СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-3282/2022-ГК

г. Пермь

29 апреля 2022 года

Дело № А71-7618/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 апреля 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Григорьевой Н.П.,

судей Муталлиевой И.О., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

с участием:

истец ФИО2(лично), паспорт, 

от истца - ФИО3, паспорт, доверенность от 31.05.2021, диплом;

от ответчика - ФИО4, паспорт, доверенность от 10.01.2022, диплом;

от третьего лица - не явились 

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Ижспецтехника»,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 11 февраля 2022 года 

по делу № А71-7618/2021

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 319183200015713, ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Ижспецтехника» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: акционерное общество «Удмуртторф» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

о взыскании задолженности по агентскому договору, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Ижспецтехника»

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

о признании договора недействительным,

установил:

истец, индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Ижспецтехника» (далее - ответчик, ООО «ИСТ») о взыскании задолженности по агентскому договору от 01.10.2020 в сумме 2 000 000 руб. 00 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 32 191 руб. 79 коп. с последующим их начислением по день фактической оплаты суммы долга.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Удмуртторф» (далее - третье лицо, АО «Удмуртторф»).

ООО «ИСТ» обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики со встречным иском к ИП ФИО2 о признании агентского договора от 01.10.2020 недействительной сделкой.

Решением Арбитражный суд Удмуртской Республики от 11.02.2022, дополнительным решением от 22.02.2022 первоначальные исковые требования удовлетворены. В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, ответчик обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать, встречный иск удовлетворить.

Заявитель жалобы выражает несогласие с квалификацией судом  агентского договора как договора возмездного оказания услуг. На основании п.2.1, договора агент обязался по поручению принципала осуществлять действия по поиску месторождения песка строительного, вести переговоры с держателем лицензии месторождения, контролировать сделку по приобретению месторождения, выполнять иные поручения принципала, однако сделок в пользу ответчика ИП ФИО2 не заключал, его представителем не является, что исключает возможность выполнения ИП ФИО2 условий договора. Также не согласен с оценкой судом подписанного сторонами акта №837587864 от 12.10.2020. Считает, что агентский договор ИП ФИО2 не исполнял, а исполнял условия договора, заключенного ИП ФИО2 с АО «Удмуртторф», факты реального исполнения обязательств истца по агентскому договору не были установлены. Судом не принято во внимание, что только после принятия отчета от агента (истца) у принципала (ответчика) возникает обязанность уплатить агенту вознаграждение. АО «Удмуртторф» подтверждено, что истец выполнял условия агентского договора, заключенного между ним и АО «Удмуртторф». ИП ФИО2 не производил действий по агентскому договору, заключенному с ООО «ИСТ». Кроме того, ООО «ИСТ» стало участником ООО «Скипидарка» (ранее ООО ФСК «Регион-Инвест») только 07.05.2021, доля ООО «ИСТ» находится в залоге у продавцов с 07.05.2021 по договору от 26.04.2021. Таким образом, права участника ООО «Скипидарка» осуществляются залогодержателями и у ООО «ИСТ» отсутствуют права на указанные истцом лицензии. Также указано, что п. 3.2. договора не содержит срок оплаты, а содержит условие выплаты вознаграждения, что не было учтено судом при взыскании суммы процентов. В судебном заседании 04.02.2022 ответчиком было заявлено возражение на отзыв на встречное исковое заявление, которые не были отражены в решении суда. Указывает, что ИП ФИО2 знал о заключении договора с АО «Удмуртторф», согласно которого он должен был действовать в интересах АО «Удмуртторф», при этом ИП ФИО2 не являлся/не является представителем или работником ООО «ИСТ», в связи с чем считает, что сделка совершена под влиянием обмана.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит оставить решение без изменения, жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика апелляционную жалобу поддержал, по доводам, изложенным в жалобе. Истец и его представитель жалобой не согласились, поддержали доводы, изложенные в отзыве.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, между истцом (агент) и ответчиком (принципал) заключен агентский договор от 01.10.2010 (далее - договор), по условиям которого агент обязуется совершать от своего имени, но за счет принципала указанные в пункте 2.1. договора юридические и фактические действия, а принципал обязуется уплатить агенту вознаграждение за оказываемые услуги.

Срок оказания услуг по договору: с даты заключения договора до 31.12.2020 (п. 1.2. договора).

В соответствии с п. 2.1. договора агент обязуется совершать следующие действия: а) по поручению принципала осуществлять действия по поиску месторождения песка строительного; б) вести переговоры с держателем лицензии месторождения; контролировать сделку по приобретению месторождения; г) выполнять иные поручения принципала.

Сумма вознаграждения агента составляет 2 000 000 руб. 00 коп. (п. 3.1. договора).

На основании п. 3.2. договора вознаграждение выплачивается при условии подписания предварительного договора купли - продажи с продавцом, эксклюзивного договора на добычу и реализацию песка, а также акта выполненных работ не позднее 31.12.2020.

26.10.2020 между АО «Удмуртторф» (продавец) и ООО «ИСТ» (покупатель) заключен предварительный договор купли - продажи части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью ФСК «Регион-Инвест», в соответствии с которым продавец обязуется продать, а покупатель купить принадлежащую продавцу долю (часть доли) в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Регион-Инвест», номинальной стоимостью 9900 руб. 00 коп., что составляет 99% уставного капитала ООО ФСК «Регион-Инвест» путем подписания договора купли-продажи на условиях, предусмотренных предварительным договором.

В соответствии с договором на предоставление исключительных (эксклюзивных) прав от 12.10.2020 АО «Удмуртторф» предоставило ООО «ИСТ» за вознаграждение эксклюзивные права на оказание услуг по добыче песка и его приобретение, на следующих месторождениях: Скипидарка, расположенном в 18 км севернее 

<

...> км. юго- восточнее с Якшур-Бодья, 2,2 км. юго-восточнее д. Бегешка в Якшур- Бодьинском районе Удмуртской Республики, Скипидарка 2 (участки 1,2) расположен в Якшур-Бодьинском районе Удмуртской Республики в 6,4 км. юго-западнее д . Иж-Забегалово, 12,2 км. юго-восточнее с. Якшур-Бодья.

В соответствии с актом №837587684 от 12.10.2020 истец (исполнитель) оказал ответчику (заказчик) услуги по поиску и сопровождению сделки приобретения месторождения песка строительного на сумму 2 000 000 руб. 00 коп.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по внесению оплаты оказанных услуг, ответчику направлена претензия от 01.02.2021 с просьбой о добровольном погашении задолженности.

Претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Ответчик в свою очередь обратился в суд со встречным иском о признании агентского договора от 01.10.2020 недействительной сделкой.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции руководствовался статьями 166, 182, 184, 309, 310, 395, 720, 779-781, 783 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и установил, что между сторонами заключен договор возмездного оказания услуг. Услуги по поиску и сопровождению сделки приобретения месторождения песка строительного стоимостью 2 000 000 руб., истец оказал, доказательств оплаты оказанных услуг ответчиком не представлено, в связи с чем в пользу истца взыскана задолженность в сумме 2 000 000 руб. 00 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 32 191 руб. 79 коп. с продолжением их начисления до фактической оплаты долга.

Относительно требований по встречному иску, суд пришел к выводу, что вне зависимости от правовой квалификации возникших между сторонами отношений, действия истца по первоначальному иску не являются представительством, в связи с чем оснований для удовлетворения встречного иска не установлено.

Выводы суда, содержащиеся в решении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Нормы права применены судом первой инстанции правильно.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Доводы жалобы о несогласии с квалификацией судом первой инстанции спорного договора в качестве как договора возмездного оказания услуг, отклоняются на основании следующего. 

В соответствии с п. 1 ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Вместе с тем, в силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как следует из п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в силу п. 1 ст. 307.1 и п. 3 ст. 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.

Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Как следует из п. 1.1. агентского договора от 01.10.2020 по настоящему договору агент обязуется совершать от своего имени, но за счет принципала указанные в пункте 2.1. настоящего договора юридические и фактические действия, а принципал обязуется уплатить агенту вознаграждение за оказываемые услуги.

На основании п. 2.1. агентского договора от 01.10.2020 по настоящему договору агент обязуется совершать следующие действия: по поручению принципала осуществлять действия по поиску месторождения песка строительного; вести переговоры с держателем лицензии месторождения, контролировать сделку по приобретению месторождения, выполнять иные поручения принципала.

Таким образом, исходя из определения договора агентирования, данного в ст. 1005 ГК РФ, предметом данного договора являются юридические и иные действия, которые правомочен совершать агент от своего имени или от имени принципала (и всегда за счет принципала).

Существенным условием агентского договора является определение юридических и иных фактических действий, которые обязуется совершить агент, в результате которых у агента или принципала возникают соответствующие права и обязанности. Соответственно главной обязанностью агента является совершение агентом в интересах и за счет принципала сделок и иных юридических и фактических действий.

Указанное правило отличает агентский договор от иных видов договоров, которыми не предусматривается обязанности у исполнителя совершать в интересах заказчика какие-либо сделки и иные юридические и фактические действия, в частности от договора возмездного оказания услуг.

Содержание прав и обязанностей сторон, определенных рассматриваемым договором, не позволяет квалифицировать его в качестве агентского договора, поскольку из совокупного анализа его условий, в частности пунктов 1.1., 1.2., 2.1. и иных следует, что агент был уполномочен только на поиск продавцов для общества, но не заключение от своего имени, либо от имени принципала сделок купли-продажи.

Такие действия предпринимателя, как поиск клиентов, контролирование сделок, организация переговоров и встреч, без заключения договоров и совершения иных юридических и фактических действий от своего имени и за счет общества, либо от имени общества и за его счет, об условиях агентирования в данном случае не свидетельствуют.

Данный вывод также прямо следует из п. 1.2. договора, в котором определен период (срок) оказания услуг. Заключать какие-либо договоры, исходя из смысла спорного агентского договора, агент не вправе.

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции верно указал, что рассматриваемый договор не может быть квалифицирован как агентский и, соответственно, признан заключенным в соответствии с требованиями ст. 1005 ГК РФ.

Исходя из приведенных положений, заключенного между истцом и ответчиком договора, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что между сторонами заключен договор возмездного оказания услуг, законодательное регулирование которого определено положениями главы 39 ГК РФ.

Довод жалобы о том, что судом не был вынесен на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора, отклоняется.

Действительно, данный вопрос на обсуждение судом первой инстанции не ставился, вместе с тем, данное обстоятельство отмену судебного акта не влечет, поскольку суд вправе самостоятельно дать оценку правовую оценку договора, исходя из цели  его заключения и предмета. Таким образом, суд первой инстанции за пределы своих полномочий не выходил.

В соответствии с п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно п. 1 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Как следует из п. 3.2. агентского договора от 01.10.2020 вознаграждение выплачивается при условии подписания предварительного договора купли-продажи с продавцом, эксклюзивного договора на добычу и реализацию песка, а также выполненных работ не позднее 31.12.2020.

В соответствии со ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

На основании п. 1 ст. 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

В материалы деда представлен акт № 837587864 от 12.10.2020, в соответствии с которым истец оказал, а ответчик принял агентские услуги по поиску и сопровождению сделки приобретения месторождения песка строительного стоимостью 2 000 000 рублей.

Указанный акт подписан сторонами без замечаний, что, учитывая приведенные нормы ГК РФ, влечет обязанность ответчика оплатить оказанные услуги в согласованные договором сроки.

Доводы жалобы о том, что ИП ФИО2 обязательства в связи с подписанием между ООО «ИСТ» и АО «Удмуртторф» предварительного договора купли-продажи доли в ООО ФСК «Регион-Инвест» вместо подписания предварительного договора купли-продажи месторождения песка, а также в связи с подписанием договора на предоставление исключительных (эксклюзивных) прав на оказание услуг по добыче песка и его приобретение вместо договора на предоставление исключительных (эксклюзивных) прав на добычу и реализацию песка, не исполнялись, отклоняются, поскольку все последующие действия ответчика по надлежащему оформлению доли в уставном капитале владельца лицензий на добычу песка - ООО ФСК «Регион-Инвест» свидетельствует о достижении цели, поставленной сторонами при подписании агентского договора от 01.10.2020.

С учетом этого, довод жалобы о том, что факты реального исполнения обязательств истца по агентскому договору судом не были установлены, отклоняется.

При этом, суд первой инстанции правильно не принял во внимание довод ООО «ИСТ» о случайном характере подписания акта оказанных услуг при подписании документации, сформированной в текущей деятельности ответчика, как ничем не подтвержденный, а также с учетом вышеизложенных выводов о доказанности факта оказания услуг.

Более того, следует отметить, что возражений относительно подписанного акта после получения претензии от истца 03.02.2021, в течение более 3 месяцев до момента подачи иска (04.06.2021), ответчик не выражал.

Дата подписания акта ранее фактической даты оказания услуг, не свидетельствует о фиктивности указанных в нем сведений об оказании соответствующих услуг, возражений относительно даты составления акта при проставлении подписи и печати у ООО «ИСТ» не возникло, иное не доказано (ст. 65 АПК РФ).

Вопреки доводам жалобы, отсутствие отчетов агента, представляемых в соответствии со ст. 1008 ГК РФ, учитывая вышеизложенный вывод о заключении сторонами договора на оказание услуг, а не агентского договора, также не свидетельствует о ненадлежащем выполнении работ (оказания услуг).

Учитывая изложенное, требования о взыскании задолженности по оплате оказанных услуг в сумме 2 000 000 руб. 00 коп. удовлетворены судом первой инстанции обоснованно.

Относительно требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 32 191 руб. 79 коп. с продолжением их начисления до фактической оплаты долга, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Представленный истцом расчет суммы процентов судом первой инстанции проверен и признан арифметически верным, ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен.

Довод жалобы о том, что при взыскании суммы процентов судом не учтено, что п. 3.2. договора не содержит срока оплаты, отклоняется как необоснованный, поскольку из п. 3.2. договора прямо следует, что вознаграждение выплачивается при условии подписания предварительного договора купли - продажи с продавцом, эксклюзивного договора на добычу и реализацию песка, а также акта выполненных работ не позднее 31.12.2020.

Таким образом, исковые требования в части взыскания процентов за пользование денежными средствами в размере 32 191 руб. 79 коп. по день фактической оплаты задолженности удовлетворены судом первой инстанции правомерно.

Вместе с тем, апелляционный суд отмечает следующее.

На основании п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 №44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз.10 п. 1 ст.63 Закона о банкротстве).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Таким образом, в период с 01.04.2022 до 01.10.2022 начисление каких-либо финансовых санкций на задолженность ответчика не подлежит.

Принимая во внимание, что оспариваемое решение вынесено судом первой инстанции до установления указанного моратория, апелляционный суд не находит оснований для изменения обжалуемого решения в данной части, вместе с тем, указанные обстоятельства подлежат учету при расчете суммы неустойки в процессе исполнения судебного акта.

Что касается требований по встречному иску, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Довод жалобы о том, что истец по первоначальному иску в нарушение правил коммерческого представительства одновременно выступал агентом ООО «Удмуртторф», оказывая услуги по поиску покупателей имущества указанной организации, отклоняется в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого (пункт 1).

На основании п. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное (абзац 2 пункта 3).

В соответствии с п. 1 ст. 184 ГК РФ коммерческим представителем является лицо, постоянно и самостоятельно представительствующее от имени предпринимателей при заключении ими договоров в сфере предпринимательской деятельности.

Согласно п. 2 ст. 184 ГК РФ одновременное коммерческое представительство разных сторон в сделке допускается с согласия этих сторон, а также в других случаях, предусмотренных законом. Если коммерческий представитель действует на организованных торгах, предполагается, поскольку не доказано иное, что представляемый согласен на одновременное представительство таким представителем другой стороны или других сторон.

Из представленных в материалы дела предварительного договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО ФСК «Регион-Инвест» от 26.10.2020, а также договора на предоставление исключительных (эксклюзивных) прав от 12.10.2020, их подписантами явились председатель правления управляющей организации АО «Удмуртторф» - ООО «РВ Бизнес Групп» ФИО5, а также член правления указанной организации ФИО6 с одной стороны (на стороне продавца, стороны, передающей эксклюзивные права), и директор ООО «ИСИ» ФИО7 с другой стороны (на стороне покупателя, стороны, принимающей эксклюзивные права).

При этом, ИП ФИО2 ни в одном из указанных договоров как представитель какой-либо из сторон не поименован.

Между тем, как установлено судом и подтверждается материалами дела, ИП ФИО2 действовал в интересах ответчика в рамках договора возмездного оказания услуг по поиску продавца соответствующих активов.

Кроме того, суд первой инстанции верно указал, что вне зависимости от правовой квалификации возникших между сторонами отношений, действия истца по первоначальному иску не являются представительством, поскольку в силу п. 2 ст. 182 ГК РФ не являются представителями лица, действующие хотя и в чужих интересах, но от собственного имени, лица, лишь передающие выраженную в надлежащей форме волю другого лица, а также лица, уполномоченные на вступление в переговоры относительно возможных в будущем сделок.

Довод жалобы о том, что ИП ФИО2 знал о заключении договора с АО «Удмуртторф», согласно которого он должен был действовать в интересах АО «Удмуртторф», при этом ИП ФИО2 не являлся/не является представителем или работником ООО «ИСТ», в связи с чем считает, что сделка совершена под влиянием обмана, отклоняется, поскольку в суде первой инстанции ответчик, заявляя встречный иск, указывал на иные обстоятельства для признания сделки недействительной. Более того, в материалы дела не представлено доказательств того, что при заключении договора ответчик действовал под влиянием заблуждения или обмана относительно существа совершаемой сделки. 

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения встречного иска у суда первой инстанции не имелось.

Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ. Суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Решение суда первой инстанции от 11.02.2022 следует оставить без изменения, жалобу ответчика – без удовлетворения.  

В силу ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины в сумме 3 000 руб., понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11 февраля 2022 года по делу № А71-7618/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

 

Председательствующий

Н.П.Григорьева

 

Судьи 

 

И.О.Муталлиева

О.В.Суслова