ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16965/2021, 10АП-16966/2021, 10АП-17191/2021

Дело № А41-27943/20

04 июля 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  04 июля 2022 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от ИП ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 05.01.2022,

от ООО «МФЦ Капитал» - ФИО4, представитель по доверенности от 30.12.2021,

от временного управляющего ООО «ИД Мейджер» - ФИО5, представитель по доверенности от 27.09.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ООО «МФЦ Капитал», АО «Таврический Банк», временного управляющего ООО «ИД Мейджер» на определение Арбитражного суда Московской области от 27.07.2021 по делу № А41-27943/20

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 28.01.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью Издательский дом «Мейджер» (далее – ООО Издательский дом «Мейджер») введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО6.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО Издательский дом «Мейджер» в размере 903 007 226 руб. 59 коп., в том числе основной долг 360 000 000 руб., проценты 144 072 575 руб. 79 коп., пени 398 934 650 руб.

Определением от 27.07.2021 Арбитражный суд Московской области включил требование индивидуального предпринимателя ФИО2 в размере 903 007 226 руб. 59 коп., в том числе основной долг 360 000 000 руб., проценты 144 072 575 руб. 79 коп., пени 398 934 650 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Издательский дом «Мейджер».

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «МФЦ Капитал»,  АО «Таврический Банк», временный управляющий ООО «ИД Мейджер» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции представителем ООО «МФЦ Капитал» было заявлено ходатайство о фальсификации доказательств и назначении  экспертизы.            

Определением от 26.10.2021 Десятый арбитражный апелляционный суд назначил по делу судебную экспертизу, приостановил производство по апелляционным жалобам ООО «МФЦ Капитал»,  АО «Таврический Банк», временного управляющего ООО «ИД Мейджер» на определение Арбитражного суда Московской области от 27.07.2021 по делу  №А41-27943/20.

В ходе судебного заседания, проведенного 07.06.2022, суд возобновил производство по апелляционным жалобам ООО «МФЦ Капитал»,  АО «Таврический Банк», временного управляющего ООО «ИД Мейджер» на определение Арбитражного суда Московской области от 27.07.2021 по делу  №А41-27943/20.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб,  арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Из материалов дела следует, что ООО «Золотой возраст» перед ООО «Сарломсбыт» образовалась в результате неисполнения должником обязательств по договорам займа от 16.04.2015 № З/ЗВ-1 и от 04.05.2015 № З/ЗВ-2, в соответствии с которыми должнику были предоставлены займы на суммы 100 000 000 руб. (договор от 16.04.2015) и 260 000 000 руб. (договор от 04.05.2015). 

Требования к заявителю перешли от компании Релико Трейдинг ЛТД 25.09.2017 в связи с заключением договора уступки прав (требований) № 1/1-2017, права требования к которой были переданы от ООО «Рейсдорф панели» по договору уступки прав (требований) от 12.07.2017 № 1-2017. 

В свою очередь, принадлежавшие ООО «Рейсдорф панели» права требования по вышеуказанным договорам займа были получены указанным обществом от ООО «СтройРемСтиль» по условиям соглашения об отступном от 01.10.2015 № СРС-О-2015. 

Вступившим в законную силу определением суда от 24 ноября 2020 года по делу № А41-98550/19 требование ООО «Сарломсбыт» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Золотой Возраст» в полном объеме в общей сумме 903 007 226 руб. 59 коп. 

20.10.2020 между ИП ФИО2 и ООО «Сарломсбыт» был заключен договор уступки прав (требований) №53/10-20 в соответствии с которым права требования к должнику по договорам займа №3/ЗВ-1 от 16.04.2015, № З/ЗВ-2 от 04.05.2015, включая требования по оплате процентов и пеней, перешли к ИП ФИО2 

В соответствии с п. 5.1 указанного договора права требования перешли к заявителю с момента подписания договора цессии и передачи удостоверяющих документов, которые были переданы по акту от 03.11.2020г. 

Должник в лице конкурсного управляющего был уведомлен о состоявшейся уступке 06.11.2020. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17 февраля 2021 года произведена замена кредитора ООО «Сарломсбыт» на ИП ФИО2 

Определение суда от 24 ноября 2020 года по делу № А41-98550/19 оставлено без изменения.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, сослался на то, что  обстоятельства, установленные в определении Арбитражного суда Московской области от 24.11.2020 по делу № А41-98550/2019, имеют преюдициальное значение для настоящего обособленного спора и подтверждают обоснованность и законность требований ИП ФИО2 к ООО ИД «Мейджер».

Однако судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Дела о банкротстве направлены, в том числе, на защиту публичного порядка, равно как и интересов кредиторов должника. 

С момента введения в отношении должника процедуры банкротства обоснованность требования каждого кредитора к должнику касается не только частного интереса кредитора, но и затрагивает публичные интересы - интересы других кредиторов, уполномоченного органа. Арбитражный суд согласно статье 71 АПК РФ оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Судебно-арбитражной практикой выработана правовая позиция, в соответствии с которой возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. 

При рассмотрении подобных споров возражающему лицу достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. 

В случае наличия возражений на требования о включении в реестр и представления в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений. 

При этом стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. 

Соответствующая правовая позиция изложена в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 по делу N 1446/14. 

В ситуации, когда заявитель не опровергает доказательства, подтверждающие мнимость или притворность договорных отношений с должником, а представляет лишь минимальный набор документов (текст договора), не раскрывая обстоятельства заключения и исполнения сделки, нежелание кредитора представить дополнительные доказательства должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого указывает процессуальный оппонент, а совершенная между заявителем и должником сделка подлежит квалификации по правилам статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункта 20 Обзора судебной практики ВС РФ N 5 (2017) если независимый конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки. 

Активность вступившего в дело конкурирующего кредитора при содействии арбитражного суда (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать формирование фиктивной задолженности и прочие подобные злоупотребления и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы. 

Законный интерес независимого конкурсного кредитора по наиболее полному удовлетворению своих требований к несостоятельному должнику реализовывается, в том числе посредством недопущения в реестр сомнительных требований прочих кредиторов в установленном законом порядке. 

Из определения Верховного Суда РФ от 26.02.2016 N 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений. 

При аффилированности кредитора и должника должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. 

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 27.08.2018 N 309- ЭС18-11880, от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110, от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. 

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). 

Таким образом, проверяя заявление о дефектах сделки, суду надлежит установить, имелись ли у сторон спорных правоотношений реальные намерения в части ее исполнения, либо названные требования направлены на искусственное увеличение задолженности аффилированного лица должника. Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделок и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляли конкурирующие кредиторы, позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий кредитора и должника. 

По смыслу положений статьи 10 ГК РФ, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 27 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса РФ", возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. 

Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует из содержания пункта 2 статьи 10 ГК РФ. Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

При разрешении споров в отношении мнимых сделок судам следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ»). 

Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы. 

Изложенная правовая позиция закреплена в определении Верховного Суда РФ от 23.07.2018 №305-ЭС18-3009. 

Как отмечено в определении СКЭС Верховного Суда РФ от 08.05.2019 N 305-ЭС18- 25788(2), основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35).

Применительно к указанным нормам материального и процессуального права и практике их применения судом установлены следующие фактические обстоятельства.

Договоры поручительства, на которых основаны требования ИП ФИО2, являются мнимыми сделками, заключенными лишь для вида, в целях создания фиктивной задолженности и включения ее в реестр требований кредиторов должника.

Для должника отсутствовала экономическая целесообразность в заключении договоров поручительства, совершение данных сделок не отвечает критериям нормальной предпринимательской деятельности и разумности, добросовестности участников гражданского оборота. 

Кредитором и должником не раскрыта экономическая целесообразность предоставления должником поручительств по обязательствам ООО «Золотой Возраст». 

Отсутствие экономической целесообразности подтверждает фиктивный характер поручительства. 

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» разъяснено, что, если заключение договора поручительства было вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), то последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства. 

Таким образом, экономическая целесообразность поручительства может быть обоснована корпоративной связью поручителя и должника или общими экономическими интересами.

Применительно к настоящему обособленному спору целесообразность предоставления Должником обеспечения по обязательствам ООО «Золотой Возраст» отсутствовала в связи с отсутствием как корпоративной, так и иных связей между ИП ФИО2 и ООО ИД «Мейджер».

В период, предшествующий заключению Договоров поручительства, на момент их заключения, а также в более поздний период ООО ИД «Мейджер» и ООО «Золотой Возраст» не являлись заинтересованными лицами (ст. 19 Закона о банкротстве), не входили в одну группу лиц (ст. 9 Федерального Закона «О защите конкуренции»).

По информации, полученной от ООО ИД «Мейджер» (в том числе из документов, которые Должник предоставлял основному кредитору - АКБ «Международный финансовый клуб» (АО), у Должника и ООО «Золотой Возраст» отсутствовали какие-либо финансовые правоотношения. Из данных по банковским счетам ООО ИД «Мейджер» следует, что денежные операции указанным лицом с ООО «Золотой Возраст» не осуществлялись.

ИП ФИО2 предоставил в материалы спора документы, подтверждающие, что займодавец ООО «СтройРемСтиль» и заемщик ООО «Золотой Возраст» были под контролем одного лица - ФИО7, то есть данные организации входили в одну группу. 

В рамках внутригруппового займа просрочка по его возврату не несет финансовых последствий для группы в целом. 

Однако принятое Должником поручительство во исполнение обязательств ООО «Золотой Возраст» повлекло необходимость погасить задолженность со стороны ООО «ИД Мейджер», не входящего в одну группу с заемщиком и заимодавцем.

Более того, как следует из материалов дела, ООО ИД «Мейджер» не отразило предоставленное поручительство в бухгалтерской отчетности.

Согласно приказу Министерства Финансов РФ от 31.10.2000 № 94н «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и инструкции по его применению» для обобщения информации о наличии и движении выданных гарантий в обеспечение выполнения обязательств и платежей (залоге, поручительстве, банковской гарантии и другое) предназначен забалансовый счет 009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные».

Временным управляющим Должника в материалы обособленного спора представлены документы, подтверждающие отсутствие сведений о выданном ООО ИД «Мейджер» поручительстве в бухгалтерской отчетности.

Так, в расшифровках и комментариях к бухгалтерской отчетности Должника (счет 009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные») не отражены сведения о поручительстве ООО ИД «Мейджер» по Договорам займа, заключенным ООО «Золотой Возраст».

Отсутствие данных сведений также свидетельствует о мнимости Договоров поручительства.

Также суд отмечает, что  должник не запрашивал согласие на предоставление поручительства у основного кредитора - АКБ «Международный финансовый клуб» (АО).

Между Должником и АКБ «Международный финансовый клуб» (АО) (далее - Банк) были заключены:

кредитный договор № 

<

***> от 18.06.2014;

кредитный договор № 

<

***> от 18.06.2014 (далее - Кредитные договоры).

Обязательство Должника по информированию Банка о выдаче обеспечения за иных лиц нашло отражение в ряде условий Кредитных договоров.

Так, на основании п. 6.1.18 Кредитных договоров ООО ИД «Мейджер» вправе предоставлять поручительства только при условии письменного согласия Банка.

В соответствии с п. 6.1.6 Кредитных договоров ООО ИД «Мейджер» обязано предоставлять справки о выданных поручительствах по обязательствам третьих лиц по состоянию на 1-ое число каждого календарного квартала.

Как следует из п. 6.1.11 Кредитных договоров, Должник обязан в течение 2-х рабочих дней информировать Банк о принятии на себя долговых обязательств (в том числе поручительств).

ООО ИД «Мейджер» никогда не запрашивало согласие Банка на предоставление обеспечения по обязательствам ООО «Золотой Возраст»;

ООО ИД «Мейджер» никогда не предоставляло Банку и ООО «МФЦ Капитал» сведений о заключении Договоров поручительства.

Таким образом, несоблюдение условий Кредитных договоров в части информирования Банка, получения его согласия на обеспечительное обязательство дополнительно подтверждает мнимость Договоров поручительства, на которых основаны требования ИП ФИО2 к Должнику.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора кредитор ООО «МФЦ Капитал» заявил о фальсификации доказательств, в связи с чем, ходатайствовал о назначении судебной экспертизы.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. 

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. 

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. 

Как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. 

Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы. Формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу. 

Определением от 26.10.2021 Десятый арбитражный апелляционный суд назначил по делу судебную экспертизу.

Поручил проведение экспертизы экспертам ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России (109028, 

<

...>).

На разрешение  поставил следующие вопросы:

1. Подписи от имени ФИО7, ФИО8, ФИО9 на Договоре поручительства № П-ЗВ.1-ИДМ от 16.04.2015 проставлены в срок менее или более двух лет с момента назначения настоящей судебной экспертизы по делу А41-27943/2020?

2. Подписи от имени ФИО7, ФИО8, ФИО9 на Договоре поручительства № П-ЗВ.2-ИДМ от 04.05.2015 проставлены в срок менее или более двух лет с момента назначения настоящей судебной экспертизы по делу А41-27943/2020?

3. Печати ООО «Золотой Возраст», ООО «ИД Мейджер», ООО «СтройРемСтиль» на договоре поручительства № П-ЗВ.1-ИДМ от 16.04.2015 проставлены в срок менее или более двух лет с момента назначения настоящей судебной экспертизы по делу А41-27943/20? 

4. Печати ООО «Золотой Возраст», ООО «ИД Мейджер», ООО «СтройРемСтиль» на договоре поручительства № П-ЗВ.2-ИДМ от 04.05.2015 проставлены в срок менее или более двух лет с момента назначения настоящей судебной экспертизы по делу А41-27943/20? 

5. Подвергался ли договор поручительства № П-ЗВ.1-ИДМ от 16.04.2015 какому – либо агрессивному химическому, термическому, либо иному воздействию с целью затруднить, либо исключить возможность проведения экспертизы срока изготовления документов (искусственному состариванию)?

6. Подвергался ли договор поручительства № П-ЗВ.2-ИДМ от 04.05.2015 какому – либо агрессивному химическому, термическому, либо иному воздействию с целью затруднить, либо исключить возможность проведения экспертизы срока изготовления документов (искусственному состариванию)?

Согласно экспертному заключению № 4740/07-3-21 от 11.04.2022 сделаны следующие выводы:

1-4. Определить время (период) выполнения реквизитов, а именно:

- печатного текста;

- подписей от имени ФИО7, ФИО8, ФИО9;

- оттисков печатей ООО «Золотой Возраст», ООО Издательский дом «Мейджер», ООО «СтройРемСтиль» в Договоре поручительства №П-ЗВ.1-ИДМ от 16.04.2015 и в Договоре поручительства №П-ЗВ.2-ИДМ от 04.05.2015, в том числе выполнены ли они в срок менее или более двух лет с момента назначения настоящей судебной экспертизы по делу А41-27943/2020, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

5-6. Бумага и красящее вещество реквизитов в Договоре поручительства от 16.04.2015 подвергались интенсивному световому воздействию.

Признаков интенсивного светового воздействия  на реквизиты и бумагу Договора поручительства от  04.05.2015 не  имеется.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, заключение судебной экспертизы об агрессивном термическом воздействие на договоры поручительства, имеются основания для признания указанных доказательств недопустимыми с учетом нетипичного поведения кредитора и должника. 

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

При изложенных обстоятельствах арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ООО Издательский дом «Мейджер» в размере 903 007 226 руб. 59 коп., в том числе основной долг 360 000 000 руб., проценты 144 072 575 руб. 79 коп., пени 398 934 650 руб., в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 -  272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27.07.2021 по делу №А41-27943/20 отменить.

Заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

А.В. Терешин

Судьи 

 

Н.В. ШальневаС.Ю. Епифанцева