АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

27.06.2024 Дело № А40-58769/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 19.06.2024 Полный текст постановления изготовлен 27.06.2024 

Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего-судьи Федуловой Л. В.,  судей Беловой А.Р., Лазаревой И.В.,  

при участии в судебном заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от  18.06.2024);  

от ФИО3 - ФИО4 (доверенность от  30.06.2023);  

от ФИО5 - ФИО6 (доверенность от 03.04.2024);  от ФИО7 - не явился, извещен;  

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО5  

на решение Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2023 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 по делу  

 № А40-58769/2023 по иску ФИО1 

к ФИО3, ФИО5, ФИО7  

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее - ФИО1, истец) обратился в  суд к ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО7  (далее – ФИО7) о привлечении к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества с ограниченной ответственностью "А-Сервис" (далее –  ООО "А-Сервис"), о взыскании денежных средств в размере 1 500 000 руб.  

00 коп. основного долга и процентов за пользование займом в размере 321 205 руб. 48 коп. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2023 в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  21.02.2024 решение Арбитражного суда г. Москвы от 27.07.2023 отменено, с  ФИО5 в пользу ФИО1 взысканы убытки в размере 1 500 000  руб., расходы по оплате госпошлины в размере 28 065 руб., в удовлетворении  остальной части исковых требований отказано.  

Не согласившись с вынесенным постановлением, ФИО1  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в  которой просит вышеуказанные судебные акты отменить, направить дело на  новое рассмотрение. Заявитель в кассационной жалобе ссылается на  несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушение  норм материального и процессуального права, указывает, что ответчики  являлись на момент заключения договора займа контролирующими должника  лицами, ввиду чего несут субсидиарную ответственность перед истцом; вывод  суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для взыскания  процентов за пользование чужими денежными средствами и расходов по оплате  государственной пошлины, взысканных решением Замоскворецкого районного  суда г. Москвы по делу № 02-1671/2022, неправомерен, поскольку в размер  

субсидиарной ответственности включается размер всех непогашенных  требований кредиторов.  

Не согласившись с вынесенным постановлением, ФИО5 обратился  в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой  просит вышеуказанные судебные акты отменить, направить дело на новое  рассмотрение. Заявитель в кассационной жалобе ссылается на несоответствие  выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм  материального и процессуального права, указывает, что не извещен о  рассмотрении дела; не смог представить возражения и соответствующие  доказательства, поскольку в период рассмотрения дела находился на  стационарном лечении; договор займа между ООО "А-Сервис" и  

ФИО1 не заключался; решение Замоскворецкого районного суда 

г. Москвы по делу № 02-1671/2022, на основании которого предъявлены исковые  требования, обжалуется; деятельность ООО "А-Сервис" на фудкорте  приостановлена и прекращена из-за пандемии.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация  о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном  интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  ФИО1 поддержал доводы своей кассационной жалобы, возражал  против удовлетворения жалобы ФИО5, представитель ФИО5  поддержал доводы своей кассационной жалобы, возражал против  удовлетворения жалобы ФИО1  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в  суд не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не препятствует  рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.  

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон,  проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения  судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права  

при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции  приходит к следующему выводу.  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, 29.08.2022  решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы по делу № 02-1671/2022 с  ООО "А-Сервис" в пользу ФИО1 взысканы денежные средства по  договору займа в размере 1 500 000 руб. 00 коп., проценты за пользование  займом в размере 321 205 рублей 48 копеек, расходы по уплате госпошлины в  размере 15 700 руб.  

В отношении ООО "А-Сервис" внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ  недействующего юридического лица, на момент внесения которой учредителями  ООО "А-Сервис" являлись ФИО7, учредителем и генеральным  директором ФИО5  

Истец считает, что ответчики в силу должностных положений,  занимаемых в Обществе, заведомо знали о задолженности должника перед  истцом и об отсутствии у должника денежных средств для расчета с истцом,  ответчики совершили недобросовестные и неразумные действия, которые  выразились в намеренной ликвидации общества с целью непогашения  задолженности.  

Полагая, что в результате действий (бездействия) единоличного  исполнительного органа и участников ООО "А-Сервис", повлекших исключение  ООО "А-Сервис" из ЕГРЮЛ, истец лишен возможности взыскать с названного  юридического лица образовавшуюся задолженность на основании решения  районного суда, он обратился в арбитражный суд.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил  из того, что истцом не доказано, что ответчики определенными действиями или  бездействиями проявили недобросовестность и неразумность, повлекшую  невозможность удовлетворения требований истца, а также указал на  недоказанность того, что ответчики заключали указанную сделку с целью ее  неисполнения и их действия выходили за пределы обычного делового риска,  равно как и того, что ответчики нарушили нормы действующего  

законодательства, не допустив тем самым исполнение обязательства в  отношении заявителя.  

Отменяя решение суда первой инстанции и частично удовлетворяя  требования, суд апелляционной инстанции указал, что судом первой инстанции  неверно распределено бремя доказывания.  

Так, апелляционный суд исходил из того, что стандарт разумного и  добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в  том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной  деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о  возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного  банкротства.  

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к  указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от  дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником,  причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения  хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать  отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.  

Апелляционной суд отметил, что такие доказательства ответчики не  привели, что свидетельствует о бездействии ответчиков по исполнению  обязанностей корпоративного контроля за финансово-хозяйственной  деятельностью ООО "А-Сервис".  

 Между тем, ввиду недоказанности принятия ФИО3 и  ФИО7 финансово-управленческих решений в обществе, участия в  распределении прибыли либо получении от общества каких-либо не  причитающихся выплат, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что  корпоративное бездействие этих ответчиков не находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими для истца последствиями в виде  невозможности общества платить по долгам, в связи с чем в иске к ответчикам  ФИО3 и ФИО7 отказано.  

Принимая во внимание, что ФИО5 обладал всей полнотой  информации о деятельности общества и должен был представить доказательства  правомерности своих управленческих решений в условиях  предпринимательского риска, однако процессуальные действия по  предоставлению доказательств не совершил, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что иск подлежит удовлетворению за счет генерального  директора ФИО5  

Отметив, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что  спорные денежные средства выведены у основного должника в пользу  непосредственно ФИО5, в части требований о взыскании  

312 205,48 руб. процентов за пользование займом и 15 700 руб. расходов по  госпошлине, взысканных решением Замоскворецкого районного суда города  Москвы от 29.08.2023, отказано, так как данные требования являлись следствием  неправомерного поведения непосредственно самого основного должника, а не  его учредителей или генерального директора.  

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее. 

 В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об  обществах с ограниченной ответственностью" (далее также - Закон об ООО)  исключение общества с ограниченной ответственностью из единого  государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в порядке,  установленном федеральным законом о государственной регистрации  юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия,  предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения  обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в  том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в  пунктах 1 - 3 статьи 53.1 того же Кодекса, действовали недобросовестно или  неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена  субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской  Федерации от 13.02.2018 № 8-П, конституционное требование действовать  добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано  

всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд  Российской Федерации неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь  добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной  осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от  27.10.2015 № 28-П, от 22.06.2017 № 16-П и др.).  

В Постановлении от 21.05.2021 № 20-П Конституционный Суд Российской  Федерации подчеркнул, что, отдавая предпочтение тому или иному способу  осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми  юридическими последствиями, которые обусловлены установленным  законодателем - исходя из существа и целевой направленности деятельности и  положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом ее  субъектов, включая права, обязанности и меры ответственности. В свою  очередь, законодатель, действуя в рамках своих полномочий, при регулировании  гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван  обеспечить их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям  граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации, не  ущемляющее экономическую свободу и не подавляющее предпринимательскую  инициативу соотношение прав и обязанностей, а равно предусмотреть  соразмерные последствиям нарушения обязанностей меры и условия  привлечения к ответственности на основе принципов гражданского  законодательства.  

Стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе  осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с  ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и  разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов  всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой  организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их  удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру  обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения  обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на  общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности  

собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора,  судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции  Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления  нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц,  действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и  исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее  средств и в предусмотренных законом случаях.  

При этом лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к  субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости  и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового  оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно  действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией  обязательств перед кредиторами (постановления от 21.05.2021 № 20-П, от  16.11.2021 № 49-П).  

Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на  недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из  ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения  необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных  законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое  поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед  кредиторами юридического лица (постановление от 21.05.2021 № 20-П;  определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О  и др.). Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с  ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его  лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер  по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1  Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей") при наличии подтвержденных судебными  решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном  - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации -  пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями,  

о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в  рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к  другу, дестабилизируется гражданский оборот.  

При этом следует учитывать, что в силу положений пункта 1 статьи 48,  пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о  юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от  активов участников, имущественной обособленности, ограниченной  ответственности и самостоятельной правосубъектности.  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих  в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при  принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает  возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.  

Из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на  использование правовой формы юридического лица для причинения вреда  независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10,  статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве», далее - постановление № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены  к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе  при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если  неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована  реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало  критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или  иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению  предпринимательской деятельности.  

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть  привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в  

действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в  частности, когда самим участником допущено нарушение принципа  обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению  имущества участника и общества (например, использование участником  банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими  кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с  кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится  к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы  ограниченной ответственности и защиты делового решения.  

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех  обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких  моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или)  способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к  уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического  лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства  перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на  вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед  контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от  15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).  

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий  (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности,  расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не  препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред,  причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием  наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020   № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22- 18671).  

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить  доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у  него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения  контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение  контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной  невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления  таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных  доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на  контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы,  представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась  хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).  

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные  действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности  исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность  поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или  уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих  хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо  их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела  (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023   № 6-П).  

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для  привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также  особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров  не были учтены судом.  

С точки зрения суда апелляционной инстанции, недобросовестность  ФИО5 как участника и руководителя ООО "А-Сервис" предполагается  ввиду непредставления доказательств правомерных управленческих решений в  условиях предпринимательского риска.  

При этом, в данном случае судом не установлены обстоятельства, которые  свидетельствовали бы о том, что ФИО5 допущено нарушение  принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к  

смешению имущества участника и общества, в частности, использование  ответчиком банковских счетов юридического лица для удовлетворения личных  нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами, вывод имущества из  общества в пользу третьих лиц на невыгодных условиях либо наличие иных  действий, которые свидетельствовали бы о недобросовестных действиях  ответчика.  

Фактически ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности за  факт прекращения деятельности общества до расчетов с кредиторами без  установления наличия в его действиях неразумного и недобросовестного  поведения, при том, что само по себе исключение юридического лица из реестра  в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению  (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность  данных реестра и т.п.) не является основанием наступления указанной  ответственности.  

При указанных обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к  выводу, что судом не установлены все обстоятельства дела, имеющие  существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для  принятия законного и обоснованного судебного акта, нарушены нормы  материального и процессуального права, в связи с чем постановление суда  апелляционной инстанции в силу статей 287, 288 АПК РФ подлежит отмене с  направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд апелляционной  инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным  основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, не  установлено.  

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, истребовать  сведения о движении денежных средств по банковскому счету ООО "А-Сервис"  для проверки нарушения принципа обособленности имущества юридического  лица ответчиками, правильно распределить бремя доказывания обстоятельств  дела, установить входящие в предмет доказывания по спору обстоятельства, с  

учетом установленного принять законный, обоснованный и мотивированный  судебный акт.  

 Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 по  делу № А40-58769/2023 отменить, направить дело в Девятый арбитражный  апелляционный суд.  

Председательствующий-судья Л.В. Федулова  

Судьи: А.Р. Белова 

 И.В. Лазарева