АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-4397/2020

г. Краснодар

15 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 апреля 2022 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Герасименко А.Н. и Драбо Т.Н., при участии в судебном заседании от заявителя – акционерного общества «Нарзан» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 01.01.2019), от заинтересованного лица – Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кисловодску Ставропольского края (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 03.09.2021), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Нарзан» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 по делу № А63-4397/2020, установил следующее. 

Акционерное общество «Нарзан» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кисловодску Ставропольского края (далее – инспекция) о признании недействительным решения от 06.09.2019 № 2 (с учетом изменений, внесенных решениями инспекции от 26.11.2019 и от 24.12.2019, и Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (далее – управление) от 03.03.2020 № 08-19/005738).

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении требований общества отказано по мотиву выявления признаков необоснованной налоговой выгоды, нереальности хозяйственных взаимоотношений с контрагентами.

В кассационной жалобе общество просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и удовлетворить требование. Указывает то, что инспекцией обществу необоснованно начислены налог на добавленную стоимость (далее – НДС) и налог на прибыль организаций (далее – налога на прибыль) по сделкам с ООО «Экспресс Лоджистик» (далее –  вторая организация), кампанией «Антея Трейдинг ГмбХ» (далее – аналитик) и ООО «Частное охранное предприятие "Базилевс"» (далее – ЧОП), также неправильно произведен расчет налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) за 2014 – 2016 годы исходя из расчетного способа.

В отзыве на жалобу инспекция просит оставить судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества заявил ходатайство об отказе обжалования  судебных актов по делу в части  отказа судом в признании недействительным решения инспекции о начислении 2 102 633 рублей 10 копеек штрафа  по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) в связи с добровольной отменой решения инспекция в этой части. Производство по кассационной жалобе в этой части просил прекратить, последствия отказа от кассационной жалобы ему известны.  Представитель инспекции против удовлетворения ходатайства общества не возражал.  Кассационная инстанция считает  заявленное ходатайство подлежащим удовлетворению, поскольку  принятие отказа от жалобы в названной части чьи-либо охраняемые  законом права и интересы, а также требования закона  не  нарушит. Представитель общества, исходя из текста представленной им в доказательство наличия полномочия на заявление ходатайства доверенности, приобщенной к материалам дела, вправе заявлять отказ от иска и подписывать кассационной жалобы.   Производство по кассационной жалобе в названной части подлежит прекращению.

В судебном заседании представители участвующих в  деле лиц поддержали доводы и возражения, изложенные в  остальной части  жалобе и отзыва на нее. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что жалоба в обжалуемой обществом части удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Суд установил и материалами дела подтверждается, что инспекция провела выездную налоговую проверку правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты обществом налогов и сборов с 01.01.2014 по 31.12.2016, по результатам которой составила акт от 03.12.2018 № 5 и вынесла решение от 06.09.2019 № 2 (с учетом решений от 26.11.2019 и 24.12.2019 о внесении изменений) о начислении 21 312 829 рублей НДС за II – IV кварталы 2015 года, I – IV кварталы 2016 года), 3 329 692 рублей налога на прибыль за 2015 год, 13 732 511 рублей НДФЛ за 2014, 2015 годы,  20 599 123 рублей пеней и взыскании 10 199 695 рублей штрафов. Обществу предложено уменьшить убытки за 2016 год на 83 707 820 рублей.

Решением управления от 03.03.2020 № 08-19/005738 решение инспекции от 06.09.2019 № 2 с учетом решений от 26.11.2019 и 24.12.2019 отменено в части начисления 5 099 847 рублей 50 копеек штрафов. В оставшейся части обжалуемое решение оставлено без изменения. Представленным инспекцией в судебном заседании кассационной инстанции от 14.04.20222 решением управления от  30.03.2022 также подтверждается отмена управлением решения инспекции в части начисления обществу 2 102 633 рублей 10 копеек штрафа по пункту 1 статьи 123 Кодекса за неправомерное неперечисление (неполное перечисление) НДФЛ, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом с 01.01.2014 по 06.09.2016.

Общество обжаловало решение инспекции в арбитражный суд.

Суд установил, что в проверяемом периоде (2014 – 2016 годы) общество являлось плательщиком НДС по операциям реализации минеральной, питьевой воды, сокосодержащих напитков собственного производства, покупных товаров, транспортных и экспедиционных услуг, доходов от сдачи имущества в аренду.

Соглашаясь с выводом инспекции о нереальном характере сделки общества со второй организацией, суд установил наличие следующих обстоятельств.

В 2015 году общество приняло решение о выделении деятельности по оказанию услуг перевозок в самостоятельную структуру, учредило новое юридическое лицо ООО «Нарзан Лоджистик» (позже переименовано в Экспресс Лоджистик) с местом нахождения в городе Москва, основным видом деятельности – услуги перевозки автомобильным грузовым транспортом. Допрошенные работники второй организации подтвердили их работу именно в этой организации, а не в обществе. 

До принятия решения о создании второй организации общество приобрело в 2014 году в лизинг автотранспортные средства – седельные тягачи и полуприцепы, передав их в 2015 году второй организации по договорам перевода долга.

Общество (заказчик) и вторая организация (экспедитор) действовали на основании договора транспортной экспедиции от 17.04.2015 № 53/1, по которому экспедитор обязался по заявкам заказчика принимать грузы к перевозке, доставлять их автомобильным транспортом по территории Российской Федерации в пункт назначения, а также выдавать грузы уполномоченному лицу (грузополучателю). Заказчик обязался предъявить груз к перевозке и уплатить вознаграждение в соответствии с условиями договора. Сделка предусматривала возможность оказания экспедитором заказчику дополнительных услуг, связанных с перевозкой груза, и не указанных в договоре. 

Суд установил, что взаимозависимость второй организации и общества повлияла на завышение тарифов на оказание транспортных услуг, что привело к значительному увеличению убытка и завышению налоговых вычетов по НДС.

Суд дал надлежащую правовую оценку доводам инспекции о намеренном выводе второй организации из-под налогового контроля Российской Федерации путем учреждения оффшорной иностранной организации «Изи Бейдон Элпи» (Шотландия), также взаимозависимой с обществом, что подтверждается ответом базы данных компании «Bureau van Dijk». Руководство общества неоднократно прибегало к подобной оффшорной схеме – материалами проверки установлено, что иностранная организация «Изи Бейдон Элпи» (по данным общедоступной информационной базы ПК «Контур Фокус») учредила 27 организаций (в том числе и общество с ограниченной ответственностью ТЛК «Гарантия», первоначально учрежденное ФИО3, генеральным директором которого являлся ФИО4).

Кроме того, суд счел обоснованным довод инспекции о перечислении обществом при создании второй организации на ее счет значительных денежных средств – авансировании будущих транспортных услуг (при отсутствии деловой репутации авансирование признано свидетельствующим о подконтрольности деятельности новой организации), передаче арендованных транспортных средств второй организации без компенсации лизинговых платежей за них и необоснованном увеличении тем самым расходов общества. Общество фактически продолжало уплату лизинговых платежей через вторую организацию, передав новые грузовые транспортные средства вновь созданному взаимозависимому лицу путем уступки права пользования ими с годовой оплатой лизинговых платежей, заключало договоры об оказании транспортных услуг сразу после создания второй организации, переводило подготовленный персонал из общества во вторую организацию.

Как следует из Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ), лизинговая деятельность – это вид инвестиционной деятельности по приобретению имущества (предмета лизинга) и передаче его в лизинг: лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю (статья 11), а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности; за лизингодателем также признается право на бесспорное взыскание просроченных лизинговых платежей (статья 13); по окончании срока действия договора предусмотрен возврат предмета лизинга (если иное не предусмотрено договором) или его приобретение лизингополучателем в собственность на основании договора купли-продажи (статья 15); особым видом отношений при осуществлении лизинговой деятельности является сублизинг, при котором происходит переуступка прав владения и пользования предметом лизинга третьему лицу с письменного согласия лизингодателя (статья 8).

Преимущества финансового лизинга для лизингополучателя очевидны: срок действия договора лизинга при 100-процентном финансировании почти равен сроку полной амортизации приобретаемого на условиях лизинга оборудования и может длиться  от 2 до 10 лет, что позволяет лизингополучателю оформить право собственности на предмет лизинга по остаточной, приближенной к нулевой стоимости; лизинговый платеж в полном объеме относится на себестоимость, уменьшая налогооблагаемую базу по налогу на прибыль, а при применении к основной норме амортизации специального коэффициента в отношении амортизируемых основных средств возникает экономия на налоге на имущество; лизинговые операции не ухудшают показателей финансовой устойчивости и ликвидности лизингополучателя, который может выкупить объект лизинга, вернуть взятое в лизинг оборудование лизингодателю или привлечь новое современное оборудование и пр. (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 № 20-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 93.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации, части 6 статьи 5 Федерального закона «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части регулирования бюджетного процесса и приведении в соответствие с бюджетным законодательством Российской Федерации отдельных законодательных актов Российской Федерации» и статьи 116 Федерального закона "О федеральном бюджете на 2007 год" в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации"»).

Суд принял во внимание показания главного бухгалтера филиала ФИО5, специалиста по логистике, работавшей по совместительству в обществе во второй организации, ФИО6, главного инженера и руководителя второй организации ФИО7, исходя из которых все рабочие места остались неизменными при переходе работников общества во вторую организацию, сохранился доступ к компьютерной программе общества; транспортные средства, переданные второй организации, продолжали располагаться по адресу: Кисловодск, ФИО8, 43 на территории завода общества. Суд также согласился с доводами инспекции о том, что руководители второй организации (ФИО7 и ФИО9) являлись номинальными, не имели права подписи финансовых и отчетных документах, а все финансово-хозяйственной решения принимал ФИО4

Суд учел подконтрольность и взаимозависимость второй организации, повлиявшие на завышение тарифов по оказанию транспортных услуг, что, как следствие, повлекло увеличение убытков и завышение налоговых вычетов по НДС. Суд оценил договор транспортной экспедиции от 17.04.2015 № 53/1, отметил   отсутствие в нем признаков договора перевозки (нет условия об оказании вспомогательных услуг) – в заявках на перевозку и актах выполненных работ нет сведений об оказании каких-либо дополнительных услуг). Суд установил, что вторая организация большинство перевозок для общества производила с привлечением третьих лиц, а не на переданных обществом в сублизинг автомобилях, что подтверждается транспортными заявками и отражено в актах.

Суд также выявил ошибки в расчете автотранспортных расходов общества – включение в него помимо расходов на перевозку лизинговых платежей и всех иных расходов по содержанию автомобилей, в том числе и легковых. Суд проверил расчет инспекции автотранспортных расходов общества, исходя из которого удельный вес расходов в общей сумме косвенных расходов значительно увеличился с момента заключения договорных отношений со второй организацией при уменьшении выручки от реализации товаров собственного производства в три раза, что признал признаком намеренного завышения тарифов на перевозку.

Суд также выявил нарушения валютного законодательства по расчетам с аналитиком, их взаимозависимость и счел спорную хозяйственную операцию между ними фиктивной,  документооборот формальным и созданным для придания видимости совершения сделки. Так, суд установил и материалами дела подтверждается, что ФИО3 (акционер общества) также является исполнительным директором аналитика; бенефициарным владельцем последней компании является «Hawdston Holding Limited», директором которой является ФИО3 Кроме того, представленные документы не подтверждают реальность оказания консультационных услуг аналитиком, поскольку отчеты состоят лишь из фотографий, таблиц, графиков; размещены в общедоступных ресурсах в сети Интернет; в них отсутствует информация об объеме, целях, видах выполненных услуг, из-за чего из содержания представленных документов невозможно соотнести оказанные консультации с последующим результатом. Результаты исследований не повлияли на увеличение экспортной реализации. С учетом этих обстоятельств суд сделал вывод о взаимозависимости общества с аналитиком, формальном характере документов по консультационным услугам, отсутствии деловой цели в сделке, направленности действий участников схемы на уменьшение налоговых обязанностей общества.

Проверяя правомерность отнесения обществом в целях налогообложения прибыли расходов на услуги охраны ЧОПом, суд, что общество и ЧОП заключили договоры, по которым последнее обязалось оказывать обществу услуг охраны принадлежащих ему объектов и имущества, обеспечению внутриобъектного и пропускного режима, консультированию и подготовке рекомендации? клиентам по вопросам правомернои? защиты от противоправных посягательств. 

Объектами охраны являлись три строения (Московская область Одинцовскии? раи?он 

<

...> строения 2 и 3 (далее – объект № 1); Москва Ленинскии? проспект дом 67 (далее – объект № 2); Московская область Одинцовскии? раи?он село Усово строение 100 блок «Г». 

Собственником объектов № 1 и 2 является единственныи? акционер общества ФИО3, который по договорам аренды передал эти объекты обществу для проведения еженедельных собрании? суперваи?зеров и торговых представителеи? отдела продаж по Москве и Московскои? области, а также собрании? акционеров, заседании? совета директоров и правления, ведения переговоров.

Отказывая обществу в принятии расходов на охрану перечисленных объектов, инспекция сочла их завышенными, сформированным фиктивный документооборот между взаимозависимыми лицами по охране объектов, не связанных с деятельностью общества, направленными на необоснованное получение дохода за 2016 год (7 565 904 рублей). 

Суд отметил, что общество не представило доказательства, свидетельствующие о проведении таких собраний акционеров по охраняемым адресам, при этом у него  имеется только один акционер (ФИО3), и проведение им с самим собой собраний в охраняемом ЧОПом режиме для сохранения коммерческой тайны свидетельствует об отсутствии деловой цели  в получении услуг охраны ЧОПом. Наличие деловых целей проведения корпоративных мероприятий общества, находящегося в городе Кисловодск Ставропольского края, в помещениях, расположенных в городе Москва и Московской области, общество не назвало. Нет в материалах дела и доказательств приезда в этот регион участников совещаний, собраний, заседаний совета директоров и правления, съездов, переговоров. Деловые цели таких поездок с целью сохранения конфиденциального режима и соблюдения коммерческой тайны организации, производящей минеральную воду, соки, газированные напитки и чай, суд не установил.  

Суд сделал вывод о взаимозависимости общества и ЧОПа через единственного акционера ФИО3, повлиявшего на экономические результаты деятельности общества и цели налогообложения. Последний как собственник объектов № 1 и 2 по договорам аренды за символическую плату передал свои же объекты обществу. При этом за охрану этих объектов плата установлена несопоставимо высокая. Учредителем ЧОПа в проверяемом периоде являлся ФИО3 (доля в уставном капитале 99%) – отец ФИО3 (акционер общества). В предшествующих периодах учредителем ЧОПа был сам ФИО3 (доля в уставном капитале 99%). В проверяемом периоде он также получал также доходы в ЧОПе.

Суд проанализировал протоколы допросов сотрудников ЧОПа ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13, пояснивших, что общество по охраняемым адресам деятельность никогда не осуществляло, на этих объектах никогда не было каких-либо производственных мощностей, линий розлива воды, складских помещений, готовой продукции, не производились загрузка-погрузка и публичные мероприятия, собрания, выставки, съезды общества. Названные лица отрицают охрану объектов в принципе, независимо от временного периода. Инспекция, руководствуясь абзацем вторым пункта 4 статьи 101 Кодекс, исследовала документы, полученные в установленном Кодексом порядке до момента начала соответствующей налоговой проверки, что не противоречит сформированному в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» правовому подходу.

Суд принял во внимание ссылки инспекции на постановление суда апелляционной инстанции по делу № А63-7428/2016, которым установлена нереальность правоотношений общества и ЧОПа по охране объектов № 1 и 2, взаимозависимость сторон, формальный документооборот (спорный период 2012, 2013 годы).

Признавая незаконным оспариваемое решение инспекции в части начисления 13 732 511 рублей НДФЛ, соответствующих пеней и штрафов, суд сослался на статьи 41, 44, 45, 52, 58, 207 – 210, 226 Кодекса и указал следующее. 

Суд установил, что инспекция проверила выборочным методом представленные обществом за 2014 – 2016 годы приказы, положение об оплате труда, своды удержаний и начислений помесячно, штатное расписание, табели учета рабочего времени, кассовые книги, платежные ведомости (помесячно), договоры, карточки счетов 66.03, 68.01, 75.02, 76.05, 50. Проверены сведения формы 2-НДФЛ с регистрами налогового учета в части исчисленного и удержанного НДФЛ; данные главной книги; оборотно-сальдовые ведомости по счету 68/1 «Расчеты с бюджетом по НДФЛ» налогового агента о перечисленных в бюджет суммах налога сверены с данными карточки расчетов с бюджетом налоговых органов о поступивших суммах налога.

Общество при проверке представило расчетные и платежные ведомости, аналитические регистры, карточки счета, на основании которых начислены НДФЛ, пени и штрафы. Инспекция проверила все первичные документы, на основании которых общество исчислило и удержало НДФЛ, проверка проводилась на его территории. Учет начисленной и выданной заработной платы оно вело по установленным правилам. Расчетный метод по подпункту 7 пункта 1 статьи 31 Кодекса не применялся.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 230 Кодекса налоговые агенты представляют в налоговый орган по месту своего учета документ, содержащий сведения о доходах физических лиц истекшего налогового периода и суммах налога, исчисленного, удержанного и перечисленного в бюджетную систему Российской Федерации за этот налоговый период по каждому физическому лицу, ежегодно не позднее 1 апреля года, следующего за истекшим налоговым периодом, по форме, форматам и в порядке, которые утверждены федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, если иное не предусмотрено пунктом 4 названной статьи. Из статей 32, 70, 80, 82, 87, 88, 89, 230 Кодекса не следует, что налоговый орган обязан проверять предоставленные налоговым агентом справки по форме 2-НДФЛ и реестры представленных сведений по форме № 2-НДФЛ, поскольку они  по смыслу налогового законодательства не являются документов налоговой или текущей отчетности, на основании которых налоговый орган без проверки и исследования первичных и иных документов может произвести принудительное взыскание указанной в справке суммы налога. Действительная обязанность налогового агента по перечислению НДФЛ, размер пеней исчисляются исходя из задолженности по налогу в отношении каждого периода просрочки (включая дату выплаты дохода).

В силу пункта 1 статьи 70 Кодекса требование об уплате налога должно быть направлено налогоплательщику не позднее трех месяцев со дня выявления недоимки, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Пунктом 2 статьи 70 Кодекса предусмотрено, что требование об уплате налога по результатам налоговой проверки должно быть направлено налогоплательщику в течение 20 дней с даты вступления в силу соответствующего решения. Правила, установленные названной статьей, применяются также в отношении сроков направления требования о перечислении налога, направляемого налоговому агенту (пункт 4 статьи 70 Кодекса).

В рассматриваемом случае обстоятельства неполной уплаты налога выявлены инспекцией в ходе проведения выездной налоговой проверки, а требование об уплате налога выставлено в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 70 Кодекса.

Суд проверил и согласился с доводами инспекции об отсутствии у нее возможности провести камеральную налоговую проверку по сведениям о доходах физических лиц (форма № 2НДФЛ), поскольку они не являются ни декларацией, ни расчетом в смысле статей 80 и 88 Кодекса, так как не содержат все необходимые данные для исчисления НДФЛ (например, даты выплаты дохода), но в силу статьи 89 Кодекса инспекция вправе назначить выездную налоговую проверку по НДФЛ и проверить все документы, относящиеся к предмету проверки, что она и выполнила. Срок давности исчисления недоимки и пеней по НДФЛ со дня предоставления справок по форме 2-НДФЛ реестров исчислен с учетом даты вступления в законную силу решения инспекции и соблюдения сроков выставления требования об уплате начисленных сумм (статей 46, 47, 70 Кодекса). Установленные судом в этой части  фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам и доводы жалобы в названной части направлены на переоценку исследованных судом доказательств, что не входит в полномочия кассационной инстанции. Общество, как правомерно отметил суд, необоснованно не исчислило (не перечислило) НДФЛ с выплаченных им доходов, за что в том числе привлечено  к ответственности по пункту 1 статьи 123 Кодекса в пределах установленных статьями 109, 113 Кодекса сроков давности (помимо отмененных решением управления). 

С учетом изложенного выводы суда основаны на правильном применении норм права к установленным им обстоятельствам и соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам. Доводы жалобы фактически сводятся к несогласию исследованных и оцененных судом в совокупности и взаимосвязи доказательств, что не входит в полномочия кассационной инстанции. Основания для отмены или изменения судебных актов в обжалуемой обществом части не установлены.

    Руководствуясь статьями 49, 150, 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство АО «Нарзан» об отказе от части кассационной жалобы удовлетворить.

Прекратить производство по кассационной жалобе АО «Нарзан» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 по делу № А63-4397/2020  в части отказа в признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кисловодску Ставропольского края от 06.09. 2019 № 2 (с учетом изменений, внесенных решениями от 24.12.2019, от 30.03.2022) в части привлечения АО «Нарзан» к ответственности по пункту 1 статьи 123 Налогового кодекса Российской Федерации за неправомерное неперечисление (неполное перечисление) налога на доходы физических лиц, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом в виде взыскания 2 102 633 рублей 10 копеек штрафа.

            В остальной части решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 по делу № А63-4397/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               Л.А. Черных

Судьи                                                                                                             А.Н. Герасименко

                                                                                                                        Т.Н. Драбо