ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург 

09 октября 2024 года Дело № А21-15523-9/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2024 года.  

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Герасимовой Е.А., судей Радченко А.В., Тарасовой М.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворона Б.И., 

при участии:  

- ФИО1 лично по паспорту и его представителя ФИО2 по  доверенности от 16.02.2023;  

- от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 27.10.2023  посредством системы веб-конференция;  

- от финансового управляющего ФИО5: представителя ФИО6 по  доверенности от 20.08.2024 посредством системы веб-конференция;  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационные номера 13АП-21831/2024, 13АП-24737/2024) финансового  управляющего ФИО5 и общества с ограниченной  ответственностью «Поликом» на определение Арбитражного суда Калининградской  области от 10.06.2024 по обособленному спору № А21-15523-9/2022 (судья  Шанько О.А.), принятое по заявлению финансового управляющего  ФИО5 о признании сделки недействительной и  применении последствий ее недействительности,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционная  производственная компания «Алексис» (далее – ООО «ИПК «Алексис») 19.12.2022  обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании  ФИО1 несостоятельным (банкротом).  

Определением суда первой инстанции от 31.01.2023 заявление  ООО «ИПК «Алексис» принято к производству.  

Определением суда первой инстанции от 09.03.2023 заявление  ООО «ИПК «Алексис» признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена  

процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим  утвержден ФИО5.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 11.03.2023   № 41.  

Решением суда первой инстанции от 30.08.2023 ФИО1 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации  имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5  

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.09.2023   № 162.  

Финансовый управляющий ФИО5 23.06.2023 обратился в суд первой  инстанции с заявлением о признании недействительным договора дарения от  11.12.2015, заключенного между ФИО1, с одной стороны, и  ФИО3, ФИО7,  ФИО8, с другой стороны. Просил применить последствия  недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника жилого  здания с кадастровым номером 39:15:141202:257 и земельного участка с  кадастровым номером 39:15:141202:123.  

Определением суда первой инстанции от 10.06.2024 заявление финансового  управляющего ФИО5 оставлено без удовлетворения.  

Финансовый управляющий ФИО5 и общество с ограниченной  ответственностью «Поликом» (далее – ООО «Поликом»), не согласившись с  определением суда первой инстанции, обратились с апелляционными жалобами.  

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО5, ссылаясь  на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие  выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой  инстанции от 10.06.2024 по обособленному спору № А21-15523-9/2022 отменить,  принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы,  оспариваемый договор заключен заинтересованными лицами в период нахождения  должника в состоянии имущественного кризиса, при наличии цели и фактическом  причинении имущественного вреда кредиторам.  

В апелляционной жалобе ООО «Поликом», ссылаясь на нарушение судом  первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда  фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  10.06.2024 по обособленному спору № А21-15523-9/2022 отменить, принять по делу  новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, вывод суда об  отсутствии доказательств, свидетельствующих о причинении вреда имущественным  правам кредиторов и изменению конкурсной массы должника, не соответствует  фактическим обстоятельствам; суд первой инстанции не выяснил обстоятельства,  имеющие значение для рассмотрения дела; оспариваемой сделкой должник  осуществил вывод имущества при наличии факта неплатежеспособности  контролируемого ФИО1 общества с ограниченной ответственностью  «СоюзСтройТелеком» (далее – ООО «СоюзСтройТелеком»).  

До начала судебного заседания: 

- от финансового управляющего ФИО5 и ФИО3 поступили  ходатайства об участии их представителей в судебном разбирательстве  посредством системы веб-конференция, которые судом апелляционной инстанции  были удовлетворены;  

- 02.10.2024 от ФИО3 и 03.10.2024 от ФИО1 поступили  отзывы, в которых изложены возражения против доводов апелляционных жалоб;  

- 07.10.2024 от ООО «Поликом» поступило ходатайство об участии его  представителя в судебном разбирательстве посредством системы  

веб-конференция, в удовлетворении которого было отказано в связи с  несвоевременной подачей.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего  ФИО5 поддержал доводы своей апелляционной жалобы и апелляционной  жалобы финансового управляющего ФИО5 ФИО1 и его  представитель, а также представитель ФИО3 возражали по мотивам,  приведенным в соответствующих отзывах.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб  опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда.  

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное  заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело  рассмотрено в их отсутствие.  

Как следует из материалов обособленного спора, 11.12.2015 между  ФИО1 (даритель), с одной стороны, и ФИО3, ФИО7,  ФИО8 (одаряемые), с другой стороны, заключен договор дарения жилого  здания с кадастровым номером 39:15:141202:257 и земельного участка с  кадастровым номером 39:15:141202:123.  

Полагая, что оспариваемый договор дарения заключен с целью ограничения  вероятного обращения взыскания на имущество должника с заинтересованными  лицами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим  заявлением о признании договора недействительным на основании статей 10, 168,  170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 2 статьи  61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Как указал финансовый управляющий: 

- ООО «ИПК «Алексис» обратилось в суд с заявлением о признании  ФИО1 несостоятельным (банкротом) на основании судебного акта в рамках  дела о банкротстве № А21-742/2016 о привлечении ФИО1 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «СоюзСтройТелеком». Дело о  банкротстве ООО «СоюзСтройТелеком» возбуждено 15.02.2016, заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 06.06.2019, наличие  оснований для привлечения установлено судебным актом от 04.03.2020, размер  субсидиарной ответственности определен судебным актом от 21.04.2021;  

- на момент заключения договора дарения от 11.12.2015  ООО «СоюзСтройТелеком» обладало признаками неплатежеспособности  (предприятие имело многомиллионную задолженность, подтвержденную судебными  актами);  

- ФИО1 путем заключения договора дарения предприняты  недобросовестные действия по выводу имущества, чтобы избежать обращения на  него взыскания во вред «будущим» кредиторам (должник предполагал о том, что он  будет привлечен к субсидиарной ответственности);  

- сделка заключена с заинтересованными лицами, которым не могло быть не  известно о финансовом положении дарителя.  

Оценив представленные в материалы обособленного спора доводы и  документы в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции в удовлетворении  заявления финансового управляющего отказал. В обоснование своих выводов суд  первой инстанции указал, что сделка заключена за пределами трехлетнего периода  подозрительности, тогда как оснований для ее оспаривания по правилам статьи 10  

ГК РФ не имеется. Суд первой инстанции дополнительно отметил, что в случае  признания сделки недействительной возвращенный в конкурсную массу объект  недвижимости будет обладать исполнительским иммунитетом, поскольку должник в  настоящее время на праве собственности не обладает каким-либо пригодным для  постоянного проживания объектом недвижимости.  

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных  жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения  судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого  судебного акта.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223  АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с  банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1,  VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.  

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут  оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе  действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих  в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством,  законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской  Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия,  совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов  государственной власти.  

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается,  и его заинтересованных лиц.  

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 возбуждено 31.01.2023,  тогда как оспариваемый договор заключен 11.12.2015, то есть за пределами  трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного положениями пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем он не может быть оспорен по  данному основанию.  

При этом оснований для оспаривания договора по общегражданским  основаниям не имеется.  

В настоящем споре финансовым управляющим оспаривается сделка от  11.12.2015 по мотивам аффилированности, вывода ликвидного имущества без  предоставления равноценного встречного исполнения, что полностью охватывается  диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Следовательно, договор дарения, по общему правилу, не подлежит  оспариванию по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10 и  168 ГК РФ.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019   № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17421/2016.  

Так, Верховный Суд Российской Федерации в указанном определении  разъяснил, что законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и  может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению  (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов,  осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту  совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные  возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его  контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского  оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и  установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в  данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании  должника банкротом.  

Действительно, наличие в законодательстве о банкротстве специальных  оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать  сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную  по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)»; пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О  несостоятельности (банкротстве)»).  

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением, подозрительных  сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения  Верховного Суда Российской Федерации 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу №  А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).  Направленность сделки на уменьшение имущества должника или на увеличение его  обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки  (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки,  является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по  специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о  злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную  сделку, обходить правила и сроки, предусмотренные для оспаривания  подозрительных сделок, что недопустимо.  

При указанных обстоятельствах, по мнению апелляционного суда,  оспариваемая сделка не подлежит оспариванию по статье 61.2 Закона о  банкротстве, так как не подпадает под определенный законом период  подозрительности, а также не подлежит признанию недействительной по правилам  статей 10 и 168 ГК РФ, поскольку финансовым управляющим не доказаны  

основания выхода обстоятельств настоящего спора за диспозицию статьи 61.2  Закона о банкротстве и необходимости применения статьи 10 ГК РФ.  

Более того, как установлено судом первой инстанции, на момент заключения  договора дарения ФИО1 обладал на праве собственности еще одним, кроме  спорного, объектом жилой недвижимости в престижном районе г. Калининграда –  жилым домом площадью 805 кв.м. с кадастровым номером 39:15:131801:145 и  земельным участком под ним с кадастровым номером  39:15:131801:14539:15:131801:13, а также прилегающим к нему земельным участком  для обслуживания жилого дома с кадастровым номером 39:15:131801:50, которые  имели высокую рыночную стоимость (более 53 млн. руб.).  

Также в юридически значимый период ФИО1 выдавались займы, в  том числе контролируемому юридическому лицу ООО «ЛегионПлюс», у которого  возникла установленная судом в рамках дела № А21-8193/2015 дебиторская  задолженность к АО «MOON GROUP AG» в размере 868 540 евро, что  подтверждено решением суда по указанному делу (исполнительный лист от  22.01.2016 серии ФС № 006936166). То есть ФИО1 полагал получить обратно  предоставленные денежные средства ООО «ЛегионПлюс» по договорам займа и  погасить, в том числе кредитные обязательства.  

Кроме того, ФИО1 рассчитывал на получение возврата крупной суммы  займа в размере 80 745 500 руб. с ФИО10 в соответствии с условиями  заключенного мирового соглашения до 28.06.2017 (определение Московского  районного суда г. Калининграда от 01.07.2015).  

Из указанного следует, что заключение договора дарения происходило в  период финансовой стабильности должника ФИО1 и при отсутствии  признаков неплатежеспособности.  

Довод заявителя касательно заключения договора дарения с целью ухода от  будущих обязательств, судом первой инстанции обоснованно отклонен.  

Так, судом установлено, что дарение детям и супруге долей жилого дома и  земельного участка по Андреевскому проезду совершалось с целью исполнения  ФИО1 обязательства, основанного на законе, об обеспечении  несовершеннолетних детей жильем, построенным, в том числе за счет  использования денежных средств материнского капитала по государственному  сертификату от 16.11.2007 серии МК-1 № 0147361.  

Таким образом, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ заявителем не  доказано наличие оснований для признания сделки недействительной по  общегражданским основаниям, как совершенной при злоупотреблении правом.  

Ко всему прочему, в настоящее время у ФИО1 в собственности не  имеется иных объектов недвижимости и должник со своей семьей проживают по  адресу: 

<

...>.  

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями  формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан»  целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в  конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для  удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию  недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого  помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают  совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в  конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья  446 ГПК РФ).  

Исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ  доказательств, руководствуясь положениями статьи 446 ГПК РФ, разъяснениями,  данными в пункте 4 постановления Пленума № 48, суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований  финансового управляющего, поскольку наличие исполнительского иммунитета  распространяется и на сделки с единственно пригодным для проживания жилым  помещением; сделки с таким имуществом не направлены на причинение вреда  кредиторам, поскольку такое имущество не подлежит включению в конкурсную  массу.  

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал  надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы  материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм  процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют  фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со  статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределяются  апелляционным судом по общим правилам статьи 110 АПК РФ с учетом ранее  предоставленной финансовому управляющему отсрочки.  

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 10.06.2024 по  обособленному спору № А21-15523-9/2022 оставить без изменения, а  апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Взыскать из конкурсной массы ФИО1 в доход  федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО5.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.  

Председательствующий Е.А. Герасимова  

Судьи А.В. Радченко  

 М.В. Тарасова