СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8365/2020(3)-АК

Дело № А50-19497/2019

31 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 января 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чухманцева М.А., 

судей     Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от кредитора ООО «Орех» - ФИО2, паспорт, доверенность от 07.05.2020;

от ответчика ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 18.05.2021,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ООО «Орех»,

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 27 сентября 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом,

вынесенное в рамках дела № А50-19497/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СК «Объединенный строительный альянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.07.2019 (после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления без движения) принято к производству заявление ООО «Орех» о признании ООО «СК «Объединенный строительный альянс» (далее – ООО «СК «ОСА») несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.09.2019 заявление ООО «Орех» признано обоснованным, в отношении ООО «СК «ОСА» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 10.01.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Объявление о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №8 от 18.01.2020.

17.02.2021 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ОСА» за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок не позднее 11.11.2017, при наличии признаков объективного банкротства на начало октября 2017 года, по обязательствам, возникшим после 10.10.2017, взыскании с нее в пользу должника денежных средств в размере 1 492 729,93 руб. (размер кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника в 2018-2019 г.г.), по основаниям ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.09.2021 (резолютивная часть от 20.09.2021) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной  ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ООО «Орех» обратился с апелляционной жалобой, в которой (с учетом уточнения) просит его отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В уточненной жалобе кредитор указывает на возникновение признаков неплатежеспособности минимум с 10.10.2017, так как у должника сформировалась значительная просроченная задолженность (более 3-х млн. руб.), в том числе перед кредитором ООО «Орех». Размер возникших в период с 11.11.2017 по 30.07.2019 обязательств, включенных в реестр требований кредиторов Должника составляет 1 492 729,93 руб. В качестве основания для отказа в удовлетворении заявления суд указал, что ответчик, в целях выхода из критической ситуации, заключил договор с ООО «Ижевская Строительная компания» и по результатам сотрудничества должен был быть положительный результат. Вместе с тем, такой договор заключен 16.10.2018, т.е. после возникновение обязанности руководителя подать заявление о банкротстве. Отсутствуют доказательства о размере предполагаемой прибыли от сотрудничества с ООО «Ижевская Строительная компания». Руководитель обязан был подать заявление в суд о признании общества несостоятельным и продолжать искать способы выведения компании из кризиса, чего не было сделано.

Ответчик ФИО3 в отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

От кредитора поступили возражения на отзыв ответчика.

Участвующий в судебном заседании представитель кредитора  на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил обжалуемое определение отменить, заявленные требования удовлетворить; представитель ответчика возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «СК «Объединенный строительный альянс» зарегистрировано в качестве юридического лица налоговым органом 30.12.2015, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) внесена запись за номером 

<

***>.

Руководителем ООО «СК «Объединенный строительный альянс» в период с даты создания до  открытия в отношении должника конкурсного производства (10.01.2020) являлась ФИО3

Определением от 30.07.2019 возбуждено производство по делу о признании ООО «УК «ОСА» несостоятельным (банкротом); определением от 23.09.2019 в отношении общества введена процедура наблюдения; решением арбитражного суда от 10.01.2020 ООО «УК «ОСА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов ООО «УК «ОСА» включены требования кредиторов на общую сумму 1 492 729,93 руб. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления в суд о признании должника несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий указывал на то, что обстоятельства, влекущие обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом, возникли не позднее 10.10.2017, поскольку именно в указанный период у должника имелись объективные признаки неплатежеспособности, о чем ФИО3 как руководителю должника должно было быть известно, вместе с тем, установленная Законом о банкротстве обязанность по своевременной подаче в суд заявления о признании ООО «УК «ОСА» несостоятельным (банкротом) не позднее 11.11.2017 ею исполнена не была. 

При рассмотрении спора суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав участников процесса, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Согласно порядку введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», правилам действия норм материального права во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ), правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

С учетом периодов вменяемого конкурсным управляющим к  ответчику бездействия при рассмотрении настоящего спора суд плеврой инстанции  верно применил нормы статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 названной статьи к числу контролирующих должника лиц отнесен руководитель должника.

В соответствии в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; названным Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст.9 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, возложив бремя доказывания отсутствия таковой связи на привлекаемое к ответственности лицо.

Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве и разъяснениям, данным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абз. 5, 7 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Применительно к гражданским правоотношениям невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

По мнению конкурсного управляющего, обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом возникла у ФИО3 не позднее 11.11.2017.

В обоснование даты возникновения обстоятельств, обуславливающих возникновение необходимости обращения с заявлением о банкротстве должника, которую управляющий определяет как 11.10.2017, приведены доводы о наличии включенных в реестр требований кредиторов должника требований в частности: ИФНС России по Ленинскому району г. Перми  в сумме 236 090,04  руб. основного долга, 41 970,13 руб. пени и 5 742 руб. штрафа (период образования задолженности –2018 год, 1 квартал 2019 года), ООО «Центр-Агро»  в сумме  92 377,14 руб. основного долга, 18 383,51 руб. неустойки (период образования задолженности – июль 2017-2018 год), ООО «ПБК» в сумме 24 439,80 руб. пени, ООО «Первый Стройцентр Сатурн-Р» на сумму 345 868,44 руб. (период образования задолженности -  2018 г.), ООО «ТелекомПлюс» в сумме  22 253,76 руб. основного долга (период образования задолженности – май-август 2018 года), ООО «Орех» в сумме 705 605,11 руб.

Проанализировав представленные в дело документы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности материалами дела возникновения у руководителя должника обязанности по подаче заявления о признании ООО «УК «ОСА» банкротом на указанную конкурсным управляющим дату, при этом арбитражный суд исходил из следующего.

Деятельность общества «СК «Объединенный строительный альянс» была связана с оказанием строительных работ.  

У должника имелись контракты. 

Так, должник оказывал строительно - монтажные работы по устройству навесного вентилируемого фасада на объекте по адресу: 

<

...> очередь ЖК «Солнечный город, заказчик ООО «ПМД». 

Между ООО «СК «ОСА» (подрядчик) и ООО «Пермский квартал» (заказчик) был заключен договор подряда №05-14/2017 от 30.05.2017 на выполнение строительно-монтажных работ на объекте: «Многоквартирный дом по ул. Подлесная, 2 в городе Перми», а именно: выполнение работ по устройству навесного вентилируемого и мокрого фасада, монтажу витражей. В договоре определен срок окончания работ - май 2018. Договор расторгнут с 17.10.2018 в связи с просрочкой выполнения работ на основании претензии №493. 

Между ООО «СК «ОСА» (подрядчик) и ООО»Орех» (субподрядчик) заключен договор субподряда №01-6/2017 от 01.06.2017 (далее – договор), в соответствии с пунктом 2.1. которого Субподрядчик выполняет в установленный Договором срок по заданию Подрядчика строительно-монтажные работы по изготовлению и монтажу светопрозрачных конструкций, а Подрядчик принимает и оплачивает выполненные строительные работы. 

Согласно пункту 1.1. объектом является многоквартирный жилой дом по ул. Подлесная,2 в г. Перми.

В пункте 3.1. договора стороны предусмотрели, что стоимость работ составляет сумму 16 900 317,33 руб., в том числе НДС 18%.

В соответствии с пунктом 4.1. договора работы должны быть выполнены в сроки, предусмотренные в графике производства работ (приложение №2 к договору).

Согласно Графику производства работ и Графику помесячного производства работ (т.1. л.д.24 с оборотом) работы должны были быть завершены субподрядчиком не позднее 31.05.2018.

В связи с наличием задолженности, 14.12.2018 ООО «СК «ОСА» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Орех» о взыскании 760 339,45 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.08.2019 делу №А50-39060/2018 с ООО «Орех» в пользу ООО «СК «ОСА» взыскана неустойка в размере 760 339,45 руб. 

Кроме того, 03.04.2017 между ООО «СК «ОСА»   (подрядчик) и ООО «Орех»  (субподрядчик) заключен договор субподряда № 03/04/2017, согласно которому субподрядчик выполняет в установленный договором срок по заданию подрядчика монтаж светопрозрачных конструкций, а подрядчик принимает и оплачивает выполненные строительные работы. 

Полный комплекс строительно-монтажных работ включает в себя пуско-наладочные работы на смонтированном субподрядчиком оборудовании и любые иные работы, входящие в состав технической документации технической документации, а также расчетной ведомости материалов и работ (п. 2.2). 

Стоимость работ установлена сторонами в размере 13 865 524 руб. 58 коп., в том числе НДС 18% (п. 3.1). Срок выполнения работ установлен по 30.01.2018. 

В связи с наличием задолженности, 14.12.2018 ООО «СК «ОСА» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к ООО «Орех» о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору субподряда № 03/04/2017 от 03.04.2017 в размере 1 000 000 руб. за период с 01.02.2018 по 12.11.2018, убытков, в виде возмещения расходов на устранение недостатков в размере 577 424 руб. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 05.04.2019 по делу №А50-39081/2018 исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Орех» в пользу ООО «СК «ОСА»  взыскана неустойка в размере 235 594,15 руб., в удовлетворении оставшейся части требований отказано. 

В свою очередь и у должника имелись обязательства перед заявителем по делу - ООО «Орех», возникшие в связи с неисполнением обязательств по договору субподряда №20/16 от 12.07.2016, заключенному между ООО «Орех» (субподрядчик) и ООО «СК «ОСА» (подрядчик).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 10.04.2018 по делу №А50-3788/2018 с ООО «СК «ОСА» в пользу ООО «Орех» взыскана задолженность в размере 682 683,64 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 34 143 руб.

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Пермского края от 23.09.2019.

Кроме того, определением суда от 30.06.2020 в реестр включены требования ООО «Орех» в размере 82 163,22 руб.  основного долга, 96 866,10 руб. пени, 43 537,87 руб. процентов, 145 002,59 руб. судебных расходов, 23 074,73 руб. процентов (за неисполнение судебных актов), основанные на решениях суда по делам №А50-3788/2018 от 16.08.2018, №А50-25476/2018 от 09.10.2018, №А50-30920/2018 от 04.12.2018, №А50-25476/2018 от 26.12.2018, №А50-30920/2018 от 15.02.2019, №А50-18638/2019 от 06.08.2019.

Определением суда от 26.08.2020 г. в реестр также включены требования ООО «ОРЕХ» в сумме 280 817,60 руб. задолженности по договору субподряда № 03/04/2017 от 03.04.2017.

Таким образом, у контрагентов ООО «Орех» и ООО «СК «ОСА» имелась взаимная задолженность, в том числе, в рамках одного контракта - договора субподряда № 03/04/2017 от 03.04.2017 (у должника перед кредитором на сумму 280 817,60 руб., у кредитора перед должником – на сумму 235 594,15 руб.).

Конкурсный управляющий определяет, что задолженность перед ООО «Орех», которая подлежит учету в качестве субсидиарной ответственности ответчика, составляет в сумме 705 605,11 руб.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела установлено, что дебиторская задолженность ООО «Орех» перед ООО «СК «Объединенный строительный альянс» на общую сумму 995 933,60 руб. погашена ООО «Орех» только в рамках процедуры конкурсного производства должника.

Таким образом, основания полагать, что должник, обладая дебиторской задолженностью ООО «Орех», должен был инициировать процедуру собственного банкротства у суда не имелось.

Рассматривая доводы управляющего относительно возникновения у ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в связи с наличием обязательств перед ООО «ПБК», судом установлены следующие обстоятельства.

Из документов, представленных в обоснование заявленного кредитором ООО «ПБК» требования, следует, что у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед ООО «ПБК», вытекающие из договора подряда № 15/08/17 от 15.08.2017. 

В соответствии с условиями указанного договора ООО «ПБК»  выполнило строительно-монтажные работы по устройству навесного вентилируемого фасада на объекте «Многоквартирный жилой дом «Пионер», расположенный по адресу 

<

...> В.

Факт выполнения работ ООО «ПБК» и принятие их должником без замечаний подтверждено актом о приемке выполненных работ №1 от 30.09.2017. В акте зафиксирован объем выполненных работ в количестве 2 200 кв.м.

В соответствии с условиями договора стоимость работ согласована сторонами в приложении № 1 к договору «протокол стоимости единичных расценок» и составляет 690 рублей за I кв.м.

Таким образом, общая стоимость работ по договору составила 1 518 000 руб. Общая стоимость работ зафиксирована в акте о приемке выполненных работ.

В соответствии с пунктом 5.4. договора расчет за выполненные работы производится не позднее 10-ти календарных дней после полного завершения монтажных работ, включая устранение выявленных дефектов, на основании акта приемки и предъявленной счет-фактуре.

После завершения монтажных работ и подписания акта о приемке выполненных работ кредитор предъявил требование об оплате работ и счет-фактуру.

В соответствии с условиями пункта 5.4. договора работы должны были быть оплачены должником в срок до 10.10.2017. 

Вместе с тем, кредитор ООО «ПБК»  неоднократно предоставлял должнику отсрочку уплаты задолженности.

15.01.2018 от должника поступило письмо №4, в котором должник признает наличие задолженности и просит предоставить отсрочку платежа до 15.05.2018.

15.05.2018 от должника поступило письмо №27, в котором должник признает наличие задолженности и просит предоставить отсрочку платежа до 2019 года.

15.06.2018 кредитор направил в адрес должника письмо, которым должнику предоставлена отсрочка платежа до 15.07.2019.

В дальнейшем, определением суда от 09.07.2020 требование ООО «ПБК» в общей сумме 1 770 190,40 руб., в том числе задолженность в размере 1 518 000 руб., пени в размере 252 190,40 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

ООО «ПБК» является кредитором должника с наибольшим размером основной задолженности.

Учитывая предоставление должнику ООО «ПБК»  отсрочки оплаты долга до 15.07.2019, довод конкурсного управляющего о наличии у ответчика обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве 11.10.2017, признан судом безосновательным.

Кроме того, судом проанализирована задолженность перед уполномоченным органом в сумме 236 090,04 руб. основного долга период возникновения которой  составляет за 2018 год, 1 квартал 2019 года, а также перед ООО «Центр-Агро»  на  сумму  92 377,14 руб. основного долга (период возникновения июль 2017-2018 год); перед ООО «ТелекомПлюс» на сумму  22 253,76 руб. основного долга (период возникновения май-август 2018 года);  перед  ООО «Первый Стройцентр Сатурн-Р» на сумму 345 868,44 руб. (период возникновения 2018 г.)

Анализ вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными.

Более того, вопреки позиции конкурсного управляющего, само по себе наличие кредиторской задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Законодательство о несостоятельности (банкротстве) не предполагает, что руководитель общества обязан немедленно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, а наличие судебных решений о взыскании с должника денежных средств само по себе не является достаточным основанием для вывода о наличии обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве организации.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротства должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Причем в ситуации постоянной динамики структуры активов и пассивов такой момент определяется неким событием, с учетом которого у руководителя не остается оснований полагать, что финансовое состоянием предприятия является кризисным, имеет место объективное банкротство.  

В этой связи в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Как указано ранее, деятельность должника была связана с оказанием строительных работ.  

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции установлено, что должником предпринимались все допустимые действия по урегулированию задолженности и ФИО3, как руководителем, предпринимались меры по заключению новых контрактов и получению дохода за счет выполнения работ.

Так, 16.10.2018 между должником и ООО «Ижевская Строительная Компания» был заключен договор № 60-2018/СП строительного субподряда на устройство вентилируемого фасада с облицовочным экраном из керамического гранита.

Пунктом 3.2.18 договора строительного субподряда установлена обязанность субподрядчика предварительного согласования, до начала выполнения соответствующих работ, с Генподрядчиком применяемых материалов, не конкретизированных документацией, в письменном виде.

Вместе с тем, этап согласования материалов существенно затянулся ввиду отсутствия каких-либо ответов на направленные в адрес Генподрядчика субподрядчиком письма.

У субподрядчика имелись намерения выполнить свои договорные обязательства в полном объёме, в том числе посредством устных переговоров, а также в связи с отсутствием каких-либо уведомлений Генподрядчика о консервации объекта, либо изменении условий заключенного Договора строительного субподряда.

Впоследствии Субподрядчику стало известно о том, что проект производства работ претерпевает существенные корректировки и приступить к выполнению работ на объекте появится возможность только в 2019 году. Однако и в данной ситуации Субподрядчик не намеревался отказываться от исполнения договора, наоборот, неоднократно сообщал об этом Генподрядчику, но, в начале 2019 года получил от руководителя Генподрядчика устное сообщение о том, что к выполнению объемов работ, обусловленных договором строительного подряда, приступило иное лицо и услуги Субподрядчика на данном объекте не требуются.

Представитель ответчика указывает, что каких-либо письменных отказов и уведомлений о расторжении договора строительного субподряда от Генподрядчика в адрес Субподрядчика не поступало, соответственно понимание о том, что Субподрядчиком не будут выполняться работы в рамках Договора строительного субподряда, появилось у Субподрядчика в начале 2019 года.

Данный договор был расторгнут по независящим от должника причинам.

Из пояснений ответчика следует, что в 2018 году у должника в штате числилось 15 работников, ресурсы для выполнения контракта имелись.

Суд верно указал, что невозможность достичь реализации намерений ФИО3 не свидетельствует о заведомой неразумности плана, из которого исходил руководитель должника.

При этом, заявителем жалобы не учтена возможность получения должником прибыли и по иным контрактам, наличие и исполнение которых должником установлено и подтверждается материалами дела, а именно: выполнение строительно-монтажных работ по устройству навесного вентилируемого фасада на объекте по адресу: 

<

...> - 4 очередь ЖК «Солнечный город», Заказчик - ООО «ПМД»; выполнение строительно-монтажных работ на объекте «Многоквартирный дом по ул. Подлесная, 2 в городе Перми», а именно: выполнение работ по устройству навесного вентилируемого и мокрого фасада, монтажу витражей, Заказчик — ООО «Пермский квартал», Договор подряда № 05-14/2017 от 30.05.2017.

Указанное свидетельствует о том, что в ситуации кризиса руководителем должника предпринимались действия по выводу компании из банкротства.

Наличие экономически обоснованного плана, как и разумность действий руководителя должника следуют из материалов дела, а именно: ведение переговоров с основным кредитором должника (ООО «ПБК») о предоставлении отсрочки в результате которых отсрочка предоставлена до 15.07.2019; ведение активной хозяйственной деятельности должником после даты, указанной конкурсным управляющим в качестве точки объективного банкротства.

В результате проведенного финансового анализа, временным управляющим сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Так, арбитражным управляющим отражено, что при анализе динамики изменения показателей, характеризующих платежеспособность ООО «СК «ОСА» за проверяемый период с 31.12.2015 по 31.12.2018 не установлено существенного ухудшения значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность. Сделок, которые привели к банкротству, также не выявлено. В связи с чем, можно сделать вывод об отсутствии признаков преднамеренного банкротства.

По итогам деятельности общества за 2018 г., активы составляли 17 783 тыс. руб. В состав совокупных активов входят оборотные активы (дебиторская задолженность, запасы, финансовые и другие оборотные активы), материальные внеоборотные активы.  

В ходе процедуры конкурсным управляющим на основании бухгалтерской отчетности общества по состоянию на 31.12.2018 выявлено наличие дебиторской задолженности у должника на сумму 11 209 185,85 руб.  

В связи с тем, что  конкурсному управляющему  не передана в полном объеме расшифровка состава дебиторской задолженности и первичные документы, подтверждающие основания для ее взыскания или списания, конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением о взыскании с ФИО3 причиненных обществу убытков.

В ходе рассмотрения указанного заявления ФИО3 в материалы дела представлено заключение ООО «Инвест аудит» от 30.10.2020, из которого следует, что дебиторская и кредиторская задолженность по состоянию на 31.12.2018 отражена в бухгалтерском балансе ООО «СК «ОСА»  неверно. 

На момент составления бухгалтерской отчетности за 2018 г. инвентаризация расчетов с покупателями и поставщиками была проведена не в полном объеме. Срок сдачи бухгалтерской отчетности за 2018 г. - 1 апреля 2019 г. (пп. 5 п. 1 ст. 23 НК, п. 47 ПБУ 4/99). После составления и сдачи бухгалтерской отчетности за 2018 г. были получены акты сверок взаимных расчетов с контрагентами должника. 

Специалистом ООО «Инвест аудит» была проанализирована расшифровка дебиторской и кредиторской задолженности ООО «СК «ОСА» на 31.12.2018 и акты сверок взаимных расчетов.

Исходя из полученных данных  специалистом ООО «Инвест аудит» сделан вывод о том, что фактически дебиторская задолженность завышена на сумму встречной задолженности - 10 448 619,09 руб. 

В результате проведенного исследования специалист пришел к выводу о том, что по состоянию на 31.12.2018 дебиторская задолженность общества составляла 760 566,76 руб.

Определением суда от 30.11.2020 (резолютивная часть от 2311.2020) с ФИО3 в пользу ООО «СК «Объединенный строительный альянс» взыскано 560 791,65 руб. убытков.

Действительно, с учетом рассмотренного обособленного спора – заявления о взыскании убытков в рамках настоящего дела, судом установлено, что руководитель должника по объективным причинам не располагал сведениями о полноте бухгалтерской отчетности должника за 2018 г., поскольку инвентаризация расчетов с покупателями и поставщиками была проведена не в полном объеме. После составления и сдачи бухгалтерской отчетности за 2018 г. (после  1 апреля 2019 г.) были получены акты сверок взаимных расчетов с контрагентами должника. 

Суд первой инстанции верно установил, что при отсутствии в спорный период полного бухгалтерского отчета - годового баланса и наличии иных обозначенных обстоятельств (заключенных действующих контрактов, реальной ко взысканию дебиторской задолженности, отсрочки уплаты долга), у руководителя имелись предпосылки предполагать, что должник сможет в дальнейшем осуществлять деятельность.

Доказательств, безусловно свидетельствующих об обратном, конкурсным управляющим не представлено.

Кроме того, конкурсный управляющий в финансовом анализе должника пришел к выводу, что основной причиной банкротства является отсутствие новых договоров подряда с заказчиками. Все объекты строительства, по которым подрядчиком было ООО «СК «ОСА» были закончены в 2017-2018 гг. Поэтому деятельность должника была постепенно свернута в 2018 г., о чем свидетельствует и сокращение более чем в 2 раза выручки в 2018 г по сравнению с 2017 г.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, чего при рассмотрении настоящего дела не установлено. Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчика подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывала на их преодоление в разумный срок, приложив необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами (отсутствие новых договоров подряда с заказчиками).

Оценив обстоятельства и материалы дела, учитывая деятельность должника, сведения бухгалтерской отчетности общества (с учетом рассмотренного обособленного спора о взыскании убытков), наличие дебиторской задолженности, в том числе, заявителя по делу ООО «Орех» с 2018 года на сумму около 1 млн. руб. (погашена лишь в процедуре конкурсного производства ООО «СК «ОСА»),  предоставленной основным кредитором ООО «ПБК»  отсрочки оплаты долга до 15.07.2019, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что руководитель должника обязан был принять меры в целях обращения в суд с заявлением о признании ООО СК «ОСА» несостоятельным (банкротом) не позднее 15.08.2019 (п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве). Доказательства принятия таких мер в материалах дела отсутствуют.

При этом, определением суда от 30.07.2019 принято к производству заявление ООО «Орех» о признании должника банкротом.

Принимая во внимание, что после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве и после возбуждения дела о банкротстве ООО «СК «ОСА» по заявлению ООО «Орех» задолженность за должником по новым обязательствам не установлена, то в данном случае отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником), введенных в заблуждение контрагентов в условиях сокрытия от них информации о соответствующем состоянии должника, что исходя из диспозиций нормы статьи 61.12 Закона о банкротстве необходимо для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по соответствующему основанию.

Таким образом, оценив представленные в дело доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, за неподачу заявления.

Доводы жалобы о несогласии с выводами суда содержащимися в обжалуемом определении не нашли своего подтверждения в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Материалами дела не подтверждается совершение контролирующим должника лицом виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника.

Мотивированных доводов в апелляционной жалобе не приведено, апелляционная жалоба установленных по делу обстоятельств не опровергает и отмены обжалуемого определения не влечет.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 27 сентября 2021 года по делу № А50-19497/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

В.И. Мартемьянов