ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-133395/2019

10 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     04 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

при участии:  

от ООО «Трансепт Групп»: представитель ФИО2, по доверенности от 03.10.2022;

конкурсного управляющего ФИО3 (по паспорту);

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-28507/2022)  ООО «Трансепт Групп» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 по делу № А56-133395/2019/сд.1, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 

к ООО «Трансепт Групп» 

об оспаривании сделки должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО ГСК Групп», 

третье лицо: ООО «Балтийский Лизинг», 

установил:

20.12.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ООО «АТ-МАСТЕР» о признании ООО «ГСК Групп» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом), которое определением от 30.12.2019 было принято к производству суда. 

Определением арбитражного суда от 05.03.2020 заявление ООО «АТ-МАСТЕР» было признано обоснованным; в отношении ООО «ГСК Групп» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением арбитражного суда от 07.12.2020 ООО «ГСК Групп» было признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим также утвержден ФИО3

25.03.2021 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, впоследствии уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками соглашения от 13.06.2019 о замене стороны в обязательствах по договору лизинга № 1630/18-ОБЛ-3С, заключенного между ООО «ГСК Групп», ООО «Трансепт Групп» и ООО «Балтийский лизинг», и соглашения об отступном от 05.08.2019, заключенного между ООО «ГСК Групп» и ООО «Трансепт Групп», а также о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Трансепт Групп» (далее – ответчик) в конкурсную массу должника  1 689 825, 63 руб.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ООО «Балтийский Лизинг».

Определением арбитражного суда от 11.08.2022 заявленные требования удовлетворены в полном объеме. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Трансепт Групп» подало апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и полагая, что соглашение об отступном могло быть заключено  на любой стадии исполнения обязательств.

В этой связи податель жалобы указывает, что с учетом отступного по соглашению о замене лизингополучателя в договоре лизинга было получено равноценное встречное исполнение, а применительно к наличию вреда для должника апеллянт ссылается на то, что лизинговое имущество в любом случае не является собственностью лизингополучателя, что, по мнению ответчика, исключает вывод о неравноценности встречного предоставления по сделке и причинении вреда должнику и его кредиторам. 

ООО «Балтийский Лизинг» представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором третье лицо, помимо прочего, просит рассмотреть апелляционную жалобу ответчика в отсутствие своего представителя.  

Конкурсный управляющий в письменном отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда оставить без изменения. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика доводы жалобы поддержал.

Конкурсный управляющий возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 14.06.2018 между должником (лизингополучатель) и ООО «Балтийский лизинг» (лизингодатель) был заключен договор лизинга №1630/18-ОБЛ от 14.06.2018, по условиям которого лизингодатель принял на себя обязательство приобрести указанное лизингополучателем имущество и предоставить лизингополучателю на определенный срок права временного владения и пользования имуществом, а лизингополучатель обязался принять предмет лизинга за плату во временное владение и пользование.

По условиям договора лизинга за владение и пользование предметом лизинга лизингополучатель (должник) уплачивает лизинговые платежи в общей сумме 1 830 863,28 руб., при этом, авансовый лизинговый платеж составил 590 275 руб.

Размер и сроки уплаты лизинговых платежей установлены графиком лизинговых платежей (приложение №1 к договору лизинга).

В силу абзаца 4.1.1.2  раздела 4 договора лизинга, в течение 5 рабочих дней со дня получения от лизингодателя уведомления о возможности предоставления финансирования лизингополучатель уплачивает лизингодателю авансовый платеж в размере 590 275 рублей.

При этом, должнику предоставлено право выкупить предмет лизинга при наступлении обстоятельств в порядке и на условиях, предусмотренных разделом 12 Правил.

Выкупная стоимость предмета лизинга на момент окончания срока лизинга составляет 1 000 рублей (пункт 2.9 договора).

Конкурсный управляющий указал, что согласно акту сверки по состоянию на 13.06.2019 задолженность по лизинговым платежам составила 75 788,55 руб.  (последний лизинговый платеж - 70 730,88 руб., а выкупной платеж - 1 000 руб.). 

13.06.2019  между ООО «ГСК Групп» (лизингополучатель) и ООО «Трансепт групп» (новый лизингополучатель) было заключено соглашение о замене лица в обязательствах в договоре лизинга № 1630/18-ОБЛ-ЗС, по условиям которого лизингополучатель передает новому лизингополучателю в полном объеме свои права и обязанности по договору лизинга №1630/18-ОБЛ от 14.08.2018, а новый лизингополучатель полностью принимает на себя обязательства первоначального лизингополучателя в полном объеме по договору финансовой аренды (лизинга).

В соответствии с пунктом 2.1 соглашения с момента заключения соглашения к новому лизингополучателю наряду с иными обязанностями лизингополучателя по договору лизинга переходят обязанности по уплате денежных средств, в том числе:

- лизинговые платежи в сумме 70 730,88 руб. по договору лизинга, сроки начисления и внесения которых наступают после 25.06.2019; 

- просроченная задолженность по лизинговым платежам в сумме 75 788,55 руб., начисленная до 13.06.2019;

-  выкупная цена в соответствии с пунктом 2.9 договора лизинга в сумме 1 000 руб.

Транспортное средство, являющееся предметом лизинга, передано ответчику, что подтверждается трехсторонним актом приема-передачи предмета лизинга от 24.06.2019 №1630/18-ОБЛ-ЗС по договору лизинга. 

В обоснование заявленных требований о признании недействительным соглашения от 13.06.2019 о замене лица в обязательствах в договоре лизинга № 1630/18-ОБЛ-ЗС конкурсный управляющий сослался на пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), указав,  что на дату совершения оспариваемой сделки должником уже были оплачены лизинговые платежи в общем размере                   1 689 825,63 руб., что составляет 92% от общей суммы платежей по договору лизинга (1 830 863,28 рублей), а остаток лизинговых платежей, подлежащих уплате, включая выкупную цену, составил общую сумму 148 519,43 рублей (8,1 % от общей суммы договора лизинга). При этом, встречное предоставление на произведенные должником лизинговые платежи в общем размере 1 689 825,63 руб. условиями соглашения не предусмотрено.  

Данные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствуют о неравноценности встречного предоставления со стороны ответчика и о возникновении в этой связи на его стороне неосновательного обогащения в размере 1 689 825,63 руб.

В ходе судебного разбирательства ООО «Трансепт Групп» заявило о наличии равноценного встречного исполнения, сославшись на то, что между ООО «ГСК Групп» и ООО «Трансепт Групп» было заключено соглашение об отступном от 05.08.2019, по условиям которого ООО «ГСК Групп» в счет исполнения обязательства, вытекающего из договора субподряда от 02.04.2018 № ТЕ-10/1 по возврату давальческих материалов (арматура), за исключением задолженности по возврату неотработанного аванса штрафов, на основании накладных № 46 от 10.12.2018; № 4 от 19.02.2019; № 51 от 14.12.2018 на общую сумму 1 998 983, 41 руб., передает ООО «Трансепт Групп» все права по договору лизинга от 14.06.2018 № 1630/18-ОБЛ.

В  свою очередь конкурсный управляющий также оспорил указанное соглашение об отступном от 05.08.2019, сославшись на его недействительность по пункту 3 статьи 61.3 Закон о банкротстве.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о наличии  условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В данном случае,  как установлено судом,  дело о банкротстве в отношении должника было возбуждено определением арбитражного суда от  30.12.2019. 

При этом, оспариваемое соглашение о замене лица в обязательствах в договоре лизинга № 1630/18-ОБЛ-ЗС заключено между должником и ответчиком  13.06.2019, то есть то есть в течение одного года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), в связи с чем оно может быть оспорено по заявленным управляющим основаниям   (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника в результате вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Кроме того, в определении Верховного Суда РФ от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018 по делу N А22-1776/2013 сформулирована правовая позиция, из которой следует, что отчуждение имущества, не имеющего недостатков, по цене, заниженной многократно, очевидно свидетельствует о заключении сделки с целью вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не может не порождать у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, связанных со стоимостью имущества.

В данном случае, признавая недействительной сделкой соглашение от 13.06.2019 о замене лица в обязательствах по договору лизинга № 1630/18-ОБЛ-ЗС, суд первой инстанции правомерно исходил из неравноценности встречного предоставления со стороны ООО «Трансепт Групп», поскольку должником было передано право на заключение договора купли-продажи с лизингодателем и на приобретение в собственность транспортного средства с остатком исполнения менее 10 % от общей суммы по договору лизинга, при  том, что условиями оспариваемой сделки не было предусмотрено предоставление в пользу должника денежных средств в качестве компенсации уже произведенных должником лизинговых платежей или иного вознаграждения за фактическую уступку права на приобретение в собственность за незначительную сумму (148 519,43 рублей) транспортного средства, которое на момент заключения договора лизинга стоило, согласно спецификации, 1 686 500  руб.

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что оспариваемая сделка, как совершенная в предбанкротный период и при явной неравноценности встречного предоставления со стороны                    ООО «Трансепт Групп», имела своей целью вывод ликвидного имущества из владения Общества и повлекла за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов ввиду уменьшения активов должника.

В этой связи, применяя в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пункта  2 статьи 167 ГК РФ  последствия признания сделки недействительной, суд, установив, что договор лизинга на настоящий момент исполнен, поэтому восстановление первоначального положения сторон, существовавшего до совершения сделки, невозможно,  правомерно взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 1 689 825,63 руб. действительной стоимости переданных прав по договору лизинга, которая установлена судом исходя из размера сальдо встречных обязательств по договору лизинга на дату перемены лица в договоре (соответствующий расчет представлен конкурсным управляющим, проверен судом и лицами, участвующими в деле не оспорен). 

В ходе судебного разбирательства ООО «Трансепт Групп» заявило о наличии равноценного встречного исполнения, сославшись на то, что между ООО «ГСК Групп» и  ООО «Трансепт Групп» было заключено соглашение об отступном от 05.08.2019, по условиям которого ООО «ГСК Групп» в счет исполнения обязательства, вытекающего из исполнения договора субподряда от 02.04.2018               № ТЕ-10/1 по возврату давальческих материалов (арматура), за исключением задолженности по возврату неотработанного аванса штрафов, на основании накладных № 46 от 10.12.2018; № 4 от 19.02.2019; № 51 от 14.12.2018 на общую сумму 1 998 983, 41 руб., передает ООО «Трансепт Групп» все права по договору лизинга от 14.06.2018 № 1630/18-ОБЛ.

Полагая, что оспариваемая сделка является недействительной по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, так как в результате ее совершения ответчику оказано предпочтение перед требованиями других кредиторов, что повлекло изменение очередности удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий также оспорил указанное соглашение, заявив уточнение к первоначально предъявленным требованиям. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

При этом, согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, при том, что бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (абзац 5 пункта 10 Постановления № 63). 

В этой связи, как полагал суд (управляющий), в силу даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника (определением суда от 30.12.2019), оспариваемое соглашение от 05.08.2019 подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Также согласно пункту 10 Постановления № 63 бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем сделку лице, как в настоящем случае, конкурсный управляющий доказал и то, что на момент совершения платежей ответчику было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, при определении наличия которых, в соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума № 63, следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, которая предполагается, если не доказано иное, а под недостаточностью имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В данном случае обосновывая соответствие должника признакам неплатежеспособности и/или недостаточности имущества на дату заключения соглашения от 05.08.2019, конкурсный управляющий сослался на следующее:

На официальном сайте Федресурса (https://fedresurs.ru/) имелась публикация (сообщение № 03964203 от 04.06.2019) о намерении ООО «СК «ЮНИТ» обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ГСК Групп» несостоятельным (банкротом), что свидетельствует о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами. 

ООО «Трансепт Групп» также является кредитором ООО «ГСК Групп», а его требования по задолженности, образовавшейся в 2019 году, впоследствии включены в реестр требований кредиторов, а кроме того, согласно картотеке арбитражных дел в 2019 году было возбуждено несколько десятков исковых производств в отношении  ООО «ГСК Групп».

Более того, как обоснованно сослался суд, то обстоятельство, что ООО «ГСК Групп» в качестве оплаты предоставляет ООО «Трансепт Групп» отступное в виде прав по договору лизинга лишь подтверждает тот факт, что у ООО «ГСК Групп» отсутствовали денежные средства для оплаты долга перед ООО «Трансепт Групп».

Таким образом, ООО «Трансепт Групп», действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, могло и должно было установить наличие данных обстоятельств не позднее 04.06.2019, что ответчиком сделано не было, при  том, что на момент заключения соглашения от 05.08.2019 у должника уже имелись неисполненные требования перед другими кредиторами (в реестр требований кредиторов включены требования 21 кредитора на общую сумму 93 891 959,26 руб., которые возникли до заключения соглашения об отступном),  и в итоге исполнение должником обязательств перед ООО «Трансепт Групп» привело к тому, что данному кредитору было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), то есть в рассматриваемом случае нарушена установленная пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве очередность удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что задолженность перед ООО «Трансепт Групп» путем предоставления отступного была погашена преимущественно перед требованиями других кредиторов. 

Кроме того, на момент заключения соглашения об отступном от 05.08.2019 ООО «ГСК Групп» уже не обладало правами по договору лизинга от 14.06.2018 № 1630/18-ОБЛ, поскольку ранее эти права были переданы ООО «Трансепт Групп» по соглашению от 13.06.2019 о замене стороны в обязательствах по договору лизинга № 1630/18-ОБЛ-3С, следовательно, ООО «ГСК Групп» не могло предоставить в качестве отступного права, которыми на момент заключения соглашения об отступном не обладало.

В то же время, в самом соглашении от 13.06.2019  не содержится указания на то, что ООО «Трансепт Групп» производит оплату ООО «ГСК Групп» определенным способом и по какой-либо цене.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования. 

Доводы ответчика, приведенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции о доказанности управляющим условий для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (применительно к соглашению от 13.06.2019 о замене стороны в обязательствах по договору лизинга № 1630/18-ОБЛ-3С) и по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве (применительно к соглашению об отступном от 05.08.2019), поскольку  в результате их совершения должник лишился ликвидного имущества  без предоставления должнику по оспариваемой сделке равноценного  встречного исполнения (в частности – в результате замены лизингополучателя должник лишился права на выкуп имущества), как надлежаще не опровергнут ответчиком и  сам факт наличия у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения обеих сделок, при том, что в результате заключения соглашения об отступном от 05.08.2019 требования ответчика удовлетворены в предпочтительном порядке перед требованиями других кредиторов, что повлекло изменение очередности удовлетворения требований кредиторов.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 г. по делу № А56-133395/2019/сд.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Трансепт групп» - без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

Е.В. Бударина

 Д.В. Бурденков