﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-12010/2019-ГК

г. Пермь

18 октября 2019 года

Дело № А71-327/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 октября 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Дружининой Л.В.,

судей  Гребенкиной Н.А., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Игитовой А.В.,

при участии:

от истца ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис»: Халявин К.А. – протокол от 05.06.2017 № 4, паспорт; Колупаев И.А. – доверенность от 01.07.2019, удостоверение адвоката;

от ответчика АО «Удмуртгазстрой»: Кузьменюк А.А. – доверенность от 11.03.2019, паспорт;

от третьего лица  ООО «Белкамнефть»: не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца, ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис»,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 23 июня 2019 года

по делу № А71-327/2019,	

принятое судьей Щетниковой Н.В.

по иску ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» (ОГРН 1111832008441, ИНН 1832093986)

к ЗАО «Удмуртгазстрой» (ОГРН 1021801661419, ИНН 1835012872)

о взыскании задолженности по договору подряда, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по встречному иску ЗАО «Удмуртгазстрой»

к ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис»

третье лицо: ООО «Белкамнефть» (ОГРН 1041801052072, ИНН 1835058718)

о признании договора подряда недействительным,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» (далее – ООО, общество «Горизонтальное направленное бурение-Сервис», «ГНБ-Сервис», истец) обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Удмуртгазстрой» (далее – АО, общество «Удмуртгазстрой», ответчик) о взыскании 4 323 791 руб. 60 коп. долга по договору подряда № Д.0559.30.17.0000/1 от 19.09.2017, 83 177 руб. 02 коп. неосновательного обогащения, 85 385 руб. 01 коп. процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с последующим их начислением по день исполнения решения суда.

Определением суда от 07.03.2019 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен заказчик работ – общество с ограниченной ответственностью «Белкамнефть» (далее – ООО, общество «Белкамнефть», третье лицо).

К производству суда для рассмотрения совместно с первоначальным иском принято встречное исковое заявление акционерного общества «Удмуртгазстрой» к обществу «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» о признании договора подряда № Д.0559.30.17.0000/1 от 19.09.2017, заключенного между сторонами, недействительным.

Решением суда от 23.06.2019 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречный иск удовлетворен, договор подряда № Д.0559.30.17.0000/1 от 19.09.2017, заключенный между ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» и АО «Удмуртгазстрой», признан недействительным.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме, во встречном исковом заявлении АО «Удмуртгазстрой» к ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» о признании договора недействительным отказать. Ссылаясь на то, что в силу статьи 181 ГК РФ срок давности о признании оспоримой сделки недействительной составляет один год с момента заключения этой сделки, заявитель жалобы приходит к выводу о том, что  срок исковой давности для предъявления иска о признании договора подряда №Д.0559.3017.0000/1 от 19.09.2017 недействительным истек 19.09.2018 (до момента предъявления соответствующего искового заявления в суд).  Истец указывает, что заявил о пропуске срока исковой давности по встречному иску АО «Удмуртгазстрой» в отзыве на встречное исковое заявление, однако суд первой инстанции при принятии решения не дал оценки данному обстоятельству. Не соглашаясь с выводом суда первой инстанции о мнимости договора подряда № Д.0559.3017.000/1 от 19.09.2017, истец указывает, что судом неверно оценены представленные им доказательства исполнения договора; согласно представленным в материалы дела актам сверки взаимных расчетов АО «Удмуртгазстрой» признавало сумму долга по оспариваемому договору подряда; ответчик отразил операции по принятию от истца работ, выполненных в рамках договора подряда № Д.0559.3017.000/1 от 19.09.2017, в налоговой отчетности (в книгах покупок за соответствующие периоды).

В поступившем в суд апелляционной инстанции 18.09.2019 дополнении к апелляционной жалобе истец по первоначальному иску также просит отменить решение суда и вынести по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования истца к АО «Удмуртгазстрой» в полном объеме, во встречном исковом заявлении АО «Удмуртгазстрой» к ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» о признании договора недействительным - отказать. В обоснование несогласия с выводами суда первой инстанции о недействительности договора подряда № Д.0559.3017.0000/1, заключенного между АО «Удмуртгазстрой» и ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» 19.09.2017, как мнимой сделки, истец ссылается на наличие в материалах настоящего дела доказательств совершения обеими сторонами оспариваемой сделки не только формальных действий, направленных на подписание договора подряда, но и непосредственных действий, направленных на исполнение данной сделки и достижение определенных юридически значимых результатов ее исполнения. Так, истец ссылается на то, что об исполнении сделки со стороны ответчика свидетельствуют следующие имеющиеся в материалах дела доказательства: частичная оплата ответчиком стоимости выполненных работ в размере 2 600 000 руб. по платежному поручения от 30.03.2018; подписание ответчиком актов сверок взаимных расчетов за 1 квартал 2018г. и за 2 квартал 2018г., в которых отражена стоимость работ, переданных истцом ответчику по КС-2 от 30.03.2018 и КС-2 от 14.06.2018; отражение ответчиком хозяйственных операций по приемке от истца выполненных работ в размере полностью соответствующем актам выполненных работ КС-2 в Книге покупок за 1 и 2 кварталы 2018 года. По мнению заявителя жалобы, отражение ответчиком операции по оприходованию от истца выполненных строительных работ в бухгалтерской (налоговой) отчетности свидетельствует о фактическом совершении данным экономическим субъектом указанной сделки. Об исполнении сделки со стороны истца, полагает данная сторона, свидетельствуют следующие доказательства: приобретение истцом у третьих лиц расходных материалов и комплектующих, необходимых для выполнения строительных работ по спорному договору;  принадлежность истцу на праве собственности самоходной установки горизонтального направленного бурения XCMG XZ200, на которой фактически осуществлялись работы по горизонтальному бурению на объекте; отражение истцом данной хозяйственной операции (выполнение строительных работ для АО «Удмуртгазстрой») в книгах продаж по НДС за 1, 2, 3 кварталы 2018 года; обращение истца в адрес ответчика с досудебной претензией от 04.12.2018 с требованием об оплате суммы задолженности за выполненные работы; обращение истца в суд с требованием об исполнении ответчиком спорной сделки. Истец считает, что судом неправомерно, в нарушение норм процессуального права не приняты показания свидетеля Гареева М.А., и при этом учтены показания другого свидетеля - Смирнова А.А. - заинтересованного лица по отношению к ответчику, а также не дана оценка представленным ответчиком доказательствам (в обоснование довода о фактическом выполнении спорных работ силами и средствами самого ответчика) на предмет их относимости и допустимости. Заявитель жалобы также ссылается на допущенное судом первой инстанции неправильное применение норм материального права, выразившееся в неприменении нормы материального права, подлежавшей применению  - пункт 5 статьи 166 ГК РФ, отмечая, что фактические действия АО «Удмуртгазстрой» после заключения сделки давали основания третьим лицам (в том числе контролирующему органу и второй стороне по сделке) полагаться на действительность данной сделки.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором данная сторона просит  оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу истца по первоначальному иску – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность изложенных к ней доводов.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 14.10.2019 к материалам дела приобщено дополнение к апелляционной жалобе истца; на основании части 2 статьи 268 АПК РФ истцу отказано в приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к дополнению к апелляционной жалобе (договор поставки № ДТ 03/05/17 от 03.05.2017; товарные накладные на поставку бентонита от поставщиков; платежные поручения об оплате поставленного товара; копия ПСМ на самоходную установку горизонтального направленного бурения; книги продаж ООО «ГНБ-Сервис» за 1, 2, 3 кварталы 2018 года с уведомлением, подтверждающим их сдачу в налоговый орган), а также  копии трудовой книжки Гареева Марата Альбертовича, поскольку истцом не обоснована невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, которые суд апелляционной инстанции мог бы признать уважительными.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители истца на доводах апелляционной жалобы настаивали; представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, приведенным в отзыве на нее.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в судебное заседание не направило, что в силу статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, верно установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, 19.09.2017 между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен договор подряда № Д.0559.3017.0000/1 (далее - договор), по условиям которого подрядчик принял на себя обязательства выполнить своими силами в сроки, предусмотренные договором,  комплекс работ по устройству футляров методом ГНБ на объекте: «Обустройство Восточно-Юськинского нефтяного месторождения. Обустройство скважин №5. Нефтепровод от куста №5. ВЛ-10 кВ до куста №5. Водовод до куста №5», а заказчик обязался принять выполненные подрядчиком работы и оплатить их на условиях договора (пункты 2.1, 2.2 договора).

Договорная цена поручаемых подрядчику работ определена на основании Локального сметного расчета № 1 (Приложение № 1) и составляет 6 923 791 руб. 60 коп., в том числе НДС (пункт 3.1 договора).

Любое изменение договорной стоимости работ, объемов выполненных работ, сроков выполнения работ и сроков оплаты, а также условий обеспечения объекта материальными ресурсами оформляется дополнительным соглашением, подписанным сторонами (пункт 3.2 договора).

На дополнительные объемы работ, неучтенные договорной ценой, необходимость в которых возникла в период производства работ и без выполнения которых невозможно завершение работ по договору, оформляются дополнительные соглашения исходя из стоимости аналогичных работ, определенных сметной документацией, являющейся неотъемлемой частью договора, с обязательным внесением заказчиком изменений в проектно-сметную документацию (пункт 3.3 договора).

Оплата работ производится в срок не ранее 90 и не позднее 120 календарных дней с момента подписания заказчиком актов о приемке выполненных работ формы КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3. Стоимость работ оплачивается за вычетом ранее уплаченного аванса (пункт 4.2 договора).

Окончательный расчет за выполненный комплекс работ по объекту производится заказчиком в срок не ранее 90 и не позднее 120 календарных дней после полного завершения всех работ, включая устранение выявленных дефектов, устранение всех замечаний, на основании акта приемки законченных строительством работ в объеме обязательств по договору (Приложение № 16), акта о приеме-сдаче отремонтированных, реконструированных, модернизированных объектов по форме ОС-3 (при реконструкции, модернизации) (пункт 4.8 договора).

В соответствии с пунктом 5.1 договора работы выполняются в сроки: начало работ – 01.03.2018; окончание работ по нефтепроводу – 30.06.2018; окончание работ по ВЛ-10кВ – 30.06.2018; окончание работ по водоводу – 30.06.2018.

Ссылаясь на то, что он выполнил предусмотренные договором работы на общую сумму 6 923 791 руб. 60 коп. (сторонами подписаны акты КС-2 и справки КС-3 № 1 от 30.03.2018, № 1 от 14.06.2018), а также дополнительные работы на сумму 83 177 руб. 02 коп. (сторонами пописан акт КС-2 и справка КС-3 № 1 от 10.07.2018), и в этой связи полагая, что на стороне ответчика возникла задолженность по оплате указанных работ, общество «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» обратилось в арбитражный суд с первоначальным иском.

В свою очередь, ссылаясь на то, что предусмотренные указанным договором работы были выполнены силами работников АО «Удмуртгазстрой», акты приемки выполненных работ подписаны бывшим директором ошибочно, ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» работы на объекте не выполняло, поскольку до даты подписания первого представленного истцом акта все работы по объекту были сданы ответчиком заказчику – обществу «Белкамнефть», общество «Удмуртгазстрой» обратилось в арбитражный суд со встречным иском о признании договора недействительным.

Отказывая в удовлетворении первоначального иска и удовлетворяя встречный иск, суд первой инстанции руководствовался положениями, предусмотренными статьями 153, 166, 168, 170 ГК РФ, разъяснениями, данными в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», и исходил из того, что работы, по которым между сторонами были подписаны акты КС-2 и справки КС-3 № 1 от 30.03.2018, № 1 от 14.06.2018, № 1 от 10.07.2018, фактически истцом не выполнялись, все работы были выполнены силами самого ответчика и сданы ответчиком непосредственному заказчику; договор сторонами не исполнялся и был подписан формально при отсутствии у обеих сторон намерений по его реальному исполнению.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, дополнения к ней, отзыва на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил.

Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статьи 309, 310 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно (пункт 1 статьи 711 ГК РФ).

На основании статьи 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса. Договором строительного подряда может быть предусмотрена оплата работ единовременно и в полном объеме после приемки объекта заказчиком.

При этом согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком, и его приемка заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами, то есть надлежащим доказательством выполнения работ является названный документ. Исходя из назначения указанного документа, акт выполненных работ должен отражать сведения о содержании выполненных работ, их объеме.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ установлено, что мнимой сделкой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (указанная правовая позиция закреплена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411).

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 и 2 статьи 71 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что в обоснование первоначального иска общество «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» представило  договор подряда от 19.09.2017 № Д.0559.30.17.0000/1, заключенный между обществом «Удмуртгазстрой» (заказчик) и обществом «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» (подрядчик); акты о приемке выполненных работ (форма № КС-2) от 30.03.2018 № 1, от 14.06.2018 № 1, от 10.07.2018 № 1;  справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) от 30.03.2018 № 1, от 14.06.2018 № 2, от 10.07.2018 № 3; счета-фактуры от 30.03.2018, от 14.06.2018, от 10.07.2018; платежное поручение  от 30.03.2018 № 186 на сумму 2 600 000 руб. с назначением платежа «Оплата за аренду установки, выполненные работы, материал г. Сумма 2600000-00В т.ч. НДС (18%) 396610-17».

Возражая против удовлетворения первоначального иска, ответчик АО «Удмуртгазстрой» в отзыве на иск указал, что работы, на выполнение которых ссылается истец, в действительности были выполнены силами самого ответчика без привлечения истца.

Обращаясь в арбитражный суд со встречным иском о признании договора подряда, оформленного истцом и ответчиком, недействительным, ответчик указал, что работы, предусмотренные спорным договором, истцом не выполнялись, а выполнялись ответчиком силами своих сотрудников, своими материалами и оборудованием. При этом ответчик отметил, что денежные средства, которые принимаются ООО «ГНБ-Сервис» в размере 2 600 000 (два миллиона шестьсот тысяч) руб. были переведены АО «Удмуртгазстрой» на расчетный счет ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» в счет оплаты выполненных работ по другим договорам (договор от 26.03.2018 №ГНБ-02П и договор от 19.09.2018 №ГНБ-08П).

Общество «Удмуртгазстрой» ссылалось на то, что акты по форме КС-2, КС-3 были подписаны ошибочно.

Факт принятия обществом «Удмуртгазстрой» работ по представленным истцом актам ответчик отрицал.

Ответчик также отметил, что пунктом 4.8 договора подряда №Д.0559.30.17.0000/1 от 19.09.2017 предусмотрено осуществление  окончательного расчета за выполненный комплекс работ заказчиком на основании акта приемки законченных строительством работ в объёме обязательств по договору (Приложение №16) и акта по форме ОС-3, что также указано в пункте 14.2.5 спорного договора. На основании пункта 6.2.7 договора подрядчик (ООО «ГНБ-Сервис») обязан был ежемесячно в срок до 25 числа представлять акт об израсходованных материалах по фактически выполненным работам (Приложение №13 к договору), что выполнено ООО «ГНБ-Сервис» не было, так как реально ответчик работ на указанном в договоре объекте не вёл; в соответствии с пунктом 7.3.4 договора подрядчик обязан был разработать и предоставить заказчику на утверждение Проект производства работ (ППР), что также выполнено не было. Согласно пункту 8.2.1 спорного договора строительная площадка между истцом и  ответчиком передаётся и принимается по соответствующему акту.

Кроме того общество «Удмуртгазстрой» ссылалось на отсутствие у противоположной стороны каких - либо первичных документов по выполнению работ по спорному договору, отмечая факт ошибочного случайного подписания КС-2, КС-2 директором АО «Удмуртгазстрой» Смирновым А.А. в связи с наличием между сторонами помимо спорного договора иных договорных отношений по договорам подряда, а также с учетом доверительного характера отношений директора АО «Удмуртгазстрой» Смирнова А.А. с директором ООО «Горизонтальное направленное бурение-Сервис» Халявиным К.А.

Более того, в обоснование своей позиции по встречному иску о недействительности договора подряда ответчик указал, что работы, о выполнении которых в июне 2018 года утверждает истец, были сданы в марте 2018 года в соответствии с договором подряда №Д055930170000 от 19.09.2017, заключенным между ответчиком и ООО «Белкамнефть» (непосредственный заказчик работ).

По утверждению истца по встречному иску, работы по спорному договору были выполнены за счет истца, его силами, транспортом и работниками; для производства работ на указанном участке нефтяного месторождения необходимы специальные допуски и разрешения на работников и технику, данные разрешения были оформлены исключительно на АО «Удмуртгазстрой».

В подтверждение своих доводов ответчик представил в материалы дела договор подряда, заключенный с обществом «Белкамнефть» с локальным сметным расчетом, ведомостью объемов работ на объекте капитального строительства, акты (форма № КС-2) и справки (форма № КС-3), трудовые договоры с работниками, дополнительные соглашения к ним, заявления о приеме на работу, об увольнении; приказы о приеме на работу, о прекращении трудового договора с работником.

Определяющим элементом подрядных правоотношений является результат выполненных работ, который непосредственно и оплачивается заказчиком.

Как отмечалось ранее, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных подрядных работ является сдача результата работ подрядчиком (статьи 711, 746 ГК РФ).

По общему правилу, акты выполненных работ по своей правовой природе являются документами, удостоверяющими факт исполнения подрядчиком принятых на себя обязательств, а также приемку заказчиком выполненных работ.

Вместе  с тем, приняв во внимание возражения ответчика в отношении первоначального иска, учитывая доводы, приведенные обществом «Удмуртгазстрой» во встречном исковом заявлении, арбитражный суд правомерно счел необходимым осуществить проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по подряду, с целью установления обоснованности требований истца о взыскании долга, неосновательного обогащения и процентов по статье 395 ГК РФ.

Так, судом установлено, что спорный договор заключен сторонами на выполнение работ по устройству футляров методом ГНБ на объекте: «Обустройство Восточно-Юськинского нефтяного месторождения. Обустройство скважин №5. Нефтепровод от куста №5. ВЛ-10 кВ до куста №5. Водовод до куста №5», принадлежащем обществу «Белкамнефть».

При этом материалами дела подтверждено, что в эту же дату (19.09.2017) между ответчиком (подрядчиком) и обществом «Белкамнефть» (заказчиком)  заключен договор подряда № Д055930170000 на выполнение этих же видов работ (л. д. 20-44 т. 2)  (с приложением локального сметного расчета и ведомости объемов работ на объекте капитального строительства, л. д. 45-48 т. 2).

Согласно условиям названного договора работы по нему должны были выполняться ответчиком в период с 28.10.2017 по 31.10.2017 (по нефтепроводу) и по 28.02.2018 (по ВЛ-10кВ и водопроводу) (пункт 5.1), тогда как по условиям  спорного договора подряда выполнение тех же работ предусмотрено с 01.03.2018 по 30.06.2018 (пункт 5.1), за пределами сроков выполнения работ, предусмотренных договором с заказчиком объекта.

Факт выполнения работ по договору подряда с обществом «Белкамнефть» в период до 15 марта 2018 года подтверждается представленными ответчиком актами (КС-2) и справками (КС-3) (л. д. 50-61 т. 2).

Непосредственный заказчик спорных работ – общество «Белкамнефть»  в данных суду письменных пояснениях подтвердил факт выполнения  строительства в период с октября 2017 года по март 2018 года, указав, что работы по договору были выполнены  со стороны подрядчика в полном объеме и приняты со стороны заказчика без замечаний, оплата работ произведена  в сроки, установленные договором (л. д. 125 т. 2).

Установив, что на момент подписания сторонами актов КС-2 и справок КС-3 № 1 от 30.03.2018, № 1 от 14.06.2018, № 1 от 10.07.2018, работы по договору подряда № Д055930170000 от 19.09.2017, заключенному между ответчиком и обществом «Белкамнефть», были уже выполнены и сданы ответчиком обществу «Белкамнефть» в полном объеме, суд первой инстанции справедливо указал, что в сроки, указанные в актах между истцом и ответчиком, указанные работы не выполнялись и выполняться фактически не могли, поскольку уже были выполнены ответчиком и сданы заказчику – обществу «Белкамнефть».

В отсутствие доказательств выполнения данных работ истцом и предъявления их к приемке ответчику в более ранние сроки (статьи 9, 65  АПК РФ) суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что воля сторон спорного договора не была направлена на его исполнение, намерения его исполнять у сторон не было, договор был подписан формально, не в соответствии с обычным поведением, ожидаемым от любого разумного и добросовестного участника гражданского оборота.

При этом обоснованно судом учтено, что работники, силами которых, по утверждению истца, выполнялись спорные работы на объекте, на тот период являлись работниками ответчика, что подтверждено копиями приказов и трудовых договоров (л. д. 63-82 т. 2), информацией налогового органа о доходах  физических лиц (л. д. 3-9 т. 3), о застрахованных обществом «Удмуртгазстрой» лицах, об отчислениях с заработной платы в части налога на доходы физических лиц за 1 квартал 2018 года (л. д. 18 т. 3).

Учтено судом и то, что именно на указанных физических лиц общество «Удмуртгазстрой» направляло в адрес общества «Белкамнефть» письмо с просьбой дать разрешение на допуск на объект  для выполнения строительно-монтажных работ (л. д. 256 т. 2). В этом же письме также подрядчик указал сведения о транспорте ЗАО «Удмуртгазстрой», необходимом для выполнения работ.

Согласно письму общества «Удмуртгазстрой» от 22.08.2017 № 350, адресованному заказчику, выполнение спорных работ  будет производиться собственными силами (л. д. 84 т. 2). 

Ссылки истца в апелляционной жалобе на то, что указанные письма адресованы иному обществу (не заказчику работ  - обществу «Белкамнефть»), не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку позиция ответчика по делу не противоречит пояснениям общества «Белкамнефть» - заказчика работ, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица. 

Так, в своих письменных пояснениях третье лицо общество «Белкамнефть» отметило, что условиями договора предусмотрена обязанность  подрядчика  в случае привлечения к выполнению работ субподрядных организаций согласовать каждую привлекаемую субподрядную организацию; за  привлечение подрядчиком третьих лиц к выполнению работ без письменного согласования с заказчиком  заказчик вправе  требовать от подрядчика уплаты штрафа в размере 3 % от цены договора (пункт 16.17.3 договора). При этом третье лицо указало, что со стороны АО «Удмуртгазстрой» не поступало информации о привлечении к выполнению работ  субподрядных организаций (л. д. 125 т. 2). 

К исследованию и оценке представленных истцом в подтверждение обоснованности исковых требований договоров подряда, подписанных им с физическими лицами (л. д. 20-23 т. 2), которые в спорный период являлись работниками ответчика, суд первой инстанции обоснованно подошел   критически исходя из того, что представленные договоры содержат одинаковый предмет без конкретизации работ применительно к каждому из работников; исполнительная документация, отчеты об израсходованных материалах, которые подлежали по ним составлению, в материалы дела не представлены; налоговые отчисления с доходов в отношении указанных лиц истцом не производились.

Справедливым в данной части суд апелляционной инстанции признает указание суда первой инстанции на то, что с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела заключение между истцом и ответчиком договора подряда для выполнения порученных ответчику работ на объекте заказчика силами работников самого ответчика, привлекаемых его субподрядчиком (истцом) по отдельным гражданско-правовым договорам, не отвечает стандартам обычного поведения любого разумного и добросовестного участника гражданского оборота.

Само по себе то обстоятельство, что ряд работников ответчика были уволены  в феврале 2018 года, факт выполнения спорных работ силами ответчика не опровергает и, в свою очередь, обоснованность требований истца не подтверждает (статьи 9, 64, 65, 67, 68, 168 АПК РФ).

Приняв во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в рамках спорного договора работы не выполнялись и, подписывая договор, стороны не намеревались его исполнять.

Вопреки мнению истца, суд первой инстанции правомерно критически отнесся к доводам данной стороны о передаче ответчику через его работника Гареева М.А. исполнительной документации (л. д. 16-17 т. 3), в том числе к показаниям указанного работника, данным суду с учетом совокупности иных имеющихся в деле доказательств, а также указав на служебную зависимость названного лица, являющегося на момент дачи таких показаний работником истца.

Судом первой инстанции приняты во внимание показания бывшего директора ответчика Смирнова А.А., пояснившего, что как спорный договор, так и акты приемки работ были подписаны им ошибочно по просьбе Халявина К.А., который на тот период был работником ответчика и возглавлял участок ГНБ, являвшийся подразделением АО «Удмуртгазстрой», силами которого выполнялись спорные работы на объекте общества «Белкамнефть». Суд учел, что поскольку со стороны общества «Белкамнефть» часто выставлялись замечания по оформлению документов и документы неоднократно переподписывались, свидетель ошибочно по просьбе Халявина К.А. подписал и спорные договор, и акты, полагая, что переподписывает документы между АО «Удмуртгазстрой» и обществом «Белкамнефть».

Показания данного свидетеля наряду с иными доказательствами по делу  обоснованно приняты во внимание судом первой инстанции, не выявившим оснований не доверять им. Вопреки мнению истца не установлено таких оснований и судом апелляционной инстанции (статья 71 АПК РФ). При этом указания заявителя апелляционной жалобы на допущенные судом нарушения процессуального права проверены судом апелляционной инстанции и отклонены. Нарушения принципов состязательности сторон арбитражного процесса (статья 9 АПК РФ) судом первой инстанции не допущено.

При исследовании доводов и возражений сторон дополнительно судом первой инстанции учтено отсутствие в деле подписанного сторонами Локального сметного расчета № 1 (приложение № 1 к договору), ссылка на который имеется в договоре, а также отсутствие доказательства исполнения сторонами пунктов 7.1.1., 7.1.2., 7.3.4, 7.3.30, 7.3.31, 7.3.33, 7.3.34, 8.2., 8.3 договора (доказательства передачи ответчиком истцу строительной площадки для выполнения работ по соответствующему акту, доказательства выдачи «в производство работ» проектной документации, геодезической разбивочной основы и закрепленных на территории знаков этой основы с освидетельствованием в объеме, определенном требованиям проектной документации, разработки истцом проекта производства работ, детального плана производства работ, месячно-суточных графиков, представление истцом ответчику ежесуточной информации (сводки о выполненных работах), направления истцом ответчику официального уведомления о назначенных ответственных представителях для координации и согласования хода выполнения работ и пр.).

В данной части суд первой инстанции обоснованно принял во внимание пояснения истца о том, что специфика производства работ на нефтепроводе предполагает наличие значительного объема первичной бухгалтерской и организационной документации, включающей переписку сторон по организации работ на территории, доступа персонала и техники на строительный объект, наличие документов, подтверждающих использование техники, материалов и персонала для выполнения работ, чего в материалы дела не представлено. 

Изложенное в совокупности расценено судом в качестве обстоятельств, свидетельствующих о том, что работы на объекте фактически не выполнялись обществом «Горизонтальное направленное бурение – Сервис», договор сторонами не исполнялся и подписан формально, в отсутствие у обеих сторон намерений по его реальному исполнению.

Вопреки позиции истца, учитывая отсутствие доказательств выполнения работ, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что договор подряда № Д.0559.3017.0000/1 от 19.09.2017 является мнимой сделкой (статьи 166, 168, пункт 1 статьи 170 ГК РФ), поскольку совершен для вида без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия, удовлетворив встречный иск.

Ссылки истца на положения пункта 5 статьи 166 ГК РФ не могут быть признаны обоснованными.

В силу названной нормы заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

При оценке доводов истца о регистрации ответчиком в книге покупок за 2018 год счетов-фактур, выставленных истцом по спорным актам КС-2, суд первой инстанции правомерно учел пояснения ответчика о том, что регистрация счетов-фактур в книге покупок, их отражение в подписанных со стороны ответчика его бухгалтером актах сверки свидетельствует лишь о том, что представленные в бухгалтерию ответчика директором истца Халявиным К.А. (являвшимся в спорный период работником ответчика, выполнявшим функции прораба на спорном объекте) либо Гареевым М.А. (который также в спорный период был работником ответчика и являлся главным инженером) акты КС-2, содержащие подпись Смирнова А.А. (являвшегося на тот период директором ЗАО «Удмуртгазстрой»), а также счета-фактуры были ей приняты к бухгалтерскому учету; проверка же фактического выполнения работ по подписанным со стороны директора общества актам, представленным в бухгалтерию ответчика его работниками, в должностные обязанности бухгалтера не входит, в связи с чем они и были ею приняты к учету и отражены в соответствующих бухгалтерских документах. В этой связи суд сделал верный вывод о том, что само по себе указанное обстоятельство факт исполнения договора с очевидностью и бесспорно не подтверждает (статьи 64, 65, 67, 68, 71, 168 АПК РФ).

Поскольку в материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства совершения ответчиком непосредственных действий, направленных на исполнение данной сделки и достижение определенных юридически значимых результатов ее исполнения, оснований для применения положений пункта 5 статьи 166 ГК РФ не имеется. 

При этом доводы заявителя апелляционной жалобы, основанные на доказательствах, на которые ссылается истец в дополнении к апелляционной жалобе, в приобщении которых судом апелляционной инстанции отказано на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, исследованию и оценке не подлежат.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку.

Оценив представленные в дело доказательства, их достаточность, относимость и взаимную связь по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств, установив, что договор является недействительной сделкой (мнимой), в отсутствие факта выполнения работ по договору арбитражный суд пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований общества «Горизонтальное направленное бурение – Сервис» в полном объеме.

По изложенным основаниям встречный иск правомерно удовлетворен судом.

Позиция истца о пропуске ответчиком срока исковой давности по требованию, заявленному в рамках встречного иска, исследована судом апелляционной инстанции и признана им несостоятельной.

 В пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Срок исковой давности по таким сделкам в силу статьи 181 ГК РФ составляет 3 года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Принимая во внимание, что оспариваемый договор датирован 19.09.2017, оснований для вывода об истечении срока исковой давности по требованиям встречного иска, поданного ответчиком в суд 07.03.2019, не имеется.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены, поскольку отмену правильного судебного акта не влекут.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики  от 23 июня 2019 года по делу № А71-327/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

 

Председательствующий

Л.В. Дружинина

Н.А. Гребенкина 

О.В. Суслова