ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

12.07.2023 года

                                Дело № А41-80926/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.07.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  12.07.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Михайловой Л.В., Каменецкого Д.В.,

при участии в заседании:

от лиц, участвующих в деле – не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1,

на определение Арбитражного суда Московской области от 14.02.2023,на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023(10АП-4919/2023, 10АП-4922/2023),

по заявлению ООО «Бирмаркет» о включении в реестр требований кредиторовдолжника задолженности в размере 124 534 280 руб. 40 коп.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Арастон», 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.12.2021 по заявлению ООО «Арастон» (далее – должник; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) возбуждено производство по делу о его несостоятельности (банкротстве) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Решением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2022 (резолютивная часть от 31.05.2022) ООО «Арастон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО2, о чем в газете «Коммерсантъ» №103(7304) от 11.06.2022 опубликовано сообщение.

Конкурсный управляющий ООО «Бирмаркет» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Арастон» требования ООО «Бирмаркет» в размере 124 534 280 руб. 40 коп., взысканных по сделке, признанной недействительной, и 6 000 руб. госпошлины.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.02.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023, требования ООО «Бирмаркет» в размере                  124 534 280 руб. 40 коп. основного долга признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов.

Не согласившись с указанными определением суда от 14.02.2023 и постановлением суда от 26.04.2023, ФИО1 (единственный участник ООО «Арастон») обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; полагает, что в период имущественного кризиса кредитором должнику было представлено дополнительное финансирование, соответственно, требования подлежат субординации до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru  в порядке ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены определения суда от 14.02.2023 и постановления суда апелляционной инстанции от 26.04.2023 по следующим мотивам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии со ст.ст. 71, 100, 142 Закона о банкротстве, разъяснений, данных в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно, поэтому, в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, т.е. установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018                № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Суды первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 16, 100, 142 Закона о банкротстве, разъяснениями, данными в п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015  № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценив по правилам ст.ст. 64-68, 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, пришел к выводу о том, что представленными доказательствами подтверждается наличие обязательств в заявленном размере, между тем, учитывая установленный факт аффилированности кредитора и должника, в связи с чем требование подлежит удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2022 по делу № А41-35215/2019,

вступившим в законную силу, признаны недействительными сделки должника - ООО «Бирмаркет» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Арастон» в размере 124 534 280,40 руб., применены последствия признания сделок недействительными в виде взыскания с ООО «Арастон» в пользу ООО «Бирмаркет» 124 534 280,40 руб.

Обращаясь в арбитражный суд в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлением, конкурсный управляющий ООО «Бирмаркет» ссылался на то, что взысканная данным судебным актом задолженность ООО «Арастон» погашена не была.

Удовлетворяя заявление, суды исходил из наличия достаточных доказательств в подтверждение заявленных требований.

В силу п. 2 ст. 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 и п. 3 ст. 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в п. 25 постановления Пленума ВАС РФ              от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», правила п. 1 ст. 167 ГК РФ, устанавливающего то, что недействительная сделка недействительна с момента ее совершения, распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

В связи с этим, в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый п. 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В данном случае предметом рассмотрения является реституционное требование, возникшее в связи с признанием в деле о банкротстве ООО «Невский берег» недействительными платежей, совершенных в пользу ООО «Арастон».

Факт наличия задолженности и ее размер участвующими в деле лицами не оспариваются.

Так, согласно разъяснениям, данным в п. 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В п. 3.1 данного Обзора разъяснено, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В п. 3.2 названного Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц разъяснено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (п. 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц).

Из содержания пункта 3 Обзора следует, что требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Под имущественным кризисом, согласно Обзора, понимается трудное экономическое положение должника при наличии любого из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, когда ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Таким образом, Верховный Суд Российской Федерации связывает возможность наступления негативных последствий в виде понижения очередности при удовлетворении требований конкурсного кредитора с наличием совокупности следующих обстоятельств: а) конкурсный кредитор является по отношению к должнику контролирующим лицом; б) требование такого конкурсного кредитора отвечает признакам внутреннего компенсационного финансирования должника;                в) компенсационное финансирование должника происходит в ситуации имущественного кризиса с целью обеспечить последующий контроль над процедурой банкротства должника, т.е. направлено на нарушение прав и интересов независимых кредиторов.

В настоящем обособленном споре, доказательств наличия оснований для понижения очередности удовлетворения требований ООО «Бирмаркет» не представлено.

Сама по себе аффилированность ООО «Бирмаркет» и ООО «Арастон» таким доказательством не является.

В соответствии с п. 2 Обзора, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, определением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2022 по делу № А41-35215/2019, 

вступившим в законную силу, признаны недействительными сделки должника - ООО «Бирмаркет» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Арастон» в размере 124 534 280,40 руб., применены последствия признания сделок недействительными в виде взыскания с ООО «Арастон» в пользу ООО «Бирмаркет» 124 534 280,40 руб.

Из судебного акта следует, что сделки, в результате признания которых недействительными возникла спорная задолженность, были совершены в нарушение установленной очередности удовлетворения требований кредиторов должника (п. 1, п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве).

При этом, платежи производились ООО «Бирмаркет» в оплату реально существующей задолженности (по договору поставки), но преимущественно перед удовлетворением требований иных, независимых кредиторов, при этом выводов о наличии мнимости при совершении названных платежей в судебном акте от 01.09.2022 по делу №А41-35215/2019 не содержится.

Учитывая изложенное, исполнение обязательств ООО «Бирмаркет» по оплате ООО «Арастон» поставленных товаров не может быть признано компенсационным финансированием, поскольку последнее предполагает передачу должнику (в рассматриваемом случае - ООО «Арастон») денежных средств, в целях преодоления им финансового кризиса, а в рассматриваемом же случае сделки, из которых возникла спорная задолженность, представляли собой исполнение обязательств ООО «Бирмаркет», реальность которых не опровергнута.

Доказательств наличия злоупотребления правом сторон оспариваемых сделок (платежей в счет договорных обязательств) судами установлено не было.

Как указывалось выше, субординированы могут быть только требования, основанные на компенсационном финансировании в любом его виде (прямая передача денежных средств, невостребование в установленный срок задолженности и т.д.).

В рассматриваемом споре правоотношения не предполагали предоставление ООО «Бирмаркет» денежных средств ООО «Арастон» и были связаны с исполнением кредитором своих обязательств перед должником.

Доказательств того, что платежи, в результате признания недействительными которых были заявлены рассматриваемые требования, совершены ООО «Бирмаркет» исключительно в противоправных целях и направлены на избежание финансового кризиса ООО «Арастон» не представлено.

Исходя из установленных обстоятельств, очередность удовлетворения требования ООО «Бирмаркет» не подлежит изменению, иное, по сути, означало бы переложение ответственности на кредиторов данного Общества, пострадавших от недействительной сделки и не совершавших каких-либо противоправных действий, что недопустимо.

Учитывая, что в отношении ООО «Бирмаркет» также открыта процедура конкурсного производства, признание требования данного лица подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов должника, существенным образом нарушит права и законные интересы кредиторов Общества, рассчитывающих на удовлетворение своих требований.

Применительно к фактическим обстоятельствам дела, доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку судов первой и апелляционной инстанций. Оснований для переоценки в силу положений ст.ст. 286, 287 АПК РФ не имеется.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суд первой и апелляционной инстанции счел доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных ст. 287 АПК РФ, о существенном нарушении норм процессуального права и о нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле. Аналогичная правовая позиция содержится в Определении ВС РФ от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ФИО1 и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 14.02.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023 по делу № А41-80926/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                            Л.В. Михайлова

Д.В. Каменецкий