом). 

Изложенные обстоятельства в совокупности с установленным фактом отсутствия между сторонами иных правоотношений позволили судам заключить, что оспоренный конкурсным управляющим платеж совершался в рамках исполнения должником денежного обязательства по договорам займа. Реальность правоотношений сторон признана доказанной по результатам исследования и оценки обстоятельств спора.

Как следствие, спорный платеж совершался должником при наличии равноценного встречного исполнения со стороны ответчика. Кроме того, АО «ИСК «Перспектива» погасило задолженность АО НПСХ «Нефтехиммаш» по кредитным договорам и за услуги связи, поэтому оснований для вывода о причинении платежом вреда имущественным интересам кредиторов должника не имелось.

В связи с установленными обстоятельствами  у судебных инстанций отсутствовали основания для применения к оспоренным правоотношениям положений статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителей об обратном, а также об отсутствии экономической целесообразности заключения инвестиционного договора при наличии порока воли сторон спорных обязательств не носят безусловного характера, были предметом исследования судов и получили надлежащую правовую оценку, с которой суд округа согласен, поскольку убедительные доказательства в подтверждение настоящих возражений не представлены (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Податель жалобы считает, что о недействительности оспоренной сделки свидетельствует компенсационная природа займов, выданных должнику заинтересованным по отношению к нему ответчиком.

Вместе с тем окружной суд полагает необходимым отметить, что сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве).

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. 

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц – других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Реальность заемных отношений в настоящем случае подтверждена фактическими обстоятельствами, при этом выданные АО НПСХ «Нефтехиммаш» займы являются целевыми и выдавались под процент, поэтому суд округа соглашается с выводами предыдущих инстанций об отсутствии оснований считать недобросовестными действия АО «ИСК «Перспектива», пусть даже и подконтрольного тому же единому центру, что и должник.

Ссылка на Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, не применима, поскольку данный документ содержит правовые позиции по вопросу понижения очередности требований при включении их в реестр требований кредиторов должника и не затрагивает вопросов, касающихся признания сделок недействительными. 

Позиция же Верховного Суда Российской Федерации, сформулированная в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), применима лишь в том случае, если финансирование предоставил мажоритарный участник должника, который имел возможность дофинансировать его публично путем внесения вклада в уставный капитал, но вместо этого выдал подконтрольному обществу заем. 

АО «ИСК «Перспектива» мажоритарным акционером АО НПСХ «Нефтехиммаш» не является, в том числе, не было им на момент выдачи займа. В момент получения займа должник не находился в состоянии имущественного кризиса. Размер и сроки предоставления займа по сравнению с деятельностью предприятия был незначителен для того, чтобы утверждать о возможной направленности займов на вывод предприятия из кризиса. При этом сама по себе аффилированность должника и займодавца для применения приведенного обобщенного подхода не имеет правового значения. 

Конкурсный управляющий отмечает наличие пороков в оформлении документации по договорам займа и платежного документа, которым оформлен возврат займа, вместе с тем возражения подателя жалобы в данной части сами по себе не подтверждают недействительности сделок при доказанности реальности заемных правоотношений сторон и отсутствия между ними каких-либо иных заключенных договоров, в рамках которых могли производиться расчеты. При таких обстоятельствах, как справедливо отметил в этой связи апелляционный суд, а также принимая во внимание отсутствие подтверждений, что ФИО5 является сотрудницей должника, ненадлежащее оформление кассового ордера не может ставиться в вину «АО ИСК «Перспектива».

Исследовав фактические обстоятельства спора применительно к доводам конкурсного управляющего по отношению к ФИО5, суды заключили, что денежные средства по расходному кассовому ордеру от 29.12.2018 № 917 на сумму          553 095 рублей 20 копеек получены указанным лицом за АО «ИСК «Перспектива». Ссылка на ответчика имеется в самом платежном документе. Материалами обособленного спора подтверждено, что ФИО5 является сотрудником ответчика согласно представленным справкам о доходе физических лиц.

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

Иная оценка заявителями доказательств и фактических обстоятельств не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств. 

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационных жалоб составляет по 3000 рублей, относится на заявителей.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1), 289 и 319 (частью 2) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 18.04.2022 и на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 по делу № А43-37941/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего акционерного общества «Нефтегазовый промышленностроительный холдинг «Нефтехиммаш» ФИО3 и публичного акционерного общества «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Нижегородской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева