СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12299/2020(13)-АК

Дело № А60-32157/2020

23 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 июня 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Даниловой И.П., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО2 

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 13 апреля 2022 года 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО2 (далее – ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами,

вынесенное в рамках дела № А60-32157/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Джи-Секьюрити» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: ФИО5, 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области (далее – арбитражный суд) 30 июня 2020 года  поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - должник) о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 22 сентября 2020 года (резолютивная часть определения объявлена 15 сентября 2020 года) требования индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) признаны обоснованными. 

В отношении должника – общества с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение до 15 февраля 2021 года.

Временным управляющим должника утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 620075, 

<

...>), член Союза арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "ДЕЛО" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Судебное заседание по рассмотрению дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  назначено на 11 февраля 2021 года 11 час. 30 мин. 

Решением суда от 04 марта 2021 года процедура наблюдения в отношении должника прекращена, общество с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 620100, 

<

...>) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, до 25.08.2021.

Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО3.

Судебное заседание по рассмотрению дела о банкротстве назначено на 10 августа 2021 на 10 часов 30 минут.

Определением суда от 11.05.2021 (резолютивная часть определения от 30.04.2021) конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 620075, 

<

...>), член Союза арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "ДЕЛО".

В арбитражный суд 25 января 2022 года поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Джи-Секьюрити" (далее также – должник), приостановлении производства по заявлению в части размера субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника до окончания расчетов с кредиторами.

Одновременно конкурсным управляющим заявлено ходатайство о принятии обеспечительных мер, в виде наложения ареста на имущество ФИО4.

Определением суда от 26.01.2022 заявление конкурсного управляющего ООО "Джи-Секьюрити" ФИО3 о принятии обеспечительных мер удовлетворено. Наложен арест на следующее имущество ФИО4: доля ? в жилом помещении, к.н. 66:41:0206032:956, местоположение: 

<

...>; здание, к.н. 66:04:2201001:120, местоположение: Свердловская область, 

<

...>;земельный участок, к.н. 66:04:2201001:1, местоположение: Свердловская область, 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13 апреля 2022 (резолютивная часть определения объявлена 04.04.2022) заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.   

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.04.2022 о признании заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности - обоснованным и принять по делу новый судебный акт, в котором в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Джи-Секьюрити" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности – отказать.

Апеллянт считает неправомерной ссылку конкурсного управляющего ФИО3, а также суда при привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании того, что он является исполнительным органом ООО "ГК Капелла". 

Также ФИО2  считает, что конкурсный управляющий ФИО3 не определил дату наступления неплатежеспособности должника. Неверное определение наступление даты неплатежеспособности должника не позволяет определить период наступления недостаточность имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов и соответственно наличие причинно-следственной связи между использованием лицами привлекаемых к субсидиарной ответственности своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего. 

Как указывает заявитель апелляционной жалобы, согласно поступившим пояснениям бывшего руководителя "Джи-Секьюрити" – ФИО5, приобщенным к материалам данного обособленного спора, все сделки со стороны должника осуществлялись на основании его личного волеизъявления, никогда не одобрялись собранием учредителей ООО "Джи-Секьюрити", в том числе ФИО4 Ссылка ФИО3, а так же суда 1 инстанции в качестве критерия для привлечения к субсидиарной ответственности только на отношение родства ФИО2 и ФИО4 противоречит п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53. В заявлении ФИО3 не приведено ни одного факта совершения ФИО4 в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника. Отсутствие каких-либо указаний со стороны ФИО4, одобрение сделок подтверждается письменными пояснениями ФИО5

От конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому он просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание участвующие в деле лица не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 61.10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п.1-2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление конкурсного управлящего, пришел к выводу о подконтрольности деятельности должника со стороны ФИО4 И ФИО2, на которых возлагается субсидиарная ответственность по его обязательствам. При этом принял во внимание следующие обстоятельства. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2020 по делу №А60-37238/2020 установлено, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Джи-Секьюрити» и ООО «ГК «Капелла» входят в одну группу, объединенную участием в них ФИО4, которая является участником (51%) общества «Джи-Секьюрити» и участником (100%) ООО «Группа компаний «КАПЕЛЛА», где директором выступает ФИО2 

Следовательно, ФИО4 контролирует деятельность двух данных обществ, что свидетельствует об их аффилированности и признается заинтересованным лицом по отношению к должнику ООО «Джи-Секьюрити».

В силу ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения; 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) разъяснено следующее. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Лицо не может быть признано контролирующим  должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, в соответствии с которыми предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица пока не доказано иное. 

Обращаясь к разъяснениям, изложенным в пункте 19 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, судам следует учитывать, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

В соответствии с пунктом 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

По смыслу приведенных законоположений, основывающихся на общих правилах о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо в случае доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия делинквента (например, совершение вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т.п.), а также причинно-следственную связь между вменяемыми контролирующему должника лицу деяниями и негативными последствиями на стороне конкурсной массы - объективным банкротством организации-должника, представляющим собой для целей Закона о банкротстве критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам. 

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно; в целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.; пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (абзац 1 пункта 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

В рамках настоящего дела конкурсным управляющим ФИО3 оспорены сделки должника, совершенные им с ООО «ГК «Капелла» (определения Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2021 и от 09.08.2021 по делу № А60-32157/2020, оставленные без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021 и 26.10.2021 соответственно). В результате оспаривания этих сделок судом применены последствия их недействительности в виде реституции, а именно: взыскания с ООО «ГК «Капелла» денежных средств в общей сумме 888 600 рублей.

Из указанной общей суммы 779 600 рублей было перечислено в 2019 году, платеж в сумме 109 000 совершен 18.06.2020г. После совершения оспоренных платежей в 2019г. общество «Джи-Секьюрити» практически прекратило хозяйственную деятельность. 

Также, судебными актами установлено, что годовая выручка должника в 2019 году составляла 2 504 000 руб. 

По сведениям о движении денежных средств на счетах должника в 2020 году денежный оборот осуществлялся только по счету, открытому в ПАО «Сбербанк», и его объем по расходу (за вычетом ничтожного платежа от 18.06.2020г. в сумме 109 000 рублей) составил всего 325 384,72 руб.

В рамках дела №А60-37238/2020, рассмотренного по заявлению ООО «ГК «Капелла» о взыскании с ООО «Джи-Секьюрити» денежного долга по договору аренды, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2020 дана оценка сопоставимости активов должника с ценой оспоренной сделки.

 В частности, судом установлено (стр.12-13 постановления), что ответчик (ООО «Джи-Секьюрити») заключил с истцом (ООО «ГК «Капелла») договор субаренды с арендной платой в размере 170 000 рублей в месяц (то есть 2 040 000 руб. в год), что практически равняется сумме годовой выручки за 2019 г. (2 504 000 руб., 00 коп.).

 Также, согласно бухгалтерской отчетности должника размер его баланса (раздельно активов и пассивов) составляет 2 096 тыс. руб. Из этого следует, что в цепочке недействительных сделок должника с ООО «ГК «Капелла» в пользу последнего перешли активы должника (денежные средства) в общей сумме 888 600 рублей, что составляет 44% активов должника (888 600р. / 2 096 000р. х 100%). 

Таким образом, ООО «ГК «Капелла» является лицом, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2021, вступившим в законную силу, признаны доказанными основания для привлечения ООО «ГК «Капелла» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При рассмотрении спора судами было установлено, что сделка по договору субаренды для должника применительно к масштабам его деятельности являлась крупной, а заключение данного было оформлено на заведомо невыгодных для должника положениях. Вывод денежных средств с расчетного счета должника в отсутствии экономической обоснованности и целесообразности, в условиях невозможности осуществления организацией своей деятельности, последующее отсутствие денежных средств для погашения задолженности свидетельствуют о цели причинения вреда имущественным интересам самого должника и кредиторов. При этом лишение должника денежных средств, которые могли быть направлены на погашение задолженности, привело к невозможности взыскания долга и последующему переходу в стадию объективного банкротства.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, в результате совершения данной сделки из владения должника выбыли активы должника в пользу подконтрольного лица в отсутствие на то экономического обоснования целесообразности совершения сделки, учитывая, что названная сделка по договору субаренды значительно ухудшила финансовое положение должника, с учетом того, что в реестр включены требования кредиторов на значительные суммы; принимая во внимание, что ФИО4 в силу участия в двух обществах ООО «Джи-Секьюрити» и ООО «ГК «Капелла» с учетом того обстоятельства, что ФИО2 является ее супругом, не могла не знать о принимаемых в обществах решениях, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия по подписанию договора субаренды нежилого помещения №01/04-2019 от 01.04.2019 направлены на вывод денежных средств должника на аффилированное лицо, совершались супругами ФИО4 и ФИО2  совместно и согласованно.

ФИО4, располагая должной информацией о деятельности должника как участник с контрольным пакетом, не предпринимала каких-либо мер, направленных на выход общества из кризисной ситуации. При этом суд первой инстанции верно отметил, что само по себе неучастие в распределении прибыли в рассматриваемой ситуации не является основанием для освобождения от субсидиарной ответственности. Доводы ответчика об отсутствии доказательств одобрения сделок должника, учитывая вышеизложенное, правового значения не имеет.

Таким образом, ФИО4 несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, как контролирующее его лицо.

ФИО2 является единоличным исполнительным органом ООО «Группа компаний «Капелла», где ФИО4, является 100% участником.

ФИО4 и ФИО2 являются супругами. Данное обстоятельство ими не опровергается. 

Злоупотребление ФИО2 заключается в превышении им пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. 

В пользу подконтрольного ФИО4 юридического лица (ООО «Группа компаний «Капелла») выбыл значительный актив должника в отсутствие на то экономического обоснования целесообразности совершения сделки, что значительно ухудшило финансовое положение должника. 

Таким образом, действия по выводу денежных средств должника в размере 888 600 рублей на аффилированное лицо совершены супругами ФИО4 и ФИО2 совместно и согласовано, в целях получения общей выгоды. При этом за счет указанных денежных средств могли быть погашены требования кредиторов должника полностью. 

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что ФИО2 на основании доверенности представлял интересы должника в Арбитражном суде Свердловской области по делам  № А60-4401/2020, А60-27974/2020. Так, согласно материалам электронных дел за подписью ФИО2  представлялись: отзыв на исковое заявление, апелляционная жалоба, кассационная жалоба, ходатайства, в том числе о приобщении документов, о фальсификации доказательств, об отсрочке исполнения судебного акта – по делу № А60-4401/2020; исковое заявление, апелляционная жалоба, ходатайства о приобщении документов, о направлении исполнительного листа, возражение на заявление о принятии обеспечительных мер - по делу № А60-27974/2020. Суд первой инстанции обоснованно счел такое поведение сторон обусловленным наличием общих интересов, согласованностью действий и контролем за деятельностью должника.

Таким образом, ФИО2 также несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, как контролирующее лицо, злоупотребившее правом при совершении незаконных сделок с должником и  извлекшее существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение, совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом.

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Указанное определение и определение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности могут быть обжалованы.

Поскольку действующее законодательство о банкротстве связывает размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника с размером непогашенных в результате конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, установить размер субсидиарной ответственности в настоящее время не представляется возможным, производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 правильно приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Все аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, но признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта. 

Так, проверив доводы апеллянта об отсутствии контроля над обществом с его стороны и со стороны его супруги ФИО4, суд апелляционной инстанции отклонил их как не соответствующие фактическим обстоятельства дела.  

Согласно пп.1 п.2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения.

ФИО7 являются супругами. При создании ООО «ГК «Капелла» (дата регистрации 16.11.2017) его учредителем с долей в уставном капитале 51% являлось ООО «Джи-Секьюрити», директором – ФИО2 Таким образом, ФИО4 и ее супруг ФИО2, являются лицами, контролирующими должника (ООО «Джи-Секьюрити»). К тому же эти лица образовывают органы управления другого контролирующего лица - ООО «ГК «Капелла», в пользу которого незаконно выведены денежные средства должника в сумме 888 600 рублей, составляющих 44% его активов 2019 финансового года.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Довод ФИО2 о том, что все сделки совершались ООО «Джи-Секьюрити» на основании волеизъявления ФИО5, без каких-либо указаний со стороны ФИО2 и ФИО4, надлежащими доказательствами не подтвержден.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что, несмотря на вступление в законную силу судебных актов, вынесенных в рамках настоящего дела о взыскании с ООО «ГК «Капелла» в пользу ООО «Джи-Секьюрити» 723 600 руб. 00 коп. (определение Арбитражного суда Свердловской области от 01.07.2021) и 165 000 руб. 00 коп. (определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.08.2021), общество «ГК «Капелла» под руководством ФИО2, имея финансовую возможность для исполнения указанных судебных актов, не исполняет названные долговые обязательства, при этом со своего расчетного счета осуществляет исполнение долговых обязательств семьи Б-вых перед КПК «Содействие» по договору ипотечного займа на приобретение жилого дома (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2022). В частности, согласно выписке по расчетному счету ООО «ГК «Капелла», представленной банком ПАО «ВТБ» письмом от 20.04.2022, за период с 04.06.2021 по 18.04.2022 общество «ГК «Капелла» совершило 8 операций, направленных на оплату в пользу КПК «Содействие» по договору займа № РЩ 38589-МП-1 от 19.09.2017 (п.п. 1, 6, 26, 36, 55, 74, 100, 140 выписки по счету).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 18 названного постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как указывалось выше, в рамках настоящего дела конкурсным управляющим ФИО3 оспорены сделки должника, совершенные с ООО «ГК «Капелла» (определения Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2021 и от 09.08.2021 по делу № А60-32157/2020, оставленные без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021 и 26.10.2021 соответственно). 

В результате оспаривания этих сделок судом применены последствия их недействительности в виде реституции, а именно: взыскания с ООО «ГК «Капелла» денежных средств в общей сумме 888 600 рублей. 

В частности, судом установлено, что должник (ООО «Джи-Секьюрити») заключил с ООО «ГК «Капелла» договор субаренды арендной платой в размере 170 000 рублей в месяц (то есть 2 040 000 руб. в год), что практически равняется сумме годовой выручки за 2019 г. (2 504 000 руб., 00 коп.). 

Также, согласно бухгалтерской отчетности должника размер его баланса (раздельно активов и пассивов) составляет 2 096 тыс. руб. 

Из этого следует, что в цепочке недействительных сделок должника с ООО «ГК «Капелла» в пользу последнего перешли активы должника (денежные средства) в общей сумме 888 600 рублей, что составляет 44% активов должника (888 600р. / 2 096 000р. х 100%). 

Семнадцатым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 28.12.2020 по делу №А60-37238/2020 договор субаренды от 01.04.2019 признан ничтожным (мнимым). Представленные заявителем документы были расценены апелляционным судом как оформленные исключительно с целью создания искусственного документооборота, подтверждения и обоснования реальности арендных отношений между истцом и ответчиком. 

Соответственно, платежи, совершенные ООО «Джи-Секьюрити» в пользу ООО «ГК «Капелла» были произведены в счет исполнения обязательств по ничтожному договору субаренды. 

Контролирующие должника лица: ФИО2 и ФИО4 на момент совершения спорных сделок и в настоящее время образуют органы управления ООО «ГК «Капелла».

Из указанной общей суммы сумма в размере 779 600 рублей была перечислена в 2019 году, а платеж в сумме 109 000 совершен 18.06.2020. 

При этом после совершения оспоренных платежей в 2019 г. общество «Джи-Секьюрити» практически прекратило хозяйственную деятельность. 

Также вступившими в законную силу судебными актами (ч. 1 ст. 16, ч. 2 ст. 69 АПК РФ) установлено, что годовая выручка должника в 2019 году составляла 2 504 000 руб. По сведениям о движении денежных средств на счетах должника в 2020 году денежный оборот осуществлялся только по счету, открытому в ПАО «Сбербанк», и его объем по расходу (за вычетом ничтожного платежа от 18.06.2020 в сумме 109 000 рублей) составил всего 325 384,72 рубля. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.04.2020 по делу № А60-4401/2020 удовлетворены исковые требования ИП ФИО6 о взыскании с общества «Джи-Секьюрити» просроченной с 17.12.2019 задолженности в сумме 707 847 руб. 70 коп.

Из указанного следует и доказательств иного ответчиками не представлено, что должник после совершения ничтожных сделок по выводу его активов на подконтрольное лицо (ООО «ГК «Капелла») прекратил в 2020 г. хозяйственную деятельность, в связи с чем его финансовое положение не позволяло удовлетворить требование кредитора ИП ФИО6. который в связи с этим 30.06.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. 

Исходя из того, следует признать, что материалами дела доказан факт незаконного вывода контролирующими должника лицами активов, при этом в случае отсутствия данных противоправных действий активов должника было бы достаточно для погашения задолженности перед кредитором. 

При этом ответчики не доказали, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 постановления). Таких доказательств в материалы дела не представлено.

Таким образом, обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Следовательно, определение арбитражного суда первой инстанции отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм материального и процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 апреля 2022 года по делу № А60-32157/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

И.П. Данилова  

 

Т.С. Нилогова